Коллекция

— Ты хранишь своё оружие… здесь? Неро не был чистюлей, но даже на его взгляд кладовка Данте была катастрофой. — Ага, — Данте вошёл внутрь и переставил гитару, едва не упавшую на пол. — Лучшая коллекция в этой части света. Может, и в той тоже. Если разобрать остальной хлам — экскурсии можно устраивать. Хорошие новости: наконец-то Неро знает, какой «демонятиной» несёт в агентстве. Плохие… теперь последняя надежда, что этот полудемон может сделать что-то из любви к ближнему, умерла. — Давай начистоту: тебе лень разбирать этот кошмар, поэтому ты решил припрячь меня, — Неро снял плащ и швырнул на диван. Не хотелось его пачкать. — Не «припрячь», а «нанять». Если что понравится — оно твоё. Неро не собирался ничего брать — ему одного Ямато хватало так, что заречёшься иметь дело с демоническим оружием. Но… — Один вопрос, — Неро в упор посмотрел на Данте. — Зачем тебе разбирать кладовку? Данте вздохнул так страдальчески, что хоть сейчас на пробы в «Глобус» — сам Шекспир из могилы поаплодирует. — Леди. Бардак в кладовке выстраданный и взлелеянный. Неро боялся спрашивать, сколько лет Данте его собирал. Наверное, столько же, сколько агентство существует. Стопки комиксов, журналов и коробок из-под пиццы соседствовали со связками старых счетов, которые валялись на… — …это что, плюшевые игрушки? — Неро извлёк на свет лампы розового круглого котёнка, размером с хорошую подушку. Ткань немного пожелтела, но в целом держалась молодцом. — Ага. Одно время у меня жила девочка, — Данте отодвинул сломанную швабру и вышвырнул здорового плюшевого тюленя. — Потом она нашла свою маму и съехала, но половину вещей так и не забрала. — Слушай, а можно я их возьму? — Неро бросил котёнка на диван к тюленю. Данте усмехнулся. Одной рукой он придерживал стопку макулатуры, а второй копался внутри выпотрошенного телевизора, пузатого и несуразного. — Гештальты закрываешь? — спросил он с гаденькой улыбкой. Впрочем, улыбался Данте недолго — телевизор сполз ему на ногу. Вот что бывает, когда копишь бардак годами. Неро какое-то время наслаждался видом его искривлённого лица, а потом сжалился и вынес телевизор. Жаль, от него только корпус остался. Не починил бы, так хоть на детали разобрал. — Да на нас с Кирие детский приют свалился, потому что всем не до него… хоть какая-то радость мелким, — Неро поставил телевизор и на скорую руку выгреб ненужную бумагу, просто чтобы не спотыкаться. — Благое дело. Неро напрягся, ожидая очередной колкости. — Я серьёзно, — сказал Данте с слишком серьёзным для него лицом — настолько, что казалось, как будто оно не его. — Бери, конечно. — Спасибо… Понемногу хлам перекочевал наружу, и обнажились настоящие сокровища. Оккультные труды, зловещего вида безделицы, странные инструменты — Неро не уверен, что хочет знать их предназначение — и демоническое оружие. Великое и ужасное. — Что это? — Неро подхватил чёрно-фиолетовую гитару, кривую и зазубренную. — Какой демон согласился превратиться, блин, в гитару? Когда Неро наиграл простенький риф — его пальцы кольнуло электрическими разрядами. — Это? — Данте стукнул ногтём по лакированному корпусу. — Отцовская бывшая. Судя по ухмылке Данте, эту шутку он вынашивал давно. — Неван. Она была рыжей и дьявольски красивой… но и сейчас тоже ничего. Если хочешь — могу отдать. Бьёт электричеством, когда играешь, но может разложиться в косу, если надо ближнему своему врезать. — Заманчиво, но нет, — Неро отставил бывшую Спарды — звучит-то как проклято — к стенке. — Ну да, Кирие заревнует. Почему он терпит Данте? Старый охотник тем временем извлёк откуда-то из завалов два кривых меча, сделанные будто из позвонков. За ними появились какие-то ледяные нунчаки, но с тремя дубинками вместо двух. Мечи, перчатки и сапоги с огненными следами, фантасмагорического вида демонические пушки: чёрная и серебряная… оскаленную маску с крыльями-пиками и чемодан из чёрной кожи Неро запомнил ещё со времён падения Ордена. — Ничего не привлекает? — спросил Данте, гордо указывая на свою коллекцию. Рука отзывалась жжением и покалыванием, и Неро неловко её обхватил. Это ведь когда-то были демоны. И терпеть это представление всегда, когда Неро берёт такие штуки с собой? И даже просто хранит их дома? Нет, спасибо. Его Синяя роза и Алая королева ещё ни разу не подвели. — Ничего, — Неро покачал головой. — Говорю же: мне Ямато за глаза хватает. — Как знаешь. Данте пинком открыл Пандору. Она выпустила столп света, и что-то за обломками раздолбанного бильярдного стола слабо блеснуло. Неро одной рукой придержал столешницу, а второй достал… перчатку? Больше похоже на латный кулак. Неро отодвинул столешницу. За ним оказалась вторая такая же и два сапога с огромными когтями, похожими на тигриные. По серебристому металлу шли трещины, источавшие свет. — Ну наконец-то, — Данте с облегчённым вздохом извлёк из Пандоры пухлую пачку банкнот и повернулся к Неро. — О. — Что это? — Заначка. Удивительно, что до неё не добралась Триш… — Да я не про деньги! Данте с каким-то нечитаемым выражением лица посмотрел на перчатки и сапоги. — Беовульф. Упрямый был ублюдок… самое смешное, что я его так и не убил — я ему просто глаз выколол. А доделал старший братец… — Владелец Ямато? — Он самый. И Беовульф тоже был у него, пока он… — Данте сделал резкий жест рукой. — В общем, очень удобная штука для такого силача, как ты. Советую. Бери. Что-то темнит Данте с этим своим братом. Неро напомнил себе, что ему нечего совать нос в это дело. Если Данте захочет — он расскажет сам. А так… ну, судя по всему, этот брат мёртв, и мёртв достаточно давно, чтобы Ямато попал в Орден, а из Ордена — к Неро. Не завалится за своим мечом — и на том спасибо. — Спасибо за предложение, но всё ещё нет.