Глава 11. Дебора в Стране Чудес.

      Легкие горели, словно их вынули, окунули в раскаленную медь, а затем вставили обратно. Солнце, со скоростью света назло скрывалось за горизонтом, но все остальное время замедлилось. Дебби бежала по влажной траве, прямиком к Гремучей Иве и спотыкалась об каждый неровный выступ в земле. Её ладони были полностью в грязи, подол мантии испачкался сзади, а ноги ужасно ныли после недавнего приземления.       Люпин оставил её закованной в своем кабинете и Дебора начала сильно нервничать спустя полчаса. С цепью, обвивающей ногу, она разобралась довольно быстро, но на дверь Римус наложил неизвестное ей запирающее заклинание, которое не поддавалось простой «алохоморе». У неё было предчувствие, что сегодня произойдет что-то страшное. Казнь Клювокрыла, встреча Сириуса со старым другом, обнаружение Петтигрю. Она усиленно пыталась сложить картину возможных вариантов развития событий, но на ум не приходило ничего, кроме мигавшего перед глазами слова «Дерьмо!».       Когда в окне заиграли оранжевые краски заката, Грюм почти начала плакать. Она обещала Гарри помочь спасти Клювика и не успела. А теперь еще Люпин и чертова Короста-Петтигрю возвышаются мрачными тенями над её совестью. Дебби била дверь руками, ногами, и даже стулом, в надежде, что кто-нибудь, проходящий мимо, услышит её отчаянные попытки, но похоже, Римус добавил сверху еще и заглушающие чары.       Гриффиндорка сделала несколько попыток, прежде чем прийти к одному единственному варианту побега из класса ЗоТИ. Сначала была скудная идея призвать с помощью «акцио» метлу, но, глядя десять минут в открытое окно, она поняла, что кладовка вдалеке квиддичного поля была заперта. Четыре раза она пыталась вызвать патронус, в надежде отправить его близнецам, чтобы те помогли ей выбраться. В итоге, она поняла, что придется прыгать самостоятельно.       Кабинет Люпина находился на третьем этаже, что значительно упрощало задачу побега, ну или она сама себя так успокаивала. Не седьмой и слава Мерлину!       Но этажи в Хогвартсе были огромные!       Выглянув очередной раз в окно, ей показалось что за углом стены слева мелькнула фигура. — Эй? Эй! Помогите! Отоприте дверь.       Никто не отозвался.       Ничего умнее не придумав, как закрепить цепь за ножку учительского стола, который казалось, был прикован к полу намертво, она выглянула в окно, пытаясь оценить свои шансы. Цепь доставала до середины второго этажа, а это означало, что в лучшем случае, она сможет зацепиться за карниз и потом придется прыгать.       Свисая на конце импровизированного железного каната, она смотрела на свое отражение в окне напротив. Свет в нём не горел, а Дебби глядела на дрожащие потные руки, которые должны вот-вот разжаться для дальнейших действий. Прокляв Люпина сотню раз, она вспомнила все тренировки полётов и пришла к выводу, что не зря Аластор заставлял её висеть на метле в воздухе на время. Посомневавшись и помолившись всем Богам, она все же отцепила руки и, пролетев около трех футов, ухватилась за карниз. — Черт… Надо было заниматься скалолазанием, или как там это у маглов называется… Хоть бы ноги не сломать, ну, Римус, это будет на твоей совести…       Дебора пробормотала под нос очередные ругательства и прыгнула.       Приземление на удивление вышло почти удачным: гриффиндорка всего лишь подвернула левую лодыжку и с глухим стуком распласталась под стеной замка.       Территория Хогвартса была большой. Но по настоящему Дебби заметила это, когда спешила к иве, опаздывая, но будто не приближаясь к ней ни на шаг. Ей казалось, что прошло уже больше получаса, хотя, беги она через Хогсмид, точно бы доковыляла только к полуночи. «Приходится бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте, а чтобы попасть в другое место, нужно бежать вдвое быстрее»       Уже перед самим деревом, Дебби встала, выпрямившись, и подумала, зачем она это сделала. Небольшой проход можно было заметить у корней ивы, но как туда проскочить? Грюм нервно взглянула на ветви, которые тут же опасно качнулись, будто подтверждая её мысли. Громоздкое дерево смотрело в ответ на девушку, выжидая, когда та решится пройти сквозь него. Гриффиндорка выдохнула и, сняв с себя мантию, приготовилась к забегу. План был простой — быстро пробежать насквозь, надеясь не получить смертельный поджопник от дерева. — Ну что, сегодня у меня, видимо, день забега на полосе препятствий…       Она посмотрела на свою опухшую лодыжку и решила проигнорировать боль, окутывавшую ногу бесконечным ноющем спазмом.       