Часть 2:кровавая река и снег

Снег хлестал в лицо, пробираясь под одежду, но Ада почти не чувствовала холода. Её взгляд блуждал по белому безмолвному пейзажу — разрушенные здания, погребённые под слоями льда, скрученные останки машин и железных конструкций. Всё это напоминало кладбище забытых цивилизаций. — Если мы можем тут дышать, это ещё не значит, что мы не замёрзнем, — подал голос Син, поёживаясь. — Ада, ты никогда не выходила наружу, — произнёс генерал, стряхивая снег с плеч. — Мы, солдаты, уже бывали здесь. Радиоактивные выбросы изменили климат. Всего через несколько сотен метров пейзаж может смениться пустыней или даже джунглями. Радиация породила новые виды растений и существ. Но мороз здесь действительно лютый. Нам нужно укрытие. Син прищурился, глядя вдаль. — Вон там... Похоже, какое-то здание. Почти целое. Ада проследила за его взглядом, но увидела лишь силуэт среди снежной бури. — Здесь полно полуразрушенных строений. Ты уверен, что оно целое? — Вроде бы да. По крайней мере, крыша и стены на месте. Генерал задумался, оценивая обстановку. — У нас нет выбора. Если не найдём укрытие, нас просто похоронит снег. Двигаемся туда. Не теряя времени, они пошли вперёд, утопая в снегу. С каждым шагом он становился всё глубже, будто хотел поглотить их. Снег нещадно бил в лицо, пронизывая до костей. Они шли, продираясь сквозь метель, но каждый шаг казался всё тяжелее. Внезапно Ада оступилась и упала в снег. Лёд под её ладонями обжигал кожу, но, закрыв глаза, она вдруг ощутила странное спокойствие. Она задумалась: а каким был бы этот мир, если бы не война? Если бы не радиация, не мутировавшие существа и не вечная борьба за выживание? Она никогда раньше не видела снег. Настоящий, живой снег, который не связан с гибелью и разрушением. Когда Ада снова открыла глаза, снегопад неожиданно стих. — Эм... Секунду назад метель просто сбивала нас с ног. А теперь... — она посмотрела вверх, наблюдая, как редкие снежинки тихо опускаются на землю. — Хм... Возможно, это очередной климатический сбой, — предположил Син, пожав плечами. — Здесь такое бывает. — Ада, вставай, — генерал протянул ей руку и помог подняться. Они продолжили путь. Вокруг возвышались искорёженные, наполовину разрушенные деревья, засыпанные снегом. Некоторые из них были вывернуты с корнем, словно их вырвал гигантской рукой. Чуть дальше виднелась замёрзшая река — чёрная трещина среди белого безмолвия. — Вы брали воду отсюда? — спросила Ада, окидывая взглядом ледяную гладь. — Иногда. Но чаще пользовались другими источниками. Это место за 25 лет сначала высохло, потом снова заросло лесом, а теперь вот... — генерал глубоко вдохнул морозный воздух. — Теперь всё накрыл снег. Он говорил это спокойно, но в его голосе звучала горечь. Ада чувствовала, что он видел гораздо больше, чем говорил, и знал слишком много о том, что случилось с этим миром. Перед ними возвышалось здание — высокое, угрюмое, с трещинами, пробегающими по его стенам, словно следы старых шрамов. Оно напоминало замок, но лишённый былого величия. Здесь не было башен с флагами или резных каменных орнаментов, только грубые, массивные стены, устоявшие перед годами запустения. Фасад был частично разрушен — кое-где осыпалась кладка, окна либо разбиты, либо плотно затянуты тёмной плёнкой, скрывающей, что внутри. Они обошли здание в поисках входа и вскоре наткнулись на тяжёлую деревянную дверь с металлическими вставками. Снег почти полностью засыпал проход, но усилиями генерала и Сина им удалось её распахнуть. Внутри оказалось удивительно чисто. Пространство не было роскошным, но чувствовался стиль: массивные деревянные балки на потолке, ровные каменные стены, редкая, но добротная мебель. Всё выглядело так, словно здесь совсем недавно жили люди — не было пыли, стены не осыпались, а в углу даже стояла пара аккуратно сложенных стульев. — Хм... Это, похоже, не замок, а чей-то дом, — пробормотал Син, оглядываясь. Генерал кивнул. — Значит, тем более нужно изучить местность. Мало ли, кто может вернуться. Он достал из кармана три небольшие рации и передал одну Аде, другую — Сину. — Син, ты осмотри третий и четвёртый этажи. Я поднимусь выше — пятый и шестой. Он повернулся к Аде, держа рацию в протянутой ладони. — Если хочешь, можешь обследовать первый и второй. Эти штуки маленькие, но работают на все сто. Если что — сразу сообщайте. Ада посмотрела на устройство в руке, затем перевела взгляд на тёмные коридоры впереди. Ей не нравилась эта тишина. Что-то в этом доме казалось... неправильным. Парни неторопливо поднялись вверх по широкой деревянной лестнице, ступени которой предательски поскрипывали под их шагами. Ада следовала за ними, но, дойдя до второго этажа, остановилась. Её взгляд скользнул по длинному коридору, уходящему во тьму, и что-то внутри подсказало ей, что этот этаж нуждается в изучении не меньше остальных. Син, заметив, что она больше не идёт за ними, тоже притормозил и обернулся. — Если что, я сперва на третий, потом на четвёртый, — сказал он, чуть склонив голову набок, словно изучая её реакцию. Ада хмуро посмотрела на него. — И зачем мне эта информация? Син усмехнулся, чуть приподняв уголки губ. — Мало ли... вдруг испугаешься — прибежишь ко мне за защитой. В его голосе звучала явная насмешка. Ада фыркнула, закатив глаза, и отвернулась, сделав шаг вглубь коридора. — Смешно. Очень смешно, — пробормотала она, скрываясь в полумраке второго этажа. Позади