Часть 11

- Я против. - твердо возразил владыка на слова будущей жены.  - Но почему?! - словно малое дитя негодовала та.  - По всей поднебесной уже разошлись слухи о том, что я беру тебя в жены. И не мудрено, что и до подземного мира донеслась эта весь. А теперь, ты хочешь спуститься на границу мира людей и духов, где тебе опаснее всего быть?! - она виновато потупила взор, в то время как в голове ритмом отбивала всего одна дерзкая мысль: «Эх, порой, ты забываешь одну очень важную вещь, милый…Это не ты берешь меня в жены, это я позволила тебе жениться на мне.» - она тут же хихикает с подобной идеи, хотя глаза напротив ещё больше нахмурились от этого.  - В этом нет ничего смешного, Мими. Речь идет о твоей безопасности. - словно, пытаясь объяснить ребенку, строго наказывал он.  - Я понимаю, любовь моя, но я всего лишь загляну к подруге, она же - мой врач, вот схожу и проверюсь к ней заодно, когда Айрин была у нас в последний раз? Недели три назад? Это почти месяц! - но от предложения невесты, владыка лишь хуже поморщил брови.  - Когда тебе потребуется сходить на осмотр, я выделю для этого время и мы пойдем вместе. А до тех пор, чтобы из дворца не ногой! Ты поняла меня?  - Но это не честно! Ты запираешь меня подобно пленнице!   - Я все сказал и это не обсуждается!  - Но…! - Прошу прощения, что прерываю вас…- тихо вмешался советник, что уже битые пол часа наблюдал за ссорой двух молодоженов. - Но… я бы мог пойти туда вместе с Повелительницей зимы в качестве проводника. - он перевел свой безразличный взгляд на владыку. - Что скажешь?  Глаза той уже загорелись от восторга, а в Мэйе она видела теперь лишь своего спасителя.  - Да-да! Если со мной будет советник, то нечего плохого с нами не случиться, ведь верно?! - тут же поддержала идею она. - Милый, ну пожалуйста, я обещала ей, что непременно прийду. Мне и так пришлось отложить визит в Сумеречный дворец на целую неделю из-за суматохи на Небесах! - её надежда тут же загорелась вновь, когда владыка издал усталый вздох.  Он перевел строгий взгляд на Мэя, что, отрешенно стоял чуть поодаль, на первый взгляд, не вникая в суть разговора.  - За её безопасность будешь отвечать ты. - сурово наказал он ему, на взгляд богини даже…слишком сурово.  - Клянусь честью, что доставлю её туда и обратно в полной целости и сохранности. - он приклонил колено, склоняя голову.  - Доверяю её тебе. - чуть более мягче произнес владыка.  - Ой ну всё! - всплеснула руками небожительница. - Довольно этой серьезной обстановки! Аж тошно от вас обоих... - владыка мило улыбнулся её несуразной выходке, а она, уже собираясь уходить, внезапно остановилась и развернулась к Няньцину.  - Тогда, советник, буду ждать вас через пол часа у Небесных врат. Айрин не любит толп, по этому пойдем только мы с вами.  - Да-да, принцесса, я помню…- но в панике он тут же прикусил язык.  - Да-а?… Откуда? Вы были знакомы с Айрин лично? - допытывающие взгляды со стороны владыки и Повелительницы зимы застали его врасплох.  «Вот идиот…» - Прошу прощения, старая привычка…- неловко откашлялся он, но, кажется, на его нелепую отговорку повелись оба.  - А… Хорошо…  - Мими. - спокойно позвал владыка.  - Что?  - Подойди.  «Он же не собирается делать это при советнике?…» Увидев её встревоженный взгляд, советник поспешил прокашлиться вновь и кинуть быстрое:  - Тогда, с вашего позволения, я пойду. - прежде чем быстро исчезнуть за колоннами.  Богиня облегчено выдохнула, мысленно поблагодарив его за учтивость и понимание.  - Мими. - снова позвал владыка. И на этот раз, она подошла почти вплотную.  