Дебби побежала. Ива встрепенулась, будто не веря, что она всё же решилась идти на пролом. Дерево замахнулось огромной веткой, в толщину, наверное, больше самой девушки, но Деббс резко легла на землю, прямо лицом вниз, а затем тут же вскочила и двинулась дальше. Грюм уворачивалась от больших веток, которыми Гремучая Ива пыталась её сбить, но тут тонкий хлесткий сучок полоснул ей прямо по щеке. Она на миг остановилась, моргая, и увидела как к ней справа приближается очередная смертоносная громадина. — Вот, черт! — она пригнулась назад, чувствуя, как позвоночник выгнулся до предела, но несколько маленьких веток, которыми была обрамлена большая, снова прошлись по её лицу.       Любимой сказкой Деборы с детства и по сей день была «Алиса в Стране чудес». Именно о ней девушка вспомнила, находясь в двух шагах от «норы» под деревом. Аластор всегда ворчал, когда Дебби зачитывала ему все невероятные вещи, происходящие с главное героиней, говоря, что в волшебном мире всё совсем не так.       А Дебби всегда мечтала побывать на месте Алисы, но сейчас она чувствовала себя кроликом, вечно куда-то опаздывающим, или безумным шляпником, сбрендевшим окончательно и бесповоротно. Долго я привыкал, но узнал я зато, Что мой череп — совсем не воск: В нем и мозга ведь нет, и никто и ничто Повредить мне не может мозг.       Эти строчки сами всплыли в голове в тот момент, когда Деббс решила прыгнуть прямо в проход, опасаясь в очередной раз получить по лицу от ивы. Скатившись вниз, она разлеглась на спине в попытке отдышаться и вытирала кровь с рассеченной губы.       Девушка поднялась и огляделась. Впереди её ждал неосвещенный длинный проход, абсолютно не внушающий доверия. Посчитав, что «люмос» будет лишним, она поднялась и в полусогнутом состоянии начала пробираться вперед, нащупывая рукой землистую стену с левой стороны. Ковыляла она долго, между скоростью и осторожностью пришлось выбрать второе, потому что её несчастная лодыжка не собиралась прекращать болеть. Через несколько минут она заметила, как стены выкопанного прохода стали обрамляться прогнившими досками, отвалившимися в некоторых местах. По мере продвижения — они превращались в полностью обшитый деревом проем, который вот вот выходил в хижину. А еще, по пути Дебби всё отчетливее и отчетливее различала доносившиеся голоса откуда-то сверху, в которых узнала возмутительно кричавшего Рона, Гарри и Люпина. А затем Сириуса и, черт возьми, Снейпа?       Дебби остановилась в метре у двери, замечая прогнившую половицу, которая так и кричала, что тут же заскрипит на весь Хогсмид, только наступи на неё. Она прислушалась и затаила дыхание. — Северус, вы ошибаетесь, — проговорил Люпин. — Ведь вы слышали далеко не все, я сейчас объясню… Сириус здесь вовсе не для того, чтобы убить Гарри…       Снейп что-то рявкнул в ответ, но Дебора не смогла расслышать. После этого послышался голос Блэка и, судя по грохоту, началась заварушка. Девушка уже подскочила к двери, намереваясь её распахнуть, но звуки стихли также быстро как и начались. — Только дай мне повод, — прошипел Снейп, — дай повод, и, клянусь, я убью тебя.       Эти слова окатили Дебби холодной водой, и она, не задумываясь ворвалась в комнату с палочкой в руке. Все присутствующие резко обернулись на девушку, Люпин в немом вопросе отвалил челюсть вниз, а Гарри выпучил глаза.       Северус стоял над Блэком, лежащем под его ногами как чертов придверный коврик. Он уже хотел что-то прошипеть на Дебби, но она резко замахнулась палочкой, абсолютно не задумываясь, что творит. — Петрификус Тоталус! — Снейп отлетел на добрых два метра и потерял сознание. — Дебби, что ты наделала? Ты напала на профессора! — воскликнула Гермиона.       Гриффиндорка с больной отдышкой посмотрела на свою вытянутую руку с палочкой, затем обвела взглядом всех, остановившись на лежащем у её ног Блэке. — О, Грейнджер, и ты тут. — Совершенно невозмутимым тоном произнесла девушка, но лицо её все еще выражало полнейший шок. — Ты что, с ним заодно? Я так и знал… Ты…       Гарри взметнулся в сторону сестры и зашипел, искажая рот в презрительной форме. — Остынь, Гарри! Где крыса? — У рыжего мальчишки, — буркнул поднимающийся Сириус, — Они еще не всё знают. Какого фестрала ты тут делаешь?       Поттер, казалось, сейчас взорвется. Он стоял, глотая воздух от неверия и возмущения, а его лицо раскраснелось до оттенка переспелого помидора. Люпин эти несколько минут стоял с приоткрытым ртом и смотрел на Дебору. — Так… — девушка убрала палочку, — сейчас мы все успокоимся, хотя бы постараемся… Думаю, все присутствующие находятся в состоянии истерики, и я не исключение! Начнем по порядку. Гарри сядь, я тебя очень прошу, на данный момент никто не собирает никого убивать. — Значит, пора представить веские доказательства, — заявил Блэк — Ты, парень, дай мне Питера.       Рон теснее прижал к груди Коросту. — Не подходите. — Голос его был слаб, но решителен. — Вы что, сбежали из Азкабана только затем, чтобы свернуть ей шею? — Рон повернулся к Гарри и Гермионе, ища поддержки. — Ладно, допустим, Петтигрю мог превращаться в крысу. Но ведь крыс–то миллионы. Как же он в тюрьме ухитрился узнать, какая именно и есть Питер? — А это законный вопрос, Сириус, — отмер Люпин, слегка нахмурившись. — В самом деле, как ты узнал, где Питер?       