раздался тихий смешок, а затем звук шагов — Син продолжил подниматься наверх. Теперь Ада осталась одна. Ада заметила, что на рации есть небольшая лампа, но пока она не видела в ней необходимости. Коридор был тусклым, но не настолько, чтобы не разглядеть дорогу. Она осторожно шла вперёд, чувствуя, как холод проникает сквозь стены здания. Первая дверь, на которую она наткнулась, вела в просторное помещение, напоминающее офисный зал. Бумаги были разбросаны по полу, словно кто-то в панике пытался что-то найти. Столы стояли криво, некоторые шкафы упали набок, а в центре пола зияла огромная трещина. Ада медленно прошла вглубь комнаты, внимательно оглядываясь. Её взгляд зацепился за странный участок стены, где плитка казалась чуть более выпуклой, чем остальная. Она приблизилась и провела по ней рукой, нащупывая возможный механизм. Одно лёгкое нажатие — и за плиткой обнаружился узкий проход. Слабый сквозняк ударил ей в лицо. — Ещё одно тайное место... — тихо пробормотала она, вглядываясь в темноту коридора. Внутри было слишком темно, чтобы разглядеть что-либо, но на стене виднелся выключатель. Она осторожно отступила на шаг назад и щёлкнула тумблером. На мгновение коридор осветился. Лампы дрожали, мигая рваным светом, а затем почти одновременно раздался глухой хлопок — стекло лопнуло, погрузив пространство во мрак. Ада тяжело вздохнула. — Так и знала... Она включила фонарик на рации, направляя его луч вглубь таинственного коридора. Неизвестность звала её дальше. Белые плитки на стенах и полу придавали помещению стерильный, но пугающий вид. Ада шагала вперёд, освещая себе путь фонарём. Через каждые два метра она замечала двери, выстроившиеся вдоль коридора, словно молчаливые стражи. Все они были плотно закрыты, за исключением одной. Остановившись перед приоткрытой дверью, Ада осторожно заглянула внутрь. В слабом свете фонаря она разглядела металлический стол, похожий на хирургический или испытательный лежак. Ремни для фиксации свисали с краёв, а рядом стояли инструменты, покрытые налётом ржавчины. — Интересно, зачем это... даже не могу представить, — пробормотала она, в её голосе звучал сарказм. Она шагнула внутрь, пробежав пальцами по холодной поверхности стола, затем медленно обошла комнату, заглядывая в шкафчики. Но ничего полезного она не нашла. Пройдя дальше, она наткнулась на ещё один выход. Этот проход вёл в более просторное помещение, напоминающее пункт приёма медицинских документов. Длинные стойки, разбросанные папки, перевёрнутые кресла — казалось, здесь давно никого не было. Ада подошла к столу, где среди хаоса лежали аккуратно сложенные стопки папок. Она взяла одну, смахнула с неё слой пыли и пробежалась взглядом по заголовку. Ада раскрыла папку и пробежалась взглядом по строкам. Бумага была пожелтевшей, с выцветшими чернилами, но текст всё ещё можно было разобрать. ДЕЛО №1047 Имя: неизвестно Дата поступления: [дата стерта] Возраст: предположительно 18-20 лет Описание аномалии: субъект демонстрирует необычную регенерацию тканей. Нанесённые повреждения заживают в течение нескольких минут, однако фиксировались случаи обратного процесса — произвольного разложения плоти. В периоды нестабильности кожа субъекта темнеет, а из ран выделяется чёрная вязкая субстанция неизвестного состава. Ада нахмурилась. "Регенерация и разложение? Звучит как полный кошмар..." Она перевернула страницу, и её взгляд наткнулся на короткую, но пугающую заметку, написанную другим почерком: "Субъект опасен. Подвергся дополнительным экспериментам. Поведение становится всё более агрессивным. В случае побега... устранить." — Отлично, просто замечательно, — пробормотала она, закрывая папку. Её пальцы на мгновение задержались на тёмном пятне, оставшемся на краю обложки. Это была засохшая кровь. Ада подошла к одному из уцелевших шкафов и осторожно приоткрыла дверцу. Внутри висело несколько комплектов одежды — выцветшие медицинские халаты, пара белых рубашек и несколько комплектов более повседневной формы. — Наверное, принадлежало медсёстрам... — пробормотала она, перебирая вещи. — Они точно уже не против, если я позаимствую что-нибудь. Она провела пальцами по ткани. Запах затхлости и пыли слегка ударил в нос, но некоторые вещи были в довольно хорошем состоянии. Ада вытащила серую блузку из плотного материала, красную кожаную куртку, которая, несмотря на время, выглядела почти новой, и чёрные штаны, удивительно крепкие на ощупь. В довершение к образу она нашла пару стильных сапог на каблуке. — Ну, хотя бы теперь я не похожа на беглого подопытного, — усмехнулась она, осматривая себя. Переодевшись, Ада аккуратно застегнула молнию на куртке и глубоко вздохнула. Она чувствовала себя комфортнее в новой одежде, особенно теперь, когда знала, что радиация ей уже не страшна. Выйдя обратно в коридор, она огляделась. Тусклый свет её фонаря выхватывал из темноты облупленные стены и двери, ведущие в неизвестность. Теперь, когда она прошла одну часть этажа, оставалось изучить другую. — Мда... Мне казалось, тут будет куда больше информации... — пробормотала она, направляясь в противоположную сторону коридора. Когда Ада спустилась по лестнице, её шаги эхом разносились по пустому зданию. Вдруг, из тишины, до неё донёсся голос с верхнего этажа. — Ада, ты как? Всё в порядке? Она остановилась на мгновение, прислушиваясь. Голос был знакомым — Син, наверное, проверял её. — Да! — ответила она, решив не скрывать