Глава 1

А-Дуо наслаждалась чаем в доме сына с особым удовольствием. Здесь, в отличии от внутреннего двора, она чувствовала себя как дома — особенно в компании со старой служанкой, которую все вокруг тепло называли бабушкой. Умная, расторопная женщина в чём-то и правда вела себя как бабушка, балуя Жэньши не меньше, чем мать. А ещё она всегда знала, о чëм стоит потолковать с матерью главного евнуха. На этот раз тема была почти что заезженная, но от того не менее острая: судьба единственного сына А-Дуо. Судя по хитрому взгляду бабушки, на этот раз она припасла очень любопытный экземпляр для обсуждения. Некая травница, про которую сама А-Дуо не раз слышала при дворе, но лично видела всего пару раз. Затем Жэньши забрал её к себе и всё на этом вроде бы закончилось, ан нет. — Маомао умная и старательная. Редко таких вижу, — вскользь произнесла старушка. — Не выслуживается ли перед вами? — хмыкнула женщина. — О, Господина она чаще доводит до помешательства. А-Дуо сделала глоток чая. — Она игнорирует его выходки. Любая барышня у ног бы лежала, а этой его приставания будто даже противны. Причем не наигранно, я-то уж людей вижу. Ей не нравится его шутки и вызывающее поведение. Она и побаивается его, и волнуется за него. Собой рискнула в той ситуации с балкой — едва выходили её, швов масса была. Красивая женщина слушала бабушку с интересом. Та редко хвалила девушек, а Маомао пришлась по душе, это очевидно. К тому же тот случай, когда её сын лично отнёс свою служанку к лекарям, смерчем пронёсся по внутреннему двору, поднимая тучу сплетен. — Умная девочка. Некрасивая, конечно, я видела её. Вот только даже из простушки косметика и вещи делают красавицу. — Госпожа, она красавица. Только боится что с ней что-то случится, вот и прячет красоту за веснушками, которые делает из глины. Хотя конечно тощая, пытаюсь откормить её, но с этими ядами у девочки желудок постоянно выворачивает. Она ведь только здесь еду не пробует, а во внутреннем дворе она всегда возле Господина. Яды её почти не беспокоят, она отлично в них разбирается и уже не раз Господина спасала. Порой даже без его приказа, он же ведёт себя как дитя, а она как мать — и руку оттолкнëт его, если он вдруг что взять не то подумает, и первая пробует. А-Дуо покачала головой. Пазл постепенно складывался в единую картину. От своего сына она знала куда меньше, разве что была убеждена в одном: он привязан к девушке, причём не просто как к игрушке. Она его будоражила. И раз уж сама бабушка её хвалит, то есть причины попытаться из неё толковую подручную воспитать. Хотя бы верна будет, да убережёт Жэньши от лишних проблем. — Красивая и умная. Такая могла бы стать наложницей. — Вряд ли станет. Да и Господин этого не допустит, иначе бы как выкупил из Медяного дома, так нашёл бы иное применение. Брови А-Дуо взметнулись вверх. — Длинная история. Но она невинна, я уверена. Хотя и запугана, конечно — Господин её выкупил за огромные деньги, но первые пару часов, пока хозяин дома не объявил что она останется его служанкой, её дрожь брала. Мне еë жаль было, — слегка приукрасила ситуацию старушка. Уж она-то знала об уговоре Жэньши и Маомао, что он её выкупит и она будет работать на него, как и прежде. — Странная-то какая история. Значит, Жэньши её выделяет. Ладно, посмотрим. Спасибо что так пристально за ним приглядываешь. Бабушка выглянула в окно, заметив, что к дому подходит виновница беседы. Маомао протянула ей корзину с теми фруктами, что до этого лично собрала в саду. — Помощница моя, — тепло произнесла бабушка, отмечая, что Маомао подозрительно запыхалась. Странно выглядела. — Вы хотели сказать та, которая на Господине Жэньши виснуть не станет? Да его красота это оружие массового поражения, хоть к врагам на переговоры посылай — всё подпишут, — протараторила травница с горящими от злости глазами. Бабушка поджала губы, теряясь в догадках. Маомао прежде никогда такого не изрекала. Сама травница закрыла рот руками. — Вот как? — только и смогла спросить бабушка, понимая: девушка опять куда-то