Глава 18. Выручай-кроссовки против Темного лорда.

      Дебби сидела в зале суда министерства и не отрывала глаз от человека, расположившегося рядом с Альбусом Дамблдором. Аластор Грюм, еще имеющий два здоровых глаза и не так много шрамов, без явной седины и глубоких морщин, недовольно корчил губы, слушая оправдания Игоря Каркарова. На его лице читалось сильное раздражение, которое сопровождалось очень знакомым ворчанием. — Совсем не изменился… — прошептала девушка.       Воспоминание сменилось, и в этот раз Грюм выглядел почти привычным для неё образом. Она внимательно рассматривала обвиняемых в центре зала и слушала речь Барти Крауча в перемешку со всхлипами его жены. На её плечо опустилась рука, намекая на то, что пора возвращаться. Дебби вынырнула из омута памяти и проморгалась. — Спасибо, что разрешили взглянуть, директор.       После того случая с Краучем в лесу и его исчезновением, гриффиндорка всерьез начала волноваться за происходящее вокруг. Гарри рассказал ей про омут памяти в кабинете Дамблдора, и Дебора изъявила желание взглянуть лично. Альбус был не против, решив, что ей следует тоже знать детали, и, возможно, она сможет разглядеть что-то важное.       Старик сложил руки в замок и присел на край стола. — Иногда мне кажется, что воспоминания ускользают из моего разума. И даже наяву, благодаря омуту памяти, я способен упускать детали из виду. Удалось что-нибудь заметить? — Те обвиняемые, сын Крауча, а остальные? Лестрейндж, я так поняла, это была Беллатриса? — Всё верно, Бартемиус младший, Белла, Рабастан и Рудольфус. — Так значит, сын Барти мертв, а остальные? — Заключены в Азкабане.       Дебби подвинула к себе стул и присела, запустив пальцы в волосы. — Это как головоломка. Есть все детали кроме одной, но без неё они не складываются в цельную картину. Мне постоянно кажется, что я что-то упускаю и это сводит меня с ума.       Альбус медленно кивнул, соглашаясь со словами девушки. — Этот турнир, избрание Гарри и меня, всё это неспроста. Случившееся на чемпионате по квиддичу тоже. А теперь странное поведение и исчезновение мистера Крауча. И Берты, Берты Дженкинс. Странные сны и припадки у Гарри… Что-то происходит прямо у нас под носом. Я не чувствую, что в Хогвартсе теперь безопасно, — на последних словах она подняла голову и одарила директора извиняющимся взглядом, давая понять, что сказанное не ему в упрек. — А Вы не подозреваете Каркарова? — Игорь не настолько глуп, чтобы воротить темные дела у меня под носом и присмотром Грозного Глаза, — покачал головой старик.       Дебби, подумав, согласилась с его опровержением. — И всё равно он скользкий тип. Простите.       Дамблдор улыбнулся, не став ругать такое откровенное заявление ученицы. — И, кстати, я хотела поговорить об Аласторе. В последнее время он странно себя ведет. — Страннее обычного? — мягко спросил директор, намекая на характер экс-мракоборца. — Мне кажется он меня избегает. Посмотрено забывает какие-то мелочи. И мне кажется он начал пить, — вздохнула девушка, намекая на фляжку, вечно появляющуюся в руках мужчины. — Я беспокоюсь. — Я предполагаю, что мистер Грюм, в свете последних событий и сам немного волнуется. Тем более, работа с детьми не прибавляет ему радости, если уж откровенно говорить.       Девушка усмехнулась. Если откровенно говорить — работа с детьми Аластору Грюму должна быть запрещена на уровне закона, для сохранения морального состояние и его и детей. — Что ж, ладно. Есть еще один разговор, — Дебора выпрямилась и многозначительно посмотрела на Дамблдора.       Старик сделал самый непринужденный вид, мастерски выдерживая испытывающий взгляд девчонки. — Внимательно слушаю. — Мне тут птичка напела… — Дебби выдержала картинную паузу, пытаясь заставить старика нервничать. — Я рад, что Гарри с тобой всем делится, — улыбнулся директор. — Не всем, — разочаровано выдохнула девушка, поняв, что её интонация не смогла смутить волшебника, — что-то приходится вытягивать силой. Но тем не менее, я знаю, что Вы поддерживаете связь с Сириусом Блэком. У меня есть просьба.       С каждой фразой ее тон становился немного напористей. Альбус всё также мило улыбался, внимательно слушая гриффиндорку. — Вы не могли бы отправить его в более безопасное место, чем чертова пещера на окраине Хогсмида? — почти прорычала она интонацией Грозного Глаза.       Альбус Дамблдор картинно вскинул брови и развел руками. — Неужели мистер Блэк сейчас находится так близко к нам? Я и понятия не имел.       Дебора сложила руки на груди и прищурилась, намекая, что его реакция с искренним удивлением её не впечатлила. Она уже не та девятилетняя девчонка, которая могла бы легко повестись на театральную манеру старика. За столько лет она поняла, что Альбус Дамблдор — тот еще хитрец. — Разумеется, — кивнула девушка с улыбкой и покачала головой. — И всё же, ему здесь делать нечего. Так что пусть не рискует своей собачьей шкурой зря. Уверена, у Вас найдется идея, куда его можно упрятать.       Директор медленно вздохнул, и улыбка расползлась еще шире, выглядывая из-за густой седой бороды. Когда он отдавал маленькую Дебору на попечительство к Грозному Глазу, он и подумать не мог, что через несколько лет перед ним будет стоять точная копия его друга, которая точно также умеет добиваться всего, что ей нужно. — Я постараюсь решить этот вопрос, — уклончиво ответил Дамблдор. — Спасибо!       Девушка вышла из кабинета, направляясь в Большой зал. Она почти пропустила ужин, проторчав у директора больше времени, чем планировала.       Осмотрев пустующие скамьи с остатками учеников, которые доедали свои порции, она присела с краю гриффиндоского стола, не найдя в помещении друзей. Изящно расковыряв остывший гуляш вилкой в правой руке, левой она принялась задумчиво постукивать себя по ключице. Её размышления о визите в воспоминания Дамблдора прервало возникшее справа лицо Блейза Забини. Высокий чернокожий парень плавно опустился рядом с ней и положил локоть на стол, подперев им голову. Блейз был однокурсником Гарри, но выглядел, пожалуй, старше всех на курсе. Дебби начала замечать его лишь в этом году, потому как он стал якшаться с Малфоем. Но особо в перепалках он не участвовал, лишь молча наблюдал в стороне. А вот последний, однако, активизировался, несмотря на угрозу быть снова превращенным в хорька. Драко уже несколько дней пытался зацепить брата, отпуская дурацкие шутки и свои фирменные слизеринские унижения. Удивительно, что Пьюси молчал в её сторону. Видимо, попасть под руку Грозному Глазу, куда больше пугала его, чем четверокурсников. — Я внимательно слушаю, — Дебби подняла одну бровь и повернула голову в сторону парня, который сидел и тридцать секунд пялился на неё, ожидая реакции. — Как жизнь? — парень обворожительно улыбнулся, показывая белоснежные зубы.       Гриффиндорка слегка напряглась, но виду не показала. Однако, её взгляд всё же метнулся к Малфою, который неотрывно следил за ними двумя. Она глубоко вздохнула. — Мы тут с Драко подумали… — продолжил Блейз, но Дебора его перебила. — О, так вы умеете думать? — спародировала она его ухмылку. — Он, конечно, не ваш фанат, — проигнорировал парень её стеб, — но вот я ставлю на тебя в финале. Если кубок выиграет такая красотка из Хогвартса…       Дебби краем глаза уловила ловкое движение руки паренька, которой он начал жестикулировать в процессе речи. Прямо над её стаканом с морковным соком. Всё ясно. У Малфоя не хватает сил достать Гарри, и он решил подобраться с издевками через неё, затеяв очередную провокацию. Она выдохнула и снисходительно посмотрела на слизеринца. — Окстись, Забини! Что это? Любовное зелье? — она хмыкнула и кивнула на свой стакан.       Ухмылка медленно сползла с лица парня, уступив место разочарованию. — Как ты узнала? — Да брось, на ваших слизеринских рожах написано, что вы затеваете очередную гадость. Респект за старания и отвагу, — она кивнула на преподавательский стол. Грозного Глаза там не было, но намек был понят. — Но ты бы лучше выбрал кого-нибудь помладше и наивнее.       Забини хмыкнул и покачал головой, поворачиваясь к Малфою и давая понять, что их план провалился. — Ну удачи в финале. — Ну спасибо, — ухмыльнулась девушка и повернулась к столу.       Отставив от себя стакан, она тихо посмеялась себе под нос. Вот белобрысый засранец. Сам зассал, так и друга подговорил.       В спальню девушка шла, думая только о слизеринской наглости и недопитом морковном соке.

