i miss them

Прошёл год. Казуки больше не считала дни, потому что потеряла надежду. Её жизнь превратилась в бесконечное повторение: одержимость Рэ, его постоянные попытки купить её любовь дорогими подарками и её вынужденная ложь, чтобы выжить. Она жила, как чья-то жена, хотя ей было всего шестнадцать. Каждый день она скучала по своим родителям, по младшему братику, по школе и особенно по Осаке — её лучшему другу, который всегда был рядом, пока она не исчезла. Рэ казался вполне счастливым. Его жизнь шла своим чередом: работа, которую он никогда не обсуждал с ней, и "семейная идиллия" с Казуки. Он относился к ней, как к драгоценной вещи, с которой нельзя расставаться ни на секунду. Однажды, когда Рэ вернулся с работы, Казуки решилась на смелый шаг. Она села напротив него за столом и тихо произнесла: — Рэ, я хотела бы попросить тебя кое о чём. Он поднял на неё глаза, в которых блеснул интерес. — Что угодно, милая. — Можно мне... Можно мне посмотреть мои старые фотографии? Я так скучаю по своей семье, по школе. Пожалуйста. Рэ задумался на мгновение. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень подозрения. — Ты обещаешь, что это не вызовет у тебя... ненужных мыслей? Казуки торопливо кивнула. — Я просто хочу вспомнить. Это всё. После короткой паузы Рэ кивнул и достал её телефон из ящика в спальне. Он вернул его Казуки, внимательно наблюдая за её реакцией. Она с трепетом взяла его в руки, словно это был кусочек её потерянной жизни. Они легли вместе на кровать, и Казуки начала листать старые фотографии. На экране появлялись счастливые моменты: семейные ужины, школьные мероприятия, селфи с Осакой, улыбки её родителей. Сердце Казуки сжалось, а слёзы начали наворачиваться на глаза. Рэ, наблюдая за ней, внезапно спросил: — Ты скучаешь по ним? Она замерла, но быстро взяла себя в руки. — Конечно, — ответила она тихо. Рэ нахмурился, но его голос оставался мягким. — Ты же понимаешь, что они лишь помешают нашей любви? Казуки сделала вид, что задумывается, а затем ответила: — Ты прав. Рэ удовлетворённо кивнул. — Все уже думают, что ты мертва. Дело о твоей пропаже закрыто. Ты теперь только моя, и останешься моей. Казуки старалась не показать, как сильно её ранят эти слова. Она кивнула, стараясь выглядеть искренней. — Да, я твоя. Мне никто не нужен кроме тебя. Рэ улыбнулся и нежно провёл рукой по её волосам, после чего, довольный, поцеловал её в щёку. Через несколько минут он уснул, обняв её одной рукой. Казуки, оставшись одна в тишине, продолжала листать фотографии. Её сердце разрывалось от тоски. На одном из снимков был её брат, держащий в руках плюшевого медвежонка, который она подарила ему на день рождения. На другом — мама и папа, смеющиеся за семейным столом. Слёзы тихо катились по её щекам. Она закрыла рот рукой, чтобы Рэ не услышал её рыданий. Казуки снова и снова повторяла себе одну фразу: «Когда-нибудь я выберусь. Когда-нибудь... Когда-нибудь... Когда...» Эти слова звучали в её голове, как мантра. Она не знала, сколько ещё сможет терпеть, но одно она знала точно — она должна выжить.