Блэк нетерпеливо комковал ответы на вопросы, Люпин пытался разъяснять детали, в глазах Гарри мелькало сомнение, всё еще заглушаемое яростью, обидой и местью, Грейнджер начинала соображать, а Рон сидел в обнимку с крысой и не воспринимал реальность.       Дебби же глупо моргала, смотря то вниз, то на лежащего без сознания профессора по Зельеварению. Какова вероятность, что её выгонят из школы? СОВ по Зельям ей теперь точно не сдать. Из вакуумной пелены размышлений её вырвал голос Римуса. — Готов, Сириус? — спросил Люпин.       Блэк взял с кровати волшебную палочку Снегга и подошел к старому товарищу, держащему бьющуюся в руках крысу.       Повлажневшие глаза Блэка запылали огнем. — Давай вместе? — негромко произнес он. — Конечно. — Люпин крепко сжал крысу одной рукой, другой поднял волшебную палочку. — Действуем на счет «три». Раз, два, три!       Гриффиндорка пришла в себя и отскочила, только когда перед ней на полу распластался мужчина, едва ли выше Гарри и Гермионы; жидкие бесцветные волосы растрепаны, на макушке изрядная лысина; кожа на нем висела, как на толстяке, исхудавшем в одночасье. Вид был облезлым, как у Коросты в последнее время. Да и вообще что–то крысиное сохранилось в остром носике, в круглых водянистых глазках. Прерывисто дыша, он оглядел комнату и бросил быстрый взгляд на дверь. — Ну здравствуй, Питер, — приветливо произнес Люпин, как будто в Хогвартсе по три раза на дню крысы превращались в старых школьных друзей. — Давненько не виделись. — С–с–сириус… Р–р–римус… — даже голос у Петтигрю остался писклявым. Он вновь быстро покосился на дверь. — Мои друзья… мои добрые друзья…       Дебби опасливо покосилась на Блэка, предполагая, что он выкинет какую-то глупость, но мужчина пока держал себя в руках. Хотя его глаза наполнялись безумной яростью, он выглядел притворно спокойным с напускной маской едкого злорадства.       Ее опять накрывал панический ступор, и она никак не могла сосредоточиться на всех присутствующих волшебниках. Девушка взметнула глаза на Питера Петтигрю, который жалко оправдывался, надеясь сменить гнев на жалость. Похожий на крысу даже в человеческом обличии, он лебезил перед друзьями которых предал. — Значит, надо было умереть, — прорычал Блэк. — Умереть, а не предавать друзей. Мы бы все так поступили ради тебя!       Блэк и Люпин встали плечом к плечу и подняли волшебные палочки. — Ты должен был понимать, — произнес Люпин тихо, — если тебя не убьет Волан–де–Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер. — Нет! — вдруг крикнул Гарри. Он бросился вперед и загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. — Нельзя его убивать! — сказал он, задыхаясь. — Нельзя! — Мерлин, Сириус! — наконец встрепенулась Дебби.       Она в два широких шага преодолела разъединяющее их расстояние и вцепилась в руки мужчинам. — Из–за этого выродка ты лишился родителей, Гарри, — прохрипел Блэк. — Этот пресмыкающийся кусок дерьма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повел бровью. Ты его сейчас слышал. Для него собственная вонючая шкура значит больше, чем вся твоя семья. — Знаю, — тяжело дыша, сказал Гарри. — Мы отведем его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан… Но не убивайте его. — Хоть кто-то здесь адекватный! Спасибо, Гарри.       Дебора огляделась, отметив, что Рон пребывал в состоянии психоза, а Грейнджер в таком же ступоре, который был у неё минуту назад. Она повернулась обратно к Римусу и Сириусу. — Блэк, ты, кажется опять пропустил мимо ушей все мои слова? Хочешь обратно в Азкабан или жить нормальной жизнью? А ты, Римус? Где твое хваленое самообладание? Придите в себя!       Никто не шелохнулся и не издал ни звука, лишь слышалось неровное, с присвистом, дыхание Петтигрю, прижавшего к груди кулачки. Блэк с Люпином переглянулись и одновременно опустили палочки. — Ты — единственный, у кого есть право решать, — признал Блэк, обращаясь к Поттеру. — Но подумай хорошенько… подумай, что он совершил… — Пусть его отправят в Азкабан, — повторил Гарри. — Он это заслужил, как никто.       Началась небольшая суматоха. Все прибывали в нервозном состоянии, но организовано связали Питера и выбрались из хижины через Гремучую Иву. — Чертов сучок! Это было так просто? Нажать на эту уродскую маленькую веточку? Я чуть не убилась!       Люпин уже открыл рот, чтобы произнести что-то в ответ, но Дебора вскинула руку. — А с тобой, я еще отдельно потом разберусь!       Римус закрыл рот. Удивленно виноватый взгляд был направлен девушке в затылок.       