Дом из лжи

— Мы нашли крысу… — Малфой задумчиво уставился в стол.— Логово Крыс.. — Это грустно, но никто от этого не застрахован, — Маккинел пожал плечами. Голос — ровный, почти равнодушный. — Никто не умер, и это, в целом, отличные новости. — Почти никто..— Гермиона резко бросила, не глядя ни на кого. — Да, но проблема в том, — Поттер нахмурился, — что они отказываются брать на себя ответственность за всё это… — он махнул рукой, — поставки тротила, азида свинца, гремучей ртути… Он выдохнул тяжело, как будто выговаривание слов само по себе было бессмысленным. Гермиона ходила по кабинету из угла в угол. — То есть, с их слов, они ответственны только… — она остановилась, прижала палец к губам, — только за кражу некоторых артефактов? И отдельных архивных документов? — Выходит, так, — Маккинел снова кивнул, как будто повторял чужую скучную лекцию. — Надо их добить! — бросила она. — У нас нет доказательств, — Малфой произнёс это почти шёпотом, но в тишине комнаты прозвучало, как приговор. — Получается, эти дела действительно не связаны. Гермиона резко обернулась, как разъярённая кошка. Её волосы будто зашипели — с концов сыпались крошечные, мерцающие искры. Она снова зашагала по кругу, зубы стиснуты. — Что мы скажем на пресс-релизе? — Гарри потер ноющий затылок, с отчаянием в голосе. — Правду. — Кингсли скрестил пальцы обеих рук и направил на них тяжёлый взгляд. — Но дело с маггловской контрабандой… придётся закрыть. Временно. Тишина. Как будто комната резко вымерла. Гермиона замерла. Повернулась к Министру. В глазах — не огонь. Оцепенение. — Вы… хотите… замять это? Она сделала шаг вперёд, но в тот же миг рука Малфоя осторожно перехватила её за локоть и утянул на шаг назад. Он встал за её спиной, прижал её чуть ближе. — Тише, крошка… не кричи, — его голос был ласковым, но сдержанным. — Просто не горячись. Она вздрогнула от неожиданного контакта. Его ладонь крепко, но бережно держала её локоть. Его грудь — живая стена за её спиной. — Не прикасайся ко мне, если не собираешься встать рядом, — прошептала она резко, не оборачиваясь. Он отпустил её. Но не отошёл. Кингсли Внимательно смотрел на девушку.. — Это не замять, Гермиона. Это — не проиграть войну, когда у тебя нет армии. Дыхание Гермионы сбилось. Грудь вздымалась. — А если завтра будет новый взрыв? А если кто-то умрёт? — Тогда мы будем действовать. По закону. С санкцией. Но сейчас… — он встал. — Сейчас мы не можем драться с призраками, как бы они ни были опасны. Гермиона молчала.Голос малфоя тихо раздался возле самого ее уха. — Это не конец, Грейнджер. Это — передышка. — Или блять капитуляция, — бросила она и вышла из кабинета, хлопнув дверью.

***

Министерство Магии. Центр реагирования. Поздняя ночь. Воздух сжат. Полумрак прорезает резкий всполох чаропередатчика. Сигнальные шары загораются алым. — Взрыв! Район Ричмонд-апон-Темс, граница с магической территорией! Чёрный дым, магический след не идентифицирован, — голос аврора звучит глухо, но чётко. — Покажи картинку, — резко кидает Поттер. На главном зеркале — живое изображение огня. Пламя ползёт по древним стенам, черно-красный столб дыма вздымается в небо. Камера дрожит, словно сама чувствует жар. — Это… — Гермиона едва слышно выдыхает, сжав кулаки. — Это Малфой-мэнор, — в ужасе говорит Гарри. Его лицо теряет краску. В комнате замирает даже воздух. Несколько секунд — только гул артефактов.. — Что за чёрт?! — Билл качает головой. — Мы же только что отрабатывали западное направление! — Выезд немедленно, — Кингсли поднимается из-за стола. Его голос острый, как лезвие. — Грейнджер, Поттер, Лонгботтом — первая группа. Отдел охраны — следом. Гермиона уже в плаще. Глаза остекленели, сердце гудит в ушах.

Малфой-мэнор. Пять минут спустя. Они аппарируют на ближайшую безопасную точку. Земля вибрирует от взрывов. — За мной! — Гарри рвётся вперёд.Все бегут по склону. Впереди — величественные ворота, а за ними… огонь. Пламя лижет стены, обрушенные колонны валятся, будто изнутри их выжгли. И там, среди бушующего ада — Драко Малфой. Он сидит в высоком кресле, чуть откинут назад, как на театральной репетиции. Одна нога закинута на другую. Он просто смотрит. — Проклятье, барьеры! — Гарри почти спотыкается. — Он наложил защиту изнутри! — Это родовая магия, — Лонгботом отшатывается от вспышки. — Мы не прорвёмся. Нас не пустят. — Драко… — Гермиона делает шаг вперёд. — Что ты делаешь? Он встаёт. Позади него вспыхивает кресло, будто пламя только этого и ждало. Плащ Малфоя взметнулся, силуэт вырисовывается на фоне огня, как вырезанный из тьмы. Он подходит к воротам. Снаружи падает замок — глухой металлический звук. Ворота распахиваются сами, медленно, как в финале оперы. Вместе с ними — хлынувший жар, гул огня, волна магии, от которой встают дыбом волосы на руках. Он останавливается на пороге. Улыбается. Наклоняет голову в лёгком, театральном реверансе: — Биг. Бада. БУМ, — говорит он почти весело, нараспев. И тут же — шаг вперёд. Он идёт к Гермионе. Медленно. Как будто не в спешке. Как будто вся команда — просто декорация. — Драко, остановись! — голос Гарри — наполовину крик, наполовину мольба. — Что ты… — Гермиона едва дышит. Он кладёт ладонь ей на шею. Медленно. Осторожно. В его взгляде — что-то тёплое, почти печальное. — Ты знаешь, зачем, — шепчет он. И целует её.Прямо на глазах у всех. Долго. Медленно. Словно прощается навсегда.Когда он отрывается — мир будто замирает. Даже огонь утихает. Он поворачивается к команде. Его голос снова лёгкий, даже насмешливый: — Передайте министру, что я взял отпуск. Пауза. — Долгосрочный. И он исчезает.

