Глава 19. Возвращение

— На твоей планете, — сказал Маленький принц, — люди выращивают в одном саду пять тысяч роз…и не находят того, что ищут… — Не находят, — согласился я. — А ведь то, чего они ищут, можно найти в одной-единственной розе, в глотке воды… — Да, конечно, — согласился я. И Маленький принц сказал: — Но глаза слепы. Искать надо сердцем. (Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц»)       Рону становилось хуже с каждым часом. Несмотря на подробнейший рассказ Драко о проклятии, которое на него наложил Долохов, подобрать контрзаклятие не удавалось никому. Никто из орденцев не сталкивался с подобным, а чтобы изучить и понять механизм действия заклинания требовалось время, которого у них не было. Было принято решение погрузить Рона в магический стазис, чтобы сдержать развитие проклятия, и переместить в главный штаб Ордена Феникса, где находились основные лекари. За ним отправился Невилл, оставив Гермиону присматривать за Далией, которую нельзя было отправлять туда же, так как никто, за исключением нескольких человек, не знал о её роли двойного агента в этой войне. Для всех в Ордене Феникса она была главой Отдела дознания, жестокой и невероятно опасной.       Драко мало что понимал в колдомедицине, знал только основные лечащие заклинания и зелья, которые позволили бы добраться до укрытия и позвать на помощь. Поэтому он судорожно ходил по комнате, и его шаги отдавались глухим эхом в тишине, нарушаемой также тихим шёпотом заклинаний Гермионы, которая после учёбы в Хогвартсе и начала войны стала полевым целителем. Драко не мог усидеть на месте, его мысли метались, и каждый взгляд на Далию заставлял сердце сжиматься ещё сильнее. Она лежала на небольшой кушетке всё ещё без сознания.       — Малфой, сядь, ты мешаешь мне сконцентрироваться! — рявкнула на него Гермиона, когда он в двадцатый раз прошёл мимо.       Драко вскинул на неё полный раздражения взгляд, но промолчал и уселся в кресло в другом конце комнаты. Его пальцы нервно барабанили по подлокотнику, а взгляд то и дело возвращался к Далии. Правда, через пару минут он снова вскочил и начал опять наматывать круги, тем самым доводя Гермиону до бешенства.       — Если ты сейчас же не перестанешь болтаться из угла в угол, я привяжу тебя к стулу!       — А если ты сейчас же не сделаешь что-то, чтобы она…       Драко осёкся, не договорив вспыхнувшую в его тревожном сознании колкость. Он сжал кулаки, чувствуя, как гнев и страх борются внутри него.       — Извини, Грейнджер, я… волнуюсь за неё, — наконец выдавил он.       — Я понимаю, Малфой, мы все за неё волнуемся, — ответила Гермиона, её тон стал мягче, но в глазах читалась та же тревога, что и у Драко.       Это была истинная правда. Малфой знал это. Гермиона проводила у кровати Далии всё своё время, отлучаясь только в туалет. Она даже спала здесь, на трансфигурированной кушетке. Гарри рыскал в поисках хоть какой-то информации о способах спасения Рона и возможных целебных заклинаниях, чтобы помочь Далии. Её физическое состояние было кошмарным, но все боялись только одного — что будет с её сознанием, когда та очнётся. Честно говоря, было чудом, что она всё ещё жива. По характерным следам на теле, можно было безошибочно говорить, что её пытали всеми возможными способами, включая даже маггловские. На ней не было ни одного живого места: Далия была полностью покрыта ранами, ссадинами, синяками, ожогами, кровоподтёками. Её внутренние органы были повреждены проклятиями, практически каждая кость в организме оказалась сломанной. Никто бы не выжил после такого. И либо Долохов нашёл способ продлевать жизнь в теле, несмотря на ранения, либо Далия что-то сделала со своим сознанием, чтобы отключиться от физического истязания. И второе было гораздо страшнее. Если она спряталась за своими стенами окклюменции, пожалуй, вернуть её будет практически невозможно.       — Почему ты не с Уизли? Вы же вроде как были… вместе? — Драко угнетала тишина, которая давила на мозг, и ему вдруг захотелось поговорить о чём-то личном.       — Мы… да, но… там ему смогут помочь, я надеюсь… всё сложно, Малфой, — наконец выдохнула Гермиона и, резко плюхнувшись на кушетку, закрыла лицо руками.       — Ясно. Тебе нужно поспать, — усаживаясь обратно в своё кресло, сказал Драко. — Если позволишь, я позову своего домовика, который отлично справляется с ролью сиделки. Он бесчисленное количество раз выхаживал меня после зад…после ранений.       Драко чуть было не сказал «заданий», но явно не стоило в очередной раз напоминать Грейнджер, что он враг. Был врагом.       — Я в порядке, но… если он, правда, может помочь, я сниму защиту для него. — Гермиона подняла палочку, вырисовывая в воздухе замысловатую руну, и прошептала заклинание.       — Тэсси! — позвал Драко.       — Да, сэр!       Домовик с лёгким хлопком появился перед хозяином, низко поклонился и только через секунду заметил, где находится. Его глаза судорожно заметались по комнате, и Малфой уловил в них панику.       — Всё хорошо, Тэсси. Это друзья. Мы в убежище Ордена Феникса. Это Гермиона Грейнджер. А это… — его голос дрогнул, — это Далия, помнишь, я говорил тебе о ней.       Эльф ошалело глядел на девушек, пытаясь осмыслить сказанное хозяином.       — Орден Феникса, сэр? Получается…       — Да, Тэсси.       — А как же Господин и Госпожа, они же…       — Ещё вчера я написал письмо отцу, чтобы он позаботился о матери. Я знаю, что Пожиратели первым делом отправятся на их поиски. Отец меня возненавидит, но я точно уверен, что он спасёт Нарциссу, чего бы это ему не стоило.       — Да, сэр! — Домовик низко поклонился. — Чем я могу быть полезен?       — Пожалуйста, помоги… Гермионе, — Драко выговорил её имя слегка натянуто, — она скажет, что нужно делать.       — Конечно, сэр! — вновь склонился Тэсси.       Домовик сразу же принялся за работу. Его маленькие руки двигались с невероятной скоростью, готовя зелья, меняя повязки и следя за тем, чтобы Далия была в комфорте. Он принёс чистые простыни, свежие травы и даже приготовил успокаивающий чай для Гермионы, которая наконец смогла немного отдохнуть.       — Мисс Гермиона, вы должны поспать, — сказал домовик, поднося ей чашку чая. — Тэсси позаботится о мисс Далии. Вы доверяете Тэсси?       Гермиона кивнула, слишком измотанная, чтобы спорить.       — Спасибо, Тэсси, — прошептала она, опускаясь на трансфигурированную кушетку. Её глаза закрылись почти сразу, как только голова коснулась подушки.       Драко наблюдал за Тэсси, чувствуя странное облегчение. Он знал, что его друг сделает всё возможное, чтобы им помочь. Тэсси был предан ему, но также обладал невероятным умением заботиться и о других.