***

      Третье испытание близилось. Чертов лабиринт. Дебби была вне себя от ярости, когда Аластор отмахнулся от неё, заявив, что не собирается её тренировать из-за нехватки времени.       Её начинало это раздражать. Уроки по ЗоТИ проходили напряжённо. В последний раз она видела таким Грюма только после чемпионата по квиддичу. И тогда он был даже скорее зол, чем рассеян, как сейчас.       Учеба близилась к концу, все экзамены были сданы, но радости это не прибавляло. Дебора тренировалась самостоятельно и вместе с Гарри, когда получалось состыковать расписание. Переодически им помогали Рон с Гермионой. На утренние спортивные тренировки она вновь вытаскивала близнецов, которые в конечном итоге смирились и уже даже не ворчали.       С каждым днём становилось всё тревожнее. Финал, странное поведение Аластора, сны и головные боли у Гарри, ко всему прочему — мерзкие статьи Скитер. И всё это ощущалось словно удавка на шее, которая медленно, но верно затягивалась до невозможности дышать. Единственной радостью была Грейнджер, которая упорно строила планы по разоблачению и прижучиванию Скитер. Будь у Дебби побольше свободного времени, она бы с радостью к ней присоединилась.       В день Х, Макгонагалл сообщила, что прибыли родственники участников и попросила всех пройти в комнату, примыкающую к залу. — Думаешь, правда Дурсли? — покосился на сестру Поттер.       Они медленно шагали сквозь столы Большого зала, будто оттягивая момент. — Нет, — помотала головой Дебби, — быть того не может. Если и правда они, я скорее сожру соплохвоста, чем проведу день с ними. Ты зайдёшь первым. Если там они, я не пойду.       Она была уверена — Дурсли точно не приедут. Но ноги всё равно стали ватными, и отрицание от такой встречи отдавалось в теле неприятными покалываниями.       Вопреки всем страхам, в комнатке с чемпионами и их семьями, Гарри с Дебби встретили миссис Уизли с Биллом, которые тут же ринулись обнимать парочку. — Я испекла вам черничный пирог! Ну-ка, попробуйте, вам нужны силы для испытания! — Ма, ну не здесь же! — Билл поспешно и безуспешно попытался остановить Молли, наблюдая как Флер косится и принюхивается к свертку из сумки рыжеволосой женщины. — Миссис Уизли, я с радостью съем кусок прямо сейчас! — пыталась сдержать смех гриффиндорка, наблюдая как краснеет Билл под оценивающим взглядом француженки.       Тот шикнул и принялся поправлять выбившиеся из хвоста рыжие пряди, пока Дебора почти с чавканьем уплетала угощение.       Они прошлись по Хогвартсу, слушая рассказы Билла про свою учебу в школе и обсуждая предстоящий финал испытаний. — Я прошу прощения, миссис Уизли! Мне нужно еще увидеть Аластора. Гарри, встретимся перед испытанием. — Конечно, дорогая! Иди, иди! — Только не опаздывай, — Гарри ссутулил плечи, сильно нервничая.       Девушка кивнула и поспешила свернуть в нужном направлении. Она поднималась по лестнице, нервно постукивая себя по ключице указательным пальцем. До начала финального испытания оставалось около трех часов, а если быть точнее, двух. Нужно быть заранее и успеть переодеться. Переживания Дебби прервал вид знакомой двери. Она распахнула её, даже не постучавшись. — Пройдемся у Черного озера? — девушка крикнула с небольшим надрывом, и вопрос пролетел через класс сквозь приоткрытые створки кабинета профессора ЗоТИ.       Из проема показалась ступня железного протеза, но тут же исчезла обратно. Дебора молча вжала голову в плечи и медленно направилась к небольшой лестнице в кабинет через ряды парт.       Аластор метался среди своего хлама, что-то ища и переставляя вещи с места на место. — Я надеялась провести немного времени вместе.       Гриффиндорка сразу заметила, что он пребывал в крайне скверном расположении духа. Она рассчитывала на совместную прогулку, но судя по всему, её желание не реализуется. — Мне поручено подготовить лабиринт, — рявкнул Аластор, упорно игнорируя её присутствие и нервный вид.       Дебби совсем скисла. — И это всё? — обиделась она.       Мужчина наконец остановился и посмотрел на неё. — Собралась сопли распускать? — Грюм внимательно прошелся волшебным зрачком с ног до головы. Здоровая глазница смотрела на неё прямо в упор.       Вообще-то, да. Дебби собиралась распустить сопли, поделиться переживаниями с ним, и её сильно задело такое поведение. Она предприняла последнюю попытку выйти на нормальный разговор. — Ты же знаешь, с моим пространственным кретинизмом — лабиринт, это самое жесткое, что только можно было придумать для такой идиотки как я.       Грозный Глаз раздраженно вздохнул. Дебора ощетинилась. Она рассчитывал хотя бы на каплю поддержки во всём этом неконтролируемом ужасе. — Ты достаточно умная, чтобы пройти это испытание. Лучше беспокойся о Поттере, тебе стоит за ним приглядеть.       Повисла тишина. Аластор отвернулся и продолжил рыться в большом ящике своего стола, раскидывая из него ненужные предметы прямо на пол. Дебби вздрогнула, когда помимо шуршаний по кабинету пронесся треск сундука. Огромный ящик задребезжал на несколько секунд и притих. — Не буду тебя отвлекать, — сложила руки на груди девушка и демонстративно зашагала к двери.       Оказавшись в коридоре, нос девушки предательски издал хлюпающий звук, но слезы все же удержались на месте. Она, разумеется, понимала настроение экс-мракоборца в связи с последними событиями, но не настолько же?! Его странное поведение одновременно разозлило и расстроило её.       К Молли возвращаться не хотелось, и Дебора одиноко поплелась из замка в направлении озера. По пути ей постоянно встречались слизеринцы: то Пьюси, в оскале показавший свои кривые зубы, то Малфой на пару с Забини, отпустившие гадкую шутку про скорый провал на Турнире.       Девушка брела по траве, скинув мантию и оставшись в мятой бордовой футболке и джинсах.       Двадцать четвертое июня. Солнце жарило голову как чертов обогреватель, а на спине начинал проступать пот, неприятно пропитывая ткань и заставляя её липнуть к телу. Дебора сняла кеды и последние десять ярдов до воды прошлась босиком. Даже не став закатывать штанины, девушка зашла по икры в воду, наслаждаясь приятной прохладой. Ей захотелось нырнуть. И только Дебби собралась уже осуществить задуманное, сбоку неё, по водяной глади пробежала серебристо-голубая полосатая кошка с отметинами вокруг глаз, напоминающими очки. Кошка растворилась через секунду и преобразовалась в такого же цвета светящийся шар, который голосом Макгонагалл оповестил, что ей необходимо быть у стадиона через тридцать минут.       Путь от озера спокойным шагом занимал как раз в пределах этого времени, и гриффиндорка нехотя стала выходить из воды. Все мысли были заняты только испытанием, и она даже забыла наложить чары высыхания на свои ноги.       Погруженная в нервное предчувствие, она топала с тяжелыми штанинами, поливая уже немного посохшую от жары траву. Кеды надевать она также не стала, они болтались на шнурках в её руке. Ощущая немного колючую траву под ступнями, Дебби проговаривала про себя все заклинания, которые по её мнению могли бы ей пригодиться в ближайшие несколько часов. — Мисс Грюм! — выкрикнула Макгонагалл, уже настоящая, выходя из толпы.       У входа на стадион собралась приличная очередь. Зрители постепенно заполняли трибуны и девушка только сейчас услышала гул обсуждений и ставок, до этого заглушенный собственными мыслями. — Мисс Грюм, — повторила профессор, подходя к ней и кладя руку на плечо, — Вам стоит сразу пройти в раздевалку. Там для Вас и мисс Делакур подготовлена форма и небольшой перекус.       Девушка, поджав губы, коротко кивнула. Макгонагалл почувствовала, как плечо ученицы под её ладонью окаменело от напряжения и с переживанием посмотрела на студентку. — Не волнуйтесь, Дебби, — её голос смягчился и в нём слышались обеспокоенные нотки сочувствия, — главное, сделайте всё, что Ваших силах. Всё будет хорошо. — Спасибо, профессор.       Голос прозвучал в соответствии с физическим состоянием — твердо и напряженно. Она прочистила горло и направилась ко входу в раздевалку с внешней стороны стадиона.       Там её уже ждала Флёр, которая взвизгнула подобно поросенку, когда Дебора резко распахнула дверь. Француженка, отвернувшись, стала натягивать спортивные штаны под свою юбку, а когда дело дошло до верха — и вовсе спряталась за створку открытого шкафчика.       Дебби, усмехнувшись такой стеснительности, сняла с себя мокрые джинсы и пропотевшую футболку, оставшись только в трусах и бюстгальтере. Она не сразу заметила приготовленную для неё одежду и прошлась кругом в помещении в таком виде, посмеиваясь над реакцией шармбатонки.       Аккуратно сложенный комплект из белой майки, спортивных штанов и олимпийки лежал на скамье, а под ней стояла пара кроссовок. Всё село вполне удобно, но кофта оказалась слегка мешковатой. Штаны тоже, но они хорошо держались на тугой резинке. Дебби подумала, как было бы хорошо, если бы они наняли Сириуса быть ответственным за одежду. У него с определением её параметров на глаз — проблем не возникло. Прокрутив в голове эту пошловатую мысль несколько раз, она почувствовала как кровь начала приливать к щекам. Вспомнив о нём, девушка резко потянулась к груди, пытаясь нащупать там кулон, но с сожалением поняла, что не надела его сегодня. Это бы придало ей уверенности, но увы и ах.       