Гарри с Сириусом отошли в сторону, беседуя о прошлом и будущем, пока все остальные осматривали рану на ноге Рона. Вскоре подтянулся Поттер, а Бродяга остался стоять чуть поодаль.       Гриффиндорка устало поднялась от столпотворения и подошла к мужчине. — Я предложил Гарри пожить у меня. Он согласился.       Дебби расплылась в широкой улыбке. Неужели годы мучений в доме Дурслей подошли для него к концу? — Это замечательно, Сириус, — она улыбаясь опустила голову, — Вы нужны друг другу. — Ты тоже можешь приехать погостить. Может быть на каникулы?       Девушка нервно хмыкнула, представляя лицо Аластора. «Привет, представляешь, Петтигрю жив и оказался предателем, а я решила погостить у самого разыскиваемого преступника в магическом мире, ведь он невиновен!». — Думаю, мы сможем это организовать. Спасибо. — Ты была права. Насчет Петтигрю, не стоит его убивать. — Я всегда права! — Гриффиндорская зазнайка! — Упрямый пёс! — Твердолобая дура, без чувства самосохранения! — Самовлюбленн… — Господи! — ахнула Гермиона. — Он же сегодня не принял зелье! Он опасен!       Обернувшись, они увидели Люпина стоящего в свете полной луны. Его зрачки расширились до невероятных размеров, тело, будто скрючилось судорогой, а ногти на рука стали удлиняться, превращаясь в когти зверя. — Бегите! — негромко крикнул Блэк. — Бегите немедленно!       Дебби тут же бросилась на помощь к троице, они попытались поднять Рона на ноги.       Раздался грозный рык. Лицо Люпина вытягивалось, то же происходило и с телом; плечи сузились, руки обратились в когтистые лапы, прямо на глазах он оброс шерстью.       Превращение произошло, и оборотень лязгнул страшными длинными зубами рядом с ребятами. Все попятились назад, и Дебора попыталась закрыть их собой. — Предоставь это мне… Беги!       В тот же миг Сириус исчез — вместо него приготовился к прыжку огромный, похожий на медведя пес.       Едва оборотень встрепенулся, пес схватил его за холку и потащил в сторону, подальше от Рона и Петтигрю. Звери сцепились, клык к клыку, царапая друг друга когтями.       Все стояли, поглощенные схваткой, ничего больше не замечая. У Дебби за спиной раздался крик Гермионы, и она, придя в себя, обернулась.       Петтигрю кинулся за упавшей волшебной палочкой Люпина; Рон, не удержавшись на своей забинтованной ноге, упал. Грохнул взрыв, вспышка света. — Экспеллиармус! — Гарри нацелил волшебную палочку на Петтигрю. Палочка Люпина взмыла в небо и пропала. — Ни с места! — крикнул он и бросился на помощь другу.       Слишком поздно. Петтигрю успел превратиться. Гарри заметил только длинный, облезлый хвост, скользнувший сквозь наручники на откинутой руке Рона, и услышал легкий шорох в траве.       Тишину разорвал вой и громовое рычание. Гарри оглянулся — оборотень во весь опор мчался к Запретному лесу. Морда и спина у Блэка были в крови, но при этих словах он собрал все силы и бросился за оборотнем.       В эту же секунду из прохода показался разъяренный Снейп. Он быстро оценил ситуацию и схватил Грейнджер с Деборой за воротник, но не успел поймать Гарри. — Поттер, стой! Но мальчишка уже рванул, спеша помочь крестному отцу. — Нет, Гарри! Подожди!       Грюм попыталась вырваться из стальной хватки профессора, но тот сильнее впился в неё. — Вы все! — рявкнул Северус. — В замок, быстро! И не сметь за мной идти! — Но… — В замок! — проорал декан и быстрым шагом помчался на поиски Поттера.       Гермиона настороженно посмотрела на Дебби. — Не надо. Я не справлюсь с Роном сама, его нога очень ранена, мне нужна помощь! Уверена профессор Снейп справится!       Гриффиндорка зло выругалась и принялась поднимать Уизли.

***

— Министр, пожалуйста, — взволнованно заговорил Гарри. — Сириус Блэк невиновен! Питер Петтигрю давным–давно инсценировал свою смерть! Мы видели его сегодня ночью! Нельзя так наказывать Сириуса, он…       Но Фадж, печально улыбнувшись, покачал головой. — Гарри, Гарри, у тебя все в голове перепуталось. Ты прошел через страшное испытание… Ложись скорее. Опасность уже позади. — Все это не так! — закричал Гарри. — Вы схватили невинного человека! — Министр, послушайте, пожалуйста. — Гермиона встала рядом с Гарри, устремив на Фаджа умоляющий взгляд. — Я тоже видела его… Он был крысой Рона. А на самом деле он анимаг — я говорю о Питере Петтигрю… — Министр! — сердито вмешалась мадам Помфри. — Я вынуждена настаивать, чтобы вы немедленно ушли! Поттер мой пациент, его нельзя волновать! — Я не волнуюсь. Я пытаюсь рассказать, что произошло на самом деле! — вспылил Гарри. — Выслушайте же меня!       Но тут мадам Помфри изловчилась и сунула ему в рот здоровенный кусок шоколада. Гарри смолк, и она силой уложила его в постель.       Дебби сидела на койке, свесив ноги, и равнодушно наблюдала за драматичным выступлением брата. Она знала, что так будет. Нет Питера Петтигрю — нет доказательств. Твердолобый Фадж никогда не удосуживался включить мозги, так с чего бы ему это делать сейчас?       