Глава 3

Ночь кажется бесконечной, минуты тянутся медленно, как густой мед, и на языке от этой тягучести проступает странная горечь, оставляющая в горле ржавый привкус. Она лежит на кровати, закрыв глаза, но сон все не идет, только растет внутри глухая темная воронка, жадно втягивающая все живое. Тихий стук нарушает это зыбкое спокойствие. Ангелина медленно поворачивает голову к двери и взгляд цепляется за тонкую полоску темноты под порогом, где застыла безликая, выжидающая тень. — Принесла же нелегкая, — ворчит она еле слышно и сердце ее тяжелеет, словно свинцом залитое, а стук отдается гулом в ушах, растекаясь медленными волнами по вискам. Она его не ждала, но приход его был неизбежен, это она знала точно. Она видела тягу в его глазах там, на кухне, когда ее рука почти коснулась его и он замер, то ли боясь спугнуть ее, то ли боясь коснуться. Она медлит, раздумывая, стоит ли отзываться, но в конце концов встает, приближается к двери, бесшумно ступая босыми ногами по паркету, и прижимается лбом к прохладному дереву, крепко сжимая дверную ручку. С той стороны слышно его шумное дыхание, слышно, как он нервно переступает с ноги на ногу и терпеливо ждет. Ангелина делает глубокий вдох и открывает дверь. Макс смотрит на нее из темноты блестящими глазами — волосы взлохмачены, одна рука сжимает зажигалку, а вторая крепко держится за наличник двери. Они смотрят друг на друга слишком долго, стоя в проеме двери, залитом лунным светом. Ангелина наконец выдыхает и делает маленький шаг назад — недостаточно, чтобы скрыться в спасительной темноте комнаты, но этого хватает, чтобы Макс потянулся за ней, перешагивая через порог и перехватывая сильной рукой тонкое запястье. — Что… — она пугается, замирает, смотрит широко раскрытыми глазами, в которых плещется страх. Макс отпускает ее. — Прости, — шепчет он, выжидающе смотря на нее исподлобья. Его рука легко и невесомо касается ее скулы, и этого достаточно, чтобы пустить волну жара по ее телу. Пальцы скользят вниз по щеке, большой палец касается мягких губ. Она смотрит внимательно, не отстраняется, только дышит часто и глубоко, чувствуя, как тяжесть в груди становится невыносимой, а низ живота сводит сладкой судорогой. Давно забытое чувство. Его горячая ладонь ложится на ее шею, большой палец скользит к ямочке между ключиц. Дыхание обжигает лицо, пальцы ласково поглаживают нежную кожу. — Скажи мне "нет", — выдыхает он. Просит, смотря на нее умоляющим взглядом. Она молчит. Темный прохладный воздух сгущается вокруг, становясь ощутимым, обволакивая шелком и проникая в каждую клеточку тела. Она делает шаг вперед.