Закончив со шнурками, гриффиндорка подошла к небольшому столику посреди раздевалки, на котором стоял стеклянный графин воды, два стакана и несколько закусок в виде мини-сэндвичей, сыра и канапе. Она потянулась к графину и кинула взгляд на соперницу. — Тебе налить? — Нет, спасибо! — пролепетала Флёр, забавно делая ударение на последний слог.       Дебора, не притронувшись к стаканам, подняла тяжелый сосуд и начала опустошать его прямо из горла. Пока она делала большие глотки прохладной жидкости, с завистью отметила разницу в голосе. У Делакур — девичий мелодичный тембр, сильно контрастировал с её низким жестким. Неминуемый ужас на лице француженки от таких манер был прерван мадам Максим, которая согнувшись почти вдвое, зашла в помещение со стороны стадиона. — Уже? — Мы выйдем чуть пог’ханьше! — взяла её за плечо великанша, посматривая на Дебби.       «Не хочет делиться стратегией» — отметила девушка, провожая их взглядом. Она осталась одна, прислушиваясь к шуму зрителей и звукам оркестра, прибывшего для музыкального сопровождения мероприятия. В дверь резко постучали. — Да.       В проеме показался Снейп. Задрав голову и надменно смотря на девушку сверху вниз, он сделал шаг вперед, прикрыв за собой дверь. — Пора? — Да.       Дебби направилась в сторону мужчины и подошла уже практически вплотную, но он замер, так и не поворачиваясь обратно к двери. Она в ожидании уставилась ему в глаза, подняв брови. — В этот раз всё же решили сказать мне какую-нибудь гадость? — вызывающе спросила девушка, стараясь унять дрожь в руках.       Вместо гадости, однако, произошло нечто совсем шокирующее и без того нервную гриффиндорку: Северус протянул руку и хлопнул её по плечу два раза.       Дебора замерла. Мужчина оставил ладонь на её плече и сильно сжал. Затем наклонился к уху и прошептал: — Я лишь хотел пожелать Вам немного удачи.       Со стороны это выглядело… как объятие? Правда в исполнении зельевара оно получилось довольно странным. Девушка почувствовала как в карман олимпийки упало что-то не сильно тяжелое, но увесистое для того, чтобы почувствовать. Она опустила руку и нащупала небольшой пузырек. Замечательно, походу профессор решил ей подсунуть успокаивающее зелье. Как мило с его стороны.       Мужчина резко одернулся и развернулся, наконец открыв дверь. Стадион разразился хлопаньем и улюлюканьем. С противоположной стороны из мужской раздевалки вышли Дамблдор вместе с Гарри. Поттер почти не моргал, нервно подрагивал плечами и переводил взгляд с сестры на директора. Дебби разнервничалась, когда увидела на лице Альбуса такую же неуверенность. Крам, Каркаров, Флер, мадам Максим и жюри уже были в центре стадиона. Макгонагалл и Снейп поспешили занять места на трибунах.       Людо Бэгмен начал торжественную речь, заиграл оркестр. Грюм совсем не вслушивалась в слова, а лишь оглядывалась по сторонам. Ползая взглядом по трибунам, она наткнулась глазами на Фаджа и скривилась. Министр ковырял языком в зубах, втянув щеки, и внимательно смотрел на её брата.       Дамблдор подозвал всех участников к себе. Небо заливалось огненным закатом и близились сумерки. Волшебник задумчиво посмотрел на безоблачное багровое небо и начал речь: — В лабиринте нет ни драконов, ни подводных тварей. Вместо этого вы встретитесь с чем-то более страшным. Видите ли, в лабиринте люди сильно меняются. Найдите Кубок, если сможете. Но будьте осторожны. На пути к нему вы можете потерять самих себя.       Все только напряглись еще больше от его слов. — Вы нас очень подбодрили, директор, — нервно хмыкнула Дебби, стараясь разрядить обстановку.       Все разбрелись к своим наставникам и Гарри с сестрой остались подле Дамблдора. Старик вновь принял задумчивый вид, который очень сильно не понравился девушке. Он смотрел на открывшиеся в лабиринт входы. Дебби с Гарри заходят первыми, но с разных точек. От этого было не слишком радостно. — Пора, — негромко произнес Альбус и хлопнул рядом стоящую девушку по спине.       От удара, казалось, довольно безвольной рукой пожилого старика, у Дебби выбило весь воздух из легких. Она еле устояла на ногах от такого приободряющего жеста и проморгалась от удивления. Откуда у Дамблдора столько сил в его то возрасте? Гарри, оценивший риски получить точно такую же бесценную поддержу от директора Хогвартса, стратегически ретировался на пару шагов веперед. Они заняли позиции у лабиринта.       Из прохода где стоял Гарри показался Грозный Глаз, недовольно корча гримасу раздражения своим кривым ртом. Он что-то шепнул ему на ухо и похлопал по плечу. Дебби рассчитывала, что он подойдет и к ней, но этого не происходило. В упор глядя на его спину, она чуть было не подпрыгнула от пушечного выстрела, сообщающего о начале испытания. — Твою же мать! — выплюнула девушка от досады и раздражения.       Они с Гарри переглянулись. Неуверенно кивнув друг другу, сделали шаги вперед и оказались в лабиринте.       Густая изгородь сразу закрылась за спиной, как только она вошла в проход. На несколько ярдов простирался прямой проход, а затем начинались развилки.       «Так, ладно. Первоначальная задача — найти Гарри!» — проговорила она у себя в голове и сделала несколько шагов вперед, выставив палочку наготове. Она примерно понимала в какую сторону ей двигаться ко входу с которого зашел брат, но от лабиринта можно было ожидать чего угодно.       Спустя несколько минут наступил сумрак. Солнце окончательно зашло за горизонт, а высокие изгороди не давали прохода для глаз. — Люмос.       Девушка ускорила шаг, петляя в поворотах и готовясь к опасности. Ничего не происходило и это ожидание начинало давить. Она постоянно оглядывалась, пытаясь отделаться от предчувствия, что за ней следят.       Где-то слева вдалеке послышалась возня. Дебора услышала вспышки заклинаний и странные звуки. Ей пришлось переключиться на бег и ориентироваться только на свои уши. Два поворота налево — тупик. Обратно, направо, прямо, прямо, налево — тупик. Снова назад, еще два поворота налево, затем право, прямо и последний куст закончился, открыв ей вид на огромного соплохвоста и лежащего почти под ним Гарри, который судорожно пытался найти спавшие очки. — Редукто!       Тварь обернулась, когда заклинание попало в его в броню и не нанесло сильного ущерба. — Гарри поднимайся! Остолбеней! Быстрее, Гарри! Плевать на твои очки, черт возьми! Инсендио!       Поттер, в конце концов, нащупал пропажу и поднялся на ноги. Соплохвост уже развернулся к гриффиндорке, и судя по виду, намеревался не просто в зубы поцеловаться. Они одновременно с разных сторон замахнулись палочками на чудовище между ними и выкрикнули заклятия. — Экспульсо! — Окаменей!       Тварь на долю секунды замерла, а затем разлетелась на куски. Слизь и ошметки запачкали стенки изгороди. — Ты как в порядке? — девушка подбежала к брату, наступая на скользкие останки побежденного врага. — Нормально. А ты? — Тоже. Тебе кто-то встречался еще? У меня никого не было. — Только боггарт, — выдохнул Поттер, очищая стеклышки очков от грязи, — и он.       Девушка кивнула и чарами убрала слизь с их одежды. — Слава Мерлину мы нашлись. Не отходи от меня.       Спустя пятнадцать минут напряженной ходьбы в тишине, Дебби чихнула. — Будь здорова. — Спасибо. Как думаешь, может нам стоит закончить испытание? У меня дурное предчувствие. — Я тоже об этом думаю, — нервно хмыкнул парень, оглядываясь по сторонам на развилке, — направо? — Давай. Что тебе сказал Аластор? — Пожелал добраться до кубка первым. — Он странный в последнее время, меня это настораживает. — Еще страннее чем обычно? — с сарказмом спросил Гарри. — Да. Я понимаю, творится какой-то беспредел, но черт возьми, он не вел себя так никогда. Ты замечал что-то из ряда вон выходящее с его стороны? — Например, превращение студента в хорька? — Да не, — отмахнулись девушка со смешком, — это норма. — Ну, в целом он всегда довольно эксцентричный, — серьезно подметил Поттер, — но он мне помогал в течении года. Даже спас от Снейпа и Филча тогда. — И забрал у тебя карту. — Да. Я не знаю, что ты хочешь услышать. Мне сложно оценивать его действия, потому что он не совсем подходит под общие социальные критерии. В конце концов, на уроках он учил нас противостоять империусу. — Что? — Дебби резко остановилась и посмотрела на брата. — В смысле учил? — Ну, он накладывал заклятие, а мы сопротивлялись, — как ни в чем не бывало произнес Гарри.       Дебби ошарашено сглотнула. — Всё в порядке? — Да, — соврала она. — Не бери в голову.       