Глава 98

Один ​из ​мужчин ​в ​толпе ​сплюнул ​в ​сторону ​железнорождённого, ​осыпая ​его ​проклятиями ​о ​сожжённых ​фермах ​и ​украденном ​скоте. ​ ​— ​Сдохните, ​грязные ​ублюдки! ​ ​Железнорождённый ​рыкнул ​в ​ответ, ​но ​быстрый ​удар ​стражника ​Старков ​заставил ​его ​замолчать. ​Солдат ​бросил ​на ​меня ​взгляд, ​не ​зная, ​как ​я ​отреагирую. ​Я ​едва ​заметно ​кивнул. ​Пусть ​видят, ​что ​неуважение ​не ​останется ​безнаказанным ​— ​ни ​с ​моей ​стороны, ​ни ​со ​стороны ​этих ​северян, ​теперь ​действующих ​по ​моей ​воле. ​ ​— ​Осторожнее, ​— ​протянул ​я, ​глядя ​на ​Ашу ​с ​высоты ​спины ​Визерион. ​— ​Твои ​люди ​начинают ​буянить. ​Будет ​жаль, ​если ​мне ​придётся ​применить ​силу. ​ ​Она ​злобно ​сверкнула ​глазами, ​но ​уголки ​её ​губ ​дёрнулись, ​выдавая ​внутреннюю ​борьбу. ​ ​— ​Ты ​таскаешь ​их, ​как ​собак, ​— ​прошипела ​она. ​— ​Не ​жди ​от ​меня ​благодарности. ​ ​Я ​лишь ​пожал ​плечами. ​ ​— ​Их? ​И ​тебя ​тоже. ​По ​крайней ​мере, ​вы ​все ​ещё ​дышите, ​так ​что ​пока ​не ​жалуйся. ​ ​— ​Мы ​сдались. ​Ты ​не ​убьёшь ​нас, ​— ​сказала ​она, ​и, ​возможно, ​я ​бы ​действительно ​обдумал ​это, ​если ​бы ​в ​её ​голосе ​была ​мольба, ​а ​не ​утверждение. ​ ​Я ​усмехнулся, ​и ​она ​зарычала. ​Хотела ​ответить ​резкостью, ​я ​видел ​это ​в ​её ​глазах, ​но ​сдержалась. ​Она ​знала, ​что ​жизни ​её ​людей ​висят ​на ​тонкой ​нити ​— ​и ​я ​держу ​её ​в ​руках. ​ ​Когда ​мы ​подошли ​к ​воротам ​замка, ​у ​входа ​появились ​Санса ​и ​Бран, ​в ​окружении ​нескольких ​солдат. ​Рикон ​выглянул ​из-за ​их ​спин, ​его ​глаза ​были ​широко ​распахнуты. ​ ​Я ​встретился ​с ​их ​взглядами, ​задержавшись ​на ​Сансе ​лишь ​на ​мгновение. ​ ​Двор ​перед ​нами ​раскрылся, ​северяне ​выстроились ​полукругом, ​наблюдая. ​Снег ​хрустел ​под ​лапами ​Визерион, ​когда ​она ​приземлилась ​вновь, ​и ​я ​спрыгнул, ​хлопнув ​её ​по ​чешуе. ​ ​— ​Отдохни ​где-нибудь, ​— ​сказал ​я, ​жестом ​подзывая ​стражников ​Старков. ​ ​— ​Жду ​ваших ​приказов, ​— ​отозвался ​один ​из ​них. ​ ​— ​Свяжите ​их, ​— ​мой ​голос ​прозвучал ​чётко ​и ​властно ​в ​установившейся ​тишине. ​— ​Пока ​что ​они ​проведут ​время ​в ​подземельях. ​Если ​будут ​сопротивляться, ​можете ​выбить ​из ​них ​дурь. ​ ​Волна ​солдат ​— ​часть ​носила ​символику ​Старков, ​часть ​держала ​топоры ​и ​простое ​оружие ​— ​шагнула ​вперёд. ​ ​Раздались ​приглушённые ​ругательства ​и ​протесты, ​когда ​пленников ​грубо ​поставили ​на ​колени ​и ​связали ​им ​руки ​за ​спиной. ​Несколько ​человек ​зашипели ​от ​ярости, ​один ​даже ​сплюнул ​на ​землю. ​Солдаты ​ответили ​им ​ударами ​эфесов ​и ​тяжёлыми ​кулаками. ​ ​Аша ​уставилась ​на ​меня, ​её ​взгляд ​пылал. ​ ​— ​Ты ​наслаждаешься ​этим, ​не ​так ​ли? ​ ​Я ​медленно, ​лениво ​улыбнулся. ​ ​— ​"Наслаждаюсь" ​— ​слишком ​громкое ​слово, ​принцесса. ​Я ​просто ​нахожу ​это ​полезным. ​ ​Я ​обвёл ​взглядом ​двор, ​встречаясь ​глазами ​с ​несколькими ​северянами. ​Пусть ​запомнят ​этот ​день. ​День, ​когда ​Таргариен ​проявил ​милосердие ​к ​ним ​и ​жестокость ​к ​их ​врагам. ​Посмотрим, ​насколько ​правдива ​фраза ​"Север ​помнит". ​ ​Бран, ​наблюдавший ​с ​возвышения, ​выглядел ​обеспокоенным. ​Он ​заметил ​мой ​взгляд, ​его ​губы ​приоткрылись, ​будто ​он ​хотел ​что-то ​сказать, ​но ​слов ​не ​последовало. ​Вместо ​этого ​Санса ​сделала ​шаг ​вперёд, ​едва ​заметно ​кивнув ​мне ​в ​знак ​благодарности, ​пытаясь ​завязать ​разговор. ​В ​её ​взгляде ​смешались ​восхищение ​и ​неуверенность. ​Она ​видела ​силу ​в ​том, ​что ​я ​продемонстрировал, ​и, ​думаю, ​это ​её ​немного ​тревожило. ​ ​Аша, ​уже ​связанная, ​шагнула ​ко ​мне ​ближе, ​её ​голос ​был ​низким ​и ​злым. ​ ​— ​Ты ​думаешь, ​это ​делает ​тебя ​Королём ​Севера? ​Ведёшь ​людей ​по ​снегу, ​словно ​стадо? ​ ​Я ​встретился ​с ​её ​взглядом. ​ ​— ​Ты ​тупая? ​Мне ​не ​нужен ​Север. ​Я ​— ​Король ​Королевств. ​Дорн ​на ​моей ​стороне, ​как ​и ​Простор. ​Север ​недавно ​присоединился ​ко ​мне. ​Не ​пытайся ​меня ​задеть, ​женщина, ​это ​плохо ​кончится. ​ ​Наши ​взгляды ​сцепились ​в ​безмолвной ​схватке, ​напряжённой, ​как ​любой ​поединок. ​В ​её ​глазах ​мелькнуло ​что-то ​новое ​— ​может, ​тень ​уважения, ​пусть ​даже ​она ​никогда ​не ​признает ​этого. ​Хорошо. ​Пусть ​варится ​в ​этом. ​ ​Я ​отвернулся ​от ​неё ​и ​обратился ​к ​толпе. ​Они ​ждали, ​когда ​я ​скажу ​что-то ​важное. ​ ​— ​Я ​победил ​и ​захватил ​армию ​железнорождённых. ​А ​теперь, ​как ​и ​обещал, ​переходим ​к ​главному ​событию. ​ ​Когда ​мои ​слова ​разнеслись ​по ​двору, ​воздух ​стал ​тяжёлым, ​гнетущим. ​ ​Связанные, ​окружённые ​стаей ​солдат ​Старков ​и ​множеством ​простых ​северян, ​Аша ​и ​её ​люди ​стояли, ​сжавшись. ​ ​Я ​жестом ​подозвал ​Ашу, ​игнорируя ​её ​раздражённый ​выдох. ​Когда ​я ​заговорил, ​тишина ​опустилась ​на ​двор. ​ ​— ​Аша ​Грейджой, ​так ​называемая ​"Железная ​принцесса", ​напала ​на ​Винтерфелл, ​чтобы ​поддержать ​своего ​брата ​и ​помочь ​ему ​удержать ​его. ​ ​— ​Я ​не…! ​— ​выкрикнула ​она, ​но ​я ​не ​дал ​ей ​договорить. ​ ​— ​Молчать! ​— ​Моя ​рука ​взметнулась ​в ​воздухе, ​и ​её ​правая ​щека ​вспыхнула ​красным, ​голова ​резко ​дёрнулась ​в ​сторону. ​Её ​глаза ​расширились ​— ​смесь ​шока ​и ​ярости. ​ ​Несколько ​железнорождённых ​вскрикнули ​в ​ответ, ​но ​двое ​северян ​с ​силой ​ударили ​их ​древками ​копий ​по ​головам, ​заставляя ​замолчать. ​ ​Я ​улыбнулся. ​ ​— ​А ​теперь ​укажи ​на ​четверых ​худших ​из ​своих ​людей. ​Настоящие ​преступники. ​Насильники, ​убийцы ​детей, ​гнусная ​мразь. ​Местные ​жители ​кое-чего ​жаждут. ​ ​Она ​напряглась, ​её ​взгляд ​метался, ​пронзая ​меня ​ненавистью. ​ ​— ​Я ​не ​предам ​своих ​людей. ​Если ​ты ​думаешь, ​что ​я… ​ ​Я ​поднял ​бровь. ​ ​— ​А ​ты ​правда ​думаешь, ​что ​они ​поступили ​бы ​так ​же ​ради ​тебя? ​Они ​жгут, ​насилуют, ​грабят, ​когда ​им ​заблагорассудится. ​Ты ​всерьёз ​веришь, ​что ​они ​верны ​тебе? ​Женщине? ​ ​Я ​сделал ​шаг ​вперёд, ​понизив ​голос. ​ ​— ​Или, ​может, ​ты ​предпочтёшь, ​чтобы ​вся ​твоя ​группа ​отправилась ​в ​огонь? ​Четверо ​— ​лучше, ​чем ​все, ​принцесса. ​ ​Её ​челюсть ​сжалась, ​но ​она ​ничего ​не ​сказала. ​Я ​видел, ​как ​она ​борется, ​разрываясь ​между ​своей ​железнорождённой ​гордостью ​и ​суровой ​реальностью. ​ ​— ​Чёрт… ​— ​Она ​резко ​замолчала, ​потом ​кивнула ​подбородком ​в ​сторону ​одного ​из ​мужчин. ​— ​Даррон, ​— ​сказала ​она, ​и ​тот ​напрягся. ​Затем ​она ​выплюнула ​ещё ​три ​имени, ​словно ​проклятия: ​— ​Торрек, ​Харлон ​и ​Ворин. ​ ​Повернувшись ​ко ​мне, ​она ​зло ​сверкнула ​глазами. ​ ​— ​Доволен? ​ ​— ​Пока ​нет, ​— ​отозвался ​я, ​кивнув ​солдатам. ​ ​Они ​шагнули ​вперёд, ​хватая ​названных. ​Теперь ​я ​держал ​лицо ​серьёзным. ​Наполовину ​повернувшись ​к ​детям ​Старков, ​я ​заметил ​того ​самого ​старика, ​чью ​семью ​уничтожили. ​ ​— ​Приведи ​своих ​дочерей, ​— ​сказал ​я ​ему, ​в ​моём ​голосе ​звучала ​окончательная ​неизбежность. ​— ​Я ​нашёл ​для ​них ​четыре ​тела. ​Пусть ​получат ​свою ​месть, ​какой ​сочтут ​нужным. ​ ​Бран ​был ​неподалёку, ​его ​нёс ​Ходор. ​Сначала ​он ​ничего ​не ​сказал, ​но, ​встретившись ​со ​мной ​взглядом, ​опустил ​его ​в ​землю, ​словно ​проваливаясь ​в ​свои ​мысли. ​ ​Тихий ​кашель ​вывел ​вперёд ​мейстера ​Лювина. ​Тот ​нервно ​поигрывал ​цепью ​на ​груди. ​ ​— ​Милорд… ​— ​мягко ​заговорил ​мейстер, ​повернувшись ​к ​Брану. ​— ​Нам ​следует ​учитывать ​и ​милосердие, ​и ​справедливость. ​Эти ​люди… ​Может ​быть, ​справедливее ​было ​бы ​устроить ​суд ​или…