Глава 20 - «Не позволяй глупостям проникнуть в твою голову, Кэднолл».

За секунду родные стены начали давить еще больше. А запахи обострились настолько, что показалось, будто ей снова четырнадцать лет. И она идёт на тренировку, морща нос от странного затхлого аромата, что стоял тут, сколько она себя помнила. Санти развернулась к своему собеседнику. Она узнала этого человека даже не смотря на него, как только он произнес её фамилию своим мерзким слащавым голосом. Она слышала эту интонацию предыдущие лет пять. Ровно столько прошло с тех пор как Найл Док стал тренером молодежной женской команды «HARDROSE». Спортсменка постаралась сделать непричастное выражение лица. Всё, что от неё требовалось, это с каменной миной поздороваться и продолжить путь в зал на тренировку. Но, кажется, она провалила эту задачу. Увидев его самодовольный оскал, шатенка готова была поставить зуб на то, что он уже просмаковал несколько язвительных фраз и вот-вот выплюнет их в неё. Был бы на его месте кто-то другой, проигнорировать и пройти мимо было бы гораздо проще. Но девушка искренне считала этого треклятого старикана одним из главных виновников в её уходе. Ладно это было бы руководство клуба или вообще тренера других команд. Но он... За ним было первое и последнее слово, кто попадет в профессиональную лигу. И она прекрасно понимала, что первым крест на ней поставил именно этот урод. Еще больше эту ситуацию омрачало то, что у них и так были натянутые отношения все эти годы. Ну, не приглянулась она ему изначально. Вот и всё. — Здравствуйте, — сухо выдавила из себя спортсменка. — Привет-привет. — Мужчина окинул её взглядом. — Я смотрю ты уже восстановилась. — Как видите. — Нет блять, общаться с ним нормально невозможно. Каждый его жест, каждое слово говорит о том, как он хочет её поддеть. — С растяжением за неделю на ноги встают, если вы не знали. А за месяц уже к полноценным тренировкам возвращаются. Да срать она хотела на него! Что он подумает? Похуй. Этот мужлан буквально чуть не лишил её будущей спортивной карьеры. Санти еще никогда не чувствовала себя такой сильной и готовой дать отпор своему тренеру. Казалось, еще чуть-чуть и она напыжиться, как дикая кошка, и начнет на него шипеть. — Тебя в столице так общаться со старшими научили?! — Найл опешил от резкого нападка молодой девушки, которая никогда себе такого ранее не позволяла. — Нет, с индюками меня еще в деревне научили общаться! — Спортсменка уже не хотела останавливаться. — Девочка, забыла с кем ты общаешься? Или тебе давно не напоминали как земля вблизи выглядит?! Щелчок. Дверь зала открывается привлекая внимание обоих. Леви окидывает взглядом сначала своего игрока, а затем коллегу из «HARDROSE». От него веет холодом, и стальным спокойствием. Впрочем как и всегда. — Идёшь? — он задаёт вопрос шатенке, на что та кивает и протискивается между дверным косяком и его телом в зал. Аккерман смотрит, как из глаз Дока мечут молнии. Кажется ещё чуть-чуть, и пар пойдёт из носа. — Увидимся на игре. — лишь произносит Леви, и заходит обратно в зал. Кажется, он даже услышал, как ему в спину бросили какое-то ругательство. Но агрессивное: «Научите своих спортсменов поведению!», никак не взволновало его. Мужчина смотрел в спину своей спортсменки, которая шла на несколько метров впереди него. Удивительно, но он будто научился более тонко чувствовать своих игроков за эти несколько месяцев . И сейчас даже по походке мог сказать, что девочка явно напряжена. Санти положила свои принадлежности для тренировки и сразу же ушла в дальний угол площадки, чтобы потянуться. И слава богам Аккерман не пошёл за ней. Одного высокомерного придурка ей хватило на ближайшие пару часов. А проверять настроение своего угрюмого тренера она не собиралась. «Надеюсь, он просто ничего не слышал», — думала она, пока сидела в позе «бабочки». В зале уже было несколько девочек, а