Говорить Гарри, что это полнейший пиздец и такого просто не может быть она не хотела. Ни к чему еще и ему паниковать.       Но этого просто не может быть. Аластор Грюм никогда бы не использовал непростительное, тем более на учениках. Она вспомнила слова Сириуса тогда в гроте. «Думаю, так оно и есть, хотя, он, когда была возможность, не убивал, а брал в плен. Он, конечно, никому не спускал, но никогда не опускался до того, чтобы поступать, как Пожиратели смерти.» Они никогда не обсуждали эту тему, но Дебби подозревала, что Грюм соблюдал кодекс чести на войне. Швыряй он в свое время непростительные даже на Пожирателей, которые этого заслуживают, у него наверняка не было бы столько шрамов. А тут на детях. Он, разумеется, всегда выделялся из системы в обществе, но так закон не нарушал… А Гарри и остальные, не знавшие его лично, подумали, что это нормально. Как это, черт возьми прошло мимо Дамблдора? — Смотри! — её размышления прервал голос брата, указывающего вперед.       Золотистый густой туман тихонько просачивался сквозь проход, приближаясь к участникам. — Назад? — спросил Гарри. — Погоди. Думаю если попытаемся уйти — будет хуже. Я пойду первой.       Девушка наколдовала заклятие воздушного пузыря себе и брату, на случай если туман токсичен и прошла вперед. Поттер двинулся следом. Мир тут же перевернулся вверх ногами. Дебби оглянулась — Гарри висел на земле вниз головой, волосы дыбом, очки висят на дужках, того и гляди упадут в бездонное небо. Он тут же схватил их, прижал к носу и, преисполненный ужаса, замер. Ноги его как будто приклеились к траве, ставшей зелёным потолком. А внизу тонуло в бесконечности усыпанное звёздами небо. Оторви от травы ногу и сделай — навсегда распростишься с землёй. — Что делать? — они замерли тяжело дыша. — Не паникуй и не двигайся, — скомандовала девушка.       Её мозг лихорадочно бился в поиске решения, а сердце пропускало удары. Гарри стал тяжело дышать от наказываемого страха, и Дебби постаралась держаться лучше, показывая ему, что всё в порядке. Её попытка успокоиться успешно удалась и ответ пришел на ум довольно быстро. — Фините инкантатем, — чары тумана спали.       Мир прокрутился на сто восемьдесят и всё встало на свои места. Только отдышавшись, они вдруг услышали крик. — Это Флёр, — констатировала девушка.       Парочка без раздумий рванула на звук. Они плутали несколько поворотов, но так и не смогли найти француженку. — Судя по крику, она выбыла. — Думаю так и есть, — кивнула Дебора, — только бы нам не узнать на своей шкуре из-за чего. — Круцио!       Только Дебби произнесла последнюю фразу, как сзади в неё прилетело непростительное. Адская боль скрутила всё тело на несколько секунд. Кости ломило так, будто их пропустили через бульдозер. — Окаменей!       Гарри среагировал быстро и действие заклинания прекратилось. Он ринулся к сестре, помогая подняться на ноги и его лицо перекосилось от ужаса.       Гриффиндорке не удалось самостоятельно встать на ноги и она вцепилась в плечи парня. Её трясло. — Ты как? — Как после спа-салона, Гарри, — подметила она, разжимая пальцы.       Отголоски боли всё еще пульсировали в теле, а перенапряженные мышцы сводило судорогой. Она постаралась собраться, чтобы не дать брату поддаться еще большему шоку. — Порядок. Это было… освежающе, — качнула она бровями. — Какого хрена вообще? — Это Крам.       Они медленно подошли к дурмстрангцу, лежавшему без сознания. — Я видел его глаза, это был будто не он. — Империус? — Скорее всего… — Гарри, мне всё это не нравится. Остались только мы с тобой. — Давай поскорее найдем кубок и закончим этот ужас. Ты можешь идти? — Да. Нужно послать искры, чтобы Виктора забрали. Тут его кто-нибудь сожрет обязательно. Может нам тоже свалить отсюда? Срать на этот кубок.       Поттер согласно кивнул. Но как только девушка выпустила из палочки сигнал, лабиринт заколыхал от порыва ветра. Дуновение становилось мощнее и шло только в одном направлении, будто намекая участникам следовать за ним. — Черт, пойдем. Мне это не нравится, — повторилась Дебби.       Она развернула брата и быстрым шагом направилась в сторону, противоположную предполагаемому источнику ветра.       Порыв стал сильнее, будто подгоняя их и они побежали. Внезапно, за их спинами начали схлопываться изгороди, отрезая им путь назад. — Быстрее!       Поттер подхватил сестру под руку. После круциатуса она была не в состоянии передвигаться так быстро.       Кусты, словно челюсти, приближали свои зубы в виде веток к их спинам, и Гарри пришлось практически тащить Дебору на себе. В этой панике, они даже не заметили, что дорога была без развилок, позволяя двигаться только в одном направлении без шанса на выбор пути. Показался поворот, а за ним — поляна, в центре который светился кубок. — Давай, еще чуть-чуть, Деббс! — Я пытаюсь, ноги всё еще сводит! — Еще немного! — повторил парень и они. наконец вывалились из узкого прохода на круглую лужайку внутри лабиринта.       Проход тут же замкнулся. Они огляделись: в пяти ярдах, на невысокой тумбе, стоял кубок. Никаких выходов из этого пространства не было.       Согнувшись, Дебби уперлась руками в колени. — Спасибо, — прокряхтела она с большой отдышкой, когда Гарри помог ей разогнуться. — Как думаешь, здесь есть какой-нибудь подвох? — спрашивает он, и Дебби прищуривается.       Она оглядывается и обводит взглядом пространство в котором они оказались. И кажется, что сейчас произойдёт что-то, но вокруг них лишь стены изгороди и стоящий посередине трофей. У неё дурные предчувствия и она начинает накручивать саму себя. В моменте ей придумывается, что она обернется и увидит остекленевшие глаза брата который кинет в неё непростительное так — как это сделал Крам. — Ревелио, — золотая дымка, исходящая из её палочки, рассеивается не показывая никаких опасностей. — Думаю, ты можешь его взять.       Гарри бросил на сестру уставший взгляд, ему совсем не хотелось спорить о том кто возьмёт кубок. Хотя по его мнению — это заслуживала сделать она. Сегодня Дебби несколько раз спасла его: помогла победить соплохвоста, вытащила их из тумана, и, в конце концов, приняла на себя удар ужасным проклятием. Да, чёрт возьми, она всегда старалась его оберегать. Это он, родившийся с известным на весь магический мир шрамом, или правильнее будет сказать — с золотой ложкой в заднице, почти ничего не сделал для победы. Поттер вздохнул, прокручиваю эту мысль в голове, ну по лицу Деборы стало понятно, что она не позволит отдать победу ей. — Думаю, мы можем взять его вместе, — нашел компромисс парень.       Деббс закатила глаза, но спорить у неё не было сил, поэтому она просто кивнула. Они подошли к кубку. — Насчёт три, — предложила девушка. — Раз. — Два. — Три, — они обхватили ладонями ручки кубка.       Добра почувствовала как её оторвали от земли. Она уже знала это ощущение. Их закрутило и потянуло в неизвестную воронку. — Отпускай! — заорала она, глядя на шокированное лицо брата, но было слишком поздно.       Портал сработал, и как только оба расцепили руки, их выкинуло на влажную холодную землю.       Дебби резко встала. Они были на кладбище. На секунду, она была уверена, что это очередная часть испытания, но эта мысль покинула её, как только Гарри согнулся на земле, корчась от боли в шраме. — Что слу… — Экспеллиармус! — её вопрос был прерван нападением сзади.       Её палочка отлетела куда-то в сторону и затерялась под высоким надгробием. То же самое произошло и с Поттером, который попытался сориентироваться, превозмогая боль. Дебора с ужасом обернулась, узнав это мерзкий тембр.       Хвост, держащий в одной руке палочку, а в другой странный сверток, суетливо махнул рукой и девушка тут же оказалась в воздухе. Он отлевитировал её к тому самому надгробию, под которым упала её палочка и веревки обвязали её тело, начиная от плеч и заканчивая бедрами. Ноги беспомощно остались болтаться над неизвестной ей могилой. Затем он перевел палочку на Гарри. — Ты… Не смей! — заорала Грюм, но была прервана «Силенцио».       Он проделал с парнем то же самое. Только Поттера обхватили не веревки, а чертова коса памятника могилы Тома Реддла.       Убедившись, что Гарри не может шевельнуть ни рукой, ни ногой, Хвост снова повернулся к свертку, который, как показалось Дебби, пошевелился. Она с ужасом догадывалась что там находится. Петтигрю быстрыми шагами ушел, пропав из их поля зрения.       Гарри всё еще корчился от боли во лбу, но уже приходил в себя. Он с ужасом посмотрел на сестру, но та не послала ему успокаивающего взгляда в ответ.       