Глава 4

- Так-так-так! Вот и наша прЫнцесса пожаловала! - чуть наклонив голову вбок, проговорила Карина, главная задира и по-совместительству королева школы, от которой сходили с ума мальчишки и которой до жути завидовали все наши одноклассницы. Почему завидовали? До сих пор не понимаю, ведь красотой Карина и вовсе не блистала, впрочем, как и умом, который у нее был чуть выше, чем у подвальной крысы, коей она и являлась по жизни. Длинные черные волосы девушки были спутаны, на тонких губах красовалась ехидная усмешка, а ее писклявый тембр голоса, казалось, вызывал отвращение лишь у меня одной. - Что тебе надо, дура? Делать нефиг или же ты просто развлекаешься таким идиотским образом, унижая других? - грустно поинтересовалась я, поймав на себе очередной надменный взгляд этой девицы. Я уже было хотела уйти, как внезапно заметила за спиной этой стервы двух парней и одну девчонку, с лиц которых также не сходили идиотские усмешки. Боже, как же я ненавидела эту дебильную компашку! Как же долго они все сидели у меня в печенках и трепали мне нервы во время школьных перемен! Наверное, по-большей части из-за этих персонажей я и ненавидела школьные годы и с ужасом вспоминала перемены, во время которых я отсчитывала секунды следующего урока. Вот и в тот день. Стоило мне отлучиться на школьной перемене в столовку за бутылкой воды, как эта развеселая компашка почти сразу же наткнулась на меня и фактически прижала к стене. От их злобных взглядов мое сердце бешено стучало в груди, и меня сковывал ледяной ужас. Рядом не было никого, боевыми искусствами я никогда не владела, разве что сарказмом, которым старалась пользоваться лишь в самых крайних случаях. В ту минуту мне было страшно. В ту секунду мне было до жути страшно. А эта компашка, словно чувствуя моя страх, радостно засияла от счастья и приближалась ко мне все ближе и ближе. - Что тебе надо? Оставь меня в покое! - трясущимся голосом потребовала я, делая шаг назад. На ватных ногах я отступала в сторону кабинета математики, пока не врезалась спиной в дверь кабинета, к моему ужасу, оказавшемуся закрытым. Вновь прочитав в моих глазах ужас, Карина и ее обожатели мгновенно согнулись пополам от хохота, и в следующую секунду один из парней, темноволосый Валя, который уже долгие годы был безнадежно влюблен в эту мерзкую стерву, внезапно схватил меня за горло и прижал к стене. От происходящего у меня на долю секунды потемнело в глазах и перехватило дыхание, а окружающие меня уроды вновь громко заржали надо мной. - Какая же ты жалкая без своего братца-недоумка! - с издевкой бросила Карина, наблюдая за тем, как я отчаянно пытаюсь разжать ладонь этого ублюдка. Девка подошла ко мне почти вплотную и, скрестив руки на груди, проговорила: - Какая же ты жалкая! Она уже открыла было рот, чтобы вновь одарить меня порцией оскорблений, но я успела воспользоваться удобным моментом и плюнуть в ее наглую рожу. От неожиданности Карина резко отскочила и заверещала, а ее лучшая подруга, которая все это время стояла неподалеку от нас, снимая происходящее на телефон, мгновенно согнулась пополам от хохота. - Что ты сделала, мерзкая шавка? Да я тебя..., - сжав кулаки, выпалила эта мразь. Она уже хотела было вновь подбежать ко мне, как внезапно все еще сжимавшего мою шею Валю кто-то резко ударил по лицу, и в следующую секунду этот урод уже валялся на полу с огромным фонарем под левым глазом. От происходящего Карина громко вскрикнула и отскочила в сторону, а я со всех ног бросилась в объятья к своему неожиданному спасителю. - Вадик! Вадик, помоги! - глотая слезы бормотала я. В тот момент в моей голове путались мысли, и я и понятия не представляла, что делать дальше: бежать без оглядки домой, идти к директору школы и в очередной раз жаловаться на эту проклятую шайку или же спрятаться за спиной брата, который так удачно оказался рядом и вновь спас меня от этой своры. Слезы градом катились по моим щекам, я билась в истерике и рыдала, а Вадик, прижимая меня к себе, гладил по волосам и молил успокоиться. И я успокоилась, пусть и ненадолго. Выпустив брата из объятий, я присела на соседнюю лавочку и, обхватив плечи ладонями, стала наблюдать за происходящим. Выплюнув кровь, перепуганный Валя поднялся было на ноги, как внезапно мой брат схватил его за ворот рубашки и со всей силы стукнул головой об стену. - Никогда, слышишь? Никогда больше не смей прикасаться к моей сестре! А если я еще хотя бы раз