все остальные постепенно подтягивались. Тренера стояли около столика и что-то обсуждали. Кто-то уже взял мяч и начал бросать в кольцо. Кэднолл сменила положение и потянулась телом вперёд, выпрямив ноги и касаясь руками своих носков. Она посмотрела на Эрвина с Леви, оценивающе пробегаясь взглядом снизу вверх. И в этот момент она поняла, насколько ей сейчас приятнее находиться в команде с такими тренерами. В отличии от Найла Дока, который вечно ходил с лохматой головой не первой свежести, щетиной и дурным запахом изо рта, эти двое выглядели прекрасно. Они будто только вышли с обложек спортивных журналов. Смит всегда был с аккуратно уложенными волосами и в чистой опрятной одежде. Собственно говоря, как и Аккерман. Хотя вряд ли второй как-то уделял особое внимание своей причёске... У Санти создалось впечатление, что ему просто повезло с волосами, и все, что он делает, так это стрижется иногда. Он требовал чистоты и опрятности вообще от всех, ведь мы «лицо нашего клуба». И если поначалу это жутко бесило девушку, то сейчас, на контрасте с Доком, она как никогда понимала смысл всех этих требований. Тренеры были далеко от неё, и она не слышала, о чем они разговаривали. Кэднолл сама не заметила, что, пока анализировала их, непроизвольно залипла на Леви. Мужчина внимательно слушал Смита, то и дело слегка хмуря брови и что-то указывая в планшете. Вдруг он провел рукой по волосам, зачесав их одним движением. И они, как по команде, снова легли в изначальное положение. Затем Эрвин что-то сказал ему, и тот в ответ ухмыльнулся. «Он что сейчас улыбнулся? Или мне показалось?» — Санти вдруг зацепилась за такую маленькую деталь. И почему это её вообще удивило... Её взгляд будто примагнитили к нему, и она застыла в одном положении. Хотя уже следовало бы приступить к растяжке спины. — Слюни подбери, — развеселённый голос Лин прозвучал над ухом. От неожиданности шатенка дёрнулась и резко повернулась в сторону подруги. — Ты решила меня до инфаркта довести?! Чего подкрадываешься! — Я подкрадываюсь? Да только глухой не услышал бы моих шагов, и еще мне пару минут удалось понаблюдать за тем, как ты безотрывно пялишься на тренеров. А точнее на одного из них. Хитрая улыбка преобразила её лицо. Ей явно нравилось происходящее. — Ты в следующий раз хоть рот закрывай когда смотришь. А то муха залетит. Она продолжала поддевать подругу, видя, как та делает вид, что никак не реагирует. — Лучше бы ты была такая наблюдательная на площадке, — парировала Кэднолл. — А на тренеров я смотрела, потому что недавно встретила одну свинью и офигела, насколько Эрвин и Леви от него отличаются. — А вот с этого момента поподробнее! — глаза блондинки загорелись, и она тут же оказалась рядом, садясь в «бабочку». — Подошли все сюда. — На весь зал прозвучал голос Аккермана. — Потом расскажу, — улыбнулась Санти поднимаясь и утягивая за собой подругу. Последующие полтора часа была специальная тренировка, которую Смит подготовил для опробования зала. Суть тренировки заключалась в большем количестве бросковых упражнений, чем на стандартных занятиях. Пара упражнений на атаку кольца с помощью передач, еще несколько на броски, ну и финальное классическое задание на повторение всех комбинаций. Всю тренировку Санти была сама не своя. Как только закончилась разминка, и Эрвин дал первое задание, её будто огрели по голове. Она смотрела на эти кольца, пыталась забить как можно больше очков. Но выходило погано. К слову не только у неё было «не лётное» настроение. У Хистории и Линды тренировка тоже не пошла. Рейсс была на мандраже перед предстоящими играми. А у Боден просто не летело, что бывает с ней периодически. Их то и дело по очереди подзывали тренера, делая замечания и призывая наконец проснуться. Эрвин уже кое-что понял в индивидуальной игре Линды. Если сегодня она не забивает, и у неё всё валится из рук, то с большей вероятностью