свою тревогу. — Если над этим зданием не нависает что-то опасное, скажи привет. Из динамиков на рации послышался смех, но едва слышный. Син явно не ожидал такой серьёзности в её словах. — Хах, смешно, — послышался его голос. — Ты, конечно, умеешь пошутить. — Я не шутила, — ответила Ада, не скрывая нервозности в голосе. — Это может быть не так уж и смешно. Когда разговор закончился, она продолжила спускаться по лестнице и вскоре оказалась на первом этаже. Здание казалось ещё более мрачным и пустым, чем раньше. Стук её шагов эхом отзывался в пустых коридорах. Ада шагала по первому этажу, каждый её шаг отдавался эхом в пустых и тёмных коридорах. Вошла в первую комнату, но там не было ничего примечательного, только длинный коридор, который вёл в следующую часть здания. Пройдя через этот коридор, она оказалась в небольшой тёплой комнате, где стены освещались тусклым красным светом от висящих ламп. В помещении было странно тихо, а на полу стояла вода, будто кто-то недавно оставил её там. Комната выглядела заброшенной, и Ада почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Без лишних слов и эмоций она развернулась и пошла обратно в главный зал. Покидая это место, она подошла к следующей двери. Внутри комнаты стояли стеллажи, заполненные масками для защиты от радиации. Комната была похожа на склад, и Ада, заметив, сколько их было, прошептала: — Так они были подготовлены... Склонив голову, она быстро осмотрела помещение и заметила несколько ящиков с едой и водой, стоящих на дальнем конце комнаты. С интересом подошла к ним, открыла один за другим, находя больше запасов, чем ожидала. — Это может нам пригодиться, — подумала она, быстро набирая ящики, наполненные едой и водой. Перехватывая их, Ада решила перенести всё это в главный зал, чтобы организовать запасы на случай, если они задержатся в этом месте. Она снова вернулась в центральную часть здания, где оставалась тишина и только её шаги нарушали её спокойствие. Поставив ящики в угол, Ада оглядела пространство, раздумывая о том, что делать дальше. Войдя в следующую комнату, Ада почувствовала, как внутри что-то холодное и странное сжалось в груди. Комната была полностью забита куклами — старинными, пыльными, с пустыми глазами, которые, казалось, следили за каждым её движением. Они стояли на полках вдоль стен, некоторые валялись на полу, как будто их выкинули, а другие висели, привязанные за волосы к потолку. Некоторые куклы выглядели очень старыми, с потрёпанными одеждами и стертыми лицами, другие были более новые, но все они были одинаково зловещими. Их безжизненные взгляды, кажется, впивались в Аду, и она ощутила, как по спине побежала дрожь. Фу, жуть какая... — прошептала она себе под нос, чувствуя, как в груди поднимается неприятное чувство. Она быстро закрыла дверь за собой, не желая больше находиться в этом месте. От воспоминания о взглядах этих кукол её сердце колотилось немного быстрее, и Ада поспешила продолжить свои исследования. Следующие комнаты были гораздо более адекватными, хотя и по-своему странными. Одна из них была оформлена в средневековом стиле — огромный зал с высокими потолками, где свет тускло лился через высокие окна, покрытые слоем пыли. На стенах висели старинные картины, изображавшие сцены из давно забытых времен, их рамы были позолочены, но покрыты временем. В центре стояли массивные кресла с изогнутыми спинками, обитые темной кожей. На полу лежали дорогие ковры, местами изношенные, а в углу, словно небрежно оставленные, стояли великолепные доспехи. Эти доспехи казались почти живыми — их золотистая броня тускло отражала свет, создавая атмосферу древности и мистики. Дальше Ада направилась в библиотеку. Она была ошеломляюще большой, но, как и другие комнаты, несколько разрушенная. Полки, на которых когда-то стояли книги, теперь были пустыми, а книги, что оставались, были покрыты слоем пыли. Лишь некоторые тома сохранили свою форму. Средина комнаты была затмевала большой бильярдный стол. Он был заброшен, его поверхность покрывала пыль, а некоторые шары валялись на полу. Ада пробежалась взглядом по комнате, разглядывая остатки прошлого, пытаясь понять, что тут когда-то было. Она подошла к столу и уже собиралась покинуть комнату, как вдруг услышала странный стук. На бильярдный стол с тихим звоном упала книга. Ада замерла на месте. Это было странно. Она не заметила, чтобы что-то двинулось, и не слышала, чтобы кто-то находился рядом. Тишина была подавляющей. Она подошла и осторожно подняла книгу. Трогая её, она почувствовала, как на её пальцах остаются отпечатки пыли. На обложке книги было написано что-то на французском. Ада провела пальцем по страницам, и её взгляд остановился на странных словах, которые она едва могла разобрать, но те, что она смогла понять, вызывали тревогу. «Зло... Тьма... Разрушение...» — это было всё, что она смогла разглядеть. — Что за книга такая... — задумчиво прошептала Ада, разглядывая текст. Её сердце начало биться быстрее. Она всегда читала всё, что оставалось после катастрофы: биографии, научные работы, хроники событий до войны, все книги, которые остались, но такого она точно не припомнила. Это было что-то новое и странное, книга, которая точно не была частью оставшихся знаний. Ада вздохнула и перевернула её страницы. — Да ладно... — сказала она себе, — я же не всё знаю, может, это просто какой-то старый дневник... Но её руки дрожали, когда она закрыла