ГЛАВА I ЧАСТЬ 2 (Школа Абадон)

Как только девушки начали работать над доработкой плана, Широко, всегда готовая добавить немного лёгкости в любую ситуацию, взглянула на Сенсея и, немного улыбаясь, сказала: — Нн... Ты не переживай, Сенсей. Мы всегда можем что-то придумать. Главное — действовать вместе, и всё получится! Сенсей лишь кивнул, его взгляд всё ещё был сосредоточен на происходящем, но в его глазах можно было заметить некое уважение к этой решимости. Он не был склонен к эмоциональным проявлениям, но в глубине души ему было приятно видеть, как они объединяются в такой сложной ситуации. Тем временем, Хошино, всё ещё несколько шуточно, добавила: — Уэхе-хе! Если что, мы на тебя положимся, Сенсей! Так что запасной план — это не такая уж и страшная вещь! Сенсей в ответ сдержанно посмотрел на неё, но в его взгляде было что-то, что давало понять: он не оценивал их легкомысленные замечания, как они могли бы это ожидать. Он был здесь, чтобы научить их правильно действовать в любых обстоятельствах. Когда разговор снова перешёл к деталям, Сенсей решил внести несколько предложений, и вскоре, после некоторых корректировок, план стал значительно лучше. — Вот теперь это выглядит как более реалистичный подход, — сказал он, давая понять, что теперь всё в порядке. — Теперь остаётся только подготовиться к каждому этапу. Не забывайте о рисках, которые могут возникнуть по ходу выполнения. Сенсей снова подошёл к столу, его тело всё ещё ощущало усталость, но он предпочёл не показывать её. Он знал, что впереди их ждёт не менее сложная задача, и оставаться сосредоточенным было для него важнее всего. Девушки, хотя и были немного нервозными из-за новых подробностей в плане, с готовностью начали готовиться к дальнейшим шагам, уверенные в том, что с Сенсеем их шансы на успех были гораздо выше. Внезапно раздался оглушительный взрыв, и стены здания затряслись. Широко, мгновенно ощущая угрозу, выхватила оружие, её взгляд стал холодным и решительным. Девушки, словно слаженный механизм, повторили её жест и быстро заняли позиции, готовые к любому развитию событий. Однако Сенсей, вместо того чтобы как-то отреагировать на взрыв, даже не шелохнулся. Он лишь чуть повернул голову в сторону источника звука, как если бы кто-то постучался в дверь. Его лицо оставалось таким же непроницаемым, будто он привык к таким звукам. — Что происходит? — спросил он лениво, будто это было очередным незначительным происшествием. Широко, почувствовав, что ситуация может быть опасной, поспешила: — Сенсей, спрячьтесь! Это может быть засадой! Но вместо того чтобы последовать её указаниям, Сенсей, как ни в чём не бывало, подошел к окну, открыл его на распашку и, вывалившись в воздух, громко крикнул: — Что тут происходит? Широко рванулась к нему, пытаясь его схватить и оттащить от окна, но он сделал жест рукой, давая понять, что он собирается действовать по-другому. Он не собирался прятаться или уходить от проблемы. Внизу, несколько девушек, являющиеся частью одной из банд, с ухмылками посмотрели на Сенсея. Их группа была известна своим агрессивным поведением, и их слова были полны угрозы. — Мы собираемся захватить Среднюю школу Абидос и сделать её нашим штабом, — крикнула одна из них, подходя ближе. — Старик, нам не помешать! Сенсей, по-прежнему стоя в окне, открыл рот, готовый что-то сказать. Но его ответ был неожиданным: — Идите домой, — произнёс он спокойно. — Не потому, что я о вас беспокоюсь или боюсь, что вы убьёте школьниц из Абидоса, а потому, что я не хочу слышать выстрелы. Эти звуки напоминают мне о прошлом и пробуждают во мне желание сражаться. А я уже не в том возрасте, чтобы искать битвы. Девушки на улице, казалось, не ожидали такого ответа. Они переглянулись, и одна из них с яростным взглядом выкрикнула: — Ты что, с ума сошёл, старый хрыч?! Мы не будем слушать тебя! Сенсей не изменил