Глава 11. Записка

Последний сеанс терапии заставил меня о многом задуматься и переоценить некоторые вещи. Разговор с матерью освободил меня от тяжелейшего груза на душе. Я простила её за всю ту боль, что мне пришлось пережить из-за неё. Мой разум прекрасно осознавал, что действиями матери двигало ее психическое расстройство, которое она не лечила, в отличии от меня. Луиза совершала поступки не осознанно, я не могу винить её за это. Но такие выводы диктовал мне мозг. Сердце кричало нечто иное. Оно проклинало мать, ненавидело прошлое, желало потопить всё это в тёмных глубинах океана или сжечь до тла в костре. Разум и чувства внутри меня не могли примириться до момента диалога. Только благодаря методам лечения мистера Эшлера я смогла отпустить прежнюю тревогу и простить матери её заблуждения, стоившие мне нормальной жизни. Возможно, именно с этого диалога начнётся моя новая жизнь, моё новое восприятие мира. По-крайней мере, я в это верю. И Джордан верит. … 10 мая 1957 г. Дневник мыслей: «Доктор Эшлер! Да, да, я обращаюсь к вам. Вы ведь прямо сейчас это читаете, верно. Может, и я в данный момент сижу напротив вас, смущённо наблюдая за тем, как вы просматриваете страницу за страницей моего дневника. Эта записная книжка стала моим спасением. Намного легче изливать свои переживания на бумагу, чем таить всю боль внутри. Я, не поверите, чувствую себя иначе. Я чаще стала испытывать радость, при каждом воспоминании о вас. Ну вот, вы прочитали, и я раскраснелась! Хотя, это я сама написала, чего жалуюсь! Надеюсь, вы сегодня, как и обещали вчера по телефону, придёте на сеанс. Жду вас, как утренних лучей солнца. Ведь вы дарите мне свет. Я никогда бы не решилась сказать вам это вслух. Хорошо, что есть, куда записать!» … Поток моих мыслей, изливаемых на бумагу, прервал бодрящий звонок в дверь. Каждый такой дверной, либо телефонный звон, возрождал во мне желание начинать новый день, делать вдохи и продолжать существование в этом мире. Одиночество – худшее, что может случиться с человеческой душой, хуже смерти. Одиночество – это забвение, будучи живым. Ты как бы и существуешь, но всем на тебя плевать. Ты одновременно и есть и нет. Остается лишь внешняя оболочка, нутро же медленно пропадает в бездне. Время вокруг замирает, цвета мира гаснут, всё блекнет. Зачем такая одинокая жизнь, ты уже не понимаешь. Я жила так всю свою жизнь, до момента встречи с тётей. Хотя, не так. До момента встречи с мистером Эшлером, которому не всё-ровно, жива ли я, который проявляет интерес и заботу. Я не одинока, со мной теперь всегда его образ и мысли об этом человеке. В моей жизни подобных ощущений никогда не было. Окрылённая мыслями о том, что моя жизнь возможно не так и плоха на данный момент, я, кинув взгляд на уже порядком засохшую жёлтую розу и схватив со стола чашку свежезаваренного чая, рванула к двери, чтобы поскорее увидеть доктора. Но все мои радостные порывы разбились об удручающую действительность, как только я встретилась лицом к лицу с доктором. Мистер Эшлер выглядел не как обычно. На его лице не светилась улыбка от нашей встречи, глаза были поникшими, в них прослеживалось сожаление и упаднический настрой. Может, у него что-то случилось. Молча, без единого слова и с опущенной головой, он прошёл в коридор и встал чуть поодаль меня. Я испугалась, моё тело парализовало от неведения. Окутавшее меня ощущение не давало и рта открыть. Но он всё сделал за меня и первым начал говорить. - Кайли, прощу прощения. – его голос наполнялся огорчением. – Сегодня мы с вами не сможем провести сеанс. - Что? – мне захотелось кричать. Его слова подобно осколкам вонзились в мою хрупкую душу. – Почему? - У меня появились некоторые дела. Я не буду загружать ими