книгу, почувствовав, что эта находка не такая уж и случайная. От книг, оставшихся в этом месте, давно не было никакой пользы, но эта... эта была чем-то опасным. Ада скрытно держала книгу за спиной, пока не заметила, как Син и генерал начали спускаться с верхних этажей. В их взгляде было что-то напряжённое, и она постаралась не привлекать внимания. Когда Син заметил её обновлённый внешний вид, его лицо расплылось в улыбке. —О, новый прикид, мне нравится! — сказал он с лёгким удивлением. Ада скромно пожала плечами, стараясь не выдавать, что на самом деле прячет за спиной нечто большее, чем просто вещь. —Были ещё вещи? — спросил генерал, присматриваясь к ней с интересом. —Нет, только женские, но... — она замолчала, подумав, и добавила, — хотя там был шкаф, который я ещё не посмотрела. Генерал кивнул, словно удовлетворённый её ответом, но Ада почувствовала, как ей не хватало в этом моменте честности. —Что нашла ещё? — спросил он, всё же ожидая, что она расскажет больше. Ада молча взглянула на книгу в своей руке, которая по-прежнему была скрыта от глаз мужчин, и в ответ только слегка улыбнулась. —Офис, куклы и припасы к апокалипсису, — сказала она, не упомянув о книге. — Вот и они, кстати. Син и генерал обменялись взглядами, но вопрос был уже не в том, что она скрывает, а в том, что делать дальше. —Это хорошо, — сказал генерал. — Син, пойди с Адой. Она тебе покажет место, где могут быть ещё вещи. Принесите их. Ада кивнула, поддавшись на просьбу генерала. Она понимала, что не сможет скрыть секрет о книге долго, но сейчас не было подходящего времени. Она повернулась и указала Сину путь к шкафу, который она не успела тщательно осмотреть. Шаги её были уверены, несмотря на скрытые мысли о том, что книга могла стать тем, что изменит их судьбы. В груди росло чувство тревоги, но она постаралась не показывать его. —Идём, Син, я покажу тебе, — сказала Ада, надеясь, что её манера скрывать свои мысли не выведет её из равновесия. Они поднялись на второй этаж. Ада, немного помедлив, указала на место, которое, как она считала, будет подходящим для ночлега. Это была заброшенная часть здания, напоминающая что-то вроде старой больницы. —Ух, конечно, тут жутко, — сказал Син, взглянув на обрушенные стены и мрачные коридоры. —А что вы нашли? — спросила Ада, обернувшись. —Я нашёл спальные места в ужасном состоянии, — ответил Син, отряхивая одежду. — Также что-то вроде видеонаблюдения, несколько туалетов, а генерал почти ничего не нашёл, всё там разрушено. Ада кивнула, а затем задумалась. —Слушай, если тут были припасы, то и бункер, наверное, тоже есть? —Возможно, — ответил Син, потёр виски. — Но нам это не интересует. Мы тихо переночуем и уйдём. —Мы тут переночуем? — уточнила Ада, прищурив глаза. —Да, — спокойно сказал Син. — Но не переживай, всё будет хорошо. —Шикарно, — фыркнула Ада. — Я, конечно, не против, но буду надеяться, что не произойдёт чего-то сверхъестественного. Син усмехнулся и вдруг неожиданно предложил: —Боишься? Ада остановилась, недоуменно смотря на него. —Что? — спросила она, не понимая, к чему он клонит. —Если будет страшно, я лягу рядом, — сказал Син с легкой ухмылкой. — Помогу не бояться, защитю. —О, даже так, мой рыцарь? — в её голосе прозвучала ирония, и она заметно приподняла бровь. — Тогда я буду спать в комнате с куклами. Син удивлённо захохотал, но тут же добавил: —У меня, конечно, фобия кукл, но ради тебя... Ада не сдержала усмешки, а затем взглянула на Сина с такими глазами, что он сразу понял — она не шутит. —Ты что, на самом деле? — продолжил он с улыбкой, глядя на её саркастический взгляд. Они подошли к шкафу. Когда Ада открыла дверь, то неожиданно потеряла равновесие и упала назад. Син, успев среагировать, поймал её, но из-за тяжести оба оказались на полу, и теперь Ада оказалась сверху. Она быстро попыталась встать, но Син не дал ей подняться. —Подожди, - сказал он, удерживая её на месте и поворачивая на спину, сам при этом оказавшись сверху. —Чего тебе? — с недовольством спросила Ада, пытаясь освободиться. Син не ответил сразу, только смотрел на её лицо. Его взгляд задержался на её глазе, который в свете тусклого света мягко мерцал. —Твой глаз... так красиво мерцает... — произнёс он почти шёпотом, словно теряя себя в этом моменте. Ада вздрогнула и тут же засмеялась. —Ха-ха, пошутили и хватит, — она попыталась отвлечь его, но в её голосе всё равно было что-то, что говорило о том, что она немного растерялась. Син же продолжал смотреть на неё, его взгляд стал более серьёзным. —Я не шучу, — сказал он, не отводя глаз, — знаешь, если бы мы не встретились в таких обстоятельствах, я бы точно позвал тебя на свидание. 