Глава 47

Она ​была ​сильна. ​ ​Сильнее, ​чем ​я ​думал. ​ ​И ​её ​сила ​росла. ​ ​— ​С ​каких ​это ​пор ​драконы ​стали ​лампочками? ​ ​Хорошо, ​что ​она ​всё ​ещё ​меня ​слушается... ​ ​[Ваша ​валирийская ​кровь ​укрепилась.] ​ ​Из-за ​этого? ​ ​Я ​думал, ​что ​мне ​придётся ​орать ​дольше. ​ ​Кроме ​того, ​ночь ​всё ​ещё ​казалась ​мне ​ясной. ​ ​Тьма ​больше ​не ​сковывала ​мой ​взор. ​ ​Я ​уловил ​малейшее ​движение ​— ​кролик, ​затаившийся ​в ​кустах, ​готовый ​сорваться ​с ​места. ​ ​Я ​видел ​его ​напряжение. ​ ​Знал, ​куда ​он ​побежит, ​ещё ​до ​того, ​как ​он ​дёрнулся. ​ ​Всё ​вокруг ​стало ​чётче. ​ ​Мир ​словно ​замедлился. ​ ​Каждое ​движение. ​Каждый ​звук. ​ ​К ​счастью, ​сила ​росла ​и ​у ​меня. ​ ​Настоящая ​сила. ​ ​Не ​просто ​мощь ​дракона. ​ ​Моя ​собственная. ​ ​Она ​росла. ​Развивалась. ​ ​Становилась ​чем-то ​большим. ​ ​Достаточной, ​чтобы ​однажды ​как ​следует ​врезать ​этой ​ящерице, ​если ​она ​станет ​слишком ​строптивой. ​ ​Ночь ​в ​Королевском ​лесу ​вновь ​стала ​тихой. ​ ​Без ​пламени ​Визерион ​тьма ​сгущалась, ​поглощая ​не ​только ​очертания, ​но ​и ​звуки, ​присутствие. ​ ​Поэтому ​любое ​нарушение ​этой ​тишины ​выделялось. ​ ​Я ​едва ​успел ​подготовиться, ​когда ​услышал ​это. ​ ​Шорох ​листвы. ​Приглушённые ​голоса. ​ ​Ритмичное ​приближение ​копыт. ​ ​— ​Чёрт. ​ ​Я ​быстро ​повернулся ​к ​Визерион. ​ ​Драконица, ​свернувшаяся ​в ​тени ​деревьев, ​с ​лениво ​сложенными ​крыльями, ​приподняла ​голову, ​уловив ​мою ​тревогу. ​ ​— ​В ​субпространство, ​— ​пробормотал ​я, ​прижимая ​ладонь ​к ​её ​чешуе. ​ ​Она ​сузила ​глаза. ​ ​Золотой ​отблеск ​мелькнул ​в ​них ​— ​почти ​как ​если ​бы ​она ​закатила ​их. ​ ​— ​Ладно... ​— ​но, ​к ​счастью, ​подчинилась. ​ ​Её ​тело ​исчезло ​в ​черноте ​трещины, ​ведущей ​в ​[Дом ​Драконов]. ​ ​Она ​полностью ​растворилась ​в ​этом ​неизвестном ​измерении. ​ ​Я ​обернулся. ​ ​Выдохнул. ​ ​Сгладил ​выражение ​лица. ​ ​И ​в ​тот ​же ​миг ​всадники ​вышли ​из ​тени. ​ ​Кто, ​чёрт ​возьми, ​это? ​ ​Только ​бы ​не ​Джоффри. ​ ​Он ​усложнил ​бы ​мне ​жизнь. ​ ​А ​с ​такой ​свитой ​за ​ним ​я ​не ​смог ​бы ​просто ​убить ​его ​здесь ​и ​сейчас. ​ ​Я ​знал ​свои ​пределы. ​ ​Зверей ​в ​этом ​лесу ​я ​мог ​побеждать. ​ ​Но ​пока ​я ​не ​был ​целой ​армией. ​ ​Лунный ​свет ​блеснул ​на ​серебристых ​доспехах, ​и ​вот ​они. ​ ​Я ​сразу ​узнал ​герб, ​что ​развевался ​на ​их ​знамёнах ​и ​был ​выгравирован ​на ​их ​броне. ​ ​Дом ​Веларионов. ​ ​Один ​из ​немногих ​домов, ​наряду ​с ​Таргариенами, ​в ​чьих ​жилах ​текла ​валирийская ​кровь. ​ ​Первое, ​что ​бросилось ​в ​глаза, ​— ​белые ​волосы, ​сияющие ​даже ​в ​темноте. ​ ​Безошибочно ​валирийские. ​ ​Группа ​из ​двух ​десятков ​всадников ​натянула ​поводья, ​когда ​они ​заметили ​меня. ​В ​их ​взглядах ​читалось ​любопытство. ​ ​Во ​главе ​бронированных ​всадников ​ехал ​мужчина ​с ​обветренными ​чертами, ​тёмной ​кожей ​и ​осанкой, ​в ​которой ​сквозила ​королевская ​стать. ​Он ​наблюдал ​за ​мной, ​его ​выражение ​было ​настороженно-любознательным. ​ ​Я ​изучал ​знати ​перед ​поездкой ​из ​Дорна ​в ​Королевскую ​Гавань, ​так ​что, ​хоть ​его ​лицо ​мне ​и ​не ​было ​знакомо, ​я ​знал, ​кто ​передо ​мной. ​ ​Лорд ​Монфорд ​Веларион, ​глава ​Дома ​Веларионов. ​ ​Рядом ​с ​ним ​ехал ​его ​юный ​сын, ​Монтерис. ​ ​— ​Эй, ​ты ​там! ​— ​окликнул ​меня ​Монфорд, ​его ​голос ​разнёсся ​над ​поляной. ​Он ​направил ​коня ​ближе, ​копыта ​хрустели ​по ​подлеску. ​ ​Его ​взгляд ​сузился, ​изучая ​меня. ​ ​— ​Кто ​ты? ​Что ​ты ​делаешь ​в ​Королевском ​лесу? ​ ​В ​его ​тоне ​не ​было ​явной ​враждебности, ​но ​чувствовалась ​настороженность. ​ ​Я ​больше ​интересовался, ​что ​они ​сами ​тут ​делают. ​Судя ​по ​всему, ​охотятся. ​Лорд ​с ​сыном. ​ ​При ​Таргариенах ​Дом ​Веларионов ​имел ​право ​охотиться ​в ​Королевском ​лесу ​— ​это ​был ​знак ​признательности ​за ​их ​верность. ​ ​Но ​всё ​изменилось, ​когда ​к ​власти ​пришёл ​Роберт. ​ ​Он ​позволил ​охотиться ​здесь ​только ​себе. ​ ​И ​вряд ​ли ​Джоффри ​сделал ​бы ​для ​Веларионов ​исключение. ​ ​Погодите... ​ ​Они ​ведь ​поддерживают ​Станниса, ​а ​не ​Джоффри. ​ ​Значит, ​им ​плевать ​на ​его ​указы. ​ ​Они ​пришли ​со ​стороны ​побережья, ​где ​их ​владения ​ближе ​всего ​к ​лесу. ​Им ​казалось, ​что ​здесь ​никого ​не ​будет. ​ ​И ​тут ​они ​нашли ​меня. ​ ​Это ​могло ​стать ​проблемой, ​если ​они ​решат ​избавиться ​от ​свидетеля, ​опасаясь, ​что ​я ​донесу ​на ​них ​Джоффри. ​ ​Я ​выпрямился, ​улыбнувшись ​непринуждённо, ​хотя ​мысли ​лихорадочно ​метались. ​ ​— ​Я ​Рис, ​мой ​лорд, ​— ​отозвался ​я, ​намеренно ​выбирая ​беспечный ​тон. ​ ​Здесь ​нельзя ​было ​использовать ​имя ​Вис. ​ ​— ​Я ​странствующий ​наёмник ​из ​Волантиса. ​Направляюсь ​в ​Королевскую ​Гавань, ​но ​немного ​сбился ​с ​пути. ​Разве ​мне ​нельзя ​здесь ​находиться? ​ ​Взгляд ​Монфорда ​был ​проницательным. ​ ​Его ​глаза ​задержались ​на ​моих ​чуть ​дольше ​обычного, ​прежде ​чем ​переместиться ​на ​мои ​волосы. ​ ​Что ​он ​разглядывал? ​ ​— ​Волантис, ​значит? ​— ​кивнул ​он, ​и ​в ​его ​голосе ​не ​было ​ни ​капли ​сомнения, ​— ​Если ​бы ​не ​твои ​волосы ​и ​глаза... ​— ​он ​осёкся, ​пристально ​всматриваясь ​в ​меня. ​ ​Что-то ​в ​моём ​взгляде. ​ ​В ​моих ​глазах. ​ ​Я ​замер. ​ ​На ​мгновение ​улыбка ​дрогнула. ​ ​Но... ​мои ​волосы ​ведь ​были ​чёрными, ​верно? ​ ​Почему ​он... ​ ​Порыв ​ветра ​швырнул ​прядь ​мне ​в ​лицо, ​и ​я ​увидел ​белый. ​ ​Чёрт. ​ ​Что? ​ ​Мгновение ​мне ​понадобилось, ​чтобы ​осознать. ​ ​Уведомление ​«Ваша ​валирийская ​кровь ​укрепилась» ​было ​не ​просто ​текстом. ​ ​Оно ​отменило ​магию ​Кинвары, ​изменявшую ​цвет ​моих ​волос. ​ ​И ​теперь ​они ​снова ​были ​белыми. ​ ​Я ​почувствовал, ​как ​мой ​взгляд ​меняется, ​и, ​мельком ​глянув ​в ​отражение ​клинка, ​заметил, ​что ​цвет ​глаз ​тоже ​стал ​глубже. ​ ​Раньше ​фиолетовый ​оттенок ​был ​едва ​заметен, ​теперь ​же ​он ​горел ​резкостью, ​которую ​невозможно ​было ​проигнорировать. ​ ​Так ​вот ​почему ​я ​вижу ​лучше? ​ ​Я ​кивнул, ​сохраняя ​невозмутимую ​улыбку. ​ ​— ​Да, ​похоже, ​некоторые ​черты ​нелегко ​скрыть, ​— ​легко ​ответил ​я, ​многозначительно ​взглянув ​на ​его ​собственные ​волосы,— ​Как ​и ​это ​знакомое ​серебро, ​мой ​лорд. ​Прекрасные ​косы. ​ ​Юный ​мальчик, ​сидевший ​рядом ​с ​отцом ​на ​меньшем ​коне, ​не ​мог ​отвести ​от ​меня ​глаз. ​ ​Его ​имя... ​ ​Монти? ​ ​Монтерис? ​ ​Он ​смотрел ​слишком ​пристально. ​ ​Мальчишка ​смотрел ​на ​меня ​во ​все ​глаза, ​открыто ​зачарованный. ​В ​его ​любопытстве ​было ​что-то ​наивное, ​что-то, ​что ​делало ​его ​легче ​читаемым, ​чем ​проницательный ​взгляд ​его ​отца. ​ ​— ​Ух ​ты… ​— ​вырвалось ​у ​Монти, ​его ​голос ​звенел ​от ​детского ​восторга. ​— ​У ​тебя ​тоже ​кровь ​Старой ​Валирии? ​Ты… ​ты ​умеешь ​колдовать? ​ ​— ​Монтерис, ​— ​голос ​лорда ​Монфорда ​был ​строг, ​но ​заглушить ​пылающее ​в ​сыне ​любопытство ​было ​невозможно. ​Его ​пальцы ​нервно ​ёрзали ​по ​поводьям. ​ ​Я ​мягко ​рассмеялся ​и ​пожал ​плечами: ​ ​— ​Всего ​лишь ​странствующий ​рыцарь, ​юный ​лорд. ​Магии ​не ​знаю, ​только ​копьё ​да ​удача. ​ ​Монфорд ​смотрел ​на ​меня ​ещё ​мгновение, ​затем ​перевёл ​взгляд ​на ​поляну, ​оглядывая ​её ​с ​оценивающим ​выражением. ​Лёгкое ​свечение ​углей ​от ​недавнего ​пламени ​дракона ​давно ​исчезло. ​Я ​не ​задерживался ​на ​выжженных ​местах, ​и ​это ​место ​выглядело ​нетронутым. ​Однако ​в ​воздухе ​всё ​ещё ​витал ​слабый ​запах ​жареного ​мяса, ​и ​ноздри ​Монфорда ​чуть ​раздулись, ​когда ​он ​уловил ​его. ​ ​Я ​надеялся, ​что ​он ​решит, ​будто ​я ​просто ​приготовил ​себе ​дичь. ​ ​Он ​снова ​посмотрел ​на ​меня, ​его ​лицо ​оставалось ​настороженным, ​но ​он ​не ​стал ​задавать ​лишних ​вопросов.