встряла. — Надо от него подальше держаться, у него точно с головой не всё в порядке, а я говорила… — продолжила явно помимо воли тараторить девушка. — Гаошунь! - донесся издалека резкий окрик хозяина дома. Маомао резко обернулась и попятилась по стене дома. Злой Жэньши уже кивком отдал приказ ловить служанку и промывать ей желудок. Неотвратимо наступая на Маомао, что взглядом просила у бабушки помощи, Жэньши вдруг подошёл к окну, будто сам хотел из неё очередную дрянь вытрясти. — Ещё раз уйдешь без спроса после того как попробуешь неведомую миру дрянь, я обещаю, мало тебе не покажется! — рявкнул евнух. — Сказали бы мне спасибо, да и прежде приказ был только от яда избавляться, а это — психотропный препарат, людей правду заставляет говорить! — помимо воли ответила Маомао. Жэньши ухмыльнулся. Самое время для вопросов. Видя это, Маомао опрометью кинулась в сторону бань. Молодой мужчина заметил за спиной бабушки знакомый наряд и мысленно проклял бога, — при А-Дуо он за Маомао не пойдëт. — Я за ней прослежу. Ловко она сегодня ушла, доложила что не яд и пошла в сад. Явно решила подождать чем всё закончится, — сказал помощник, видя, что бабушка в комнате не одна. — Следи за ней, Гаошунь, — недовольно приказал Жэньши. — Эксперементаторша нашлась на наши головы. Доброго здравия, матушка, чем обязан? — Да так. Навестить хотела, давно не виделись. Любопытная служанка, о ней и во внутреннем дворе болтают. Та выходка, когда ты её сам отнёс к лекарям, удивила многих. — Она спасла меня. Стражник несколько раз серьёзно её ударил. — Стражник жив? — хмыкнула мать, пристально глядя на сына. Жэньши улыбнулся. — А что я, за стражей следить должен? Не мои обязанности, — развёл руками молодой мужчина, взглядом давая понять: стражник получил по заслугам. — Ты молодец, девочка заслужила благодарность. — Матушка, да вы к ней благосклонны, — протянул Жэньши глядя в упор на бабушку, которая, очевидно, наболтала всякого. — Ты главное помни, Он любит отбирать твои любимые игрушки. Чтобы ты усвоил урок, привязываться нельзя ни к кому. Я слышала, он много раз спрашивал про Маомао у Гекуë, и кто-то из её идиоток успел ляпнуть что иногда она бывает очень красива. Да, она ему не нужна. Но ты же понимаешь, — А-Дуо отвела взгляд. — Пусть только попробует, — мрачно произнес молодой мужчина. — Береги себя. Меня он уже выжил со своими змеями. Пусть мои-то связи при дворе остались, да вот уже куда слабее. Прежде он был куда мягче, а сейчас старость на голову давит и даже Гекуë не всегда его выдерживает. Грядёт беда. Лучше бы мы с тобой уехали. Жэньши облокотился о стену. Мать была права. Он и сам знал, скоро что-то случится, но откуда ждать несчастья пока что было непонятно. Будучи военным с неплохим опытом, он не раз командовал войсками — пусть и в юном возрасте, но интуиция всегда подсказывала ему когда ждать бойни. И вот, сейчас угроза повисла над внутренним двором. — Посмотрим, матушка. Женщина подошла к окну и положила руку сыну на плечо — тот прижался к ней щекой. Порой даже такие сильные люди как её сын, — пусть и не без ребячеств, конечно, — нуждаются в тепле как в детстве. Как бы избито это не звучало. Гаошунь с гордым видом нëс на плече Маомао, которая смотрела на мир вокруг с обидой самой дорогой куртизанки Медяного дома, которую оставили без оплаты как минимум за месяц работы. Судя по всему, она долго умывалась: глина с щёк смылась и А-Дуо сразу поняла, о чëм говорила бабушка. Девушка обладала юной, нежной красотой. Прекрасные черты лица, огромные глаза. Да уж, такая точно должна за себя бояться. — Здравствуйте, Госпожа, — поздоровалась с А-Дуо Маомао, гневно глядя на Жэньши, всем своим видом требуя, чтобы тот приказал Гаошуню опустить её на землю. — Как видите ей стало легче, — доложил служащий. — Мне обязательно болтаться на вашем плече, Гаошунь? — вполголоса заворчала Маомао, явно кляня себя за то, что шуметь при А-Дуо совершенно непозволительно. — Ты бы предпочла моё плечо, Маомао? — не смог удержаться от ехидного вопроса даже в