100%. Ада удивлённо подняла брови, пытаясь понять, что происходит. —Ты же меня ненавидел всё детство, — ответила она, явно не веря в его слова. Син задумался на секунду и вдруг усмехнулся. —Это было детство, — произнёс он, аккуратно поправляя её волосы. — И, кстати, откуда ты знаешь, что всё было не наоборот? Его слова повисли в воздухе, и между ними возникла пауза. Ада почувствовала, как её сердце немного ускорило пульс, но она тут же взяла себя в руки. —Мы что, реально об этом говорим? — спросила она с лёгким сарказмом в голосе, но глаза её немного блеснули, как будто впервые задумавшись. Он встал без лишних слов, взял одежду и сказал: —Пойдем. На первом этаже генерал уже развел костёр. Пламя прыгало в камине, отбрасывая тени на стены. —А это точно нормально? — осторожно спросила Ада, подходя ближе. —Да, всё в порядке, не обожжёмся, — ответил генерал, поднимая взгляд и кидая дрова в огонь. Парни взяли свою одежду, и генерал начал раздеваться. Внезапно, спустя несколько секунд, он замер, продолжая расстёгивать свой пиджак. Вспомнив об Аде, он слегка смутился и снова посмотрел на неё. —Ада, прости, конечно, это конец света, и мы тут все такие... странные, но если тебе неудобно, повернись. "Кто сказал, что мне не удобно?" — подумала Ада про себя, но только кивнула, не выдав своих мыслей. На самом деле, ей было не так уж и странно, но она предпочла держать молчание. Она просто поднялась по лестнице. На лестничной площадке её взгляд остановился на полуголых Сине и генерале, которые готовились к смене одежды. Генерал был по-настоящему накачан — его рельефные мускулы были видны даже в тусклом свете. Син тоже не отставал: его руки были крепкими, а пресс — довольно выраженным. Оба парня, сменив свои рваные, грязные вещи на новенькое, выглядели не менее привлекательно. Син надел чёрную водолазку и чёрные штаны, а генерал — темно-серый пиджак с классическими брюками, что несколько придавало ему строгий вид. Когда они наконец оделись, Ада спустилась обратно. Генерал, кидая дрова в костёр, сказал: —Садитесь, чуть погрейтесь, потом отбой. Все уселись вокруг огня, погружённые в тишину. Пламя танцевало в камине, отбрасывая причудливые тени на стены. Генерал достал из рюкзака несколько банок еды и воды, протягивая их каждому. Ада взяла банку с водой, но есть не хотела. Лишь сделала несколько долгих глотков, опустошая бутылку до дна, будто от воды зависела вся её жизнь. Взгляд её был отрешённым, но в какой-то момент, едва не замечая этого, она почувствовала, как тяжесть мироздания сдвигается и как будто концентрируется в её пальцах. Парни сидели рядом, изредка посматривая на неё, а Ада, не давая себе слабину, продолжала смотреть в огонь. Она поднесла руки ближе к пламени, обогревая их, но что-то в этом было странное. Как будто огонь не просто согревал её кожу — он начинал проникать сквозь неё. Она почувствовала, как жар костра проникает в её ладони, но не исчезает, а как бы тянется внутрь её тела. Её пальцы начали тихо мерцать, как будто огонь пронизывал её не только снаружи, но и изнутри. Ада попыталась немного убрать руки от костра, но не могла. Огонь продолжал пробиваться сквозь её, будто обвивал её пальцы невидимой нитью. Она почти не заметила, как его свет начал мягко пересекать пространство, пронизывая её кожу, словно это не было просто теплом, а чем-то более глубоким, мистическим. Все вокруг продолжали есть и разговаривать, но она оставалась поглощена этим ощущением, не в силах сказать ни слова. Это было как странное единство с огнём — как будто она сама была частью этого пламени, частью чего-то более древнего и могущественного. Её руки были такими лёгкими, что, казалось, они не имели веса. Она почти не чувствовала своего тела, ощущая лишь тонкую связь с этим огнём, как будто он стал её продолжением. Отрывая взгляд от своих рук, она посмотрела на парней, но ни один из них не заметил, как её руки начали светиться, словно они стали частью самого огня. Смотря в их стороны, Ада почувствовала, как горячий свет, излучаемый её пальцами, смягчает её лицо, но она не могла избавиться от ощущения, что это что-то большее, что-то непонимаемое, что она не в силах контролировать. Мгновение спустя, Ада тихо выдохнула и опустила руки. Огонь остался позади, но в её теле было что-то новое, что-то странное, неведомое ей раньше. Она решила, что лучше промолчит. Всё происходящее вокруг неё было слишком необычным, чтобы объяснять это кому-то, и она ещё не была готова понять, что же это было на самом деле. Тишина в лагере стала глубже, но её внутреннее ощущение огня осталось с ней, всё ещё слегка мерцая в её руках, как ненавязчивый свет, который она не могла погасить. Парни уже начали зевать, потягиваясь и сдвигая свои тела поближе к костру, готовясь к ночному отдыху. В воздухе витала усталость, и скоро тишина лагеря стала глубокой, нарушаемой лишь треском горящих дров. Они уютно устроились рядом с огнём, втягивая последние капли тепла, прежде чем погрузиться в сон. Однако генерал, заметив, что все начали засыпать, прервал момент тишины своим голосом: —А кто будет за дежурного? Словно из этой тишины, Ада тихо подняла взгляд, который был слегка затуманен от усталости, но в её глазах всё ещё отражался огонь костра. Она сделала лёгкое движение, как бы подтянув плечи. —Я могу, - сказала она уверенно, несмотря на усталость, которая тоже начинала накрывать её. Генерал на мгновение задумался, посмотрел на неё с лёгким сомнением в глазах, и затем спросил: —Ты уверена? Ты ведь уже долго на ногах... не устала? Ада немного поёрзала на месте, но, чувствуя, что ответственность за безопасность их ночного отдыха будет важной, она ответила, не скрывая усталости: —Всё хорошо, не переживай. Я останусь на посту, почитаю книгу из библиотеки. Может, это немного отвлечёт меня, - её голос звучал немного уверенно, но и слегка устало, словно она говорила себе это больше, чем кому-то другому. Парни обменялись взглядами, но не стали спорить. Син коротко кивнул, а генерал, в свою очередь, ещё раз взглянул на неё, решив, что, возможно, Ада справится с этим, несмотря на её истощение. —Хорошо, если ты уверена, - сказал генерал, вытирая со лба каплю