Даже в сидячем положении владыка мог едва ли сравниться с её ростом. Настолько он был высок. И когда он поднялся, эта разница ощутилась колоссальней. Преподнеся ладонь к женскому лицу он, совершенно осторожно, будто касаясь куклы, гладил её румяную щечку, указательным пальцем очерчивая каждую черту её прекрасного лица, словно гладил котенка или кролика.   - Ты знаешь, как сильно я люблю тебя?  - Даже не догадываюсь, ваше превосходительство. - кокетливо отмахнулась она, притворно закатывая глаза.  - Не нужно пытаться провести меня, подобно маленькой плутоватой лисе. - Я подумаю над этим. - хмыкает она.  И тогда, владыка наклоняется ниже, чтобы накрыть эти пухлые губы своими, съедая весь вишневый блеск.  Она приобнимает его за талию, ощущая, как напрягается все его тело, заставляя её чувствовать себя от этого победительницей. И как…о боже…сквозь ткань одежд он безудержно твердеет и желает большего.  Когда поцелуй становиться проникновенней, девушка спешит отстраниться от ласки любимого, дабы это девственное касание не превратилось в нечто большее.  - Спасибо за теплые слова владыка, но мне пора…- и тут же, её словно птичку, в одно мгновение хватают и прижимают к гладкой поверхности стола, взяв оба запястья в плен.  - В-владыка!! А если нас кто-то увидит!?  - Помниться вчера…- начал он своим тяжелым от возбуждения голосом. - Мы условились на совместную ночь, проведенную в объятьях друг друга…  - В-владыка… - Что-ж, пора брать ответственность за свои действия. - и, в тот же миг, его одежда, с трескающимся звуком ремня разлетается в разные стороны, обнажая крепкое и подтянутое тело. А Повелительнице зимы лишь остается тихо принять свою участь, мысленно пожалев вот уже в сотый раз о том, что вообще открыла рот.  

 ***

Советник был вне себя от смятения. Нет, определенно, он был напуган. Как после всего этого ему смотреть в её прекрасные глаза, что он заставил рыдать не так давно?  Как ему дышать с ней одним воздухом, зная, что он причинил ей боль?  Своей маленькой птичке, своей омеге, которую он клялся оберегать, своей любимой, к которой начал питать нежные чувства только сейчас?…  — «Я рисковала остаться бесплодной, возможно уже лишилась права давать жизнь. Мне никогда не ощутить себя счастливой в чьих-то объятьях и самое ужасное, на что я обрекла себя, это видеть то, как счастливы другие люди под моим покровительством.» Почему же ты не пришла ко мне и не рассказала о том, что болит? Почему ты предпочла избегать меня?… — «Я лучше собственноручно задушу этих младенцев у себя в утробе, а потом сама умру от кровотечения, нежели рожу от тебя детей!» Зачем ты говорила такие ужасные слова? В день, когда я протянул тебе свою руку, ты с улыбкой маленького ребенка приняла её, словно как что-то драгоценное и значимое лишь для тебя одной… — «Я была девственницей. Все это время ты был зол и даже не подозревал…» Я совершил ошибку. Грязную, непростительную. Но и ты была не до конца честна со мной. Ты убежала от меня и мой альфа страдал от разорванной связи столько лет. Я страдал. Но тебе было плевать на это, когда ты решила сбежать от меня.  — «Ты всегда думал обо мне как о глупой омеге, что способна только рожать детей и зависеть от кого-то! Которую ты сможешь трахать когда тебе вздумается и обращаться с ней как с половой тряпкой!» Да, я был эгоистом. Ну и что? Я не всегда хотел близости с тобой, я был рожден для того, чтобы командовать войсками, чтобы стать солдатом. Я не думал о таких вещах как семья, дети, природа альф и омег. По этому ты решила уйти? Потому что не получила должного внимания?  Не выдержав всех этих тягостных мыслей, он хватается за меч и покидает покои. С тяжелым сердцем готовясь к их предстоящей встрече.  У врат в мир людей он встретился с Повелительницей зимы, что выглядела довольно…потрепанно. Вопросительно подняв бровь, он получил лишь её побитый вздох и усталую реплику: - Не спрашивайте…  И он не стал.  - Вы знаете путь до дворца своей «подруги»? - Не переживайте, портал перенесет нас в нужное место. - только сейчас советник заметил в её руках маленькую корзинку, чье содержимое ему было очень интересно узнать.  - Что это у вас в руках?  - Ах, это? - она подняла корзинку. - Пару угощений для Айрин. Она так усердное работает…- в миг, её лицо охватила грустная улыбка. - Так что, просто маленький презент, чтобы она не забывала кушать! А ведь и вправду…  Тело Айрин очень изменилось с тех пор. Да, оно стало более женственным, появились формы и другие признаки того, что она уже зрелая омега, готовая к половым отношениям и тому, чтобы производить на свет потомство. Но её талия была очень маленькой, словно самое маленькое колечко, для самых тонких пальчиков. Словно у синицы, такое же хрупкое и нежное.  Тонкая талия и очень большая грудь, к которой он мечтал бы прикоснуться вновь, чтобы попробовать её на вкус, прикусить эти маленькие горошинки и ждать, когда в них появиться молоко и…о боже!… О чем он опять думает?!  - Хорошо. На пути нам могут встретиться мелкие демоны и приспешники Ци Жуна. Не отходите слишком далеко, а если что - тот час же кричите. - на что девушка издала тихий смешок.  - Господин Мэй, иногда вы с владыкой забываетесь, думая, что я не способна ничего делать сама. Я ведь заслужила свой титул Повелительницы зимы не просто так.  - странный блеск в её глазах отозвался неприятным холодком по спине Мэя, что до се оставался беспрестанным ко всему. Хоть, на вид она и казалась беспомощной овечкой, но в ней ощущалась какая-то жестокая сила, которую она усердно прятала ото всех.  И какая именно, Мэй понять не мог.  - Пора в путь. - лишь сухо отрезал он. И, Повелительница зимы, тут же взбодрившись, крикнула словно ребенок на всеуслышанье:  - Да пребудет с нами благословение небожителей!

***

Повелительница зимы предпочла идти через мир людей. И конечно, кто Мэй такой, чтобы спорить с будущей императрицей?  Непонятно как, они оказались на базаре, где нужно было следить в оба сразу за двумя вещами:  За своим кошельком и за тем, чтобы тебя не сбили с ног.  Весть о женитьбе Небесного владыки достигла уже и мира людей, по тому они все, словно всполошенные курицы суетились как с поводом так и без, разнося новость во все уголки города. Весь мир был взволнован от этой необычной вестью. Наверное людям, как и небожителям казалось, что их владыка просто не способен жениться или, по крайней мере, найти себе подходящего человека.  Но на их взгляды Хати лишь из раза в раз отмахивалась, словно от несусветного бреда. Каждый достоин найти свою пару. И каждому уготована своя судьба. Просто, владыка не искал её слишком долго, по тому, она нашлась сама.  На базаре было много интересных лавок с самыми причудливыми товарами. Здесь Повелительница зимы, впрочем, как и Мэй Няньцин были впервые. Девушка отказалась менять облик, по тому, лишь мантии скрывали их от лишних глаз, а Мэй, как и подобает вечно бдящему телохранителю, переодически сжимал в руках ножны, готовый в любом момент обнажить меч.  Из-за того, что эта деревушка граничила с Миром духов, место здесь было не самое обычное. В прочем, как и товары, на которых был большой спрос.  В основном, амулеты от изгнания нечисти, демонические маски и услуги хиромантов, которые могли предсказать твою дальнейшую судьбу.  - Скажите, принцесса… - невзначай протянул советник. - Зачем нужно было идти через столь… ушлое место? - он избирательно скривил нос, прикрывая его рукавом, чтобы не чувствовать отвратительного запаха от зелий, которые варили травники, когда они проходили мимо их лавки.  - Мне просто очень хотелось прогуляться, мой муж, увы, слишком беспокоиться за меня, по тому, я вынуждена большую часть своего времени сидеть взаперти. - задумчиво протянула она, вновь разглядывая какой-то амулет на прилавке.  - Думаете, он будет в восторге узнав, что мы были здесь? - подобно хмурой туче изрек он.  - Ну мы ведь ему не скажем, не так ли, советник? - отрываясь от разглядывания безделушек, она плутовато улыбается ему, стараясь скрыться за блеском изумрудных глаз. - К тому же, здесь продаются интересные артефакты, которые очень нравятся Айрин.  Вот это уже было интересно.  Артефакты, которые нравятся Айрин?  Советник солгал бы, если бы сказал, что не был заинтересован.  - Но, проблема в том, что найти его на этом рынке можно только вечером. - приуныла снежная фея.  - Это как-то особенный артефакт? - ненавязчиво попытался узнать он.  - Рог Цилинь.  «Цилинь - одно из красивейших животных, созданных воображением. Он похож на грациозного белого коня с длинным спиралевидным рогом на лбу. Этот рог обладает целительной силой. Кроме того, он способен обнаружить яд в воде колодца, источника или в любой другой жидкости, очистить ее и сделать пригодной для питья. Он способен исцелить почти все болезни, не удивительно, что многие желают его достать.» — подумалось советнику.  - Он очень помогает ей в работе, но, увы, волшебных рынок откроется лишь ближе к закату…- неоднозначно выдохнула богиня, будто подговаривая советника на очередную глупость.  В прочем, он был заинтересован не меньше неё достать этот волшебный рог, но, остаться здесь до ночи, значит задержаться на день, а владыка такому исходу будет недоволен.  - Ближе к закату нам уже стоит вернуться в Небесную столицу. - ровно изрек он. Тогда эта плутоватая лисица, подскочив к нему в мгновения ока, тихо протянула: - Советник…а что если… я сообщу владыке, что осталась на ночевку у Айрин, а мы с вами тем временем дождемся открытия волшебного рынка?…  - Исключено. - на автомате ответил он. Ведь другого исхода не могло и быть.  Тогда она сложила руки в умоляющем жесте, лепеча скорое: - Пожалуйста-пожалуйста! Обещаю вам, он нечего не узнает!  - Принцесса, если владыка разоблачит ваш обман, в первую очередь спросит он за это с меня! А потом четвертует на глазах всей Небесной столицы, чтобы потешить толпу!  Но она лишь легкомысленно взмахнула рукой и усмехнулась: - Бросьте советник, вы слишком преувеличиваете…  «Легко тебе говорить!» – вспыхнул он от негодования.  Но, на счастье советника, она оказалась слишком настойчива.  - А если!… - озарило её. - Сказать, что я осталась на дополнительный осмотр?! Мол, анализы проверить, поток Ци нормализовать?!  Отговорка показалась советнику хорошей, но последствия их обмана – ещё губительней.  - Принцесса, с подобными вещами не шутят. - осек он девушку, но так, чтобы ей не показалось, что он был слишком серьезен.  - А кто шутит? Я действительно иду к Айрин для того, чтобы провериться, но, владыке не обязательно знать о том, что это займет чуть меньше времени…- советник тяжело вздохнул, чем вызвал у неё безудержный поток радости.  - Если меня казнят, это будет на вашей совести, так и знайте…- она воодушевленно взяла нового «друга» под руку, а после повела его в сторону домов, где им предпочтительней всего было бы остаться на ночь.  - Если вы погибните, я назову сына в вашу честь. - усмехнулась она.  И, вспомнив суровое выражения лица своего друга, он лишь безрадостно кинул:  - Боюсь, владыка будет этому не очень  рад… 