***

Сцена Глазами Драко

Он шёл по коридорам Малфой-мэнора в последний раз. Полы скрипели. Воздух уже пах пеплом — еще до того, как вспыхнул первый огонь. Картины наблюдали. Портреты предков — безмолвствовали. Мать. Отец. Деды. Сотни лет магии, власти, крови. Империя, построенная на костях. Он проходил мимо — и никто не посмел остановить. В одной руке — канистра с бензином. В другой — палочка. Но ею он почти не пользовался. Некоторые вещи нужно делать руками. Он проливал топливо щедро: по паркету, по коврам, по мраморным лестницам. Заливал портьеры, обивку кресел, тянул дорожку сквозь стеклянные галереи. Чёрная магия не горит просто так. Её нужно учить умирать. Он открыл двери в сад. Розы его матери — всё ещё росли. Он пролил топливо под корни. Не дрогнув. Затем вошёл в кабинет Люциуса. Стены там были темнее — будто знали, что именно здесь рождалась грязь. Всё было покрыто толстым слоем пыли. Ни к чему не прикасались уже несколько лет. Драко вцепился в любимое кресло Малфоя-старшего, и его голову пронзили воспоминания: как он стоял перед отцом, слушая выговоры, упрёки, унижения. Кресло — тяжёлое, резное, высокое. Символ. Он вытащил его наружу — по мрамору, по гравию, на траву, оставляя царапины и борозды. Без уважения. Без магии. Сквозь боль в плечах, сквозь плевки памяти. Отошёл на приличное расстояние. Поставил кресло точно по центру, напротив фасада. Сегодня он — зритель. На своём персональном представлении. Достал сигарету. Залез в карман брюк, достал коробок. Осталась одна спичка. Он усмехнулся. — Как поэтично… Щёлк. Спичка летит на мокрую траву. Пламя слилось с бензином. Сначала медленно. Потом — жадно. Оно поползло вверх по лестнице, в залы, в библиотеку, в оружейную, в архив… Взрыв. Малфой не дёрнулся. Он наблюдал, как расползается огонь. Как он поглощает деревья. Как бушует внутри особняка. Ещё один. Ещё. Колонны рушились. Стекло разлеталось с гулким звоном. Огненные столпы расцветали в ночном небе, тени танцевали на его лице. Он ждал финального аккорда. Ждал того, над чем работал столько лет. Он напевал себе под нос что-то старое, детское. Почти ласково: Кто построил дом из лжи — тому дышать дымом... Прогремел еще один взрыв. Сильнее чем предыдущие. От стен почти ничего не осталось. Некогда величественный особняк теперь был просто грудой камней, в центре которой зияла огненная воронка. Пламя вихрями закручивалось над обугленными башенками Это был его акт милосердия. Он уничтожил всё, что мог найти. Всё, что собирал. Проклятые артефакты. Книги. Кровь. Магию. Память. Он окинул взглядом сад. Он был весь охвачен огнём. Он закрыл глаза. Прости, мама. За спиной он услышал как кто то глухо произнес его имя.. Гермиона. Он слышал её через барьеры. Он знал, что они придут. И знал, что защитные чары не впустят никого, пока он сам не позволит. Он также знал, что эта же магия сдержит огонь. Город будет в безопасности. Он посмотрел на пламя. Последний раз. Выкинул окурок себе под ноги. Постучал пальцами по подлокотнику кресла. — До нескорого, папа… Он встал. И кресло тут же охватило магическое пламя. Он подошёл к воротам. Они распахнулись беззвучно. Просто сдались. Это место больше не существовало. Он вышел. На лице — спокойствие. Даже улыбка. Он чуть склонил голову: — Биг. Бада. БУМ. — произнёс он, чуть на распев. Будто ничего не случилось. Гермиона стояла, как вкопанная. В её глазах — непонимание и ужас. Она выглядела так, словно могла либо расплакаться, либо наброситься с кулаками. Драко заглянул ей в глаза. Пытался запомнить каждую деталь. Её порхающие ресницы. Несколько веснушек. Он положил ладонь ей на шею. Осторожно. Уверенно. Притянул ближе. — Ты знаешь, зачем, — прошептал он. И поцеловал её. С жадностью. С силой. Без извинений. Он забрал всё — дыхание, гнев, страх. Всё, что не сказал. Всё, что не успел. Она ответила. Почти сразу. Их губы слились, языки сплелись — в танце прощания. И в этом поцелуе было всё, чего между ними не было — и уже не будет. Он отстранился. Коротко поцеловал её в лоб — будто ставил точку. Оглядел команду. Улыбнулся Поттеру — как старому врагу, ставшему слишком родным. — Передайте министру, что я взял отпуск. Долгосрочный. Треск. И он исчез.