1 глава. Кровавый пролог

3 сентября 1993 год Один из коридоров Хогвартса       «Грёбанные шутники! Мама им сто раз говорила прекратить, но нет же им всё весело. После медпункта близнецам несдобровать, им обоим!»       Такие мысли были в голове младшей Уизли после очередной неудачной шутки братьев. Но самое удивительное это то, что помимо общего недомогания и боли в животе ничего не случилось, а зная их это могло бы быть всё что угодно: от розовых волос до гигантских ушей.       Вообще близнецы и их шутки никогда ей не нравились. А остальная семья? Джинни решила поразмышлять о ней.       С Чарли и Билом она последний раз нормально виделась несколько лет назад — они постоянно в делах.       Перси мог бы быть образцом для подражания, если бы не закрылся от всех.       Близнецы — уже сказано.       А Рон — он всегда был ленивым и глупым, «Да я так считаю! и мне пофиг, что он брат! Но с ним приходиться общаться, потому что он лучший друг ГАРРИ! Да, ГАРРИ он совершенство, герой, а ещё красивый. Он лучший!!!»       Так за размышлениями о Гарри Джинни чуть не решила послать медпункт куда подальше, но живот новой волной боли вернул её на землю и заставил передумать.       «Ауч, надо поторопится.       Так, остались родители: маман я всегда любила, как и она меня. У нас разумеется были некоторые разногласия, но это мелочи. Я слышала она всегда хотела дочку, но я не спешила появляться и теперь я седьмая в семье! Наша семья не богатая и я представить не могу, как мы все уживаемся. Может потому что папа всегда на работе, и мы почти его не видим? Ладно не буду в это вникать. А вот и медпункт, наконец-то!»       — Ох Джинни, что-то случилось? — «мадам Помфри — наша медиковедьма, что заботится о всей школе. Я так скажу, если она не ангел, то их не существует». — Всего второй день учёбы пошёл, близнецы и до тебя добрались?       — Да, вы правы, они мне что-то в завтрак добавили и теперь живот болит. — «ну хотя бы сегодня уроки пропущу».       — Это уже переходит все границы! Ладно посиди здесь, а я позову профессора Снейпа. Он лучше справляется с их придумками, чем я.       Целительница отправила весточку через камин и через минуты в медпункте появился он — ужас подземелий. Его взгляд был чуть менее холодным, чем обычно. «Может у него хорошее настроение?» Но остальное лицо было таким же как всегда. «Профессор лимоны вредны, если их всё время есть.» И тут он перевёл на меня взгляд, как будто услышал мои мысли, что-то хмыкнул и начал:       — Уиизлии… — профессор Снейп не продолжил, вспомнив, что он не один здесь. И обращаясь уже к мадам Помфри спросил. — Что случилось?       — Опять близнецы…       — Минус двадца… — «Видимо у него уже привычка на братьев выработалась. Но он не закончил, видимо вспомнив, что я и шутники учимся на одном факультете. Странно, что он упустил возможность снять с Гриффиндора баллы».       Декан Слизерина потёр переносицу и сказал:       — Уизли, за мной в кабинет, — уже обращаясь к мадам Помфри, продолжил. — Так будет быстрее и проще Поппи.       Целительница думала возразить, но наказала только:       — Если с ней что-то случится…       — Если с ней что-то случится, я сниму баллы со своего факультета. — не меняясь в лице пошутил профессор Снейп. «Он же пошутил, правда?».       Я встала и подошла вместе с профессором к камину. Мы переместились в его кабинет. До уроков оставалось немного, поэтому он спешил. Профессор подошел к шкафу, взял колбу и «полетел» к столу. Я подошла за ним. Он поставил сосуд передо мной и сказал:       — Капните сюда вашей кровью, что бы я проверил её на зелья. Клянусь не причинять вам вреда.       Клятву подтвердило золотое свечение вокруг палочки.       «Ничего себе, профессор даже поклялся. Не ожидала такого от профессора Снейпа.» — подумала я.       Решив, не задерживать ни его, ни себя, я порезала ладонь секо и застыла. Моя кровь была красно-синей.