***

      Дни в убежище тянулись медленно. Гарри приходил каждый день, чтобы проведать их и принести провизию. От Рона пока не было никаких хороших вестей, и это угнетало всех. Лекари Ордена никак не могли справиться с проклятием, поэтому Уизли всё ещё находился в магическом стазисе.       — Как Далия? — спросил Гарри, входя в комнату и ставя на стол сумку с едой.       — Получше, — уклончиво ответил Драко устало. — Но она всё ещё без сознания.       Гарри кивнул, подходя к кушетке. Он осторожно взял руку Далии, сжимая её в своей.       — Я помню, как нас познакомил Кингсли два года назад. Все считали её врагом, одной из Министерских прихвостней. Но она помогала нашим, вытаскивала из тюрем, рисковала своей жизнью ради них. Я всегда восхищался её смелостью. Даже не представляю, каково это — жить среди врагов. Но она держалась стоически. Никогда не жаловалась. И с тобой… — Гарри виновато опустил глаза в пол. Ему явно было нелегко говорить с бывшим врагом на такие личные темы. — Ты был её заданием, но это не помешало ей по-настоящему привязаться к тебе.       — Кто её сдал?       Драко стало неуютно от разговоров о личном, поэтому он решил перевести тему.       — Никто, просто один из тех, кого она освободила, не успел вовремя покинуть страну и снова был схвачен Пожирателями. Они быстро сообразили, что к чему. Дурацкая оплошность, которая чуть не стоила ей жизни. — Гарри на несколько секунд замолчал, вздохнул и вновь заговорил: — Она сильная, — прошептал он, всё ещё сжимая хрупкое запястье в своей руке. — Она справится.       Драко очень хотелось верить в это.