***

Маленькая, но уютная гостиница встретила двух путников своей умиротворяющей тишиной и маленькой старушкой за барной стойкой.  - Приветствую двух странников в гостинице «Тысяча удовольствий». Чем могу служить? - вопросила она хриплым старческим голосом.  - Добрый день. Мы бы хотели снять две комнаты на ночь. - ответил Мэй, пока Повелительница зимы с интересом осматривала предметы интерьера.  - Как пожелаете молодой господин. Это ваша невеста? - полюбопытствовала та, рассматривая мельтешащую девушку позади.  - Нет. - кинул он с безрадостным смешком.  - Ваша комната двести двенадцать и двести десять, приятного отдыха!  Мэй быстро забрал ключи и вместе с Повелительницей зимы они поднялись на второй этаж, где мирно разошлись по комнатам.  - До вечера ещё далеко. Отдохнем пока в своих комнатах и наберемся сил. Я разбужу вас на обед! И со счастливой улыбкой эта плутовка исчезла за дверьми своих покоев, оставляя негодующего советника наедине со своими мыслями. Комнатка была пустой и просторной, как и ожидалось от местной гостиницы, что отстраивалась на подаяния местных. Маленькая кровать и тумба, размещенная в углу, а прямо рядом, слева от неё – крохотное окно. Откинув меч в сторону советник с тяжелым вздохом завалился на просиженный матрас, вызывая у него фантомное чувство того, что по нему кто-то ползет. С тяжелым вздохом он позволил своему телу расслабиться, ощущая, как с каждой секундой его кости утяжеляются и, не долго ожидая, к нему нагрянул сон. Во сне ему явился морок, что сопровождался темной дымкой, которая витала абсолютно повсюду.   Абсолютная темнота.  И из этой темноты доносились короткие обрывки фраз:  - А-ах…Глубже… Да-да…вот так…  Чьи-то сладкие стоны наслаждения, от которых кровь закипала в жилах.  Момент и морок рассеялся, являя советнику обнаженное тело течной омеги, что извивалась и стонала под ним словно для того и была создана.  «Что происходит?» - Альфа…почему ты остановился? - омега являет свой лик растерянному взору и тут, у советника чуть ли не останавливается сердце.  «Айрин?!» - Что такое? Я тебе совсем не нравлюсь? - она занимает позу наездницы, заставляя Мэя откинуться на изголовье кровати.  «Если это сон…то почему ощущения такие реальные?!» Омега на его бедрах игриво виляет задом и тихо смеется, наблюдая за его уморительной реакцией.  - Айрин…не нужно… - даже мысль об этом с ней внушала ему какую-то необъяснимую досаду.  Он попытался усадить её на кровать, не заостряя внимания на её шикарном обнаженном теле, но, плутоватая омега лишь внезапно насадила себя на него, вырывая тем самым из глубин его грудной клетки громкий стон.  - Мэй-мэй… - она чмокает того в нос, прикрывая такие плутовские лазурные глаза.  Советник внимательно ловит каждый её стон и слово, тщательно наблюдает за каждым её действием, так предательски сжимая чужие бедра у себя в руках.  - Ты ведь сам говорил, что я твоя. - почти хнычаще пропела она.  - Все так, Айрин…- поспешил успокоить её тот, вложив в свои слова всю нежность и убеждение.  - Тогда почему ты не хочешь заявить на меня права?! - тут же вспыхнула омега. На что советник мягко улыбнулся ей и ответил:  - Милая, ты и так моя…- он чмокнул её в глаз. - Самая нежная…- а потом - оставил свой след на тонкой шее. - Любимая, родная…  Хрупкое тельце затряслось в судорогах, а по румяным щекам потекли ручейки слез.  - Почему ты не пришел за мной?… «Не пришел…?» - отдалось у него в голове.  - Я столько лет была одна, вечно ожидая тебя…- она принялась тереть покрасневшую щечку, уподобляясь маленькому ребенку. - Мне было так одиноко, я думала, что умру…- горько всплакнула она. - Потому, когда ты явился вновь я не захотела принимать тебя в свои объятья… Но я до сих пор ужасно скучаю, Мэй-Мэй… Он почувствовал, как внутри что-то неизбежно треснуло от её слов.  «Ждала»… «Скучала»… «Мэй-Мэй»… Настоящая Айрин никогда бы не сказала ему подобного и он понимал, что все это лишь мираж, плод его пострадавшего воображения но… сейчас он как никогда нуждался в этом сладком обмане.  