пота, - тогда на тебе дежурство. Если что, просто зови, мы рядом. Ада кивнула в ответ и снова взглянула на огонь. Момент тянулся, и тишина лагеря окутывала их всех, наполняясь ощущением покоя и одновременно готовности к возможной угрозе. Ада уселась у костра, разглядывая книгу, которую она так неожиданно нашла в библиотеке, и открыла её на первой странице. В голове ещё крутились мысли о таинственном злом, о книге, которую она не могла просто так забыть, но сейчас не было времени на размышления. Костёр продолжал пылать, а ночная тишина стала глухой и глубокою, с каждым моментом укрепляя ощущение пустоты и неопределенности, как будто всё в мире стоит на грани чего-то важного, что должно вот-вот произойти. Ада погрузилась в чтение, пытаясь избавиться от странного чувства, которое не отпускало её с того момента, как она обнаружила эту книгу. Но её глаза уже не могли сосредоточиться на строках. Чем больше она читала, тем больше её мысли ускользали, возвращая её к воспоминаниям о странном мерцании в её руках, об огне, который казался не просто источником тепла, а чем-то больше. Лишь когда ночная тишина стала абсолютной, Ада снова обратила внимание на свои ощущения и поняла, что её тело вдруг замирает, а мозг продолжает работать на автопилоте, как бы стараясь не смотреть за пределы ночи и не думать о том, что её ждёт завтра. Подняв голову, она увидела, как оба парня уже спокойно спят, и на мгновение ей показалось, что все её мысли об этом странном мире и его загадках начали постепенно уходить. Но это было только на мгновение. Ада устроилась у костра, снова открыв странную книгу. Она пыталась прочитать её, надеясь, что, возможно, она сможет хоть что-то понять, но когда взглянула на страницы, то поняла, что тексты совершенно не соответствуют французскому языку. Она с удивлением увидела символы и знаки, которых раньше не встречала. Строки мерцали и изгибались, как если бы сами слова пытались убежать от её глаз. Один из отрывков выглядел так: "Zoa theta piqis zerne, mixtum scripta volium nocurabur." Ада попыталась произнести эти слова вслух, но её голос звучал напряженно, как будто они не были просто языком, а чем-то иным, неведомым. Тексты были сложными, тяжелыми для восприятия, и чем дольше она смотрела на страницы, тем больше её охватывало чувство, что книга словно влияла на её восприятие. Казалось, что она поглощала её мысли, медленно стирая границу между реальностью и чем-то скрытым, темным. Она сделала паузу, несколько раз моргнув, чтобы сосредоточиться. Когда она снова взглянула на книгу, тексты изменились, становясь ещё более странными: "Vorti enciza, brium dei colldecad. Gha'la varnas." Ада положила книгу на колени и села прямо, на секунду забыв о мире вокруг. Её разум пытался пробиться сквозь эту неведомую фразу, но голова была тяжелой, а глаза устали от непрерывного наблюдения за странными знаками. И тут она услышала его. Тихий звук. Крохотный, едва заметный, но, тем не менее, явный. Это было что-то вроде скрежета или легкого шуршания, как будто кто-то двигался в комнате кукол, что-то тихо и осторожно шевелилось в темноте. Ада вздрогнула, и её взгляд сразу же направился в сторону, откуда исходил звук. Она замерла, прислушиваясь, но в тишине лагеря, нарушаемой только потрескиванием костра, не было ничего. Сначала ей показалось, что это был просто её ум, обострённый от усталости и странного содержания книги, но затем звук повторился. Что-то двигалось, словно маленькие шаги. Тревога наполнила её сердце. Она медленно встала и обернулась, взгляд искал источник шума. Но комната, в которой она сидела, оставалась такой же тихой и пустой, как и прежде. Только кукол было больше, чем раньше, их глаза казались мрачными и блестящими в свете костра. Ада повернулась и направилась в сторону комнаты, откуда исходил звук, пытаясь не сделать ни одного лишнего шага, чтобы не привлечь внимание. С каждым шагом её страх усиливался, но любопытство тянуло её вперед, как невидимая сила. Но когда она подошла к двери, звук прекратился, оставив её в полной тишине. Ада осторожно вошла в комнату, где стояли куклы. Она ещё раз осмотрела пол, стены и потолок — всё оставалось в том же виде. Куклы, которых она видела до этого, теперь казались ещё более зловещими. Их глаза блестели в тусклом свете, а их позы оставались неподвижными, как если бы они ждали чего-то или кого-то. Ада вздохнула и подошла ближе, не ощущая, что в комнате происходит что-то необычное. Однако, когда она подошла к самой большой из кукол, не смогла не заметить, что что-то не так. Кукла стояла в углу, и её положение казалось немного изменённым, словно её кто-то двигал. Ада прищурила глаза и подошла поближе. Она аккуратно отодвинула куклу в сторону, и в тот момент её сердце пропустило удар. Под куклой скрывалась небольшая плита, которая была впитана в пол, как будто сама поверхность пола поглотила её, оставив лишь слабый след. Ада опустилась на колени, осторожно приподняв край своей куртки. Почти не веря своим глазам, она продолжала рассматривать плиту. Края её были сильно обточены, и, казалось, что она была частью чего-то гораздо большего. Плита была настолько гладкой, что на первый взгляд казалась естественной частью пола. Но в ней было нечто странное, что заставляло её сердце биться быстрее. Не в силах удержаться, она наклонилась ближе и присмотрелась. И в этот момент, прямо из-под плиты, на неё посмотрели два глаза. Глаза, не