завтра она выйдет на площадку злая и максимально сконцентрированная. Но вот с Хисторией — другой вопрос. Ей же нужно, наоборот, дать как можно больше опоры и поддержки. В пределах разумного конечно же. Поэтому чаще всего около тренеров оказывалась именно она. После очередного промаха из под кольца Санти со злости ударила мягкое покрытие «фермы». И сжав зубы пошла в конец колоны. — Да твою мать, что с ней? — Леви уже устал смотреть, как несколько его спортсменов совершают грубейшие ошибки. — Я, конечно, предполагал, что родной зал будет давить на неё. Но, кажется, она совсем расклеилась. — Эрвин внимательно смотрел на спортсменку. — Кэднолл, не соберёшься сама, за тебя никто этого не сделает! — рявкнул Аккерман через всю площадку. — И без тебя знаю. — пробурчала себе под нос девушка отворачиваясь. Да. Это её родной зал. Да. Она здесь выросла. Да. С него всё началось. И да. Её вышвырнули. Она ощущала себя посмешищем. Главной лохушкой из «HARDROSE». Девушка в упор перестала видеть, насколько ей повезло попасть в «Крылья свободы», насколько у неё хорошие тренера и прекрасная команда. Всё буквально сузилось до одной маленькой точки. Где есть только она, эта площадка, и её бывшая команда. — Я, конечно, понимаю, что ностальгия и всё такое, — Адель стояла, уперев руки в колени и внимательно наблюдая за площадкой, пока следующая тройка выполняла задание, — но если дашь себя затоптать на игре, поверь мне, подняться будет очень сложно. Она посмотрела на Санти прямо в глаза. Её лицо было непривычно серьёзным, без фирменный ухмылки или интонации подъёба. — Мой тебе совет: как можно быстрее забить хуй на своё прошлое и всё, что тут с тобой было. Черноволосая продолжала сверлить её взглядом еще пару секунд и, выпрямившись, пошла на свою позицию в упражнении. Кэднолл смотрела ей вслед, сжав зубы. Брови сдвинулись к переносице, натягивая мышцы лобной части. «Да пошло оно всё». Хотелось выплюнуть эти слова вместе со своей слюной. Как то, что уже больше не нужно. Как то, что давно должно было выйти изо рта. — Закончили! — Крикнул Эрвин после свистка. По окончанию тренировки девушки направились толпой в раздевалку. Задерживаться в зале никто не стал. Да и возможности такой не было. Ведь сразу после них заходили «хозяева» зала на свою тренировку. Санти вылетела с площадки пулей одна из самых первых. Пересекаться ни с кем не хотелось от слова совсем. Зайдя в раздевалку, она вытащила из сумки полотенце, и, быстро стянув всю одежду, пошла в душ. Спортсменка с детства терпеть не могла все эти общественные души. Поэтому каждый раз отмывала тело от пота чуть ли не с закрытыми глазами. Намылив голову, она тут же сунула её под теплые струи воды тщательно промывая. Затем ополоснув все части туловища, девушка схватила с крючка полотенце и наспех вытерлась. Вернувшись в раздевалку, она ни с кем не разговаривала. Из-за спешки не чувствовала, что натягивает свою одежду на влажное тело. Команда не обращала на это внимание, все были заняты сборами обратно в гостиницу. Лин искоса поглядывала на Санти, видя, что подруга явно перенервничала из-за неудачной тренировки. Но блондинка решила, что поговорит с ней уже в отеле. Команду расположили недалеко от спортивного комплекса. Даже не было нужды заказывать микроавтобус, ведь девочки добирались пешком. Кэднолл толкнула посильнее дверь, и наконец оказалась на улице. Она сделала глубокий вдох прикрывая глаза. Холодный колючий воздух заполонил легкие, и вышел обратно наружу, образуя пар. Не желая больше задерживаться, девушка направилась в сторону своего дома. Она еще перед приездом предупредила Смита, что ей нужно будет зайти домой и навестить мать. Спустя десять минут дороги, спортсменка начала чувствовать как ветер задувает на сырые волосы под капюшоном. Побольше зарывшись носом в худи, она продолжила свой путь сжимая кулаки в карманах от раздражения.