вас. Просто хочу извиниться, что не смогу провести день с вами. - Тогда зачем вы вообще пришли? – с нескрываемой обидой и в состоянии полного опустошения проронила я. - Я пришёл дать вам небольшое домашнее задание, прежде, чем я уйду. - Значит, вы променяли встречу со мной на какое-то дело, а я должна выполнять ваши идиотские задания! – во мне разгорался огонь. От переживаемых эмоций моя рука тряслась, а вместе с рукой в разные стороны ходила и чашка, расплёскивая капли чая. В один момент рука настолько дрогнула, что горячая тёмная жидкость хаотичным потоком устремилась прямо на шерстяной пиджак мистера Эшлера. Я даже вскрикнула от настолько неловкого момента. Что только не произойдёт в порыве ярости. - Ой, боже! – послышалось от меня в ту же секунду. Чёрный ароматный чай большим нелепым пятном растянулся на верхней одежде доктора. – Прошу прощения, мистер Эшлер, я случайно! Как-то машинально, словно так и надо было, я ухватилась за рукава сероватого пиджака и потянула верхнюю одежду доктора с его плеч вниз. - А что вы делаете? – смущённо проронил доктор, до конца не понимая что произошло. Он украдкой улыбнулся, наблюдая за моими движениями. - Я хочу застирать пятно от чая, а то следы останутся, если сразу не замыть! Снимайте пиджак! - Снимите лучше вы, у вас, Кайли, это лучше получается. Доктор расслабил плечи, чтобы я легко смогла стянуть пиджак. Моё лицо разрывало волнение, щеки наливались багрянцем. Так близко к мистеру Эшлеру я ещё не была. Руки продолжали трястись, рваными движениями я всё же заполучила себе пиджак Эшлера. На нём осталась лишь чёрная водолазка под горло, облегающая идеального сложения тело – не слишком объёмное и не слишком худощавое. Мой бесстыжий взгляд то и дело зависал на теле Эшлера. Мне нравилось его разглядывать. - Пару секунд, я всё замою! – бросила я, скрываясь в ванной комнате. Пятно расположилось в левом верхнем углу пиджака, я включила воду и принялась оттирать этот чёртов чай, как вдруг, внутри кармана пиджака что-то зашуршало. «По-моему, лезть в чужой карман – это неправильно». Подумалось мне в ту же секунду. А что если в кармане наоборот что-то важное, и сейчас я испорчу эту вещь водой. Тогда, Эшлер будет ругаться ещё больше. Хотя, не могу себе представить, чтобы такой милый и обходительный человек мог поднять голос. Шаловливые пальцы не выдержали любопытства и проникли в чужой карман. В этот момент я чувствовала себя преступницей, залезающей в чью-то собственность. Мало того, что я испортила его пиджак чаем, так ещё и лезу в его карман без разрешения. Шуршащей вещицей оказалась маленькая бумажка, формата визитки. Я выдохнула. «Ну, хотя бы не деньги! А то, увидел бы меня со своими деньгами, и тут же бы подумал, что я наглая воровка! А это просто бумажка». Но эта простая бумажка, оказавшаяся на моей ладони, перестала быть настолько безобидной, как только я перевернула её на обратную сторону и прочитала то, что было написано там: «10 мая, Бейхем-стрит, ресторан «London Garden», время: 13:00» Со стеклянным взглядом я проносилась по каждой букве этой записки, мысли формировались в единую цепочку. Понятно, он идёт в ресторан сегодня, наверное, на какую-то дружескую встречу. А на меня плевать! Кто я такая? Зачем держать передо мной слово? Пускай, доктор обещал помочь мне, пускай рассуждал о дружбе. По факту, я, Кайли Рейн, абсолютно никто для мистера Джордана Эшлера. У него своя жизнь, в которой есть место друзьям, приятелям, встречам, светской жизни, женщинам. Ему не пристало днями пропадать у меня, выслушивая моё нытьё. То ли дело, поход в ресторан! У Эшлера полноценная жизнь, не то что у меня! Ни жизнь, а какое-то её подобие, идиотский фарс. «Вот я дура, на что-то понадеялась. Как в