Дебби начала дергаться и пытаться выпутаться из веревок, но всё было тщетно. Она в истерике забила пяткой по надгробию, привлекая внимания брата и показывая взглядом под ним. Гарри глянул вниз: по траве вокруг надгробья скользила огромная змея. Снова послышалось быстрое, прерывистое дыхание Хвоста. Похоже, он тащил что-то тяжёлое. Вот он опять в поле зрения, волочит каменный котёл, в котором слышится плеск воды. Котёл огромный, в нём бы уместился крупный мужчина.       Свёрток, лежащий на земле, зашевелился сильнее. Находящееся там существо, казалось, рвётся наружу. Хвост сунул под котёл волшебную палочку, и оттуда выстрелили языки пламени. Змея поспешно уползла в темноту.       Жидкость в котле нагрелась быстро. Не прошло и пяти минут, как она уже кипела вовсю, бросая вверх пунцовые искры, словно тоже воспламенилась. Пар становился всё гуще, и скоро фигура у костра превратилась в расплывчатое пятно. Кто-то в свёртке теперь уже лихорадочно метался. — Скорее!       Кипящая поверхность жидкости вся превратилась в искры и сверкала, точно усыпанная бриллиантами. — Всё готово, хозяин. — Пора… — изрёк ледяной голос.       Хвост развернул свёрток, не поднимая с земли. Увиденное, заставило Дебору закричать от ужаса, не будь её рот заглушен заклинанием — крик долетел бы до Хогвартса. Гарри же от шока не издавал ни звука.       Как будто Хвост, споткнувшись о камень, вывернул его из земли, и под ним оказалось что-то вроде скользкого слепого червя, нет, в миллион раз хуже. Принесённое Хвостом на кладбище существо напоминало скорчившегося младенца. Но только очертаниями, во всём остальном оно ни капли не походило на человеческого детёныша.       Существо казалось почти беспомощным. Оно протянуло ручки к Хвосту, обняло за шею, и Хвост его поднял. Петтигрю опустил существо в котёл, и оно с шипением исчезло.       Нет, нет, нет, проносилось в голове у Грюм. Этого просто не может быть. Пусть он сдохнет, пусть он захлебнется и утонет в этой жиже. Она стала молиться всем богам, которых знала.       И тут Хвост заговорил. Голос его дрожал, выдавая панический страх. Он поднял палочку, закрыл глаза и с трудом произнёс: — Кость отца, отданная без согласия, возроди своего сына!       К ужасу Гарри земля у него под ногами разверзлась, оттуда выпорхнула тонкая струйка праха и, повинуясь мановению палочки, нырнула в кипящую жидкость. Сверкающая поверхность, зашипев, лопнула, искры разметало по сторонам, и жидкость в котле стала ядовито-голубой. Поскуливая от ужаса, Хвост вытащил из-под плаща длинный тонкий серебряный кинжал и снова заговорил, на сей раз каждое слово сопровождая истеричным всхлипом: — П-плоть… слуги… отданная д-добровольно… оживи… своего… хозяина!       Вытянул перед собой правую руку, ту, на которой нет пальца, крепко сжал кинжал в левой и замахнулся. Дебби заметила, как брат зажмурился, угадывая, что сейчас произойдет. Она наоборот повернула голову, внимательно наблюдая за крысиным подонком.       Тишину кладбища пронзил ужасающий вопль. Девушка смотрела, как часть руки Петтигрю упала на землю с глухим звуком, который утонул в его всхлипах.       «Так тебе и надо, урод! Страдай, страдай и умирай от боли, ничтожество! Жалкий предатель и трус, это даже не половина того, чего ты заслуживаешь, мерзкий подонок!» — без звука орала Дебора, не моргая глядя на Хвоста, который, рыдая, подобрал свою кисть и бросил в котел. Поскуливая, он завернул свой обрубок в кусок ткани и направился к Гарри. — К-кровь недруга… взятая насильно… воскреси… своего врага! — Не смей! Не трогай его, урод! — кричала девушка, но из её рта выскальзывала только тишина.       Она неистово затряслась, пытаясь выбраться, когда Хвост поднес кинжал к руке её брата. Гарри зашипел, когда кровь стала стекать из пореза на его предплечье. Глаза Грюм налились кровью.       Пошатываясь, Хвост вернулся к котлу и плеснул в него кровь. Жидкость мгновенно стала ослепительно белой. Покончив с приготовлением зелья, Хвост без сил упал на колени и тут же кулём повалился на землю. Он лежал скорчившись, баюкая кровавый обрубок, и тихо постанывал. Котёл кипел, сверкающие искры летели во все стороны, от их слепящего блеска всё вокруг погрузилось в непроглядную черноту.       Гарри с Дебби молили об одном и том же. Пусть это не сработает.       Но вот, уже в облаке пара, идущего из котла, начали возникать очертания высокого, худого, как скелет, человека.       До этого дергавшаяся девушка, безвольно повисла от ужаса, нахлынувшего на неё при виде него. Деборе никогда не было так страшно, как сейчас. Она не понимала, колотится ли её сердце с бешеной скоростью или остановилось вообще.       Живой скелет ступил из котла на землю, не сводя глаз с Гарри. А Гарри не мог отвести взгляд от бледного как смерть лица.       Когда Волан-де-Морт всё же отвёл взгляд от Гарри, он принялся осматривать собственное тело. Его кисти напоминали больших белых пауков; его длинные бледные пальцы ощупывали грудь, руки, лицо. Красные глаза, зрачки которых, подобно кошачьим, превратились в щёлочки, горели в темноте ещё пронзительнее. Охваченный восторгом, он вытянул вперёд руки и начал сгибать и разгибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания ни на окровавленного, лежащего на земле Хвоста, ни на огромную змею, которая снова приползла и обвилась вокруг памятника с привязанным к нему Гарри. Волан-де-Морт запустил одну из своих неестественно длинных рук в карман мантии и вытащил оттуда волшебную палочку. Он нежно погладил её, а потом поднял и направил на Хвоста. Тот в мгновение ока взлетел в воздух и рухнул к подножию памятника, к которому был привязан Гарри. Всхлипы и стоны стали громче. Волан-де-Морт поднял свои багровые глаза на Гарри и засмеялся пронзительным, ледяным смехом.       Дебби поняла, что сегодня они умрут. Она с ужасом смотрела, как Темный лорд вызывает своих слуг, прикоснувшись к метке на руке Петтигрю. Тот скулил, плакал, но ей было его не жаль. Она даже с ужасом поняла, что хотела бы, чтобы тот его добил. — Ты, Гарри Поттер, стоишь на останках моего покойного отца, — тихо прошипел он. — Он был маглом и дураком… как и твоя дорогая мамочка. Но они оба пригодились нам, не правда ли? Твоя мать погибла, защищая тебя… а я сам убил своего отца, и посмотри, как он мне помог, уже будучи покойником…       Волан-де-Морт снова расхохотался и принялся мерить шагами кладбище, а змея скользила за ним в траве.       Дебора с ужасом поняла, что он даже не обращает на неё внимания. Потому как, опять в истерики задергавшись, после оскорблений матери Гарри, Темный лорд даже не соизволил повернуться в её сторону. — Видишь этот дом на склоне холма, Поттер? Там жил мой отец. Моя мать, колдунья, жила в этой деревне и влюбилась в него. Но он бросил её, когда она рассказала ему кто она такая… Он не любил магию, мой папаша… Он бросил её и вернулся к своим маглам-родителям ещё до моего рождения, Поттер, а она умерла, родив меня, и я вырос в магловском приюте… Но я поклялся найти его… я отомстил ему, этому дураку, который дал мне своё имя… Том Реддл… Послушать только, как я тут рассказываю историю моей семьи… — тихо заметил он. — Похоже, я становлюсь сентиментальным… Смотри, Гарри! Вот возвращается моя настоящая семья…       Внезапно ночную тишину нарушил шорох развевающихся мантий. Среди могил, под огромным тисом, везде, где была тень, возникали фигуры волшебников. Все они были в масках, на головах у них были капюшоны. Один за другим они двигались к ним… медленно, осторожно, как будто не веря своим глазам. Волан-де-Морт молча стоял посреди кладбища и глядел на них. Наконец один из Пожирателей смерти упал на колени, подполз к Волан-де-Морту и поцеловал подол его чёрной мантии. — Хозяин… хозяин… — пробормотал он.       Остальные Пожиратели смерти сделали то же самое. Один за другим они подползали на коленях к Волан-де-Морту и целовали его мантию прежде, чем подняться и отойти в сторону. Мало-помалу они образовали круг, внутри которого находились Гарри, Дебби, Волан-де-Морт и корчащийся на земле, всхлипывающий Хвост.       Девушку начало тошнить от этого зрелища. Пресмыкающиеся твари в ногах своего хозяина. И они даже не отрицают свой статус. Послушные щенки, вздрагивающие от поднятой газеты, которой жестокий владелец лупит их по заднице, они всё равно послушно выполняют все команды.       Дебора в пол уха слушает всё дальше происходящие и наблюдает с перерывами, в которые выпадает из реальности от паники. Она не знает сколько времени это длится, но вот Волан-де-Морт наказывает всех «круциатусом», затем, она с разочарованием видит, как он дарит Хвосту новую руку и прощает его. После этого он начинает свой рассказ о скитаниях и восхвалениях самого себя, попутно оскорбляя маглорожденных и Гарри. В приступе всепоглощающей паники, даже она находит это скучным, и будь у неё возможность говорить, это первое, чем она привлекла бы к себе внимание. В еще больший ужас её привели фамилии всех стоящих Пожирателей. Почти все они были ей знакомы.       