***

Автоматические двери супермаркета разъехалась перед носом Аккермана, открывая ему проход на улицу. Он ушел с тренировки раньше, чтобы закупиться фруктами для всей команды. Мужчина не понимал, что за детский сад и зачем это нужно. Но Смит очень настоял, если не сказать — отдал приказ. Благо магазин находился недалеко от их места проживания, поэтому, решив не трепать себе лишний раз нервы, Леви просто согласился. Отправив сообщение Эрвину, что он все купил, мужчина уже хотел направиться в гостиницу. Но подняв голову с телефона, он вдруг увидел на противоположной стороне улицы Санти. И всё бы ничего, но там где нужно было повернуть к отелю, она вдруг свернула в противоположную сторону. Вот это уже было странно. Леви убрал смартфон в карман и пошёл вслед за своей спортсменкой. Она шла максимально напряженная. Ссутулившись от холода, девушка пыталась не обращать внимания на неприятные ощущения. Тут её капюшон резко стянули с головы. И казалось, что вместе с ним также на лоб натянулись ее глаза от удивления. — Ты что дура?! — Леви провел рукой по её макушке, чувствуя как влага остается на его ладони. Она резко отшвырнула его кисть, и обратно нацепила башлык по самый нос. — Что за дебильная привычка подкрадываться как призрак?! — Она развернулась и продолжила свой путь. — Нахуя ты выперлась на улицу с мокрой головой?! — не унимался Аккерман, и, к сожалению девушки, он пошёл за ней. — У тебя вообще мозги есть? — Мне идти тут пятнадцать минут! И вообще с чего вдруг ты решил, что можешь обзывать меня?! — С того, что я твой тренер. Санти развернулась и посмотрела на него. — А вот оно что... — Она опустила голову разглядывая мокрый асфальт после дождя. — Нет, все-таки ты такой же придурок как и сраный Док. Разве что чуть симпатичнее! Она выплюнула эти слова куда-то в пустоту. Но на самом деле ему за шкварник. После чего снова развернулась, переходя на быстрый шаг. — Ооо... — протянул Леви. — О твоём хамском отношении к тренеру «HARDROSE» я поговорю позже, хотя думал сделать вид, что ничего не слышал. Но ты, кажется, начала путать берега и решила, что можешь огрызаться и на своего тренероа? Мужчина протянул руку и сжал на её плече, останавливая. — Да хватит меня цеплять! — Санти дернулась, чтобы в очередной раз сбросить его хватку. Он убрал руку, прекращая движение. А вот она даже не посмотрела на него, направляясь дальше. — Доча! — Шатенка не успела и пяти метров пройти, как услышала родной голос. Повернувшись, она увидела тучную женщину лет пятидесяти с двумя крупными пакетами. Мама. На лице женщины расцвела улыбка, и девушка направилась к ней. Оказавшись рядом она взяла один из пакетов и подставила правую щёку. Мама сразу же поцеловала её и крепко обняла. В такие моменты Санти скорее терпела, чем наслаждалась происходящим. С детства ей тяжело было проявлять эмоции со своей матерью. И буквально каждое нежное слово или действие выходили из неё с большим трудом. — Я думала, ты уже дома, — сказала она, смотря на мать. — Нет, я только с магазина иду. Ходила закупиться к твоему приезду! — Женщина посмотрела за спину своей дочери. — Это же твой тренер? Шатенка обернулась, смотря на Аккермана, который все это время стоял, не сдвинувшись с места. В глубине души она надеялась, что он уже свалил домой, и, как минимум, до завтра она поживёт без его нотаций. — Да, он просто тут по делам недалеко был, а сейчас уже пойдет в гостиницу, — на ходу выдумала зеленоглазая. — Так пригласи его к нам, пусть хоть чаю попьет, — начала причитать женщина. — На улице холодина! — Не надо мам, ему уже нужно идти. — Здравствуйте! Заходите к нам, чего на улице мёрзнуть! — Она тут же вышла из за плеча дочери, смотря на Леви. У девушки закатились глаза. Как обычно, мать её не послушала. Она приняла нейтральное выражение лица и развернулась к ним. — Мистер Аккерман, знакомьтесь, это моя мама, Мисс