выражения лица. Он стоял, как каменная статуя, не обращая внимания на их ярость. Широко, почувствовав, что ситуация может выйти из-под контроля, ещё раз попыталась вмешаться, но Сенсей вновь дал ей понять жестом, что он сам справится. Девушки вокруг него неуверенно начали осматривать местность, их оружие готово, но никто не решался действовать первым. Это был момент напряжённого молчания, в котором каждая из сторон осознавала, что действия дальше определят, чем всё это закончится. Сенсей вздохнул, его взгляд стал ещё более решительным, а движения — уверенными. Он повернулся к Широко и, мягко, но уверенно попросил: — Дай мне свою винтовку. Широко мгновенно замерла, не ожидая такого запроса, но после краткого колебания всё же протянула оружие. Она наблюдала за ним с недоверием, пытаясь угадать, что он собирается делать. Сенсей машинально проверил винтовку — покрутил её в руках, проверил патроны и прицел. Он был точно уверен в своём инструменте. Затем его взгляд скользнул на Широко, и хотя его лицо скрывалась за маской, Широко почувствовала, что он улыбнулся ей — теплой, доброй улыбкой, полной уважения. — Хорошая девочка, — сказал он, оглядев оружие. — Оно в отличном состоянии, ты явно заботишься о нём. Широко едва ли могла сдержать удивление. Сердце её забилось быстрее, но она ничего не сказала. Она не могла понять, что именно заставило её почувствовать такую странную теплоту от его слов. Это было нечто большее, чем просто его добрые слова — это был глубокий момент взаимного уважения, который она почувствовала в каждом его жесте. После этого Сенсей вернулся к окну, с легкостью переключил винтовку на одиночный режим и спокойно произнёс: — Буду считать до десяти. На «десяти» начну. Девушки снаружи усмехнулись, считая, что это просто попытка старика запугать их. Они смеялись и не принимали его слова всерьёз, готовясь к атаке. Однако Сенсей не собирался их пугать. Он был уверен в своих силах. В его глазах не было страха — только спокойная уверенность и расчетливость, которые говорили о его опыте и мастерстве. — Один... два... три... На счёте «три» раздался выстрел. Идеально прицелившись, Сенсей начал метко стрелять. Каждая пуля попадала точно в цель, но что самое удивительное — никто не погиб. Каждая пуля была точной и контролируемой, оставляя противников лишь с лёгкими ранениями, но не убивая их. Он заставлял их чувствовать боль, но не оставлял смертельных последствий. Хулиганки, недоуменно посмотрев на друг друга, поняли, что их легкомысленные улыбки были напрасны. Сенсей продолжал стрелять с безупречной точностью, не спеша, но также не давая им ни малейшего шанса на успех. Каждое попадание было словно предупреждением, что они перешли черту, и теперь они играют не с тем противником. Девушки начали пятиться, их уверенность резко ослабела. Некоторые из них потянулись за своими оружиями, но уже было поздно — они поняли, что Сенсей контролирует ситуацию и что ему не нужно было разгуляться в насилии. Когда последние из хулиганок разбежались, Сенсей вернул винтовку Широко. Он не спешил, взял оружие с аккуратностью, как будто он вновь отдавал её не просто ученице, а равному по духу человеку. Широко чувствовала, как её грудь наполняется странным чувством гордости. Этот момент был для неё особенно важным. Сенсей, слегка погладив её по голове — жест, который был одновременно и тёплым, и уважительным — произнёс, несмотря на маску: — Ты помогла мне. Теперь я должен тебе десять патронов. Широко стояла в изумлении, не зная, как реагировать на его слова. Это был тот момент, когда она, как и все остальные, вдруг осознала, что Сенсей — это не просто старик с маской. Он был человеком, который олицетворял силу, мастерство и доверие. Он не просто преподавал, он показывал своим примером, как быть настоящим бойцом. Это было необычно, это было... по-настоящему