Когда он прикасается к Гарри, тот неистово кричит от боли в шраме. И Дебора вновь извивается в тугих путах, и снова это не приносит результата. Когда он испытывает на её брате «круцио», она орет что есть сил, и опять без звука. Она начинает плакать. Её голова свешивается к груди, потому что она больше не в силах этого видеть. Грюм смотрит на свою палочку, лежащую под ногами на земле и мечтает до неё добраться. Всё как будто в вакууме, в дурном сне. Дебби очень хочет жить, она хочет, чтобы Гарри жил. Но сейчас ей кажется благословлением быстрая смерть, а не пытки от рук этого существа. — Отвяжи его, Хвост, и верни ему палочку.       После этих слов она вновь возвращается в реальность.       Хвост подошел с волшебной палочкой и сунул её грубо в руку Гарри, не глядя на него. После этого он снова занял своё место в кругу Пожирателей смерти. — Тебя учили сражаться на дуэли, Гарри Поттер? — тихо спросил Волан-де-Морт. Его красные глаза горели во тьме. Мы должны поклониться друг другу, Гарри, — сказал Волан-де-Морт, слегка склонившись. При этом лицо его всё равно было обращено к Гарри. — Ну же, приличия надо соблюдать… Дамблдор был бы рад увидеть твои хорошие манеры… поклонись смерти, Гарри…       Пожиратели смерти захохотали. Безгубый рот Волан-де-Морта растянулся в улыбке. Гарри стоял, выпрямившись. — Я сказал, поклонись, — повторил Волан-де-Морт и поднял палочку.       Дебби увидела, как сжались челюсти Гарри от боли, и он, словно под невидимой силой, наклонил корпус вперед. — Очень хорошо, — тихо произнёс Волан-де-Морт и снова поднял палочку. — А теперь встань ко мне лицом как мужчина… гордо выпрямившись, как умер твой отец… А теперь — дуэль начинается.       Волан-де-Морт занёс палочку, и прежде чем Гарри успел что-либо сообразить, его снова настигло заклятие Круциатус. В этот миг в Деборе проснулось что-то кроме страха. Слыша крик брата, её наполнила такая животная ненависть, что от надгробия отлетел кусочек камня, когда она стукнула по нему пяткой. — Маленькая передышка, — сказал Волан-де-Морт. Щёлки его ноздрей раздувались от возбуждения. — Маленькая пауза… Больно, правда, Гарри? Ты ведь не хочешь, чтобы я сделал это снова?       Гарри молчал. Дебби безмолвно кричала. — Гарри, прежде, чем ты умрёшь, я должен научить тебя слушаться старших… может, поможет ещё одна маленькая доза боли?       Волан-де-Морт снова поднял палочку, но на этот раз Гарри был готов; долгие тренировки по квиддичу дали о себе знать — он тут же упал на землю, быстро перекатился и оказался за мраморным памятником на могиле отца Волан-де-Морта. Заклятие угодило в памятник, и плита треснула.       До этого, наполненная праведной яростью девушка, лишь посылала взгляд ненависти и мысленные проклятия в Волан-де-Морта, надеясь, что он уловит одно из них и обратит свое внимание на неё. Однако, это не работало. И вот, она поняла, что сейчас последний шанс привлечь внимание и хоть как-то выиграть время для Гарри.       Девушка стала ерзать ногами, поддевая кроссовок с правой ноги. И когда ей удалось стянуть его с пятки и он остался висеть на мыске — она прицелилась.       Он не долетел примерно ярд или два, прокатившись по земле к ногам Темного лорда. Змеиное лицо медленно повернулось к ней, и она снова испытала страх, не заглушающийся даже адреналином, который заполнил её несколько мгновений назад. — Кажется, тут кто-то хочет нам что-то сказать? — прошипел Волан-де-Морт. — Я и забыл, Гарри, что ты привел ко мне свою сестру грязнокровку. Она станет отличным дополнением к моей коллекции убитых родственников мальчика-который-выжил!       Дебби пульнула в него второй кроссовок, намекая, чтобы он не отходил от темы. И вновь он не долетел два ярда.       Темный лорд злобно посмотрел ей в глаза, но через секунду его взгляд сменился на насмешливый. — Что ж, наша гостья хочет нам сказать что-то важное. Давайте предоставим ей слово.       Он взмахнул волшебной палочкой, вернув девушке голос, но она только закашлялась. — Что ты хотела нам сказать? — снисходительно произнес волшебник. — Я… — начала Дебби, но не смогла сказать громко как хотела.       У неё пересохло в горле и, кажется, она всё-таки охрипла, срывая связки даже под «силенцио».       Пожиратели разразились смехом от её попытки. — Очень достойно, мы и не ждали чего-то большего от грязнокровки.       Дебби прочистила горло. — Я хотела сказать, что ты не способен ни на что более, как унижать четырнадцатилетку и его покойную мать. Это всё, что ты можешь, Том? — девушка набралась смелости и посмотрела ему в глаза.       Она специально подчеркнула его имя, зная реакцию. Лицо Волан-де-Морта перекосилось от ярости, но она не дала ему парировать. — Всё, что ты можешь, это пытаться убить ребенка, который по умолчанию слабее тебя. Хотя нет, Гарри намного сильнее тебя, ведь когда он был совсем маленьким — он победил. Ты просто слабак и трус. Давай, Том. Выбери кого-то ближе по уровню. Сразись со мной, я хотя бы совершеннолетняя.       По мере того, как Дебора плевалась ядом, Темный лорд свирепел с каждой секундой. Но после последней фразы, он усмехнулся. — Грязнокровка вызывает меня на дуэль, — повернулся он к своим щенкам, и те снова залаяли.       Волан-де-морт взмахнул рукой, и Дебби упала на землю. — Так тому и быть. Ты хочешь посмотреть как она умрет, Гарри? Тогда выйди, и клянусь, я дарую ей быструю смерть, как и тебе. — Не выходи, Гарри! — крикнула она, подбирая палочку.       Темный лорд снисходительно подождал, пока она распрямится, но как только она это сделала, он крикнул: — Круцио!       Это было не похоже на проклятие от Крама. Это даже близко не стояло. В первую секунду Дебби успела себе пообещать не кричать. Она упала и стиснула челюсти. Кожа горела, будто она охвачена огнем. Ткань мышц сжималась и разрывалась. Кости дробились на миллионы маленьких кусочков, а внутренние органы скручивало раскаленными цепями. Она почувствовала, как нейроны в ее мозгу движутся с неистовой силой, и попыталась остановить это. Ей казалось, что в ее голову засунули тысячу игл, и если она сдастся, она сойдет с ума. Она не знала сколько секунд или минут это длилось, ей казалось, что это были часы.       Когда это прекратилось, боль не отпустила ее, но стало немного легче. Дебби, собрав силы, перекатилась на живот и ее вырвало. Зрение и слух стали возвращаться спустя несколько секунд, и вновь она услышала смех приспешников Темного лорда. — Выходи, Гарри! Будь героем, каким ты себя выставляешь. Спаси свою сестру.       Дебби поспешила вытереть рот от рвоты трясущейся рукой. — Я в порядке! Уходи, Гарри!       Волан-де-морт гневно зашипел. — Спасибо, Том, — ей стоило неимоверных усилий подняться на ноги, — взбодрил, а то всё затекло от этих веревок! — Авада Кедавра! — Экспульсо!       Дебби вскидывает палочку в последний момент. Синий и зеленый лучи соединяются. Она держит палочку крепче, но её рука трясется. Зеленый луч довольно быстро подбирается к её палочке, и девушка изо всех сил вскидывает кисть наверх, разъединяя связь заклинаний. Она сразу кидает режущее проклятие, но Волан-де-морт отбивается от него как от назойливой мухи. — Редукто! — гриффиндорка ни на секунду не останавливается и продолжает сыпать проклятиями, чтобы не получить в ответ.       Он отражает каждое с лекгостью, но начинает раздражаться. Дебби делает шаги ближе к статуе, за которой прятался Гарри, и, когда Темный лорд посылает в неё очередное непростительное, успевает упасть и закатиться за неё.       Она ползет как солдат по грязи и надеется не увидеть брата за поворотом могильного камня. Надеется, что он уже успел убежать.       Но Гарри так и сидел, прижавшись спиной к мраморному темному покрытию, упираясь ладонями в землю. Дебби подтягивается к нему и на их лицах ужас. — Что нам делать? — голос у него хриплый с надрывом.       Дебора вслушивается и отмечает, что Волан-де-морт опять начал унижения и рассказы о том, какие они никчемные, а он великий волшебник. Она искренне этому радуется. Его привычка тешить свое эго болтовней выигрывает им время.       Руки сами залезают в карман и случайно нащупывают там пузырек. Дебби вытаскивает его. Кристально чистая, блестящая жидкость заполняла маленькую склянку почти до краев.       Феликс Фелицис. Снейп знал, он чувствовал, что это произойдет. Он чувствовал, что без этого им не обойтись.       Дебби откупоривает пузырек и наклоняется над братом. Её дрожащая рука берет его за челюсть и надавливает. Голова Гарри трясется в такт её кисти. — Пей.       Она вливает полностью весь пузырек ему в рот, а затем подносит к своим губам и стряхивает последнюю каплю на горлышке. Капля удачи ей тоже не помешает. — Что это? — Напиток удачи. У тебя есть шанс. Ты что-то чувствуешь?       