Он крепко обнял её, прижимая к себе обнаженное тело.  - Я тоже…- еле выдавил он. - Я тоже очень скучаю по тебе… Скучаю по твоему голосу, глазам, этим алым щечкам в приступе гнева…- он демонстративно гладит её по щеке самыми точными и аккуратными движениями, а после, издает тихий гортанный смешок.  - Мой альфа желает быть сильным только на словах? - издала дерзкое она, нарушая всю ту нежность, которой Мэй так усердно окутывал её. Тогда Мэй, с рычащим удовольствием тянется к её губам, вкрадчиво шепча похабное:  - Твой альфа желает входить в тебя, растягивать эту узенькую дырочку и одаривать своим семенем до тех пор, пока ты не подаришь мне дитя, пока взмолив не поднимешь свои прекрасные бедра упрашивая дать тебе свой узел, но… - Что не так? - нетерпеливо спросила она, по птичьи склоняя голову на бок. Брови советника нещадно сомкнулись в томящем волнении, словно, он боялся в чем-то ей признаться. - Айрин, я уже однажды причинил тебе боль…- словно, взывая к её благоразумию, к её былому отвращению, молил он. - Я не хочу, чтобы ты плакала…- он демонстративно гладит её щеку, задевая большим пальцем большой топазовый глаз, что во тьме комнаты сиял словно луна в ночном небе. Но тем не менее, понятней ей от этих слов не стало. Будто, она слышала обо всем этом впервые. - Тогда как мы поженимся и заведем детей? - все настаивала она. - Скажи честно, я просто тебе не нравлюсь! Я не нужна тебе! А Мэй, словно как ошпаренный, подрывается с места и мягко накрывает её рот ладонью, прижимаясь к маленькому лобику своим. - Что ты такое говоришь…- шепчет он в полумраке. - Разве…разве можешь ты кому-то не нравиться? Разве могут эти прекрасные глаза быть кому-то нелюбимыми?… В миг он ощущает, как в его груди становиться так легко и радостно, так свободно и как ничто теперь не терзает его душу. Что он здесь, со своей любимой, может и не наяву, но признается ей в любви, целует её локоны и касается её обнаженного тела, о котором так долго мечтал. - Моя маленькая Айрин…- он вновь тянет локон огненных волос и оставляет легкий, совершенно невесомый поцелуй на нежных прядях.   - Раз…раз ты боишься прикоснуться ко мне…- вначале застенчиво тянет она. - То позволь тогда…мне прикоснуться к тебе?… А, альфа? Ты ведь хочешь этого, просто очень сильно сдерживаешься? Позволь твоей омеге сделать тебе приятно…- она закрадывается гибкими пальчиками под тяжелую ткань фиолетового ханьфу, но на этот раз, её руку останавливают чуть грубее.  - Айрин. - рыкнул тот.  Тогда она, обиженно вздув губки лишь в отместку вильнула бедрами, напоминая таким самым прекрасным образом советнику о том, что он все еще находиться в ней. И это не могло не вызвать её улыбки, когда он, плотно стиснув зубы, постарался сдержать свой тихий стон. Глядя прямо в её кошачьи глаза. Сидя так неприлично близко, напротив друг друга и ощущая, как с каждым её вздохом член набухает, а стенки её прекрасной киски сжимают его все сильнее…

Это интимнее, чем секс и намного выматывающе, как если бы они наслаждались телами друг друга до самого утра. —

- Ты не властен над своим телом, просто признай это. - прошипела она.  - Я признаю это, - задушено процедил он. -  По этому прошу тебя…не надо…- его голос дрогнул, когда она оказалась совершенно близко к его лицу.  Вкус клубники и меда, что заставил его замолчать и покориться моменту, вдруг резко ощутился на губах.  Поцелуй резкий и открытый, не терпящий всякой сдержанности и традиций. Так подробен в своих движениях, так жарок и пылающь… Он много раз представлял их вкус, это прекрасное ощущение, но ни одна мимолетная дума не сравнилась бы с этой тяжкой и одновременно сладкой иллюзией.  Мокрый язык, вязкая слюна и горячий рот.  Эта иллюзия была почти идеальна. 

