AU Sainte Vierge ⋨ 5 ⋩

      Алекс должна была бы всенепременно радоваться тому, что Роланд и её прелестные рыси нашли общий язык — вплоть до «командной» боевой работы.       Должна была бы, но кое-что Святую французскую Деву очень не радовало.       — Какого чёрта, Роланд?! — это было самое благопристойное, на что сподобилась мадемуазель Меланшон, узрев, насколько неподобающим образом обращается с одной из её пушистых охранительниц, крошкой Лоттой, сиятельный сир Фортис.       Роланд, который только что с мальчишеским задором подхвативший мелкую рысь под зад и отправивший шерстяной, отчаянно клацающий зубами, снаряд прямиком в невовремя подвернувшегося обидчика [Гано], тут же приседает и опасливо втягивает голову в плечи, понимая, что ему грозит выговор.       — Что не так, милая Алекс? — как можно более невинным тоном уточняет Фортис, заискивающе глядя на женщину. Дева, гневно уперев руки в бока, взирает на притихшего рыцаря снизу вверх.       — Ты! — она угрожающе наставляет на него указательный палец. — Только что! Бросил! Мою рысь! Как ядро!       — Это всего лишь... э... эксперимент! — примирительно выставив перед собой руки ладонями вверх, увещевает её Роланд. — Маленький эксперимент... Я же не сделал ей больно!       — Она могла убиться, неудачно приземлившись! — рычит закипающая Алекс, начавшая наседать на Фортиса всей своей не впечатляющей на его фоне фигурой. — Подвернуть или сломать лапу! Разбить голову! Что угодно!       В этот самый момент прибегает абсолютно счастливая и отфырквиающаяся Лотта и начинает носиться кругами вокруг спорящих людей.       — По-моему, ей понравилось... — несмело улыбаясь, замечает Роланд, указывая на вклинившуюся между ними рысь. Алекс возмущённо выпучивается на него.       А когда женщина видит, что непоседливая Лотта поднимается на задние лапы и принимается подпрыгивать подле Роланда в ясном желании повторить бросок, а мужчина тянет к кошке руки, то в ней что-то щёлкает.       С левой руки месье Фортису прилетает по лицу оплеуха, а с правой ноги Лотте прилетает поджопник. Под сдвоенный изумлённый рысино-лисий писк, Меланшон мрачно объявляет:       — Вы оба наказаны.       Когда досточтимый сир Оливье де Виенн заходит в небольшую, но довольно светлую гостиную, совмещённую с обеденной, в поисках своего непутёвого друга детства, то обнаруживает не менее досточтимого сира Фортиса в углу, покорно уткнувшегося в него носом и послушно сложившего руки за спиной. Оливье сначала своим глазам не верит: ну где это видано, почти-уже-тридцатилетний лоб — да стоит в углу! Но, проморгавшись, Третий среди рыцарей Церкви признаёт в понуро склонённой золотисто-кудлатой голове и опущенных плечах приятеля. Удивительно, но рядом с фортисовыми сапогами, точно также уткнувшись носом в угол и свесив уши с кисточками вниз, на пушистой пятнистой заднице сидит мелкая бунтарка Лотта.       Заслышав чужие шаги, рысь украдкой оборачивается и начинает капризно по-кошачьи скрипеть и мяукать. Жалостливое нытьё тут же пресекается:       — Похнычь ещё мне тут! Сиди в углу и не ворчи, ты наказана!       Издав ещё один протяжный мяв и умоляюще взглянув на Оливье, рысь отворачивает морду обратно в угол. Опешивший месье де Виенн переводит взгляд на сидящую в кресле и недовольно попивающую чай Святую Деву.       — А что, собственно, произошло? — с трудом удерживая ехидные смешки, интересуется Оливье, отвесив подобающий по этикету неглубокий поклон женщине. — Неужто мой многоуважаемый друг чем-то провинился и опечалил Деву?       Алекс, насупившись, мрачно отхлёбывает остывший чай.       — Да, и очень сильно, — отчеканивает она, поднимается с кресла и выходит в крохотное подобие кухни, чтобы найти ещё чашку и угостить гостя чаем.       Оливье, воспользовавшись этим, подбирается к Роланду и заглядывает тому в лицо.       — И что же ты такое натворил, что, прости Господи, тебя, взрослого мужика, поставили в угол? Да ещё и с кошкой в придачу! — свистящим шёпотом, почти переходящим на смех, вопрошает де Виенн. Роланд уныло сдвигает брови и печально взирает на товарища.       — Ну сущая безделица, Оли! — по-мальчишески надув губы, отзывается Фортис и указывает на соучастницу преступления. — Всего лишь бросил Лотту через половину двора, как пушечный снаряд!       — Ты... что? — Оливье не сомневался в творческих способностях друга, но даже так подобного ответа он не ожидал.       — И ей понравилось!.. Да вот же, вот так взял и...       Как раз в тот самый момент, когда Роланд уже подобрал рысь на руки, чтобы продемонстрировать, как он, собственно, отправлял Лотту в полёт, в комнату возвращается Алекс. Из всей шипяще-грозной тирады Оливье лишь разбирает «Да я тебя сейчас..!» и вынужденно меланхолично наблюдает за тем, как рассвирепевшая Святая Дева полотенцем лупцует повизгивающих и пытающихся увернуться буянов полотенцем.       Глядя на сию картину, Оливье приходит к выводу, что, во-первых, он чертовски рад, что не он является главным телохранителем французской Девы. И что, во-вторых, эти двое ведут себя как глубоко женатая пара, даже не будучи ещё повенчанными.

❧ Бонус ❧

Роланд, заискивающе: Милая Алекс, ну может мы всё-таки... Алекс, сурово: Нет. Роланд, всё ещё с надеждой: Ну, пожалуйста? Я обещаю, что Лотта не пострадает! Алекс, закипая: Роланд, нет, значит нет! Роланд, обиженно: Но ей же понравилось! *Лотта в ногах подтверждает жизнерадостным хрюканьем* Алекс смеряет их двоих гневным взглядом. Роланд, себе под нос: Ну вот, а какой фурор могла бы произвести «Рысья комета 1800»... Алекс, выпучиваясь на него: КАК ТЫ ЭТО БЛ НАЗВАЛ? После подобного заявления многоуважаемый месье Фортис постоял в углу ещё с часик, но на этот раз в гордом одиночестве.