Поттер моргает несколько раз. — Мы тут не в прятки играем, Гарри, — тихий, холодный голос Волан-де-Морта звучал совсем рядом. Раздался очередной взрыв смеха Пожирателей смерти. — От меня не спрячешься. Может, ты устал от нашей дуэли? Может, ты хочешь, чтобы я закончил её сейчас, Гарри? Тогда выходи, Гарри… выходи и поиграй… это будет быстро… и может быть даже не больно… я не знаю… я никогда не умирал… — Да, — неожиданно отвечает парень на вопрос сестры и встает с места. — Гарри, нет! Ты свихнулся?       Но Гарри уже направился прямиком к Темному лорду. Полный решимости, он вскинул палочку, как только вышел из-за статуи. — Дерьмо! Мать твою! — Дебби думала, что удача поможет им свалить отсюда, а не угробить себя окончательно.       Гарри почувствовал уверенность из-за зелья и теперь он в еще большей опасности.       Она на коленях поползла за ним, не в силах встать, и увидела невероятное.       Луч золотого света, соединяющий Гарри и Волан-де-Морта неожиданно расщепился на множество тонких сияющих лучиков. Палочки их оставались соединены, а золотые нити сплетали вокруг Гарри и Волан-де-Морта сверкающий купол паутины. Вскоре дуэлянты оказались как бы в клетке из света, а за стенками клетки рыскали, как шакалы, Пожиратели смерти. — Ничего не делать! — крикнул Волан-де-Морт своим приспешникам. Волан-де-Морт явно не понимал, что происходит, и теперь из всех сил старался разорвать золотую нить, соединяющую волшебные палочки. Гарри ухватился за свою палочку ещё крепче, и нить осталась цела. — Ничего не делать без моей команды! — прокричал он Пожирателям смерти.       Из палочки Волан-де-Морта раздались крики боли…что-то появилось из палочки…тень одной головы, за которой тут же показались руки и тело…       Дымчатая тень молодой женщины с длинными волосами упала на землю, встала, посмотрела на него… Гарри, руки которого немилосердно тряслись, смотрел в призрачное лицо своей матери. — Отец сейчас будет… — тихо сказала она. — Он хочет увидеть тебя… всё будет хорошо… держись…       И он появился… сначала его голова, потом тело… из палочки Волан-де-Морта возникла высокая, с растрёпанными, как у Гарри, волосами тень Джеймса Поттера. Волан-де-Морт смертельно побледнел от страха перед своими жертвами, которые кружили вокруг него. Отец подошёл к Гарри, посмотрел на него и заговорил тем же, доносящимся как бы издалека голосом, что и все остальные, только тихо, чтобы Волан-де-Морт не услышал: — Когда связь будет разорвана, мы задержимся на мгновение… мы дадим тебе немного времени… ты должен добраться до портала, он вернёт тебя в Хогвартс… Понял, Гарри? — Да, — выдохнул Гарри, сражаясь с палочкой, которая скользила в руках и в любой момент могла вырваться.       Дебора заворожено смотрела на это, успевая обработать головой, что им нужен был кубок. Им снова нужно докоснуться до кубка вместе.       Гарри повернул к ней голову и его родители сделали также. Она, превозмогая боль в мышцах, кинула и приготовилась бежать. — Сделайте это сейчас, — прошептал отец. — Приготовьтесь бежать. Давай, вперёд…       Гарри рванул рукой вверх и купол исчез. Но призрачные фигуры жертв Волан-де-Морта не пропали. Они сжимали кольцо вокруг Волан-де-Морта, скрывая их от его глаз.       Гарри и Дебби бежали на встречу друг другу изо всех сил. — Акцио кубок! — проорала девушка.       Следующие мгновения происходили как в замедленной съемки. Три объекта приближались к друг другу, а дымка вокруг Волан-де-морта стала рассеиваться. Дебби увидела его разъяренное лицо, услышала его вопль и то, как он вскинул палочку, как только их руки и кубок соединились.       Произошла странная вспышка и их выплюнуло на поле перед трибунами. Гарри прокатился несколько метров по траве, а Дебби приземлилась на колени. Она почувствовал как с её шеи течет горячая струя, окрашивая бордовую олимпийку в почти такой же цвет. У неё закружилась голова и она повалилась на бок.       Вокруг было шумно. Тысяча звуков, крики, оркестр, хлопки салюта смешивались в голове и взрывали её сильной болью.       Дебору развернули на спину и она увидела над собой лицо Снейпа. Он был сосредоточен, зол и растерян одновременно. Зельевар быстро прижал руку к её шее и стиснул челюсти. Дебби считала в его глазах панику и поняла, что он просто застыл в таком положении, останавливая ей кровь ладонью и не зная что делать дальше.       Она скосила глаза и увидела, как Гарри за плечо подняли руки в плаще. Аластор стал уводить его с поля в общей суматохе. Она вцепилась в руку Снейпа в истерике.       Открыв рот — из неё вырвалось только бульканье и гортанный стон. Лицо профессора расплывалось и она теряла сознание. Она шире раскрыла глаза. — Северус… — через силу выдавила она с кровью изо рта.       Мужчина еще сильнее надавил на шею, заставив её замолчать, но она вцепилась в его руку со всей дури. Когда картинка перед глазами стала туманной, перед ней появилось еще одно лицо. Наконец, ладонь с её шеи была отодвинута, и Альбус Дамблдор что-то прошептал над её головой. Кровь перестала течь, и девушка почувствовала жжение в затягивающейся ране.       Дебора с трудом перевернулась на бок, чтобы сплюнуть кровь изо рта. У неё очень кружилась голова. — Альбус, — прохрипела она, держась за горло, которое еще секунду назад было перерезано. — Где Гарри?       Глаза директора метали молнии. Он был одновременно растерян и зол. Старик обернулся в поисках мальчика, но Дебби снова дернула его за рукав мантии. — Это не Аластор.       Лицо Дамблдора переменилось. Он резко встал. — Это не Аластор, — снова повторила она, — он увел Гарри! Где он? Куда он его повел? — Мисс Грюм, я отведу Вас в больничное крыло! О, Мерлин, какой ужас! — за плечом Снейпа показалось встревоженное лицо Макгонагалл. — Нет. — Прервал её директор. — Что происходит? — послышался приближающийся голос Фаджа. — Минерва, я попрошу Вас успокоить учеников и министра. Пожалуйста, организуйте их возвращение в замок. Северус, сходите за сывороткой правды как можно скорее. Я пришлю патронуса о нашем местоположении. Мисс Грюм, — Дамблдор наклонился и рывком поднял её за локоть, — Вы должны пойти со мной.       Дебби резко кивнула. Послышались крики учеников, которые не успели рассмотреть её внешний вид из-за нависших по кругу над ней профессоров. Макгонагалл тут же удалилась успокаивать их.       Дамблдор потащил её прочь со стадиона, минуя растерянного и напуганного Фаджа. Он тащил её за локоть, а девушка еле успевала переставлять ноги, которые до сих пор сводило судорогой после пытки Волан-де-морта. — Я догадывалась. Я убедилась в лабиринте, когда Гарри сказал, что он использовал «империус» на учениках. Аластор бы не сделал такого. Вот кто был крысой в школе, но кто это такой? Где настоящий Грюм?       По ходу своих лепетаний, Дебби начала плакать. Не от физической боли из-за их темпа — её она терпела, сжав зубы. Ей стало страшно и стыдно. — Были знаки, но как я не догадалась раньше? Какой ужас! Где он? Что если он… — Он жив, — отрезал волшебник. — Не вини себя. Кто бы это ни был, ему удалось обдурить не только тебя. — Он вернулся. — Гарри сказал мне. — Мы чудом уцелели, мы сражались, — на этих словах гриффиндорка подвернула ногу и повисла на руке старика, — он пытал нас непростительным.       Дамблдор остановился, только сейчас заметив, как сильно трясутся кисти девушки от пережитого проклятия. Дебби, словно дирижер оркестра, пыталась сократить амплитуду, сжимая их в кулаки. — Потерпи еще немного, — они уже были у подножия замка, и Дамблдор, наконец, сбавил темп. — Я в порядке, нам нужно быстрее найти Гарри, — захрабрилась девушка.       Она собрала все остатки сил и быстрее зашевелила ногами.       С помощью картин в замке, они выяснили, что Лже-Грюм увел Поттера к себе в кабинет. И чем ближе они подходили, тем суровее становилось лицо Альбуса Дамблдора.       Сердце Дебби ушло в пятки, когда старик выбил дверь в кабинет одним взмахом палочки и послал невербальное проклятие вперед. За его спиной она не успела рассмотреть, что происходит, пока он не пригласил её жестом зайти за ним.       Лже-Грюма отшиврнуло на табуретку у ближнего стелажа. Он вжался, припечатанный невидимой силой. Гарри испуганно стоял в углу. — Ты знаешь кто я? — Альбус Дамблдор! — рявкнул мужчина. — Кто ты такой? — Аластор Грюм.       Выражение лица директора внушало такой ужас, что в комнате стало на несколько градусов хододнее. На лице у Дамблдора не было снисходительной улыбки, голубые глаза не поблёскивали заговорщически за стёклами очков. Старое, изборождённое морщинами лицо излучало холодную ярость; невиданная мощь исходила от него и распространялась обжигающими волнами по комнате.       