Глава 9. Спасение

Они шагнули в пустыню. Ещё более кошмарную, чем Сахара, по которой они месяц гоняли банду торговцев оружием читаури. Безжалостно-белое небо. Огромное, ослепительно-синее, низко висящее прямо над головами с белыми протуберанцами солнце. Выжженный до костяной белизны песок. Сплошные высоченные дюны во все стороны. Раскалённая до чудовищной температуры гравийная, из мелких острых камней Дорога. И чудовищная, от горизонта до горизонта, высотой до солнца стена надвигающейся песчаной бури. — Идём! — перекрикивая визг ветра, скомандовал Брок, и они рванули вперёд по Дороге: плевать на боль, на ожоги — за спиной чудовищная смерть. Мэй внезапно споткнулась о странное создание — похожая на мейн куна переростка, но с явным жалом на конце хвоста и с крыльями кошка. Она хромала, берегла обе задние лапки, отчего не могла бежать, левое крыло висело сломанной тряпочкой, и жалобно мяукала, словно жалуясь на скорую и страшную смерть. Мэй, наплевав, что живность весит как бы не больше неё, цапнула кошечку под брюхо и рванула вперёд. Они не шли — буквально летели, подгоняемые в спину адским визгом бури. До Перекрёстка они добежали, когда раскалённая песчаная стена почти накрыла их. Брок даже не гадал, куда идти — выход был лишь в один мир. И снова пустыня. Опять выжженный песок. Опять безжалостно-белое небо. Два, как на несуществующем Татуине, чудовищно огромных солнца висят в зените, прямо над головами. Снова каменно-гравийная дорога, частично занесённая песком и раскалённая до такой степени, что на ней можно стейки жарить. Ещё более безжалостная жара. Идущая с юга стена чудовищной огненной бури — и сквозь визг и свист ветра треск огня. Они молча неслись к Перекрестку, не чувствуя ожогов на ступнях, не слыша, как потрескивая, горят волосы. И снова — только один мир. Они вылетели под обычное лиловеющее небо, в привычный ало-золотой закат, к знакомому до боли тонкому серпу молодой луны и родным созвездиям, на обыкновенную асфальтовую дорогу, к запахам океана и зелени. Чуть впереди был заплетённый вьюнком с синими и фиолетовыми цветами забор, широкие деревянные ворота в нём и калитка. И высокий деревянный дом под яркой медной крышей. — Идём. — Броку было больно, плохо и трудно, но он шёл первым и первым толкнул калитку и ступил во двор. — Я… я знаю… Нам помогут. Спасут. С плачем и стонами, под мяуканье и скулёж они упали кто где на узоры из разноцветных камушков. *~*~* — Ох, дети-дети… — покачала головой Туу-Тикки, пока домовые духи перетаскивали и человеческих, и звериных детёнышей в дом. Грен тем временем звонил в ветеринарную клинику Таи. Детям они помогут сами, а вот зверятам нужны свои врачи. — Тая, детка, я знаю, что ты не ведешь приём, но у нас тут детёныш мантикоры, хромой и со сломанным крылом. — Сейчас буду, — ответила та. — Мама, как обычно? — спросил Баки-младший. — По сколько на кровать? — Давай по трое, — велела Туу-Тикки. — Вызови Баки и Брока, нам нужна помощь. — Сделаю, — кивнул он. — Эшу, Йодзу? — Кого-то из них, — согласилась она. — Странно это всё до невероятия. Хлопоты по лечению предстояли вроде бы самые обычные: раздеть обработать ожоги, порезы и рассечения, поставить капельницы с физраствором, чтобы компенсировать обезвоживание, уложить так, чтобы малышам было удобно. Но пятнадцать человек! Четырнадцать мальчиков в возрасте от семи до девяти и одна девочка. Одеты они были более чем странно: без белья, босые, в кое-как обрезанных штанах, футболках и рубашках не по росту. Пока хозяева дома заботились о детях, приехавшая Тая и её подчинённые хлопотали над зверёнышами. Жалобно плакавшую мантикору Тая осматривала в кабинете отца. — Надо оперировать? — спросил Грен. — Повезете в клинику? — Да, — кивнула та. — Не забудь прислать счёт. Что про мантикорку скажешь? — Да как обычно, — пожала плечами Тая. — Индивидуальный заказ на модификацию. — Как удобно, что в нынешние времена можно что угодно списать на генную инженерию, — усмехнулся Грен. Ирбиса, пару русских борзых и трёх мэйнкунов Соня выставила в сад. Звери волновались: столько нового! Впрочем, борзые быстро завалились спать под старую черешню, мэйнкуны полезли в бассейн, а ибрис затеял обычную игру: поточи когти о дерево прежде, чем дух отдёрнет от ствола твои лапы. Старший Баки и Брок прихватили с собой Стива — у того выдался выходной. — Что стряслось? — спросил Брок с порога. — Лазаретом пахнет. — Дети, — ответила Туу-Тикки, пока мужчины пожимали друг другу руки. — Пятнадцать детей. — Это ж не ваша специализация! — изумился Баки. — И звери, — добавил Грен. — Детёныши. Три котенка, три щенка и мантикорка. — Вам нужна помощь? — встревожился Стив. — Да, но пока я не очень понимаю, какая, — сказала Туу-Тикки. — Вон их вещи, давайте глянем и попробуем понять, кого к нам принесло. — Рюкзаки взрослые, — заметил Брок. — Ты права. Это странно. Где они? — Наверху, — ответила Туу-Тикки. — Ожоги, включая солнечные, порезы, волосы опалены. Обезвоживание. — Животные у Таи? — спросил Стив. — Да, — кивнул Грен и кинул ему два верхних рюкзака из кучи. Некоторое время они потрошили поклажу детей. Недетскую поклажу. Странную: древнего вида запароленные телефоны и планшеты, пара старинных плёночных фотоаппаратов, мешочки с драгоценными и полудрагоценными камнями, слитки серебра, золота и платины, ножи, пара пистолетов… — Грен, — сказал Баки. — Кажется, я знаю, что с ними произошло. — Колись, — похлопал его по плечу Брок. Стив ковырялся с одним из телефонов, пытаясь снять его с блокировки. — Есть такое местечко — озеро с молодильной водой, — ответил Баки. — Помнишь, Дэн рассказывал? — Да, — кивнул Грен. — Оно на дорожных картах указано. Думаешь, они искупались? И живность? — Согласись, похоже на то, — сказала Туу-Тикки. — Смотрите: они собирались для путешествия по дороге. Не то взяли бы деньги, а не вот это всё. Мир — точно с веера Земель. Взяли животных. Но опыта дорожников у них нет. И нет дорожных денег и навигаторов. — А мантикора? — решил уточнить Стив. — По дороге подобрали. Скорее всего, уже раненную, — ответил Брок. — Что? Будто каждый из нас не подобрал бы. Он тоже взялся за телефон. В почти позабытые времена у него самого был такой. Случайно коснулся датчика отпечатка пальцев и выругался: экран разблокировался. — Какого чёрта? — набычился Баки. — Самому интересно, — ответил Брок и полез в галерею, пока держится заряд. — Еба-а-ать… С одной из фотографий — простых плоских фотографий — на него смотрели лица его бойцов. Джек и Мэй, Таузиг… Все они. И он сам посередине. Баки и Стив переглянулись. — Кажется, у нас появились дети, — сказал Стив. — Верно, Брок?