Хэллен Уосли. Мама, это мой тренер, Леви Аккерман. Женщина тут же протянула руку для рукопожатия. «Уосли?» — Леви скептически приподнял бровь, но тут же опомнился возвращая спокойствие. — Приятно познакомиться, мисс Уосли, — мужчина в ответ сжал её руку. — Проходите к нам, я как раз много вкусного купила к приезду дочери. — Мам, мистеру Аккерману пора идти. — девушка тянула каждое слово, пытаясь донести, что это не самый лучший гость в их доме. — Действительно, мне пора. — Согласился парень. — Я помогу вам донести пакеты до дома и пойду. — Да бросьте вы! Всё, ничего не хочу слышать, надеюсь вы найдете десять минут, чтобы попить чаю и отогреться. Она даже не стала слушать его ответ, направившись к дальнему подъезду. Леви сдержал тяжелый вздох, скосив глаза на свою ученицу, которая тоже была не в духе от этого всего. Он забрал у неё пакет, и направился в след за Хэллен. — Дёрнул же тебя черт сказать про пакеты! — нагнав его, прошипела спортсменка. — Ты сейчас сама их потащишь, — со спокойной миной на лице ответил Аккерман. — Проходите! — Мисс Уосли раскрыла дверь подъезда пропуская ребят вперёд. Зайдя в квартиру, Леви удивился обстановке внутри. Она находилась на первом этаже, и здесь будто шёл ремонт. А пройдя на кухню по приглашению хозяйки, он увидел, что за окном не что иное, как огромная лоджия, которая была завалена различной мебелью и строй материалами. — Не обращайте внимания, у нас временный ремонт, — защебетала женщина, выкладывая продукты из пакета. — Скорее вечный... — недовольно шепнула Санти, подходя к парню. — Давайте куртку, я повешу. Пятнадцать минут спустя все трое сидели за столом. Горячий чай исходил паром, а миска посередине была полна различных конфет. — Как успехи у моей дочери? — решилась нарушить тишину Хэллен. Леви чувствовал себя «не в своей тарелке». Он еще ни разу не контактировал с чьими-то родителями в такой непринужденной обстановке. И эта ситуация ощущалась максимально неловкой. — Хорошо. Она много работает. — Чудесно! Я так переживала за неё, когда она травмировалась. А видели бы вы, что с ней происходило, когда ей сообщили, что её не возьмут больше играть. — Мам, — остановила её девушка. — Хватит. Санти было максимально некомфортно от всей ситуации, как и Леви. Еще и мама решила, видимо, рассказать всю подноготную. — Ладно тебе! — женщина махнула на дочь рукой. — В любом случае спасибо, что взяли её к себе в команду! — Тут не меня нужно благодарить, а тренера Смита, — сдержанно ответил Леви, взглянув на часы. — Я, пожалуй, пойду, спасибо за приём. У вас вкусный чай. — Да-да, конечно! Не буду вас больше задерживать, вот, возьмите с собой... Хэллен тут же начала накладывать конфет в пакетик. Аккерман уже хотел запротестовать, но Санти под столом сжала его колено. Мужчина максимально этого не ожидал, сразу уставившись на свою спортсменку. Девушка еле заметно махнула головой, показывая, что легче просто согласиться и принять сладости. — Я тоже пойду, у нас завтра игра, нужно выспаться. — Кэднолл быстро отпустила колено тренера, и встала из-за стола. — Я тебе сейчас тоже положу отдельно, угостишь девочек! Уже в коридоре, с полными пакетами разных вкусностей, Санти застегнула молнию кофты повыше и обняла мать. — Давай доченька, с Богом, — Хэллен перекрестила её, как делала это каждый раз, когда та уходила из дома. — Напишешь, как сыграете. — Да, конечно. Спортсменка закрыла за собой дверь и направилась к выходу из подъезда, где ее уже ждал Леви. Только сейчас, выйдя на улицу, она спокойно выдохнула и на секунду остановилась. Этот день был слишком тяжелым. А это еще даже не начались игры. Шатенке страшно было представить, что будет завтра. — Разве твоя мама не придёт на игру? — вдруг спросил Леви. — Нет. Я не хочу. Девушка сдвинулась с места, и они направились в сторону гостиницы. — Почему? — Не люблю, когда она смотрит. Можешь