Мадам Помфри вправила её вывихнутую лодыжку и намазала лицо от ссадин ужасно вонючей консистенцией. — А теперь, пожалуйста, министр… Дети нуждаются в покое.       Но тут дверь снова распахнулась. На сей раз вошел Дамблдор. Неимоверным усилием Гарри проглотил шоколад и опять вскочил. — Ради всех святых! — возопила мадам Помфри. — Здесь больничное крыло или что? Директор, я настаиваю… — Прошу прощения, Поппи, но мне надо сказать два слова ученикам, — вежливо произнес Дамблдор. — Я только что разговаривал с Сириусом Блэком… — Дементоры сейчас подойдут. Надо встретить их Дамблдор, увидимся наверху.       С этими словами, министр магии отправился на выход. Гарри сел после услышанного, а Дебора наоборот вскочила и вцепилась в руку директора. — Альбус, пожалуйста! — наплевав на все правила приличия выпалила девушка, — Вы должны нам поверить! Сириус Блэк невиновен…       Дамблдор прервал поток нервного лепета, смотрящей на него ученицы, и, снисходительно положил вторую руку на её, оцепляя от себя. — Теперь ваша очередь слушать, и я попросил бы не перебивать меня, потому что времени у нас чрезвычайно мало, — начал он негромко. — Кроме ваших слов, нет никаких доказательств, подтверждающих рассказ Блэка. А слова двух тринадцатилетних волшебников, увы, никого не убедят. На улице было полно очевидцев, которые поклялись, что видели, как Сириус убил Петтигрю. Я сам свидетельствовал перед министром, что Сириус был у Поттеров Хранителем Тайны. — Профессор Люпин может подтвердить… — не удержался Гарри. — Профессор Люпин далеко в лесу и не в состоянии кому–либо что–либо рассказать. А когда он снова обретет человеческий облик, будет уже поздно. И Сириус будет хуже, чем мертв. Могу добавить, что у большинства моих коллег оборотни вызывают столь мало доверия, что его поддержка едва ли поможет. Особенно если учесть, что они с Блэком старые друзья. — Но… — Пойми, Гарри, у нас нет времени. Версия министерства выглядит гораздо убедительнее вашей. — Они ненавидят Сириуса, — с отчаянием вымолвила Гермиона. — Согласитесь, Сириус вел себя подозрительно. Напал на Полную Даму, проник с ножом в башню Гриффиндора. Ко всему этому Петтигрю, живой он или мертвый, не имеет никакого отношения. И у нас нет ни малейшей возможности доказать его невиновность. — Но вы–то верите нам. — Да, верю, — невозмутимо согласился Дамблдор. — Но я бессилен заставить других прозреть истину или отменить решение министра магии. У меня нет такой власти.       Глядя на его огорченное лицо, Гарри почувствовал, как земля уходит у него из–под ног. Он уже давно свыкся с мыслью о всемогуществе Дамблдора и рассчитывал, что директор запросто, одним махом найдет какое–то удивительное решение. И вот их последние надежды рушились. — Сейчас нужно одно, — медленно проговорил Дамблдор, и его яркие голубые глаза перебежали на Гермиону, — выиграть время. — Ну конечно! — воскликнула Дебора, смотря на соображающую Грейнджер. Лицо кудрявой вдруг озарилось и она нащупала цепочку у себя на шее. — Теперь внимание. — Дамблдор заговорил тихо и отчетливо. — Сириус заперт в кабинете профессора Флитвика на восьмом этаже, тринадцатое окно справа от Западной башни. Если все сложится удачно, сегодня ночью вы спасете две невинные жизни. Но запомните оба: вас никто не должен видеть. Думаю, будет лучше, если в целях безопасности с Гарри пойдёт мисс Грюм. У неё много опыта выходить из самых невероятных ситуаций практически целой. — Альбус поднял одну бровь, одаривая девушку выразительным взглядом. Гарри понятия не имел, о чем идет речь. А Дамблдор встал и, дойдя до двери, обернулся. — Я закрою вас здесь. Сейчас, — он взглянул на часы, — без пяти двенадцать. Вам хватит трех оборотов. Желаю удачи. — Желаю удачи? — повторил Гарри, как только за Дамблдором закрылась дверь. — Три оборота? О чем он говорил? Что мы будем делать? — Гермиона, давай сюда! Просто объясни как этим пользоваться и присмотри за Уизли. Погоди, у тебя есть пергамент? — засуетилась Дебора, — Мне нужно перо и пергамент, срочно! — она мотала головой, пока не увидела этикетку, отклеивавшуюся от той вонючей мази, которой мадам Помфри намазала ей лицо.       Перо было найдено в углу больничного крыла, на столике заведующей. Грюм судорожно что-то начеркала обороте и положила в карман смятый листочек. — Дамблдор сказал три оборота… — пролепетала Грейнджер, передавай цепочку в руки Дебби, — Три оборота на себя, только не попадитесь… Особенно самим себе!       Девушка натянула на них с Гарри кулон и трижды перевернула песочные часы.       Темнота в палате рассеялась. Мимо неслись смутные цветные пятна и контуры, уши заложило.       Но вот под ногами вновь появилась твердая почва, и все опять обрело привычные очертания.       