~ Глава 56 ~

— ​На ​этом ​я ​клянусь ​именем ​Локи, ​дочери ​Лафея ​и ​Фарбаути. ​ ​Магическая ​вспышка ​пробежала ​по ​его ​нервам, ​подтверждая ​его ​опасения. ​Даже ​в ​этом ​мире ​имена ​обладают ​силой. ​Локи ​явно ​сделала ​что-то ​очень, ​очень ​рискованное. ​Она ​убрала ​палец ​и ​засияла, ​будто ​ожидая ​его ​реакции. ​ ​— ​Локи? ​Что ​ты ​только ​что ​сделала? ​— ​спросил ​он ​серьёзно. ​ ​— ​Я ​дала ​обещание, ​— ​просто ​ответила ​она. ​ ​— ​Какое ​именно? ​ ​Её ​улыбка ​угасла, ​уступив ​место ​раздражённому ​выражению ​лица. ​ ​— ​Тебе ​совсем ​не ​трогательно, ​Кусанаги ​Годо? ​Я ​только ​что ​дала ​Божественную ​Клятву ​ради ​тебя! ​ ​О ​нет. ​О ​нет-нет-нет. ​ ​Годо ​действительно ​хотел ​почувствовать ​трепет. ​Она ​пошла ​на ​крайность ​ради ​него, ​и ​это ​было ​чем-то ​значимым. ​Но ​он ​знал, ​что ​случится, ​если ​она ​нарушит ​эту ​клятву. ​Она ​поставила ​на ​кон ​своё ​имя. ​Любые ​эмоции ​мгновенно ​уступили ​место ​тревоге. ​ ​— ​Ты ​идиотка, ​— ​сказал ​он, ​всё ​ещё ​не ​веря. ​— ​Ты ​хоть ​понимаешь, ​что ​случится, ​если ​ты ​её ​нарушишь? ​ ​— ​Нет. ​И ​не ​собираюсь ​узнавать. ​Я ​сказала ​то, ​что ​имела ​в ​виду, ​Годо. ​Я ​готова ​зайти ​так ​далеко. ​Ты ​понимаешь ​это ​теперь? ​— ​Годо ​внезапно ​осознал, ​что ​их ​пальцы ​всё ​ещё ​переплетены. ​— ​Я ​хочу ​тебя. ​ ​— ​Нет. ​— ​Это ​слово ​далось ​ему ​сложнее, ​чем ​он ​хотел ​бы ​признать. ​— ​Ты ​не ​хочешь. ​И ​не ​должна. ​Локи, ​меня ​не ​должно ​существовать. ​Моё ​присутствие ​— ​угроза ​для ​всех ​вокруг, ​в ​том ​числе ​и ​для ​тебя. ​Не ​делай ​необдуманных ​поступков ​ради ​меня ​только ​из-за ​того, ​что ​хочешь, ​чтобы ​Кампионе ​был ​в ​твоей ​Семье. ​ ​Локи ​заметно ​вздрогнула. ​Годо ​не ​собирался ​сглаживать ​свои ​слова. ​Сейчас ​он ​должен ​был ​быть ​честным. ​Он ​сожалел, ​что ​не ​пресёк ​её ​чувства ​раньше. ​Теперь ​же ​она ​сделала ​нечто ​необратимое. ​ ​Даже ​если ​это ​означает ​стать ​её ​врагом. ​ ​Локи ​не ​дрогнула. ​Вместо ​того ​чтобы ​отступить, ​она ​встретила ​его ​взгляд ​с ​вызовом. ​ ​— ​Это ​так ​ты ​всё ​видишь? ​— ​её ​голос ​дрожал, ​но ​не ​от ​страха, ​а ​от ​ярости. ​— ​Ну, ​мне ​всё ​равно. ​Ты ​ошибаешься. ​Я ​хочу ​тебя, ​Годо, ​а ​не ​Кампионе. ​ ​— ​Локи... ​ ​— ​И ​мне ​плевать, ​что ​ты ​Кампионе! ​ ​— ​Локи... ​ ​— ​Ты ​не ​понимаешь, ​Годо? ​Я... ​ ​— ​Локи, ​я ​убиваю ​богов. ​ ​XxXxXxXxXx ​ ​— ​Нет. ​ ​Глухой ​удар ​раздался, ​когда ​предмет ​упал ​на ​пол. ​К ​счастью, ​он ​не ​проломил ​его, ​как ​это ​произошло ​в ​прошлый ​раз, ​когда ​Годо ​его ​призвал. ​ ​— ​Нет, ​— ​повторила ​Локи. ​Она ​сделала ​несколько ​шагов ​назад, ​её ​взгляд ​метался ​от ​объекта, ​лежащего ​на ​полу, ​к ​Годо. ​Глаза, ​которые ​всегда ​искрились ​озорством ​и ​хитростью, ​теперь ​дрожали ​от ​страха ​и ​недоверия. ​ ​— ​Это ​реально, ​Локи, ​— ​произнёс ​он ​мрачно. ​ ​— ​Ты ​лжёшь. ​— ​Её ​голос ​звучал ​неуверенно, ​но ​полон ​отчаяния. ​— ​Тебе ​не ​позволено ​иметь ​это. ​Это ​не ​твоё. ​ ​— ​Теперь ​моё. ​Ты ​сама ​видела, ​как ​я ​держал ​его, ​Локи. ​ ​— ​Это ​обман. ​Это ​должно ​быть ​обман, ​— ​настаивала ​она. ​ ​Годо ​сжал ​губы. ​Он ​ожидал ​такой ​реакции. ​Отрицание ​— ​это ​было ​лишь ​одной ​из ​стадий, ​через ​которые ​прошли ​многие. ​Она ​сначала ​смеялась, ​называла ​его ​глупцом, ​играла ​с ​его ​волосами, ​как ​с ​маленьким ​ребёнком. ​ ​Она ​не ​верила ​ему. ​Ни ​капли. ​ ​Теперь ​он ​показал ​ей ​доказательство. ​ ​— ​Ты ​же ​богиня ​обмана ​и ​хитрости, ​Локи, ​— ​сказал ​он. ​— ​Ты ​знаешь, ​что ​я ​говорю ​правду. ​ ​— ​Как ​я ​могу? ​— ​почти ​выкрикнула ​она. ​— ​Единственное, ​что ​я ​знаю, ​это ​то, ​что ​ты ​единственный ​смертный, ​который ​может ​лгать ​богам. ​ ​— ​Потому ​что ​я ​их ​убиваю. ​ ​Наступила ​тишина. ​ ​Она ​замахнулась, ​и ​он ​поймал ​её ​руку ​всего ​в ​миллиметрах ​от ​своей ​щеки. ​ ​— ​Настоящий ​мужчина ​не ​останавливает ​пощёчину ​женщины, ​— ​прорычала ​она. ​— ​Я ​даю ​тебе ​ещё ​один ​шанс, ​Кусанаги ​Годо. ​Это ​не ​то, ​о ​чём ​смертные ​могут ​шутить. ​ ​— ​Тогда ​попробуй ​поднять ​его, ​— ​сказал ​он ​ровным ​голосом. ​ ​Её ​глаза ​сузились. ​Годо ​не ​дрогнул. ​Он ​встретил ​взгляд ​множества ​богов. ​Это ​было ​не ​впервые. ​ ​Она ​выдернула ​руку ​из ​его ​хватки. ​ ​Годо ​сделал ​несколько ​шагов ​назад, ​оставляя ​её ​наедине ​с ​предметом. ​Он ​понимал, ​что ​ещё ​одна ​пощёчина ​всё ​ещё ​может ​быть ​на ​подходе. ​ ​— ​Почему ​на ​нём ​руны ​на ​Языке ​Богов? ​— ​спросила ​она, ​рассматривая ​лежащий ​молот. ​ ​— ​Потому ​что ​это ​оружие ​бога, ​— ​спокойно ​ответил ​он. ​Затем ​добавил: ​— ​Или, ​по ​крайней ​мере, ​было. ​ ​— ​Хватит, ​— ​прервала ​его ​Локи. ​— ​Где ​и ​когда ​ты ​научился ​этому? ​ ​— ​Просто ​дотронься ​до ​проклятого ​молота, ​Локи. ​ ​Её ​взгляд ​стал ​холоднее. ​ ​— ​Если ​это ​твоя ​шутка, ​Годо... ​ты ​об ​этом ​пожалеешь. ​Есть ​черта, ​которую ​нельзя ​переходить ​с ​богом, ​даже ​если ​он ​твой ​друг. ​ ​Она ​не ​понимала. ​Дружба ​с ​богом ​уже ​была ​для ​него ​самой ​большой ​ошибкой. ​Теперь ​он ​расплачивался ​за ​это. ​ ​— ​А ​если ​это ​не ​шутка? ​— ​спросил ​он. ​ ​Локи ​не ​ответила. ​Вместо ​этого ​она ​сосредоточила ​всё ​своё ​внимание ​на ​том, ​что ​было ​перед ​ней. ​Дрожащий ​палец ​протянулся ​к ​рукояти, ​обтянутой ​кожей. ​ ​Годо ​прикусил ​губу ​в ​ожидании. ​Он ​понятия ​не ​имел, ​как ​молот ​отреагирует. ​Это ​было ​оружие, ​но ​это ​не ​делало ​его ​неодушевлённым. ​ ​У ​него ​была ​собственная ​душа, ​и ​хотя ​у ​него ​не ​было ​личности, ​как ​у ​Ланселота ​или ​Аме-но-Муракумо-но-Цуруги, ​это ​не ​означало, ​что ​он ​был ​менее ​выразительным. ​ ​В ​тот ​момент, ​когда ​её ​палец ​коснулся ​рукояти, ​Годо ​почувствовал ​удивление ​молота. ​Он ​узнал ​её. ​Но ​больше ​всего ​Годо ​почувствовал ​раздражение ​молота. ​Было ​немного ​существ, ​которых ​он ​не ​любил ​больше, ​чем ​брата ​своего ​прежнего ​владельца. ​Или, ​в ​этом ​мире, ​сестру. ​ ​Молот ​ответил ​вспышкой ​недовольства. ​Бесчисленные ​голубые ​искры ​молний ​вспыхнули, ​и ​молот ​буквально ​затрещал ​от ​раздражения. ​ ​— ​Ай! ​— ​вскрикнула ​Локи, ​отдёрнув ​руку. ​— ​Глупый ​молот! ​ ​Молот ​задрожал ​на ​месте. ​Годо ​почувствовал ​его ​удовлетворение. ​ ​— ​Ах ​да? ​Если ​тебе ​так ​нравится ​Тор, ​почему ​бы ​тебе ​не... ​ ​Локи ​замолкла. ​ ​Годо ​не ​почувствовал ​радости, ​когда ​увидел, ​как ​её ​лицо ​побледнело. ​Дрожь ​проступила ​в ​её ​глазах, ​она ​отступила ​на ​несколько ​шагов ​назад, ​глядя ​на ​молот ​так, ​будто ​тот ​совершил ​ужасное ​преступление. ​ ​Он ​не ​совершал ​ничего ​подобного. ​Но ​Годо ​совершил. ​ ​— ​Ты ​дотронулась ​до ​него, ​— ​сказал ​он, ​подходя ​к ​молоту. ​ ​— ​Нет, ​не ​дотронулась, ​— ​Локи ​соврала, ​даже ​не ​пытаясь ​это ​скрыть. ​ ​— ​Ты ​узнала ​его, ​— ​произнёс ​он, ​обхватив ​рукоять ​молота. ​Яркие ​искры ​молний ​вспыхнули, ​но, ​в ​отличие ​от ​случая ​с ​Локи, ​они ​не ​обжигали ​его. ​Цветные ​нити ​молний ​обвили ​его ​запястье, ​и ​молот ​задрожал ​на ​месте ​от ​возбуждения. ​ ​Локи ​покачала ​головой ​в ​отрицании. ​ ​— ​Мьёльнир, ​— ​сказал ​он. ​ ​— ​Ты ​не ​должен ​знать ​этого ​имени, ​— ​её ​голос ​дрогнул. ​ ​— ​Оружие ​избранного ​короля. ​Судья ​достойных. ​Символ ​Тора ​Одинсона. ​ ​— ​Ты ​не ​должен ​знать ​и ​этого ​имени, ​— ​прошептала ​она, ​едва ​слышно. ​ ​— ​А ​теперь, ​— ​он ​сделал ​паузу. ​Его ​взгляд ​упал ​на ​молот ​на ​земле, ​а ​затем ​он ​поднял ​оружие. ​В ​его ​руке ​оно ​казалось ​лёгким, ​как ​перо. ​Он ​помахал ​им, ​словно ​игрушкой. ​— ​Теперь ​он ​мой.