даже не спрашивать. Я сама не знаю почему. Аккерман скосил взгляд на неё. В принципе, он прекрасно понимал девушку. Даже если бы мать была жива, он бы вряд ли хотел, чтобы она приходила на его игры. Особенно в детстве. Чего смотреть, как её сын превращается в животное и чуть ли не дерётся со всеми. «Но у этой девочки явно другие причины», — подумал он и решил не расспрашивать на эту тему дальше. Но кое-что еще ему всё-таки хотелось спросить. — У вас с мамой разные фамилии? — Да. — Почему? Девушка посмотрела на него не понимая, с чего вдруг он такой разговорчивый. Аккерман никогда не лез в личные дела. Да и по спорту выражался максимально коротко и четко. А тут он буквально пытается узнать про детали её семейной жизни. — Ничего особенного. Просто отец дал мне свою фамилию при рождении, а они никогда не были расписаны, вот так и получилось. — А отец? Мужчина чувствовал недосказанность парящую в воздухе. Вроде мисс Уосли нормальная и даже приятная женщина, как ему показалось за эту встречу. Да, возможно, немного навязчивая, но не то что бы Леви был знатоком в детско-родительских отношениях. И, вполне возможно, такое поведение матери было абсолютной нормой. — А не слишком ли много вопросов? — Хорошо. Мы можем поговорить о том, что ты сегодня причислила своего бывшего тренера к семейству фазановых. «Всё таки слышал», — девушка на секунду прикусила язык. — Есть вариант просто идти молча? — Она выдохнула отворачиваясь от него. — Нет. «Ещё бы». Она почувствовала, как щёки начинает уже неприятно щипать от холода. Погода была пасмурная и мрачная. В Тросте красивой осени как таковой не было. По крайней мере, по мнению девушки. Сильные холода приходили быстро, из-за чего желтая листва и пары месяцев не держалась на деревьях, опадая под ноги прохожим. Поэтому с наступлением этого «прекрасного» времени года, весь город превращался в большую серую клетку. Санти любила Трост. Но только лишь потому, что он был её домом. Местом, где она родилась и выросла. Но вот весь этот мрак был ей не близок. Возможно, мрачнее, чем свой родной дом, в её жизни был только мужчина идущий рядом. Она снова искоса посмотрела на него. «Хотя сейчас он вроде в хорошем настроении», — сделала вывод спортсменка. Его лицо сейчас было спокойным, хотя если кто-то увидел его в первый раз, то подумал бы, что мужчина чем-то недоволен. — Отца нет. А Дока я назвала индюком, потому что он индюк. — Аргумент, — уголок его губ дернулся вверх. — Я знаю этого человека много лет, и я прекрасно понимаю, кто он. Не тебе меня судить. — Ты права. Судить я не могу, а вот назначить наказание вполне в моих полномочиях. «Ну конечно...», — с усталостью подумала шатенка. — Но не буду. — Что?! — Вопрос вырвался с её губ прежде чем она успела осознать, что он сказал. Её действительно шокировал такой ответ от этого человека. — Он поступил с тобой по-свински, когда списал тебя после незначительной травмы. Я прекрасно понимаю твои эмоции. — в глазах Леви отчётливо виднелась серьёзность. — Но чтобы больше такого не было. Выйди и утри ему нос на площадке, а не за ее пределами. Поняла меня? Санти остановилась, смотря на Аккермана. Сегодня на неё давило абсолютно всё и все. И даже он в каких-то моментах. Но сейчас... Сейчас он её понял. Просто вот так взял... и понял. Без обвинений, нравоучений и свойственной ему жестокости. — Я поняла... Спасибо. Благодарная улыбка озарила её лицо. Леви смотрел на то, как буквально за секунду она взбодрилась. Мужчина даже слегка не понял такой реакции. «Я же просто сказал всё по факту. Что её так обрадовало? Или она просто рада, что её не наказали?» — Было бы, за что благодарить. Он пошёл дальше, уже видя здание гостиницы, которое выглядывало из-за угла. — За понимание. «Вот оно что», — он слегка ухмыльнулся. Леви почувствовал, как ему становится тепло от её слов. Но дело даже не в физических