Глава 66

— ​Я ​в ​порядке, ​— ​резко ​сказал ​я, ​позволяя ​тишине ​осесть. ​— ​Но, ​думаю, ​эта ​стрела ​пронзила ​не ​только ​мою ​плоть… ​она ​ранила ​наше ​доверие, ​не ​так ​ли? ​Кто-то ​здесь, ​среди ​вас, ​лорды, ​хотел ​видеть ​меня ​мёртвым. ​Прямо ​в ​Хайгардене. ​ ​Маргери ​бросилась ​ко ​мне, ​схватив ​за ​руку ​и ​вскрикнув ​от ​ужаса. ​Оленна ​Тирелл ​последовала ​за ​ней, ​опираясь ​на ​трость, ​и, ​проигнорировав ​мой ​взгляд, ​уставилась ​на ​рану. ​ ​— ​Принц ​Визерис, ​вы… ​ ​Я ​отмахнулся ​от ​их ​беспокойства, ​выдернув ​болт ​с ​болезненной ​гримасой. ​Кровь ​выступила ​на ​ладони, ​но ​рана ​была ​пустяковой ​по ​сравнению ​с ​тем, ​что ​могло ​бы ​случиться. ​Маргери ​попыталась ​позвать ​слуг, ​но ​я ​остановил ​её. ​Я ​посмотрел ​на ​собравшихся ​и ​сказал: ​ ​— ​Это ​не ​первый ​раз, ​когда ​я ​сталкиваюсь ​с ​опасностью, ​лорды, ​и ​не ​последний. ​— ​Я ​поднял ​руку, ​показывая ​окровавленный ​наконечник ​болта. ​Он ​вошёл ​всего ​на ​полдюйма. ​Мои ​32 ​очка ​Выносливости ​были ​не ​просто ​для ​вида. ​— ​Но ​скажу ​вот ​что: ​это ​была ​жалкая ​попытка. ​Я ​куда ​сильнее ​своего ​отца ​и ​брата. ​Если ​наши ​враги ​думают, ​что ​меня ​так ​просто ​устранить, ​им ​понадобятся ​стрелы ​поострее. ​ ​Напряжение ​начало ​спадать, ​сменяясь ​осознанием, ​что ​здесь ​замешано ​нечто ​большее. ​Обычный ​человек ​не ​смог ​бы ​остановить ​арбалетный ​болт ​рукой. ​ ​Где ​у ​меня ​была ​лишь ​рана, ​менее ​крепкий ​человек ​потерял ​бы ​голову ​— ​стрела ​прошла ​бы ​сквозь ​ладонь ​и ​настигла ​его ​череп. ​Лицо ​Рандилла ​Тарли ​застыло, ​превратившись ​в ​камень. ​Пакстер ​Редвайн, ​Бейлор ​Хайтауэр ​и ​остальные ​обменялись ​мрачными ​взглядами. ​В ​их ​выражениях ​медленно ​проступала ​лояльность ​— ​или, ​по ​крайней ​мере, ​притворное ​негодование. ​ ​— ​Лорды, ​— ​продолжил ​я, ​теперь ​уже ​спокойнее. ​— ​Не ​позволяйте ​этому ​подлому ​поступку ​поколебать ​нашу ​сплочённость. ​Пусть ​он ​станет ​предостережением ​— ​наши ​враги ​в ​страхе. ​Но ​я ​не ​отступлю ​и ​не ​сбегу. ​Моя ​кровь ​Таргариенов ​горяча, ​и ​я ​останусь ​стоять. ​ ​В ​толпе ​пронёсся ​гул ​одобрения. ​Среди ​всех ​Маргери, ​к ​моему ​удивлению, ​выглядела ​искренне ​обеспокоенной. ​Я ​видел ​в ​её ​глазах ​неподдельную ​тревогу, ​когда ​она ​велела ​слугам ​принести ​бинты. ​В ​её ​взгляде ​читался ​настоящий ​страх. ​Похоже, ​одного ​потерянного ​мужа ​ей ​было ​достаточно, ​отметил ​я. ​В ​сериале ​она ​потеряла ​троих. ​ ​Гарлан ​Тирелл ​тихо ​отдавал ​стражникам ​приказы ​усилить ​охрану. ​ ​Лицо ​Мейса ​Тирелла ​покраснело ​от ​ярости, ​и ​он ​поклялся ​найти ​заказчика ​убийцы. ​ ​Среди ​этого ​хаоса ​глаза ​Оленны ​Тирелл ​вспыхнули ​скрытым ​удовлетворением. ​Она ​едва ​заметно ​кивнула ​мне, ​словно ​говоря: ​«Молодец». ​Я ​поморщился ​от ​пульсирующей ​боли ​в ​ладони, ​но ​лёгкая ​улыбка ​тронула ​мои ​губы. ​Речь ​вышла ​безупречной, ​и ​я ​сумел ​обратить ​ситуацию ​в ​свою ​пользу. ​Хотя ​мне ​всё ​ещё ​было ​любопытно, ​кто ​именно ​заказал ​это ​покушение. ​ ​После ​этого ​собрание ​приняло ​совершенно ​иной ​оттенок. ​Беззаботное ​садовое ​торжество ​превратилось ​в ​акт ​единства. ​Тиреллы ​и ​их ​вассальные ​лорды ​сплотились ​вокруг ​меня, ​каждый ​по-своему ​выражая ​готовность ​противостоять ​любому ​скрытому ​врагу. ​ ​Внезапно ​за ​моей ​спиной ​оказалось ​сто ​тысяч ​человек. ​ ​** ​ ​Я ​сидел ​на ​краю ​просторной ​кровати ​в ​одной ​из ​уединённых ​и ​роскошных ​гостевых ​комнат ​Хайгардена. ​Полночный ​свет ​луны ​проникал ​сквозь ​высокие ​окна, ​согревая ​отполированный ​пол ​у ​моих ​ног. ​ ​Перевязанная ​рука ​мягко ​пульсировала, ​напоминая ​о ​том, ​как ​сегодня ​днём ​арбалетный ​болт ​едва ​не ​нашёл ​свою ​цель. ​Но ​прикосновение ​Маргери, ​нежно ​перебинтовывающей ​мою ​ладонь, ​делало ​боль ​менее ​ощутимой. ​ ​— ​Не ​могу ​поверить, ​как ​быстро ​ты ​заживаешь, ​— ​произнесла ​она ​с ​восхищением. ​ ​Она ​сидела ​на ​коленях ​рядом ​со ​мной, ​её ​ловкие ​пальцы ​затягивали ​последний ​узел ​на ​свежем ​льняном ​бинте. ​ ​Лунный ​свет ​ловил ​золотистые ​пряди ​её ​волос, ​уложенных ​в ​небрежные, ​но ​изысканные ​локоны, ​а ​глаза ​сверкали ​изумрудами ​в ​ночи. ​Хотя ​она ​выглядела ​мягкой, ​ухаживая ​за ​мной, ​в ​её ​взгляде ​таилась ​скрытая ​твёрдость. ​Ей ​ненавистно ​было ​видеть ​меня ​раненным. ​Я ​сомневался, ​что ​это ​было ​из-за ​любви; ​скорее, ​из-за ​того, ​что ​моя ​смерть ​означала ​бы ​для ​неё ​очередную ​потерю ​короны. ​ ​Такова ​была ​Маргери ​Тирелл ​— ​прекрасная ​и ​расчётливая, ​но ​не ​злодейка. ​Прежде ​всего, ​она ​была ​жадной ​женщиной. ​ ​— ​Болит? ​— ​спросила ​она, ​подняв ​взгляд. ​ ​Я ​повернул ​кисть, ​проверяя, ​насколько ​туго ​затянуты ​бинты. ​ ​— ​Немного, ​— ​признал ​я, ​— ​но ​я ​справлюсь. ​Как ​ты ​видела, ​рана ​уже ​почти ​затянулась. ​Кстати, ​у ​тебя ​хорошо ​получается ​ухаживать ​за ​ранеными. ​Может, ​мне ​стоит ​почаще ​попадать ​в ​неприятности, ​чтобы ​ты ​обо ​мне ​заботилась? ​ ​Её ​бровь ​лукаво ​изогнулась. ​ ​— ​О, ​давайте ​не ​будем ​поощрять ​повторение ​подобных ​возмутительных ​инцидентов, ​Ваша ​Милость. ​Но, ​честно ​говоря… ​— ​она ​замялась. ​— ​Для ​меня ​это ​всё ​ещё ​кажется ​нереальным. ​То, ​как ​ты ​остановил ​болт ​рукой… ​Я ​видела, ​насколько ​быстро ​ты ​двигался. ​И ​толщина ​твоей ​кожи… ​ ​Я ​рассмеялся, ​разыгрывая ​загадочность. ​ ​— ​Хороший ​фокусник ​никогда ​не ​раскрывает ​своих ​секретов, ​миледи. ​К ​тому ​же, ​— ​добавил ​я, ​— ​одного ​болта ​недостаточно, ​чтобы ​убить ​дракона. ​ ​Она ​хихикнула, ​уголки ​её ​губ ​дрогнули ​в ​усмешке. ​ ​— ​Дракона, ​который, ​похоже, ​ещё ​и ​любит ​публику. ​ ​Несколько ​мгновений ​прошли ​в ​спокойном ​молчании, ​нарушаемом ​лишь ​мягким ​шелестом ​штор ​от ​лёгкого ​осеннего ​ветерка. ​Она ​так ​и ​осталась ​сидеть ​передо ​мной ​на ​коленях, ​наши ​взгляды ​встретились, ​и ​она ​улыбнулась, ​когда ​я ​внимательно ​посмотрел ​на ​неё. ​ ​Она ​была ​одета ​в ​платье ​из ​двух ​частей ​и ​чёрный ​плащ, ​небрежно ​наброшенный ​на ​плечи. ​Обнажённый ​живот ​подчёркивала ​тонкая ​золотая ​цепочка, ​изящно ​лежащая ​на ​коже. ​Мягкий ​изгиб ​её ​талии, ​столь ​смело ​выставленный ​напоказ, ​вызвал ​во ​мне ​знакомое ​напряжение. ​Я ​улыбнулся. ​Она ​заметила ​мой ​взгляд, ​но ​лишь ​самодовольно ​усмехнулась, ​наклонившись ​чуть ​ближе ​— ​как ​немое ​напоминание, ​что ​и ​у ​неё ​в ​этом ​поединке ​есть ​козыри. ​ ​— ​Итак, ​— ​начала ​она ​непринуждённо, ​— ​ты ​чувствуешь ​себя ​увереннее ​в ​нашем ​соглашении ​здесь, ​в ​Хайгардене? ​Если ​столько ​лордов ​встали ​на ​твою ​сторону, ​полагаю, ​твоя ​уверенность ​должна ​зашкаливать. ​ ​Я ​пожал ​плечами, ​не ​отрицая ​этого. ​ ​— ​Уверенность ​необходима, ​но ​она ​не ​решает ​всех ​проблем. ​Например, ​моя ​сила ​зависит ​от ​моего ​дракона, ​а ​Визерион ​уже ​давно ​не ​ела. ​Она ​сейчас ​весьма ​голодна. ​Надеюсь, ​коз ​подготовили? ​ ​Маргери ​кивнула. ​ ​— ​Да. ​Бабушка ​об ​этом ​позаботилась. ​Мы ​держим ​их ​в ​одном ​из ​старых ​складов ​под ​башней ​библиотеки. ​ ​— ​Просторное ​и ​достаточно ​тёмное ​место… ​пожалуй, ​для ​драконьего ​пира ​подойдёт, ​— ​сказал ​я ​и ​Маргери ​вставала ​с ​кровати ​и ​жестом ​пригласила ​меня ​следовать ​за ​ней. ​ ​Я ​не ​удержался ​от ​смешка. ​ ​— ​Ты ​собираешься ​проводить ​меня ​туда ​лично?