Директор, не отрывая взгляда от самозванца и не убирая палочки, протянул руку за спину, нащупывая плечо Дебби. Он мягко подтолкнул её вперед.       Она почувствовала себя как в первый день, когда приехала к Аластору домой, и Дамблдор также подталкивал её внутрь. Девушка сделала несколько неуверенных шагов и пристально посмотрела на сидящего перед ней мужчину сверху вниз. — Какого уха не было у кота, которого я притащила домой в десять лет? — неуверенно произнесла она.       Грозный глаз, до этого яростно смотревший на директора, поджал губы и скривил рот. — Какого уха? Левого или правого? — почти сорвалась на крик она. — Левого! — рявкнул Грюм, и Дебби отступила два шага назад, почти впечатавшись в Дамблдора.       Она со страхом обернулась на директора, и её лицо выражало полнейший ужас. — Я никогда не приносила в дом никакого кота, — тихо прошептала она.       Позади них скрипнула дверь. Северус принёс флакон и передал в руки старику.       Когда зелье было влито в рот мужичны насильно, Дамблдор повторил свой вопрос. — Кто ты такой? Отвечай!       Лже-Грюм пытался противиться сыворотке правды, пока это не стало доставлять ему физическую боль. — Барти Крауч! — почти выплюнул он. — Младший       После этих слов, его лицо стало меняться. Шрамы исчезли, кожа стала гладкой, покалеченный нос приобрёл обычную форму и уменьшился. Седеющая грива становилась всё короче, пока не превратилась в коротко стриженые соломенного цвета волосы. Деревянный протез с гулким стуком упал на пол, а на его месте выросла обычная нога. Ещё мгновение — и волшебный глаз выскочил из глазницы, и его заменил нормальный глаз. Волшебный глаз покатился по полу, не переставая вращаться в разные стороны. — Оборотное зелье, — констатировал Снейп, понюхав фляжку, вытащенную Альбусом из кармана плаща мужчины. — Боже мой! — прибывшая профессор МакГонагалл замерла в дверях и не сводила глаз с лежащего на полу человека. — Где настоящий Аластор Грюм? — свирепо произнес директор. — Здесь. В сундуке.       Дебора охнула, издав булькающий звук и метнулась под рукой Дамблдора к стоящему в угле сундуку, но он снова подвинул её к себе за плечо и стал открывать замки один за другим.       Небольшое подземелье глубиной футов десять показалось после последнего замка. На полу сидел совершенно истощённый настоящий Грозный Глаз Грюм. Деревянной ноги у него не было, глазница, где должен быть волшебный глаз, провалилась, а неровно выстриженные клочья седых волос торчали в разные стороны. — Ты жив, Аластор? — наклонился Дамблдор, закрывая Деборе обзор. — Прости, Альбус. — Раздался звук снизу.       Дебби издала звук похожий на рвотный рефлекс, который вырвался из её горла с истерическим выдохом. Директор отодвинулся в сторону и она нависла над сундуком, пытаясь втянуть сопли. Аластор тут же закрыл пустую глазницу, не желая показывать её девчонке и тяжело выдохнул.       Её застряло. Всё тело ходило ходуном от накатываемой истерики, но Дебора каждую секунду повторяла себе взять это под контроль. В кабинете было слишком тесно для такого количества людей, поэтому, когда она метнулась за волшебным глазом и протезом, которые валялись на полу, она случайно толкнула Дамблдора и Снейпа, не координируя свое тело в состоянии шока. — Мне нужно… мне… — Дебби… — с сожалением охнула Макгонагалл, смотря на состояние девушки.       Гриффиндорка сглатывала икоту и шмыгала носом, направляясь обратно, опять наступив на ногу декану Слизерина. — Я сейчас…       Она прыгнула внутрь и наконец оказалась лицом к лицу с настоящим Аластором Грюмом. Тот сидел, оперевшись на стены сундука и всё еще прикрывая глазницу ладонью. Пустую штанину его пижамы он старался подобрать под себя, закрывая здоровой ногой. — Я сейчас… — она потянулась к нему с глазом в руке, но мужчина повернул голову вбок, одарив её хмурым взглядом. — Не надо.       Она выглядела как сумасшедшая. Весь её рот и подбородок были в крови. Шея и одежда тоже. Её трясло с такой силой, что она могла бы забивать гвозди в металл. Икота, сопливое шмыганье и слезы не прекращались.       Аластор забрал из её руки волшебный глаз, и, отвернувшись, вставил в пустое пространство на лице, чтобы она не видела. Но её руки все равно потянулись к голове, чтобы застегнуть ремешок на обратной стороне. После этого, девушка подтянула к ним металлический протез ноги. Он снова попытался забрать его из её рук, но она неожиданно рявкнула. — Хватит!       И он прекратил.       Она стала задирать штанину, пока не дошла до обрубка выше колена. Грозный Глаз на неё не смотрел. Они оба чувствовали себя жалко. И обоих сжирало стыдное чувство вины.       Когда с протезом было покончено, Дамблдор бросил вниз плащ. Дебора помогла Аластору подняться и накинула его поверх плеч. Директор подсобил им выбраться и не сильно похлопал Грюма по плечу. — Мы в больничное крыло, — еле выдавила девушка, закинув руку мужчины себе на плечо. Она не нашла в себе сил взглянуть даже на брата.       Дорога до мадам Помфри оказалась крайне тяжелой. Они ковыляли медленно и в тишине. Когда у Дебби заканчивались силы, они менялись ролями и уже она опиралась на мужчину.       Поппи уже была в курсе, патронус Альбуса долетел быстрее них. Дебби сходу заявила, что её состояние подождет и ничего страшного с ней нет. Она села на кушетку напротив и уставилась в пол. Мадам Помфри закрутилась вокруг мужчины, пытаясь заставить его выпить восстанавливающее зелье. Грюм, несмотря на отсутствие сил, стал ворчать в своей привычной манере. — Я не буду травиться этой дрянью, Поппи! — Заткнись! Заткнись и пей! — неожиданно заорала Дебби.       Это было так резко, что целительница вздрогнула и чуть не выронила склянку из рук. Аластор недовольно рыкнул, но забрал пузырек и влил себе в рот. Мадам Помфри посоветовала ему прилечь, однако он лишь отмахнулся и стал снова ворчать. — Дорогая, это успокаивающее и обезболивающее зелья, — ласково проговорила она, кладя две скляночки рядом с девушкой.       В конце концов, Поппи поняла, что сделала всё что можно в их состоянии и ей лучше удалиться.       Как только дверь захлопнулась, у Деборы сработал механизм и она в голос зарыдала. Она даже не заметила, что помимо них, в больничном крыле без сознания валялись Флер и Крам. — Выпей зелье.       Но Дебби только разрыдалась еще больше. — Как я могла? Как я не заметила? — задыхалась девушка, — Боже, как я могла? Всё это время…       Она встала, безвольно прижав руки к груди, и стала расхаживать туда сюда. — Это моя вина! Этого не произошло бы… догодайся… как же… как же так…       Раздалось звонкое клацание металла об плитку, и девушка оказалась зажата в объятиях. Она уткнулась лицом в плечо мужчины и захныкала без слов. Аластор еще крепче сжал её в руках.       Через некоторое время, когда истерика стала утихать, он произнес: — Хватит сопли распускать.       Дебби втянула носом и оторвалась от мужчины. — Прости. — Это всё закончилось.       Девчонка грустно покачала головой. — Это всё только началось. Он вернулся.       Аластор замер, а затем со скрежетом зубов присел обратно на койку. Дебби устроилась сбоку. — Что произошло?       Девушка повернулась к нему лицом. Её нижняя губа еще дрожала и Грюм протянул к ней руку. Грубой ладонью он аккуратно вытер слезы с её щек. — Всё, успокойся. Я тебя не соплячкой растил.       Дебби впервые измучено улыбнулась на его высказывание. — Всё равно выросла соплячкой, — грустно ответила гриффиндорка. — Почему шляпа определила меня на этот факультет? Я поняла, что я самая настоящая трусиха.       Грюм страдальчески вздохнул. Если бы у него была привычка закатывать глаза, Дебби знала, он бы это делал постоянно. — Я… будет проще если ты посмотришь сам, — она протянула свою палочку.       Мужчина напряженно кивнул, а она сосредоточилась на моменте в доме Уизли, когда Амос Диггори сообщил о потасовке в их доме. — Легилименс.       Дебора структурировала мысли изо всех сил, стараясь не упускать детали. Весь учебный год пролетал в её голове, показывая настоящему Аластору Грюму всё произошедшее. Он вынырнул из воспоминаний на моменте открытия сундука в кабинете ЗоТИ. — Никакая ты не трусиха. — Это только благодаря тебе. — Я стар и сдаю позиции, — тихо прохрипел он, — Мне жаль, что я не смог защитить тебя. — Не смей так говорить! Ты не виноват! Я поверить не могу, что не раскусила этого урода… Мне так стыдно! — девушка спрятала лицо в ладонях. — Даже Альбус ничего не подозревал. Этот говнюк проделал отменную работу.       Они замолчали и Дебора положила голову мужчине на плечо. — У меня к тебе очень важная просьба. Не убивай Фреда Уизли! — закусила губу девушка, вспоминая как Грюм просмотрел в её голове момент поцелуя на Святочном Балу.