Они с братом стоят в пустынном холле, из распахнутых парадных дверей на мощеный пол льется поток золотых солнечных лучей. Гарри ошарашено взглянул на сестру и на цепь от часов, врезавшуюся ему в шею. — Что произошло? — Быстро! — она схватила его за руку и потащила через холл к чулану, где хранились швабры, щетки и ведра, втолкнула его туда, вошла сама и прикрыла за собой дверь. — Что… Как… Я ничего не понимаю! — Мы переместились назад во времени, — шепотом объяснила Деббс. В темноте она сняла цепь с шеи Гарри. — На три часа. Это маховик времени, я читала о них. Очень редкая вещица, но крайне уникальная. С помощью нее Гермиона посещала все уроки… Интересно, это Альбус дал ей?       Поттер открывал и закрывал рот в попытке выдавить хоть что-то, но не находил слов. — Послушай, Гарри, не время удивляться! — Грюм легонько похлопала его по щеке, — Соберись! Надо понять, что имел ввиду Дамблдор, почему именно три часа? Он сказал про несколько жизней. — Клювокрыл! Мы можем спасти Клювокрыла! — Гениально, братец! А теперь, вспомни, где вы находились в это время? — Мы были у Хагрида, шли к нему… — А точнее? — У него! Сначала у него, а потом прятались за его хижиной и пошли к замку. — Хорошо, твоя задача провести нас так, чтобы мы не попались на глаза сами себе, понял?       Гарри кивнул и они шмыгнули по коридору из замка.       Миновав небольшую площадь Хогвартса, они свернули за угол, чтобы обойти вдоль стены. — Нам нужно торопиться…       Они ускорились, но выбежав за еще один угол, Дебби резко затормозила и потянула брата обратно за стенку. — Эй? Эй! Помогите… — послышалось где-то высоко. — Стой, это что, твой голос? — удивлено повернулся юноша к сестре.       Она неловко потерла переносицу. — Да… Это я пытаюсь выбраться из кабинета, Люпин меня запер. Я полезу через окно, так что придется нам обойти… — Ты лезла через окно кабинета по ЗоТИ? — Ты пробрался к Хагриду в запрещенное время? — передразнила сестра в той же манере. — Быстрее!       Выманить Клювика отказалось сложной задачей.       Гиппогриф, настойчиво мотая головой, медленно делал шажки, пока, наконец, не оказался за деревьями. — Мне кажется, или Дамблдор тянул время? — Не кажется, откуда этот хитрец знает всё наперед? — Дебби задумчиво почесала шею Клювику. — Какой у нас план? Дождемся, когда всё случится и вытащим Сириуса? Черт, Дамблдор точно всё знал! — Мне нужно еще кое-куда…       Гарри заметно нервничал, сжимая руки в кулаки и немного дергая головой. — Когда я был на озере, с Сириусом, я видел родителей. Они спасли нас от дементоров, я должен увидеть их еще раз! — Но, Гарри, твои родители… они ведь умерли, — тихо произнесла сестра. — Знаю. — Ты думаешь, что видел их призраков? — Нет… Они были как живые, из плоти. — Ты уверен, что это были они, а не Снейп и может Макгонагалл, который побежал за вами? — Снейпа бы я точно узнал. — Нахмурившись скис Поттер. — Ладно, у нас есть еще время, но нужно понимать, что происходит. Подойдем к Иве и понаблюдаем!       Сидя в засаде, они выжидали момент, оба порываясь выскочить, когда Петтигрю вновь превращался в крысу и сбегал. — Думаю нам пора, лишь бы не наткнуться на Люпина… Оставим Клювика здесь.       Они бежали сквозь тернистые кусты и высокие деревья, освещенные ярким светом полной луны. Добравшись до озера, которое было покрыто корочкой льда, перед ними открылась ужасающая картина. — Боже, они же убьют вас! Когда появятся спасители? Откуда они придут? — Уже сейчас, они должны появиться сейчас! Отсюда, я должен увидеть их!       Дебора обеспокоено посмотрела на брата. Никто не появлялся. — Гарри, ты уверен, что видел родителей? Вас с Сириусом сейчас убьют!       По лицу Поттера пробежала капля пота и он жалобно уставился на сестру. — Черт возьми, ты идиот! — неожиданно рявкнула она, — Это были мы! Это нас ты видел, случилась петля! — Что? — Это мы, мы сейчас должны вызвать патронус! Но я не умею его вызывать! — Если тогда получилось, получится и сейчас. Давай!       Гарри вышел вперед на берег и поднял руку с палочкой. Дебби неуверенно шагнула за ним. — Вспомни свои самые яркие и счастливые воспоминания, сконцентрируйся на них! — крикнул он, повернувшись через плечо.       Грюм начала судорожно перебирать все полки в своей голове.       Первый полет. Как Аластор ковылял, пытаясь успеть добежать и поймать её с метлы.       Первая встреча с близнецами и начало дружбы.       Поезд, в котором она встретила брата спустя годы разлуки.       Чаепитие в кабинете Люпина.       Большой сугроб, в котором она валялась, пока Пёс облизывал ей руки.       Круассан, исчезающий во рту самого разыскиваемого преступника.       