ощущениях. Ему было максимально непривычно ощущать это странное чувство, обволакивающее его грудную клетку. А он не любил непривычное. — Мне казалось, я всегда самый понимающий человек на планете, — с легким сарказмом заметил он, пытаясь вернуть своё состояние в норму. — О-о-о ты-то? Если только на какой-нибудь планете, где живёт один человек. И этот человек ты. — А то, что я тебе позволяю мне «ТЫ-кать» без конца? Или сегодня, когда ты назвала меня симпатичным, я и слова не сказал. — Леви повернулся лицом к ней. — Это разве не признаки понимающего доброго тренера? Санти бы хотелось засмеяться. Но после этих слов её лицо залилось краской. «Я же сказала, что он симпатичный прямо ему в лицо...», — она едва удержалась, чтобы не стукнуть себя по лбу. — Я не это имела в виду… И вообще я это сказала в сравнении с Найлом Доком, а не в общем... — Расслабься. Я понял, — он перебил её щебетание. — Пока я тебе ничего не говорю, значит границы ты не переходишь. Они подошли к главному входу в гостиницу, и мужчина на секунду остановился. — Но если рядом будут люди, то лучше не говорить своему тренеру, что он симпатичный и не хватать его за колено. — Он чуть ближе наклонился, и расстояние между их лицами стало меньше. — Для своей же безопасности и репутации. Люди любят додумывать, лишь бы было, о чем попиздеть. Она почувствовала, как воздуха стало меньше. Будто своим лёгким движением Аккерман забрал весь кислород себе. Сглотнув вдруг образовавшийся ком, она произнесла: — Я ничего такого не име... — Я это знаю, — перебил он её. — За это время я понял, что ты не глупая девочка. Но другие этого не знают. Так что контролируй свои эмоции. — Х-хорошо. Леви уже хотел закончить этот разговор и уйти, но в последний момент он остановился перед дверью и повернул голову в сторону спортсменки. — Санти. Зеленоглазая в этот момент вросла в землю и уставилась на своего тренера. Он никогда до этого вот так просто не называл её по имени. И сейчас это ощутилось до странного по-особенному. Его лицо было сосредоточенным. И только сейчас она заметила, как слегка поджаты его губы, а взгляд направлен прямо ей в глаза. Он стоял в пол оборота, но лица не скрывал. На девушку резко накатило тепло и приятное чувство безопасности. Но вдруг мерзкий ветер дунул, забираясь под капюшон. И колкий табун мурашек неприятно пробежался от шеи до спины. — Я тебе скажу ещё кое-что. — Он продолжал смотреть прямо на неё. — Иногда даже умные девочки совершают ошибки и начинают творить ерунду. Поэтому сделай себе одолжение заранее и не смей давать глупостям проникнуть в твою голову. «О чем он говорит?» — с удивлением подумала шатенка. Она будто нутром чувствовала, что речь идет не об обычных оплошностях и глупостях, за которые ей вечно от него прилетает. Да и не только ей. После своих слов он развернулся и вошел внутрь здания, не медля и не дожидаясь Кэднолл. Аккерман говорил уверенно. И сомнений не возникало, что он читает её как открытую книгу. Будто он уже знает, что с ней произошло, даже если сама Санти еще и не догадывалась. Но это было не так. Несмотря на уверенный вид и каждое слово похожее на меткий выстрел, эти слова полились из него из-за странного ощущения. Но оно не было неприятным. Именно поэтому Леви стало не по себе. Слишком тёплое чувство, покалывающее в районе рёбер, начало его настораживать. И всё, что он говорил своей спортсменке, было адресовано не только ей, но и ему самому. Он шел по коридору, сжимая пакет в руках. И очень надеялся, что его слова дойдут до девчонки. Ведь мужчину очень пугало то, что он понял... Ничего криминального или выходящего за рамки. Но он слишком часто начал себя чувствовать рядом с ней комфортно. Его мозг больше не противился и не посылал сигналы раздражения в компании с этой девушкой. А это значило лишь одно. Леви начал считать её близким человеком. И это пугало больше всего.