увижу тебя и твоих ублюдков рядом с ней, то я разорву вас на куски. Это понятно? - прошипел Вадим, прожигая взглядом своего оппонента. И тут была уже очередь этих уродов трястись от ужаса. - Хххоооррррошо, - заикаясь проговорил Валентин. Все еще трясясь от страха, он схватил за руку перепуганную Карину, после чего вся та банда со всех ног кинулась бежать, а Вадим, заметив их реакцию, мгновенно прыснул от смеха. Подойдя ко мне, он ласково взъерошил мои светлые волосы, а затем едва заметно улыбнулся. - Все хорошо, сестренка? - как можно мягче, поинтересовался он, - Эти мрази тебе не навредили? С этими словами Вадик чуть приобнял меня за плечо и чуть слышно вздохнул. - Никто тебя больше не обидит, слышишь? Никто! Я этого не позволю! И в ту минуту я облегченно вздохнула и опустила взгляд, а в голове крутилась лишь одна мысль: "Хоть бы он не обманул! Хоть бы он всегда был рядом!" От воспоминаний о прошлом на моих губах мелькнула едва заметная улыбка. Вадик. Ведь он всегда был рядом со мной! Ведь он всегда меня оберегал и был моим спасительным кругом! Когда я еще училась в школе, брат частенько защищал меня от школьных хулиганов, которые периодически меня задирали и цеплялись ко мне. Вполне возможно, что многие из них мне просто завидовали, ведь далеко не у каждой девчонки был такой классный старший брат, который был готов порвать всех на куски только из-за одной слезинки своей младшей сестренки, которую любил, несмотря ни на что. С самого детства он фактически заменил мне отца, который был так занят своей работой, что ему было совершенно пофиг на жену с детьми. Видите ли, он творческий человек! Ему всегда были нужны эмоции, адреналин, драйв... Наверное, по этой причине он и бросил мою мать, сбежав заграницу со своей любовницей, которая с натяжкой годилась мне в сестры. Но и с любовницей моего нерадивого папашку развела судьба. Вскоре он нашел еще одну пассию, которая была еще моложе предыдущей дамы его сердца, а потом и еще одну, и еще... Впрочем, интимная жизнь отца меня мало волновало, впрочем, как и то имя, которое он выбрал для меня. Элиза Аркадьевна Кузнецова... Это же надо было назвать свою дочь в честь знаменитого произведения Бетховена! Странностей своего горе-папашки я никогда не понимала, а свое полное имя ненавидела лютой ненавистью. К счастью, друзья и близкие всегда предпочитали меня называть банально - "Лизой", хотя и были моменты, когда они намеренно называли меня полным именем, чтобы выбесить... Но, все же, такие моментов было не так много. Что же касалось моего ныне бывшего жениха Макара, то он постоянно называл меня "Лизун", либо использовал уменьшительно-ласкательные словечки, которые, на удивление, мне всегда нравились. Макар. Боже, ну, зачем я опять вспомнила об этом подонке? Ну, зачем? В голове вновь всплыла картина предательства любимого, которую я, по нелепой случайности, лицезрела около получаса назад и которая все еще наотрез отказывалась покидать мои мысли. К горлу вновь подступил невидимый ком, а сердце мгновенно сжалось от боли. "Нет, я не буду плакать! Этот ублюдок просто не достоин моих слез!" - сжав зубы, проговорила я. Я и не заметила, как такси, в котором я все это время ехала, уже подъезжало к дому моего брата. Расплатившись наличкой за проезд, я подошла к воротам частного дома, в который не так давно купил мой старший брат, и нажала на звонок. Вскоре возле ворот послышались шаги, а мое сердце застучало от предвкушения встречи со старшим братом. Я так надеялась на то, что после разговора с Вадиком мне станет легче! Я так мечтала, что брат, немного пожурив меня за отношения с этим недотепой-Макаром, даст мне какой-то дельный совет и приютит меня у себя хотя бы на пару недель, пока я не найду квартиру в аренду. Вскоре послышался скрип двери, и... Внезапно на пороге возникла удивленная Жанна, коротко стриженная кареглазая брюнетка с надутыми губами и туповатым взглядом. Скрестив руки на груди, девушка смерила меня недоуменным взглядом и вопросительно изогнула бровь. - Лиза? Что ты здесь делаешь? Жена моего брата все еще продолжала таращиться на меня, словно увидела не свою золовку, а приведение из какого-нибудь второсортного ужастика. - И я рада тебя видеть, Жанна, - усмехнулась я, все еще сжимая в руке чемодан с вещами, - Я могу пройти в дом? Как я и предполагала, темноволосая утка и вовсе не была рада моему столь неожиданному визиту. Хотя, что уж скрывать, наши