взрослое. Хошино и остальные девушки, стоявшие рядом, тоже были потрясены. Они впервые видели такого взрослого человека — не просто авторитетного, а человека, который мог сдержать свою силу и мудро направить её. Это впечатляло их больше, чем какой-либо урок. Широко, улыбнувшись, тихо сказала: — Хорошо, Сенсей. В её словах звучала не только благодарность, но и глубокое уважение. Она была готова работать с ним, следовать его примеру. Этот момент стал чем-то важным для неё, началом новой главы, где она могла стать ещё сильнее, как и другие ученицы, которые стояли рядом, восхищённые тем, что только что произошло. Сенсей откинулся на спинку стула и внимательно выслушал Окусору Аяну. Она говорила без эмоций, как человек, который привык сталкиваться с трудностями. Всё это время, пока она рассказывала историю, Сенсей внимательно следил за её глазами, оценивая каждое слово, каждую интонацию. Он знал, что за этой историей скрываются не только факты, но и надежды, мечты и, возможно, разочарования. Когда она закончила, он некоторое время молчал, обдумывая сказанное. — Так, — сказал он, наконец, немного прищурив глаза, — школа Абидос была когда-то великой. И теперь, после того как территория была продана и деньги потрачены, вам приходится бороться за выживание. И, возможно, вы пытаетесь вернуть хотя бы часть того, что было утрачено. Но кто стоит за вашим долгом? Кто не дал вам шанса на восстановление? Хошино, в свою очередь, с улыбкой, как всегда немного игриво, добавила: — Уэхе-хе, может, мы и не самые лучшие, но у нас есть сила и желание вернуть Абидос на его место. Мы готовы на всё ради этого. Что скажешь, Сенсей? Сенсей, заметив её манеру, чуть улыбнулся, но взгляд его оставался серьёзным. Он знал, что иногда не достаточно силы или желания, чтобы вернуть всё, что было утеряно. Нужно было что-то большее. — Ваша решимость... достойна уважения, — ответил он. — Но без четкой стратегии и поддержки вы не сможете вернуть всё, что потеряли. Сначала нужно выстоять, затем найти тех, кто может помочь. Этот долг не только финансовый. Он лежит тяжким грузом на всех вас. Он задумался, размышляя, что нужно делать дальше. — Я помогу вам, но за этим стоит не просто борьба за землю или богатство. Вам нужно понять, что важнее — восстановление чести школы или же просто её выживание. Я не собираюсь быть частью игры без смысла, — добавил он. Его слова были уверены, но в них звучала глубокая задумчивость, как будто он знал, что каждому из них предстоит сделать нелёгкий выбор. Окусора Аяна кивнула, понимая, что слова Сенсея проникли в самую суть того, что они пытались сделать. Всё, что им оставалось, — это двигаться вперёд, несмотря на боль и потери, и при этом не забывать о своих идеалах. Сенсей, слегка поразмыслив, спросил: — Что вы знаете об инциденте "Мучение Банкиров", который произошёл много лет назад? Аяна, немного задумавшись, ответила: — Мы знаем немного, но главное в том, что было уничтожено огромное количество квитанций и договоров. Это привело к тому, что многие должники перестали выплачивать свои долги, а многие компании потеряли миллиарды. В общем, это стало настоящим финансовым катаклизмом. Сенсей молчал, его взгляд стал немного более отстранённым. Он не сказал им, что тогда, в юности, именно он с товарищами устроил этот инцидент. Он не гордился этим и не хотел, чтобы кто-то знал, какой он был тогда. Сейчас он был совсем другим человеком — Сенсеем, с другим взглядом на жизнь, с другой целью. Он снова покрутил бейдж в руках, немного задумываясь, но потом вернулся к реальности, решив, что это не тот момент, чтобы вспоминать старые времена. Сенсей, продолжая рассматривать бейдж в руках, тихо, но уверенно спросил: — Сколько сейчас составляет ваш долг? Сейко сразу сжалась, нахмурив брови: — Это не ваше дело, Сенсей. Однако Аяна, почувствовав напряжение, быстро