Часть 5. Тени прошлого

Гермиона сидела в тени огромных полок библиотеки, её взгляд блуждал по страницам книги, но мысли были далеко. Она пыталась найти в этом старом тексте хоть что-то, что могло бы помочь ей понять, как выжить в этом мире, где её презирали и ненавидели. Но была ещё одна вещь, о которой она не могла не думать — они все в безопасности только до тех пор, пока никто не решит поставить их жизни на кон. Шум шагов прервал её размышления. Она подняла взгляд, интуитивно зная, кто это. Тень Долохова, как всегда, оказалась зловещей и надменной. — Хмм, так так, грязнокровка Грейнджер? — его голос прорезал тишину, как нож, в нем не было ни намёка на доброжелательность, только циничная насмешка. Гермиона не ответила, но почувствовала, как сердце ускоренно забилось. Она инстинктивно напряглась, но пыталась сохранять самообладание. В его присутствии не было безопасных мест. Он сделал шаг вперёд, его тень растянулась на страницах её книги. — Ты всё ещё веришь, что можешь быть частью этого мира, Грейнджер? — он не пытался скрывать свою презрительную усмешку. — Ты думаешь, ты что-то стоишь? Твоя грязнокровность тебя не спасёт. Гермиона сжала зубы, но, вместо того чтобы молчать, как она делала раньше, её голос прорвался сквозь агрессию в её душе. — Ты, конечно, лучше меня, Пожиратель Смерти, который убивает без всякой причины. Долохов засмеялся — жестокий, почти нервный смех, который только подогревал атмосферу. Он шагнул ещё ближе, и Гермиона почувствовала, как её грудь сжимается от горькой отваги, которая, несмотря на все угрозы, всё ещё не исчезла. — Что ты собираешься делать? Тебе ведь давно не удавалось быть для кого-то важной, правда? — его рука скользнула по столу, и её дыхание стало прерывистым. — Ты и правда думаешь, что тебе повезёт, Грейнджер? Ты же всего лишь грязнокровка, которая всё ещё пытается жить в этом грязном мире магии, думая, что может что-то изменить. Её лицо застыло. Она не могла позволить ему выиграть. — Магия не зависит от крови, Долохов, а твоя жестокость лишь подчеркивает твоё бессилие. — её слова были острыми, как ножи, но внутри она чувствовала, как холод сковывает её. Она была в ловушке. Но он не собирался сдаваться. С каждой секундой его взгляд становился всё более яростным, его слова всё жестче. — Я думал, что ты была умной, но ты все равно такая наивная, Грейнджер. Ты по-прежнему думаешь, что есть место для таких, как ты, в этом новом мире. Ты просто кусок мусора, которым можно управлять, и я знаю, что ты это знаешь. Гермиона сжала кулаки. Она чувствовала, как что-то внутри неё готово взорваться. Она была готова кричать, бороться, но что было бы дальше? В её жизни уже не было места для победы. Были только слабости, которые она так тщательно скрывала от окружающих. — Ты всё равно не можешь меня победить, Долохов. — её слова прозвучали почти как проклятие. Он поднёс руку к её лицу, намереваясь грубо схватить её за подбородок. Но Гермиона сжала губы и в последний момент оттолкнула его руку. — Ты правда думаешь, что всё в этом мире решается силой? Ты лишь трус, который прячет свою слабость за маской жестокости. Её голос был холодным, но в глубине души она знала, что её слова не могут заставить его остановиться. Всё, что она могла сделать, это запомнить его слова, его действия, чтобы однажды отомстить. Долохов наклонился к ней, его лицо было совсем близко, его глаза полны ненависти и презрения. — Я давно хотел посмотреть, как ты будешь умолять. В этот момент дверь резко распахнулась. Драко стоял в проёме, его лицо было искажено яростью. Он увидел, что происходило, и мгновенно понял, что всё, что он чувствовал в момент их встречи, не было ошибкой. В его глазах зажёгся огонь. — Убери свои руки от неё, Долохов! — его голос был пронзительным, почти сжимающим воздух. Долохов обернулся, но вместо того, чтобы отступить, он выпрямился и усмехнулся. — Ты думаешь, что сможешь меня остановить, Малфой? Ты же ничем не лучше. Драко шагнул вперёд, его магия зазвучала вокруг. Он был готов разорвать Долохова на части за то, что тот осмелился причинить боль Гермионе. Но Долохов не был слабым. Он был Пожирателем Смерти, и он был готов бороться до конца. Но взгляд Драко, полный решимости и ярости, заставил его отступить. — Она моя, Долохов. Ты не касаешься её. — его слова звучали как приговор. Долохов с насмешкой отступил, его взгляд был полон угрозы, но он понимал, что сейчас не лучший момент для того, чтобы продолжать. — Ты пожалеешь об этом, Малфой. — прошипел он, прежде чем исчезнуть в темных коридорах. Гермиона стояла в полном молчании, её сердце колотилось, как никогда раньше. Она не могла ни говорить, ни двигаться. Она чувствовала его взгляд, чувствовала его присутствие, но она была почти не в состоянии воспринимать, что происходило. Драко подошёл к ней, его взгляд всё ещё был полон ярости, но теперь в нём была и забота. — Ты в порядке? — его голос был тихим, но жестким, как если бы он боялся услышать, что всё это было напрасно. Гермиона не могла найти слов. Она чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но она не могла позволить себе плакать. Но всё, что она чувствовала сейчас, было противоречиво. Она не знала, как реагировать на то, что произошло. Драко аккуратно провёл рукой по её волосам и взял её за руку. Его прикосновения были мягкими, но сильными. Он привёл её в их общую комнату, и здесь, среди тихого света, он вновь задал тот вопрос. — Ты в порядке? Гермиона почувствовала, как его забота и присутствие стали неким спасением для неё. Слова не могли передать всей её благодарности, но она знала одно — в этом мире, полном боли и тьмы, хоть однажды ей удалось найти уголок, где она могла быть в безопасности. И хотя в её душе всё ещё горело то ощущение пустоты, она знала, что не была одна.