присутствии матери евнух. — Всё вы шутите, Господин Жэньши, — словно окатив холодной водой флирт главного евнуха, резко сказала Маомао. Хозяин дома сощурился. — Я? Не шучу. Сам отнесу в наказание за то, что истрепала мои нервы пока мы тебя искали. Гаошунь передал Маомао так, словно возвращал недовольную кошку хозяину. Бабушка и А-Дуо словно наблюдали нечто обыденное, явно игнорируя молящий взгляд Маомао. — Я скоро вернусь, Госпожа А-Дуо, и мы договорим. — Нет, Господин Жэньши, мне давно уже пора. Благодарю что услышали мою просьбу. Меня проводит Гаошунь. Жэньши слегка склонил голову перед матерью и понёс чуть было не шипящую, как настоящая кошка, травницу в дом. Троица у окна переглянулась. А-Дуо рассмеялась, вид-то какой у её сына был — давно она его таким не видела. С его плеч словно бремя сняли, пусть и ненадолго. Лицо озарилось счастьем и теплом. Бабушка подметила: А-Дуо поняла что чувствовали она и Гаошунь касаемо отношений служанки и её сына. — Костьми лягу, но император её у Жэньши не отберёт. Мать выгнал, травницу не заберёт. Вы за неё головой отвечаете. Всё понятно? — Разумеется, Госпожа. ********* Штурм дворца и внутреннего двора не только неожиданно начался, но и проходил с молниеносной точностью. Словно враги не только знали расположение зданий, но и читали мысли каждого, кто был на стороне императора. Суматоха, крики, всё пропахло кровью и порохом в считанные минуты. — Они захватили почти все здания. Пока… Здесь хоть немного безопасно, — Маомао избегала смотреть в глаза бледной Гекуë с плачущей дочерью на руках. Жэньши смотрел на свои руки и словно пытался стать истуканом, изваянием — не меньше. Его успокаивал голос Маомао рядом. Она пусть и была напугана не меньше остальных, но единственная держалась почти что хладнокровно. — Возьмите. Шансов мало, — травница протянула евнуху какую-то сухую траву, — Это будет быстро. Если они ворвутся сюда, то не пощадят никого, даже вас. — Это яд? — Он безболезненный. Я раздала его остальным девушкам. Жэньши взял в руку предложенное. — Считаешь я бесполезен? С девушкой сравниваешь? — рассматривая траву спросил Жэньши, посматривая на бледную Маомао. — Считаю что вас могут убить не сразу, а замучить похотливые солдаты, которым будет всё равно кто перед ними — женщина или мужчина. Ваша внешность слишком опасна в мирное время, а сейчас и вовсе… Не смотря на крайнюю трагичность ситуации, буквально безысходность, Жэньши засмеялся. Дочь Гекуë притихла: её явно привлекло улыбающееся лицо, которое так выделялось среди людей вокруг, мрачных и перепуганных. — Ты признаешь что я красивый? Обычно смотришь как на гусеницу или червяка под ногами, а сейчас решила подсластить мою предсмертную пилюлю? Как мило, — ехидно произнёс мужчина. — Я всегда считала вас красивым. Я же не слепая, Господин Жэньши, будьте благоразумны. Держите траву при себе. В дверь начали стучать. Жэньши внимательно вслушался в стук. От сердца отлегло, — всё шло по его плану. — Травница, держись ближе к Гекуë. Мне пора идти. — Вы самоубийца! — девушка чуть было не бросилась наперерез евнуху: ей показалось, что он из-за ужаса ситуации помешался. Вот только мужчина смотрел на неё спокойно и даже насмешливо, — дескать, она ничего не понимала и пока что ей не суждено было узнать правду. Странно, это конечно бесило, но… Внушило немного спокойствия. Кажется, Жэньши знал что делает. И всё равно, понимал ли этот домашний павлин, которого все вокруг чуть ли не на руках носили, что за ад там происходит? Главный евнух закатил глаза. Маомао становилась эмоциональной только в случаях чрезвычайной важности. Почему-то захотелось чтобы она волновалась не за вторжение во внутренний двор, а лично за него, но… Думать об этом сейчас — непозволительная глупость. — Заключим пари, травница. Если я выживу, то ты будешь мне очень и очень обязана, — коварно, словно демон, предложил Жэньши. — Да хоть душу вам продам, не стоит туда даже ходить! Жэньши неспешно подошёл к двери. Он явно трепал нервы не только Маомао, но и Гекуë — до