вмешалась, остановив её: — Сейко, не говори так. Сенсей подошел ближе, посмотрел на неё и, мягко, но твёрдо сказал: — Я ваш Сенсей. Это означает, что я буду делать всё возможное, чтобы вы не пошли по скользкому пути. Так что давайте будем честными. Сколько? Аяна, немного стесняясь, произнесла: — Долг составляет 245 миллионов. Сенсей вздохнул, понимая всю тяжесть ситуации. Сенсей взглянул на часы — вечер уже близился. Он вздохнул, потянулся и сказал: — Пойду в отель. Широко и Аяна, обменявшись коротким взглядом, попросили его подождать и исчезли, оставив Сенсея с Хошино, которая, казалось, уже полностью погрузилась в сон. Она тихо сопела, улыбаясь во сне, в то время как Сейко стояла рядом, пристально наблюдая за ним с недовольным выражением на лице. Сенсей посмотрел в окно, где заходящее солнце рассыпало оранжевые лучи по горизонту, словно напоминая о том, как много еще предстоит сделать. Тишина в комнате была почти гипнотической. Сейко не выдержала этой паузы и решительно проговорила: — Ты мне не нравишься. Сенсей слегка усмехнулся, его взгляд скользнул по её кошачьим ушкам и хвосту, и он ответил с лёгкой иронией: — Ну, от милой кошки ничего другого и не ожидал. Сейко почувствовала, как её брови сдвигаются, но на лице её не было ни злости, ни смущения — только стойкое недовольство. Аяна и Широко вернулись в комнату и, не говоря ни слова, начали вести Сенсея в другой кабинет. За ними с интересом увязалась Нономи, возвращавшаяся с туалета, будто не могла упустить ни одной детали происходящего. Они прошли по коридору и вошли в отдельную комнату, которая когда-то была учительской. Все было устроено так, чтобы Сенсей чувствовал себя как дома: на столе стояла лампа с мягким светом, кресло выглядело удобным, а на полках аккуратно стояли книги. Несмотря на обстановку, все здесь было сделано с заботой и вниманием. Сенсей остановился в дверях, оглядев комнату. Он слегка покачал головой, улыбаясь: — Благодарю вас, это очень мило с вашей стороны. Его слова не звучали как формальность, он искренне оценил это внимание и заботу. Сенсей остался один в комнате, глаза его слегка усталые от напряжённого дня. Он закинул таблетки себе в рот, не проявив лишнего внимания к их горькому вкусу. Когда это стало обыденностью? Он вспомнил, что должен сделать звонок. Он набрал номер на старом, скрытом устройстве и дождался ответа. В голосе раздался насмешливый тон. — Не сдох ли "Бес"? — произнес собеседник, старый друг Сенсея, с которым они пережили не одну бурю. Сенсей усмехнулся и спокойно ответил: — Жив ещё, Нейт. Слушай, надо, чтобы ты хакнул один банк на черном рынке. Посмотри, что у них по Абидосу. Хочу понять, куда уходят деньги и кто за этим стоит. Нейт ответил с лёгким уважением в голосе, как будто это было дело чести: — Сделаем, Бес. Ты ж, как всегда, не можешь спокойно жить. Студентки — наивные, а ты, оказывается, очень заботлив к ним. Что же, помогу тебе. Сенсей тяжело вздохнул, но ответил: — Да, я уже не тот. Время бунтарей прошло, а теперь я скорее... старый волк. К тому же, я в том возрасте, чтобы соблазнять наивных девушек? — Он немного усмехнулся, задумавшись, как всё-таки изменился за эти годы. Нейт не растерялся: — Ну да, ты никогда их не соблазнял. Ты всегда знал, как избежать таких глупостей. — Правильно, — согласился Сенсей, — в наше время такие игры опасны. После короткой паузы, оба попрощались, и Сенсей выключил устройство, вставая с места. Он выглядел так, словно не хотел оставаться в этом месте подольше. Настал момент выйти на улицу, хоть и темнеющая ночь уже клонила к отдыху. Сенсей направился к выходу, собираясь прикупить чего-то для девочек. Он знал, что теперь ему нужно быть осторожным. Не только в том, что касается дела, но и в том, что касается безопасности. Он проверил, не следит ли за ним кто-то, слегка прищурив глаза, наблюдая за тенью вокруг.