Она не поняла, какое воспоминание сработало, но из её палочки вырвалось серебристо-голубое свечение. С восторгом она посмотрела на Гарри, у которого помимо света еще и образовался телесный патронус в виде оленя. — Сохатый… — прошептал Поттер. — Ты была права! — Они уходят, Гарри! Дементоры отступают!       Черные фигуры стремительно улетали прочь, а на противоположном берегу остались лежать две фигуры без сознания. Дебора, пребывавшая в потрясении, восторженно переводила взгляд с них на свою руку. — Скорее! — потянул её Гарри, — Сейчас нас заберут и Сириуса запрут, мы должны бежать к Клювокрылу.       Гриффиндорка отмерла и согласно кивнула. — Послушай, кто-то должен проверить обстановку изнутри. Мы не знаем, есть ли там охрана, вдруг не получится вытащить его без шума? Высади меня у входа. Я доберусь на восьмой этаж за пять минут, думаю успею… Подожди еще десять на всякий случай и начинай. Если там кто-то есть, я его отвлеку! Встретимся внизу, подберете меня! — Хорошо!       Лететь на гиппогрифе было волнительно, но все эмоции перебивал страх не успеть. Дебби соскочила с Клювика и, кивнув брату, помчалась к лестнице.       Первый этаж, второй, третий… С четвёртого дыхание начало сбиваться. Наконец, добравшись до восьмого, она метнулась по коридору на цыпочках, и осторожно высунула голову из-за стены на нужном повороте.       Ну конечно, Аврор, стоящий под дверью, с каменным лицом похлопывал себя по ноге, в ожидании когда появится министр с директором. Дебби панически начала думать. Она тысячу раз пожалела, что в кармане не оказалось навозной бомбы или чего-то подобного. Нужно его увести, но чтобы он её не увидел.       Уже на грани бессилия, она вдруг услышала смех вдалеке у лестницы, с которой бежала. Дебби на цыпочках попятилась назад. — Пивз! — шепнула девушка, — Эй, Пивз! — Ааааа, ха-ха, кто тут гуляе… — Заткнись! У меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться!       Полтергейст уже хотел снова завопить, но девушка его опередила. — Ты когда-нибудь разыгрывал министерского Аврора?       Призрак в удивлении глянул на неё. — Он стоит там, прямо за углом. Поспорим, не сможешь запереть его в женском туалете? Даже у тебя не хватит мастерства!       Пивз обижено надулся от такого отношения к своей репутации и тот час помчался исполнять предложенное. Через три минуты она услышала ругательства мужчины и его удаляющиеся шаги, а затем, шум исходящий из класса. Настало время бежать обратно.       Внизу её уже ждали все трое. Сириус сидел позади Гарри и ошарашено смотрел, как к ним подбегает ошалевшая гриффиндорка. — Дебби, какого… — Всё потом, Бродяга! А сейчас, летим! — Грюм схватилась за протянутую руку удивленного мужчины и вскарабкалась позади него, ухватившись за плечи, — Трогай!       Они взлетели и приземлились недалеко от замка, но так, чтобы их не было видно. Спрыгнув с Клювика, все трое уставились друг на друга в немом молчании. — У нас есть несколько минут, — тихо произнесла Грюм и тактично отошла в сторону.       Стараясь не греть уши, она нащупала бумажку в кармане и сжала её рукой.       Тяжелое прощание брата с крестным отцом давило в груди чувством провала. Сириус не оправдан, Гарри не сможет у него пожить, а ему самому придется прятаться и скрываться.       Но он жив, это самое главное.       Гриффиндорка повернулась когда затихли голоса. Теперь Гарри сделал несколько шагов назад, а Сириус направился в её сторону. Они молча смотрели друг на друга на расстоянии пары метров, пока мужчина всё же не прервал тишину. — Дебби, я…       Грюм порывисто сделала несколько шагов вперед и заключила Блэка в объятия. — Милая, от меня плохо пахнет, и я весь в грязи…       Она демонстративно проигнорировала эти слова, еще сильнее сжав руки вокруг спины мужчины. Затем, она также резко отлепилась от него, сжав плечи и слега встряхнув, вытянула бумажку из кармана и вложила ему в руку. — Это адрес Грозного Глаза. Я не знаю куда ты отправишься, но если тебе некуда идти и нужна помощь, ты получишь её в этом доме. Альбус всё знает, он вот-вот отправит Аластору патронус… — Дебби! — Сириус перебил судорожный лепет девушки, которая смотрела на него не моргая. — Ты самая удивительная волшебница, которую я только встречал. Спасибо. Ты не должна так волноваться за меня, ты уже сделала больше, чем достаточно! Я в неоплатном долгу перед тобой. — Я не могу не волноваться за тебя, Бродяга! — грустно улыбнулась она и снова вцепилась в его плечи сильнее прежнего. — Послушай, Сириус. Я долго над этим думала и вот к чему пришла. В жизни бывает много случайностей! То, что мы встретились — это случайность, как я тебя раскрыла — это случайность, то, что Питер сбежал — тоже случайность! Иногда, это приводит к хорошему, например к нашей дружбе, иногда нет. А иногда, наших усилий недостаточно, чтобы изменить происходящее, но не нужно себя за это винить. За плохой случайностью следует хорошая, нужно ценить эти моменты, ты понимаешь? — Котёнок, я не заслуживаю такого друга, как ты. — Не говори так! Я просто боюсь, что ты наделаешь глупостей. Я надеюсь еще встретиться. Мы же еще встретимся? — глаза предательски защипало на последнем вопросе. — Обязательно. — Кивнул мужчина. — Сириус, тебе пора, — прервал их Поттер. — Мы должны успеть вернуться, а ты улететь подальше!       