которой, в отличие от травницы, начало доходить что происходит. И теперь она уже молилась, чтобы её догадки были верны. — Женой станешь? Гекуë подавилась истерическим смехом. Маомао выглядела такой растерянной, будто ребёнок, которому показали первый в жизни фокус. Жэньши и сам засмеялся. — Кем угодно стану, только не показывайте туда даже носа! Евнух отпер дверь. Он уже знал кто там — стук был условный. Неизменно спокойный Гаошунь стоял перед Господином, держа в руках старинный узкий клинок. За ним стояло несколько близких к окружению семьи Гаошуня людей, там даже сын его был. — Господин, вам нужно принять командование. Мой сын останется с наложницей Гекуë. Он присмотрит и за травницей, и за дочерью императора. — Травница, ты про обещание помни, — весело, как ни в чëм не бывало попрощался Жэньши, удаляясь с большей частью мужчин. *********** Гекуë тихо молилась, гладя спящую малышку в колыбели. Сын Гаошуня тенью следовал за ними. Её личные служанки сидели на полу полукругом, словно готовясь в случае чего отдать жизнь раньше своей Госпожи. Атмосфера не то что гнетущая — это буквально ожидание казни и жестокой расправы. Маомао искренне надеялась что болтливый фазан знал, что делает. Не дурак же. Вернее дурак, но не настолько же. Только бы в случае чего послушался, успел засунуть в себя отраву и не мучился! — Ты действительно на всё пойдешь ради Господина Жэньши, если он вернётся? — спросила Гекуë. — Я бы и так делала то, что от меня требуется. Он купил меня, я его верная служанка. Поэтому понятия не имею, зачем он устроил этот балаган! Гекуë явно хотела хоть как-то отвлечься и не думать о предстоящем, — да и её служанки немного оживились. Женское любопытство порой уникальная вещь, даже перед смертью может скрасить последние минуты. — Нет, Маомао. Он к тебе относится особеннее некуда. Ему важно чтобы именно ты его ждала, поэтому он и вёл себя так. Ты, конечно, его служанка, но в конце-концов ему хватило бы одного приказа и ты бы делала всё, что ему в голову взбредёт. А тут — такая романтика. Ох и посмотрю я на твоё лицо когда он вернётся, возьмёт тебя ещё в наложницы или жены, — коварно продолжила развивать Гекуë, — хотя, такая участь незавидна — стать женой евнуха, пусть и с таким высоким положением. Маомао закатила глаза. — Господин Жэньши способен на глупости, великодушная дурость вполне в его репертуаре. Но не дурак же он вовсе — марать имя и портить свою репутацию, трогая кого-то вроде меня. Если же всë-таки он совсем с ума сойдёт, я сделаю всё, чтобы его ждала мирная и счастливая жизнь. Дети — не показатель счастливого брака. Удовольствие бывает разным, я же вам и остальными наложницами читала лекцию. Гекуë закивала. Верно-верно. — Он будет расстроен зная, что ты всего лишь выполняешь обещание и желаешь ему услужить. Хотя, со временем, может и станешь его любить. Он ведь такой хорошенький, — Гекуë посмотрела на травницу с насмешкой, — Ты сама признала это. — Да уж, наша Маомао сказала, что Господин Жэньши красивый! Ещё и не посмотрела как на бродягу с улицы, чудо какое, — засмеялась одна из служанок. — Я всего лишь не отрицала его внешности и пыталась донести, что ему с таким лицом ни в коем случае попадать к солдатам нельзя! — Любопытно, а что было бы, не окажись Господин Жэньши евнухом? Тогда Маомао бы взаправду пришлось становиться наложницей. Представить тебя не могу в такой ситуации, — засмеялась вторая служанка. Травница с укором уставилась на смеющихся. Нашли, конечно, тему для поднятия настроения. Хотя в их ситуации даже такой вымученный, истерический смех — уже счастье. — И не надо представлять. Иначе вы от зависти замертво без всякого яда ляжете, — быстро нашлась что ответить Маомао. Троица служанок во все глаза уставилась на травницу. Одна из них даже рот открыла от удивления. Гекуë понимала, зачем служанка поступила именно так — девушки хоть немного отвлеклись. — До конца дней будем подтрунивать над тобой, стань ты его наложницей, — пообещала рыжеволосая любимица императора, укачивая дочь. ********