Ужасные воспоминания

Прошла неделя после встречи с незнакомцем. Все эти дни Натаниэль не мог найти себе места — слова, произнесённые тем голосом, эхом отзывались в его голове. Он не просто слышал их — он жил ими, словно это был зов, который долго спал внутри и наконец проснулся. В комнате «воронов» атмосфера сгущалась. В последнее время Рико Морияма становился всё более замкнутым, а Кевин Дэй вел себя так, будто знал то, чего не должен был знать никто. Нат чувствовал, как в их рядах растёт напряжение, как будто что-то надвигается… не извне, а изнутри. Однажды вечером он нашёл письмо, оставленное в его комнате. В нём не было подписи, только несколько слов, написанных знакомым почерком: «Я знаю, что на самом деле случилось с твоими родителями. Встретимся на старом складе в Ливуде. Один. Без оружия.» Сердце Натаниэля сжалось. Он всегда подозревал, что автокатастрофа — лишь красивая обёртка для чего-то тёмного. Но теперь... кто-то знал правду. И, возможно, этот кто-то был частью «воронов». Он не сказал никому. Ни Жану, ни Кевину. Этот путь он должен пройти сам. Как и тогда — когда впервые взял нож в руки. Только теперь цель была иная: не выжить, а понять. --- Когда он вошёл в здание, его уже ждали. Фигура в капюшоне стояла у разбитого окна. Луна освещала только часть её лица. — Ты стал похож на него, — голос был женским. Спокойным. Чужим… и одновременно пугающе родным. Натаниэль сделал шаг вперёд. — Кто ты? — Та, кого ты забыл. Та, кого считали мёртвой. Твоя мать, Натаниэль. Он застыл. Сердце глухо билось где-то в горле. Он помнил похороны. Гробы. Фото. Но сейчас... перед ним стояла женщина с его глазами. — Всё было ложью, — она опустила капюшон. — Твой отец выследил нас, когда мы пытались сбежать. Я выжила. Но должна была исчезнуть. Ради тебя. Натаниэль сжал кулаки. — Почему ты не вернулась? — Потому что ты был уже внутри его системы. Слишком близко к огню. И если бы он знал, что я жива — он бы убил тебя. Как убил твоего кота. Как хотел убить твою душу. Тишина повисла между ними. Потом она добавила: — Но теперь ты достаточно силён. И я вернулась, чтобы ты знал: всё, что тебе говорили — ложь. Ты был создан не чтобы быть копией мясника. Ты — чтобы его остановить. Снаружи светило солнце, но внутри Натаниэля сгущалась ночь. После встречи с женщиной, называвшей себя его матерью, мысли не давали покоя. Всё, что он знал — весь каркас личности, который он строил годами, — начинал трещать по швам. Он не мог доверять никому. Ни Кевину, ни Рико, ни даже себе. Сегодня в комнате «воронов» царила мёртвая тишина. Комната заседаний, обычно наполненная голосами, вибрацией власти, теперь звучала как пустой гроб. Рико смотрел в окно, спиной к Натаниэлю. В его позе читалась тревожность. — Мы теряем контроль, — бросил он, не оборачиваясь. Нат молча смотрел на его затылок. Он чувствовал: Рико что-то знает. Или подозревает. — Кто-то сливает информацию. Кто-то из своих, — продолжил Рико. — Мы теряем позиции. Это не случайность, Натаниэль. Тот не ответил. Внутри всё клокотало. Он не мог рассказать Рико о матери, о письме, о правде, что может разрушить всё. Потому что не был уверен — друг он ему или враг. --- Поздним вечером Нат спустился в архив — запрещённую зону под зданием штаба, куда имели доступ только Рико и технический директор. Дверь была взломана кем-то до него. Кто-то уже копался в прошлом. Он прошёл по тёмному коридору, вспоминая слова матери. — Ты был создан не чтобы быть копией мясника. Ты — чтобы его остановить. В дальнем шкафу, под пыльной обшивкой, он нашёл досье. Его имя. Веснински Натаниэль. Внутри — документы, фотографии, но главное — запись. Видеофайл. Метка даты: 7 лет назад. Он включил её. Камера дрожала. На экране — отец. Рядом — мальчик. Он. Маленький Натаниэль. Камера фиксирует, как его учат держать нож, как заставляют «не моргать». Как отец говорит: — «Боль делает тебя сильнее. Чувства — твой враг. А если ты хочешь выжить — отруби себе сердце». Натаниэль почувствовал, как горит внутри. Он сжал зубы до боли. Этот человек... это животное. Он не просто сломал ребёнка. Он выковал убийцу. Но не всё на видео было про него. В конце — голос другого человека. Камера оборачивается. За кадром — Кенго Морияма — Всё идёт по плану, — говорит он. — Мальчик готов. Ещё немного, и мы получим того, кого нам нужно. Новый король. Новый палач. Натаниэль остолбенел. Мир рухнул снова. --- В этот момент двери архива хлопнули. Кто-то зашёл. Жан Моро. Его брат. Его любимчик. Его, казалось бы, последний якорь в этом гнилом море лжи. — Ты не должен был этого видеть, — тихо сказал Жан. Натаниэль обернулся. — Ты знал? Всё это время? Жан опустил глаза. — Прости. Я хотел уберечь тебя. Но теперь всё изменилось. Теперь ты знаешь, кто твои враги.