похожие на человеческие. Их цвет был странным, тускло-серым, но при этом они светились, словно что-то неестественное. Они были неподвижны, но ощущение, что их взгляд скользит по ней, было невыносимо сильным. Ада замерла, как вкопанная, её дыхание перехватило, но перед тем, как она успела отступить, глаза исчезли. Она резко отшатнулась назад, её сердце бешено колотилось в груди. Вдруг в комнате снова стало тихо, и, когда она вернулась взглядом к тому месту, откуда только что появились глаза, она увидела... только плиту. Никаких следов, никакого движения. Всё было, как прежде. Ада осмотрела комнату ещё раз, и, кажется, всё было на своих местах. Однако её руки начали слегка дрожать. То, что она только что увидела, никак не укладывалось в рамки здравого смысла. Странные глаза, исчезнувшие так быстро, как будто их и не было... Она чувствовала, что не может просто так уйти. Тот момент, когда она увидела эти глаза, не был случайным. Что-то скрывалось в этом месте, и она должна была разобраться в этом. Собравшись с силами, она встала, взглянув на плиту в последний раз, и направилась к двери, всё ещё не уверенная, что произошло. Ада вышла из комнаты с куклами, чувствуя, как всё вокруг начинает казаться немного странным, словно мир стал немного искажённым. В голове крутились мысли об увиденном. Вспомнила дело, которое она видела в одной из комнат. Это было что-то странное, неясное и в то же время тревожное. Слишком много совпадений, слишком много нерассказанных историй. Она сразу поняла, что если это всё действительно связано с каким-то объектом или системой, то ей нужно разобраться с этим. Это не могло быть случайным. Она чувствовала, что её не отпустит этот вопрос, пока она не разберётся с ним. И если бы, не дай бог, что-то случилось, ей нужно быть готовой. Она решила, что если ей предстоит ночь здесь, то она должна быть наготове. Вдруг кто-то из них проснется и не сможет держать себя в руках, или — что ещё хуже — что-то может случиться ночью. Нужно было действовать. Тихо, почти незаметно, она прошла мимо спящих парней, не подавая признаков тревоги. Генерал и Син отдыхали у костра, их дыхание было ровным, и казалось, они погрузились в глубокий сон. Ада не хотела будить их, они устали, и она не хотела вызывать лишние вопросы. Вскользь заметив рюкзак генерала, она подошла и аккуратно вытащила пистолет. Её пальцы слегка дрожали, но она заставила себя успокоиться. Пистолет был холодным и тяжёлым в руке, но ей нужно было быть готовой. Нужно было вернуть себе уверенность. С пистолетом в руке она вернулась к комнате с куклами и снова отодвинула панель, скрывающую туннель. Должно быть, он был здесь скрыт уже много лет, но сейчас, когда Ада опять взглянула на эту плиту, она поняла, что должна идти туда. Не важно, что она могла найти. Если это было частью какого-то эксперимента или части истории, которая касалась её мира — она не могла оставить это без внимания. Отодвинув плиту, она попала в тёмное, пыльное пространство, где царила тишина и мрак. Пауки, паутины и древний запах затхлости наполнили воздух. Всё было заброшено, забыто, как будто никто не был здесь много лет. Но Ада чувствовала, что что-то ещё осталось. Шаги эхом отдавались в пустоте туннеля. Она шла вперёд, освещая себе путь маленьким фонариком. Воздух был холодным, и с каждым шагом она чувствовала, как её нервозность возрастает. Пропасть между ней и этим местом становилась всё глубже, но она не могла остановиться. "Что за место?" — думала она, всё время ощущая, что здесь что-то не так. Всё вокруг было неполным, как будто эта часть мира прятала в себе ответы. Далеко впереди её взгляд случайно наткнулся на что-то. Необычные металлические конструкции и свечение из-за поворота туннеля. Она ускорила шаг, напряжённо всматриваясь в темноту. Эти странные металлические стены... И те глаза. Она была уверена, что они не были видением. Теперь ей нужно было узнать правду, даже если она бы шокировала её. Шаг за шагом, Ада продолжала двигаться вперёд, углубляясь в этот странный, зловещий туннель. Время теряло для неё всякое значение, и даже её собственные шаги казались приглушёнными, как будто вся окружающая реальность исчезала. Она чувствовала, как её нервы напряжены до предела, и каждый угол, каждое движение в темноте заставляло её настороженно вздрагивать. Но она не могла остановиться. Ответы были где-то там, и она собиралась их найти. Через некоторое время она оказалась в огромной, запущенной комнате, которая, по видимому, служила каким-то техническим подвалом. Здесь стояли старые, ржавые генераторы и огромные машины, покрытые слоем пыли. Свет из её фонаря едва пробивался сквозь густую тьму, и она всё больше ощущала себя в каком-то забытом мире, где не было ни людей, ни времени. Это место было как замороженное в момент, который никто не пережил. Вдруг её сердце пропустило удар, когда из темноты, как тень, кто-то подкрался сзади. Чужие руки закрыли ей рот, а дыхание стало тяжёлым. Она мгновенно поняла, что это не просто случайность. С её опытностью она быстро просчитала возможные варианты: усыпляющее вещество. Адреналин вспыхнул в венах, но было слишком поздно. Её глаза начали тускнеть, и в последний момент, когда темнота начала поглощать её сознание, она успела различить два силуэта. Один из них стоял прямо перед ней, и её взгляд встретился с его глазами — синими, ледяными, полными какого-то странного безразличия. Но