моей голове тупой вообще могли появиться мысли об Эшлере, о том, что мы… что он и я!» Меня переполняла злоба, аж зубы стиснулись. Нервно поправляя обкорнанные волосы, я засунула злополучную записку обратно в карман его пиджака и направилась обратно к доктору, который послушно ждал меня в коридоре. - Всё готово. – сухим голосом проронила я, протягивая ему пиджак. - Да не стоило, мисс Кайли. – растерянно бормотал Эшлер, натягивая пиджак обратно на свои плечи. – Я бы и сам дома отстирал. - Дома, хм. – ухмыльнулась я. – Когда это вы ещё до дома доберётесь! - Что вы имеете ввиду? - Ничего! – я продолжала огрызаться на его слова. В один момент меня все начало раздражать в Джордане, мне быстрее захотелось выпроводить его и побыть одной. – Вам пора идти, как мне кажется. - Что с вами случилось? Выйдя из ванной, вас будто подменили. - Со мной всё хорошо, доктор! А вот вам пора уходить. - Вы меня прогоняете, Кайли? - Да, вы верно поняли. – внутри меня всё пылало. Еще никогда я не говорила с ним так дерзко, но та записка и его отношение ко мне и моим ожиданиям вывели меня из себя. – Я выгоняю вас. К тому же, разве вы не спешите на какое-то дело? - Да, у меня есть дело, и я сейчас уйду. «Так он называет пирушку в ресторане – одно дело! Какой подлец! Как же я ошибалась на его счёт. Думала, ему есть дело до меня и моих внутренних переживаний, думала, мы сможем стать с ним теми самыми друзьями, но нет. Он – как все люди, эгоист!» - Я закрою за вами дверь. - А как же задание? Разве вам не интересно, как продолжиться лечение? - И что ещё за задание? - Практическое. - А именно, мистер Эшлер? - Вам необходимо сделать то, чего вы давно хотите, чего требует ваша душа. Страх не даёт вам совершить нечто подобное, но вы должны перебороть этот страх, признать, что ничего страшного в этом нет. - И что же я должна сделать? Вы говорите загадками. - Никому, кроме вас, этого не понять, Кайли. Сделайте то, чего боитесь больше всего. Переборите свой страх, пойдите ему навстречу. - Меня уже порядком бесят ваши задания! Они глупые и не приносят пользы! – злость внутри меня заставляла говорить то, чего мне вовсе не хотелось. Я противоречила себе, несла абсолютную чушь и неправду, лишь бы насолить Эшлеру за испорченное настроение. - Видимо, разговор у нас сегодня не задастся. – спокойным голосом проронил доктор, мужественно вытерпев все мои нервные визги. - Значит, вы точно уходите? – шептала я, на самом деле не желая отпускать его. - Верно, Кайли. – он напоследок взглянул на меня, направляясь прочь из квартиры. – Увидимся через пару дней на сеансе. - А может и нет. – брякнула я, скрывая изо всех сил выступившие слёзы. - Почему нет? - А вдруг у вас ещё дела появятся? - Вы не хотите, чтобы я уходил. - Это не имеет никакого значения. Вам нужно, вы идёте. А что думаю я, какая разница! Но его глаза тоже переполняло сожаление. Не только я не хотела отпускать его, но, похоже, и он не горел желанием расставаться со мной. Может, я переборщила с обвинениями на его счёт? Сама уже запуталась в том, как к нему отношусь и что мне на самом деле хочется! - Не расстраивайтесь, Кайли. Больше я не обману вас. - С чего вы вообще взяли, что я расстроилась! – я немного повысила голос, от переживаемых эмоций моя речь была сбивчива. – Что вы есть, что вас нет! Я всё-ровно одна. - Жаль, что вы до сих пор так думаете. С этими словами Эшлер покинул мой дом. Его последняя фраза ещё несколько минут раздавалась эхом в моём сознании. Почему он так сказал? Случайно он это произнёс или заложил смысл? Ответов не найти. Понятно лишь одно – Эшлер, как и всё в моей жизни до этого, бесследно исчезает, и я не в силах этому помешать. Хотя, может стоит попробовать? Не такая уж я и бессильная.