***

      Благодаря усилиям Тэсси, Гермионы и Драко, который ежедневно снабжал их самыми дорогими и эффективными зельями и мазями, тело Далии постепенно восстанавливалось. Раны затягивались, синяки исчезали, а кости срастались. Но она всё ещё не приходила в себя, и это не могло не беспокоить.       Драко проводил у её кровати каждую минуту, разговаривая с Далией, рассказывая о том, что происходит вокруг, о том, как они все ждут её возвращения. Он не знал, слышит ли его Далия, но надеялся, что его голос сможет донестись до неё, где бы она ни была.       — Ты должна вернуться, — шептал Драко, держа хрупкую руку в своей. — Я не могу тебя потерять.       Гермиона сидела в углу комнаты, пристально наблюдая за происходящим. Она не могла поверить, что перед ней — тот самый Драко Малфой, которого она знала в школе. В памяти всплывали образы заносчивого, самоуверенного, наглого парня, который считал себя выше всех и гордился этим. Он был тем, кто издевался над такими, как она, называя «грязнокровками» и насмехаясь над её друзьями. Драко был символом всего, против чего Гермиона боролась.       Но теперь перед ней был совсем другой человек. Истерзанный, испуганный за жизнь другого, тоскующий, способный на настоящие чувства. Лицо, когда-то надменное и холодное, теперь было наполнено тревогой и болью. Руки, которые раньше были заняты лишь тем, что указывали на других, теперь осторожно держали руку Далии, как будто боясь причинить ей боль. Голос, который раньше звучал лишь с презрением и сарказмом, теперь был тихим, спокойным, когда он разговаривал с ней.       Гермиона наблюдала за Драко, и её сердце наполнялось странным чувством. Она не могла понять, что это — жалость, уважение или что-то другое. Но точно знала, что Драко изменился. И это изменение было настолько глубоким, что Гермиона не могла его игнорировать.       Когда Гарри пришёл в очередной раз, чтобы проведать их, она отвела его в сторону.       — Ты это видишь? — спросила она, указывая на Драко, который сидел рядом с Далией.       — Вижу, — ответил Гарри. — Малфой изменился, Гермиона. Любовь меняет людей. Кого-то в худшую, кого-то в лучшую сторону.       — Но настолько? — прошептала она.       — Люди, правда, меняются, — сказал Гарри, вздохнув. — Особенно когда сталкиваются с тем, что действительно важно. Далия для него важна. И он готов на всё, чтобы защитить её.       Гермиона кивнула.       — Я просто не могу поверить, что он способен на такие чувства.       — А ты думаешь, он всегда был таким, каким мы его знали? — задумчиво спросил Гарри. — Может быть, он просто не знал, как быть другим. Может быть, он просто следовал тому, чему его учили.       Хм… Возможно, Гарри был прав.