тот, кто держал её сзади, был совершенно другим. Чёрные глаза. Глаза, в которых не было ни жизни, ни эмпатии. Как пустота, заполнившая его взгляд. «Не тот», — мелькнула мысль в её голове, прежде чем её сознание окончательно поглотила тьма. Всё исчезло. Мир стал неясным и размытым, как туман, как сон, в который она ушла. Но Ада не могла понять, было ли это настоящим, или же она уже начала видеть свои кошмары. Всё казалось слишком реальным, слишком живым. И прежде чем поглотила её тьма, она подумала, что, возможно, это была не просто ловушка. Возможно, она слишком близко подобралась к чему-то, что они старались скрыть. Её тело расслабилось, и она погрузилась в глубокий, бесконечный сон. Ада стояла в снегу, окружённая величественным, но разрушенным замком, его стены, будто сотканные из вечности, разрушались, как от голоса времени. Снег, который мягко падал вокруг неё, казался чуждым, как сама эта сцена — театральная, почти нереальная. В платье белого цвета, она была как призрак, потерявшийся в этом мире. Волосы её извивались, поднимались на ветру, и всё вокруг становилось неважным, кроме этого мгновения. Словно она проживала сцену из забытого сна, где сама природа ждала её движений. Она подняла глаза и увидела тот же замок, в котором они были. Всё это выглядело так знакомо, так мрачно. Но что-то другое привлекло её внимание. Река. Чёрная и мёртвая, она текла рядом, но Ада почувствовала что-то странное, влечение, почти непреодолимое. Почему-то она не смогла устоять перед этим звуком, который тянул её к себе. Шум воды был приглушён, как будто скрывал что-то за собой, но её ноги сами пошли в сторону реки. Подходя к воде, Ада всё глубже погружалась в свои мысли. Она не могла объяснить себе, что её тянет. Без колебаний она вошла в реку, несмотря на холод и сопротивление воды, которая, казалось, не хотела её пропустить. Встала прямо в центре, и река, как будто отвечая, обняла её. Вода текла по её ногам, холод пронизывал кожу, но это было не важно. Ада закрыла глаза, позволяя волнам обнимать её, погружая в глубокое состояние. С каждым моментом ощущение напряжения усиливалось, и в какой-то момент, будто не выдержав, Ада открыла глаза. И то, что она увидела, привело её в замешательство. Вода была красной. Её тёмные, почти чёрные оттенки поменялись на ярко-красные, как кровь, расползающаяся по воде, изменяя всё вокруг. Река больше не казалась природным элементом. Она стала чем-то живым, чем-то, что наблюдает за ней, что испытывает её. Взгляд Ады упёрся в водную гладь, в которой теперь отражались её глаза. И в этих отражениях она увидела что-то, чего не ожидала — ту же самую пустоту, ту же странную неизведанность, что терзала её всё это время. Ада не понимала, что происходит. Почему вода стала такой? Почему она всё больше ощущала, как что-то странное тянет её вглубь, в самое сердце этой красной реки? Ада стояла в воде, её ноги всё больше погружались в эту странную жидкость, которая теперь стала красной, как кровь. И тут, словно отклик на её внутреннее состояние, в воздухе раздались крики. Это были не просто звуки. Это было нечто более страшное, будто сам воздух вибрировал от боли и страха. Она услышала их отчётливо — крики боли, страха, мольбы о помощи. Они сливались в один звук, казавшийся всё более знакомым. Она пыталась сосредоточиться, но не могла. Её разум становился всё более размытым, как расплывающаяся картинка, когда она не знала, что это. Это были крики людей, которых она знала. Но как? Они не могли быть здесь. Учёные, с которыми она когда-то работала, генерал, Син, даже её родители... и все они были мертвыми, в ужасных позах, с искорёженной болью на лицах. И хотя Ада никогда не встречала их живыми, она знала, что это они. Этой жуткой связью были пропитаны её сны, её кошмары. Тогда, словно из ниоткуда, из самой глубины её страха, появился монстр. Огромный, с невообразимыми тремя парами глаз, злобно сверкающими в темноте. Это был тот монстр, которого она видела в бункере. Он казался живым и мёртвым одновременно, как отражение какого-то кошмара. Он пошёл на неё, готовый разорвать её на части. Его лапы протянулись к ней, и она не успела уклониться, как почувствовала его ледяное дыхание, захватывающее её. Но прежде чем он успел её достать, Ада в панике взглянула в воду, как в последнюю надежду на спасение. И там она увидела её отражение. Но это было не то, что она ожидала. То, что она увидела, заставило её замереть. Тень, которая всегда следовала за ней, с того самого момента, как она родилась, теперь превратилась в нечто жуткое. Это было нечто совсем чуждое, монструозное. Это была не просто тень. Это было существо, стоящее позади неё, будто она была его носителем. Её собственное отражение будто смеялась, и её глаза загорелись ярким, страшным красным светом. Она пыталась понять, что происходит, но разум её с каждым мгновением становился всё более затуманенным, и что-то внутри неё начало рваться наружу, поглощая её. В этот момент мир вокруг неё исчез, а всё, что оставалось, было туманное сознание, поглощённое бездной. Тёмные фигуры продолжали мерцать в её поле зрения, и её мысли, словно клубы дыма, растворялись в пустоте. Она больше не могла понять, где начинается она и где кончается это нечто, которое стало частью её. Тень продолжала расти, поглощая её душу, пока сама Ада не исчезла в темноте, оставив лишь красные всполохи в воде, где когда-то было её отражение.