отношения с Жанной всегда были натянутыми. Я никогда не могла взять в толк, что мой брат нашей в этой губастой девице, которую кроме его денег и социального статуса, больше ничего не волновало, да и этот факт был очевиден всем, всем без исключения, кроме самого Вадика, у которого буквально текли слюни от одного только взгляда этой уточки. Что же касалось самой Жанны, она, словно видела меня насквозь. По этой причине она и боялась, что я, рано или поздно, раскрою своему влюбленному братцу глаза на истинное положение вещей, и он ее вскоре бросит, и, видимо, чтобы подстраховать себя и собственное шаткое положение в этой семье, Жанна вскоре забеременела, и теперь уже мой братец не мог ее оставить, даже при всем своем огромном желании. Все это время Жанна продолжала стоять с широко распахнутыми глазами и молча пялиться на меня, а я, воспользовавшись удобным моментом, протиснулась между ней и забором, а затем прошла в дом. - Лиза, ты приехала! - радостно воскликнул Вадик, который тут же оказался возле двери. В следующую секунду он сжал меня в своих объятьях, а затем одарил меня недоуменным взглядом. - Ты плакала? - нахмурился он, смахнув слезу с моей щеки, - Этот хмырь опять обидел тебя, да? В глазах Вадика читался ужас, и в еще больший шок он пришел, когда в ответ на его вопрос я утвердительно кивнула. - Да, мы расстались, - опуская взгляд, пробормотала я, - Конечно, ты можешь, как обычно, сказать, что ты был прав, что мне не стоило встречаться с таким ублюдком, но... Внезапно я услышала за спиной писклявый голос Жанны: - Ты переезжаешь? Как я и предполагала, девушка заметила чемодан, с которым я заглянула в их дом, и, по всей видимости, догадалась, что я приехала не просто так. Не дожидаясь моего ответа, брюнетка подошла к нам с Вадиком и, скрестив руки на груди, одарила меня хмурым взглядом. - Надеюсь, ты не планируешь задерживаться у нас? - покусывая надутую губу, с издевкой спросила Жанна. - Что?! От услышанного мы с Вадиком переглянулись и посмотрели на разъяренную брюнетку. Но Жанна упорно продолжала гнуть свою линию. - Надеюсь, ты не думаешь, что можешь остаться у нас? - дрожащим голосом, спросила она, обращаясь ко мне. Сделав глубокий вдох, брюнетка чуть приобняла меня за плечо, а затем, как можно мягче, сказала: - Лиза, ты не подумай, ты мне, как сестра, и я люблю тебя... Но... На этих словах девушка замялась и опустила взгляд. - Ты же знаешь, я на четвертом месяце беременности, и... От услышанного глаза Вадика чуть было не вылезли из орбит. Подойдя к жене, брат схватил ее за запястья и с ужасом спросил: - Жанна, что ты такое говоришь? Ты же понимаешь, что Лизка фактически осталась на улице! Я не могу ее бросить одну, она же моя сестра... Он умоляюще посмотрел на свою жену, которая, как это частенько бывало во время их ссор, картинно захлопала ресницами и недоуменно надула и без того надутые губки. - Вадик, я тебя умоляю! - всплеснув руками, воскликнула Жанна, - Ты же знаешь, я беременна, и мне нервные встряски сейчас ни к чему, и даже... Ой... Ой... больно... С этими словами брюнетка схватилась правой ладонью за живот, попытавшись изобразить боль, причем она изображала настолько плохо и наигранно, что, наверное, в ту минуту сам Станиславский в гробу перевернулся. Но мой брат, на удивление, поверил в этот дешевый спектакль и стал хлопотать перед своей женой. - Тише-тише! Жанночка, любимая, успокойся! Может, тебе водички принести? Хочешь, вечером твой любимый фильм посмотрим? Он так унижался и петушился перед этой наигранной фифой, что я не выдержала всего этого и, бросив чемодан на землю, выскочила на улицу. - С меня хватит этого дешевого спектакля! Надоело! Мне все надоело! Громко выругавшись, я со всей силы топнула ногой, а затем увидела неподалеку от себя мотоцикл своего брата. В ту минуту в моей голове крутилась лишь одна мысль: "Бежать, бежать как можно скорее! Бежать, как можно дальше!". Запрыгнув на мотоцикл, я стала спутано соображать, как его завести, как внезапно услышала за своей спиной рев мотора и истошный вопль моего брата: - Лиза, нет! Стой! Я резко обернулась, и в эту секунду в мой мотоцикл врезался камаз. Это было мое последнее воспоминание ровно до того момента, пока у меня не потемнело в глазах, и я окончательно не потеряла сознание. В ту минуту я думала, что это все - моя жизнь закончена раз и навсегда. Боже, если бы я тогда знала, как сильно ошибалась! Если бы я только знала!