Троица снова грустно переглянулась. — Да встречи, Гарри. Дебби. — Снова кивнул Блэк и забрался на Клювокрыла.       Поттер сжал челюсть, стараясь не выдать разрывающую обиду от несправедливости происходящего и стоически качнул головой в ответ. Дебби не выдержала и по щекам всё же покатились две слезы. — До встречи, Бродяга.       Сириус сжал ногами бока Клювокрыла. Исполинские крылья вновь развернулись, воздушная волна едва не сбила Гарри с сестрой с ног, и гиппогриф взмыл в небо. Огромная птица и ее наездник становились все меньше, меньше. Луна зашла за облако. И спасенные беглецы исчезли из виду. — Гарри, нам надо бежать! — утерла рукавом слезы Грюм.       Они поспешили обратно к замку, стремясь в больничное крыло.       Парочка уже была в коридоре, ведущем в больничное крыло. Послышался голос Дамблдора. — Скорее, Гарри! — Дебби едва переводила дух.       Стараясь производить как можно меньше шума, они вошли в больничный отсек. В дверь палаты была видна спина директора. — Я закрою вас здесь, — услышали они его слова. — Сейчас без пяти двенадцать. Вам хватит трех оборотов. Желаю удачи.       Дамблдор вышел из палаты, вынул волшебную палочку, чтобы запереть дверь, и повернулся. Гарри и Деборой бросились к нему. Дамблдор посмотрел на них, и широкая улыбка блеснула под его длинными серебряными усами. — Ну? — спросил он тихо. — Получилось! — задыхаясь покряхтела девушка, опираясь руками в колени и согнувшись пополам.       Лицо Дамблдора просияло. — Отлично сработано… — Он внимательно прислушался к звукам, доносившимся из палаты. — Думаю, вы уже отбыли… Идите спать — я вас запру.

***

      Грюм шла умирающей поступью в кабинет Зельеварения. Перед злосчастной дверью, она нервно потерла вспотевшую шею.       Раз. Два. Три. — Мисс Грюм. Пришли вымаливать прощение? — холодный взгляд Снейпа прожег насквозь глаза гриффиндорки. — Вообще-то, да… Я понимаю, что рассчитывать на сдачу СОВ по Зельям мне не стоит, я просто хотела сказать, что мне искренне очень стыдно и извиниться перед Вами.       Дебора посмотрела на равнодушное лицо преподавателя и приготовилась уходить, не получив ответ. — Я оцениваю исключительно Ваши знания.       Девушка удивлено посмотрела на мужчину, пытаясь понять, не ослышалась ли она. — Однако, Ваш проступок, крайне ужасен. Но я готов проявить невероятное милосердие и прощение с одним условием. — Всё, что угодно, профессор. — Никаких вопросов про Защиту от Темных Искусств.

***

Дебби стояла на платформе Хогвартса, внимательно рассматривая мужчину, стоящего слева от неё. — Тебе не стоило меня провожать.       Профессор Люпин, помятый, но довольно спокойный, склонил голову на бок в своей манере. — Тебе не стоило меня запирать.       Он повесил голову вниз, пытаясь скрыть улыбку. — До сих пор не понимаю, как у тебя хватило смелости лезть через окно?! — Ты не оставил мне выбора! — Я оставил тебе один выбор, остаться в классе! Но признаю, что оказался не прав в итоге. Вы с Гарри спасли моего друга. — Мне жаль, что ты уходишь, — перевела тему девушка, — Я буду скучать по нашим чаепитиям. Бесспорно, Вы лучший преподаватель по Защите от Темных Искусств, который когда-либо у нас был!       Хогвартс Экспресс загудел, намекая на скорое отправление. Римус обернулся, заходя в тамбур. — Мы еще обязательно увидимся, Дебби. — Разумеется, ты обещал мне огневиски! — подмигнула Гриффиндорка, пытаясь не расстраиваться.       Двери поезда закрылись и Дебора развернулась, собираясь уходить. На выходе с платформы стоял Альбус Дамблдор, сложив руки в замок перед собой и смотря на девушку своим фирменным взглядом. Он молча последовал рядом с ней обратно к замку.       Эта привычка молчать и строить хитрое лицо, иногда раздражала Дебби, и она не выдержала. — Вы что-то хотите от меня услышать, но я Вам не скажу! — О, мисс Грюм! Припоминаю этот характер, такой же, когда впервые встретил Вас. Что же, Вы наверняка расстроены отъездом профессора Люпина, я просто хотел Вас поддержать.       Гриффиндорка скопировала его взгляд. Хитрец! — Я расстроена несправедливостью этой жизни, директор. О ней я знаю не понаслышке. — Некоторые события иногда обретают неожиданный поворот. Кстати говоря, Сириус поведал мне историю о том, как не умер с голоду зимой, благодаря одной храброй гриффиндорке, которая не побоялась злого пса. Очень увлекательный рассказ!       Дебби зарделась и закрыла лицо руками. — Только не рассказывает эту историю Аластору, умоляю!