***

      Драко… Драко шёл по огромному лесу, который казался одновременно знакомым и чужим. Деревья вокруг него были высокими и величественными, их стволы, покрытые тёмной корой, уходили ввысь, словно стремясь коснуться небес. Кроны деревьев, густые и пышные, пропускали лучи мягкого солнечного света, который играл на земле, создавая причудливые узоры из теней. Каждый луч, пробивавшийся сквозь листву, казался живым, как будто сам лес дышал и двигался в такт с природой. Воздух был наполнен ароматом свежей хвои, смешанным с тонким запахом цветов, которые росли у подножия деревьев. Где-то вдалеке слышалось пение птиц — их трели были мелодичными и успокаивающими, словно лес напевал свою собственную песню. Это место было полно спокойствием и гармонией, где время, казалось, остановилось, а мир вокруг был лишён суеты.       Драко шёл по узкой тропинке, которая вилась между деревьями, уводя его всё дальше вглубь леса. Его ноги не чувствовали усталости, а сердце было лёгким, как будто с него сняли тяжёлый груз, который он нёс долгие годы. Драко шёл, не зная, куда приведёт его эта дорога, но внутри не было страха. Напротив, он чувствовал странное умиротворение, словно лес обнимал его, защищая от всего, что могло причинить боль.       Вдруг он услышал голос. Тихий, но тёплый, как солнечный луч, который касается кожи в холодный день.       — Драко…       Он остановился, оглядываясь вокруг. Голос звучал так близко. Драко поднял глаза и вдалеке, среди деревьев, увидел фигуру. Она стояла в свете, который пробивался сквозь листву, окутывая её мягким сиянием. Это была женщина. Её лицо было скрыто, но он чувствовал, что знает, кто это — силуэт был знакомым, будто он видел её во сне или в далёком воспоминании. Женщина протянула к нему руку, и Драко почувствовал, как тепло разливается по телу, наполняя его изнутри. Это тепло было не физическим, а скорее душевным, точно сама природа говорила с ним, успокаивая его тревоги.       — Драко… — вновь позвал голос.       Он сделал шаг вперёд, затем ещё один, и с каждым шагом лес вокруг начинал меняться. Тропинка, по которой он шёл, становилась шире, а свет, пробивавшийся сквозь листву, казался ярче. Цветы, раньше скрытые в тени, теперь расцветали прямо у него на глазах. Их лепестки сияли всеми цветами радуги — нежно-розовые, ярко-жёлтые, глубокие синие. Они казались живыми, будто приветствовали, радуясь его присутствию. Птицы пели громче, их голоса сливались в единую мелодию, которая наполняла воздух жизнью и радостью.       — Драко… Ты нашёл…       — Драко. — Он почувствовал лёгкое прикосновение к своему лицу и резко открыл глаза.       Перед ним стояла Далия в больничной пижаме. Её русые волосы слегка растрёпались, но глаза сияли, а на лице была улыбка, которая, казалось, освещала всю комнату. Она выглядела так, будто только что проснулась после долгого сна, и в её взгляде читалась ясность и сила, которые Драко не видел в ней уже очень давно.       Малфой замер, не в силах пошевелиться и не веря своим глазам. Она была здесь. Она стояла перед ним. Она улыбалась.       — Далия… — Его голос был едва слышен.       Она лишь улыбнулась в ответ.       Драко резко и слегка неуклюже вскочил с кресла и подошёл к ней, осторожно касаясь хрупких плеч своими трясущимися руками.       — Ты… ты в порядке? — спросил он дрожащим от волнения голосом. — Почему ты встала? Ты должна лежать, ты… ты была без сознания, ты…       Его мысли путались, а сердце билось так сильно, что он едва мог думать.       — Я в порядке, Драко, — сказала она. — А ты? Ты выглядишь так…       Разум был переполнен эмоциями, которые он не мог выразить словами. Наверняка Далия ужаснулась его виду: огромные тёмные синяки под глазами от недосыпа, растрёпанные волосы, обмотанная бинтом рука, в которую попало жалящее проклятье, такая же обмотанная нога, на которую были наложены примочки из настойки растопырника. За последние несколько дней Драко практически не спал и не ел, проводя всё своё время возле кровати больной.       — Я… я не могу поверить, — прошептал он. — Ты была… ты была так долго без сознания. Я думал… я думал, что…       Драко не смог закончить. Вместо этого он обнял её, крепко, как будто боялся, что, если отпустит, она исчезнет.       Далия мягко обняла его в ответ.       — Всё в порядке, Драко, — ласково сказала она. — Я здесь. Я с тобой.       Малфой просто держал её, чувствуя, как сердце постепенно успокаивается. Она была здесь. Она была жива. Она была с ним.       Через несколько минут Драко наконец смог разомкнуть объятия. Отступив на шаг, чтобы заглянуть Далии в глаза, он тихо спросил:       — Как ты… как ты себя чувствуешь?       — Я чувствую себя хорошо, — спокойно ответила она. — Небольшая слабость, но это пройдёт. А что случилось? Почему я здесь? И ты? Почему ты так выглядишь?       Драко тяжело вздохнул.       — Ты была… ты была в плену у Долохова, — начал он. — Я пошёл за помощью к Поттеру, и мы с Уизли нашли тебя, но ты была… в ужасном состоянии. Мы думали, что тебе не удастся выкарабкаться.       — Я помню… отрывки, — Далия в задумчивости нахмурила лоб, — помню боль, помню страх. Кажется, я отключила сознание в какой-то момент, чтобы перестать чувствовать. Не знаю…       — Неважно, не вспоминай. Главное, что ты теперь здесь. — Драко снова крепко обнял её, стараясь быть максимально аккуратным. — Прости меня, Дал… я…       Далия лишь крепче сжала его в своих объятиях. Драко чувствовал, как её тепло смешивается с его собственным, а в голове крутятся тысячи мыслей, которые он бы не смог выразить словами. По крайней мере, не сегодня уж точно.