За исключением того, что его Айрин почти нечем не пахла. 

Настойчивый лавандовый, удушающий аромат.  В следствии их разрыва, феромоны Айрин стали еле ощутимы, она почти не источала никакого запаха, кроме тех случаев, когда ей было страшно. И то, она не выпустила их в тот раз, чтобы возыметь над ним влияние. Значит, она действительно потеряла способность привлекать других альф за счет своего запаха.  И от чего-то эта мысль радовала его.  Погрязнув в этих размышлениях, советник совершенно не заметил, как чьи-то крохотные губы стали покрывать его грудь дорожкой из влажных поцелуев, иногда нарочно задевая соски.   Исподние его омеги уже нетерпеливо терлось о представший бугор чужих штанов, где уже так явно виднелось темное пятно. Эта чертовка заставляет его изливаться и стонать под ней. Вот же… - Ты такой твердый там, внутри… И такой милый, когда сдерживаешься из последних сил, чтобы не повязать меня… - шепчет она ему на ушко.  - Перестань. - раздражено выстанывает советник, борясь с необузданным желанием уложить эту плутовку на живот и отшлепать как следует. - Поцелуй меня. - внезапно изрекает она, сверля его самым жалобным и молебным взглядом, от которого он приходит в замешательство. «Что не так?» С каждой секундой противостоять влечению становилось все сложнее. А глаза напротив - все жалостливей и требовательней. В них до сих пор сверкали остатки былых слез и, советник мог поклясться, что просто перерезал бы  себе горло, если еще хоть раз увидит ее слезы.  Но вопреки воздвигнутым себе предубеждениям, он просто берет ее лицо в руки, наклоняется и целует.  Совершенно невинно, даже очень аккуратно, словно этим боясь сломать её.  А потом ещё, ещё…и ещё… До тех пор пока их языки не переплетаются в единое целое, а мысли и нервы окажутся отключены ситуацией. Пока она не начнет двигаться в такт его бедрам, поглощая набухший член все сильнее, а он не поймает себя на мысли, что все же поиграл в её игре на соблазн.  Так страстно и красиво…  Её руки смыкаются на его шее и она тянется к нему ближе, пока он запускает руку в копну огненно-рыжих волос. Они прерываются на долю секунды, когда дышать становиться практически нечем и советник замечает, как соблазнительно тянется прозрачная ниточка слюны с её румяных губ. Она озорно щуриться и наконец, перестав терзать исподние советника, привстает с него и спускается губами ниже, к колом вставшему члену, что сочился омежей смазкой и альфовской спермой.  - Можно я поцелую тебя здесь?  Советник почувствовал, как его плоть налилась кровью от этих слов, эригируя ещё больше.  И как тут вновь не возбудиться, когда она так невинно потерлась об него щекой?  - Любимый?  Это был конец его выдержке и самообладанию.  «Любимый.» Одно дело желать её тела и хотеть обладать ею, но, советник даже никогда не смел желать её ласки и внимания.  Возможно, в вопросах любви он был ещё слишком зелен и владыка ни разу не ошибся, когда посчитал его глупцом, ведь для Мэя любовь значила найти омегу и возыметь от неё детей, найти ту, которую он будет желать и оберегать.  Но он никогда не задумывался над такими вещами как «романтика» «уступки» или слушать и прислушиваться к желаниям партнера. Всегда был он один. И его желания это единственно, что имело для него значение.  Он считал ухаживая пустой тратой времени, ведь если омега будет любить его, а он будет желать её, к чему им вся эта мишура?  Но сейчас он понял, на сколько приятно слышать слова любви от дорогого тебе человека. На сколько важно чувствовать чью-то любовь и заботу.  Что чувства как цветы – нужно время, чтобы расцвести.   - Ты…действительно любишь меня? - растерянно спрашивает он, под вой эндорфинов. - Почему… Но она лишь нерадиво ухмыляется и берет его лицо в руки.  - Я люблю своего альфу. Всего тебя. Потому что мы связаны. Мы единое целое. Два кусочка одной души. От её слов ему хотелось плакать.  - Перестань…Прошу…- осмелевшая омега сцеловывает зачатки так и не пролитых слез с абсолютно потерянных и запутанных изумрудных глаз.  - Мой альфа… Он просыпается в холодном поту, от ощущения, что об него кто-то трется. И, что куда интереснее, обо что этот кто-то трется.  Проснувшись его взору предстали две упругие женские ягодицы, что терлись об его исподние сквозь ткань промокших штанов и…о черт… он выглядел сейчас как мальчишка, которому впервые приснился эротический сон… Но это последнее, о чем он хотел думать сейчас.  Все его внимание и замешательство было обращено на нахальную омегу, что так по хозяйски уместилась на нем, хныча и издавая разного рода звуки, походившие на стоны, от которых Мэю становилось противно.  И ещё этот тошнотворный лавандовый запах.  Так это его он чувствовал во сне, пока был с Айрин. Теперь все стало ясно.  - Что тут происходит? - рыкнул он, на дерзкую омегу.  - Ох, господин, так вы проснулись?… - даже от её голоса Мэю становилось противно. Каждая частичка его тела сейчас умоляла выгнать эту женщину взашей и смыть с себя все остатки её касаний, доказательства того, что он позволил другой омеге коснуться его.   - Кто ты? - все так же, на пониженных тонах продолжал он, пока она перемещала свой зад в обратную сторону от его лица.  - Хозяйка сказала мне уважить вас… Что в город прибыл красавчик и она не соврала…- её руку резко перехватывают, когда она желает коснуться темных прядей его волос и последнее, что она слышит в полумраке это безжалостное: - Убирайся.  - Н-но господин…- хнычет она. - Я могла бы остаться…и мы провели бы вместе незабываемую ночь… Зря. Очень зря.  Советник лишь больше нахмурил брови, походя сейчас на небесного палача, а не на бога.  - Я сказал: убирайся! - громко рыкнул он и через секунду, названная гостья была вышвырнута за порог комнаты вместе со своими пожитками и услугами.  Он замученно потер переносицу, задаваясь вопросом как так вышло, но, лишь на десятую минуту этого конфуза, ему в голову пришла та милая старушка за стойкой, что радушно принимала их у себя на ночь.  «Да уж. И из названия понятно… отель тысяча удовольствий, чего я ожидал?…» Вымотано свалившись на матрас, он прикрывает прохладными ладонями горящее лицо, пока воспоминания из сна в хронологическом порядке начинают возвращаться к нему словно кошмар.  «Мне снились влажные сны с Айрин!?» И от этой мысли, на душе легче не становилось.  «Черт! Я и вправду как пубертатный подросток!»  На следующее утро, Повелительница зимы и советник отправились в Сумеречный дворец, как ни в чем не бывало. Советник не выдал своей растерянности и встав с утра, как обычно собрался, позавтракал, и направился к покоям принцессы. Но она пару раз отметила его чертовски несвойственную молчаливость, что сопутствовала ему всю оставшуюся дорогу и, когда они явились на порог долгожданного дворца, его сердце замерло.  - И это сюда мы добирались целых два дня? - он хотел скрыть свое беспокойство за парой язвительных фраз, но, когда двери с грохотом начали отворяться, он почувствовал, как неизбежно начал разбиваться по осколкам и как трещала по швам его самоуверенность в данный момент.  - Да-м! - воодушевлено ответила Повелительница зимы. - Айрин живет здесь. И, может, место не самое благоприятное, но все равно прошу вас не отзываться плохо о её дворце и работе. Её это очень задевает.  Он ни о чем не думал и просто молчал. А ещё волновался. Очень волновался. Словно от этой встречи зависела его жизнь.  - Рин!  И когда он встретился с васильковыми глазами напротив, он увидел, как постепенно чужой взгляд начал стекленеть и становиться все тяжелее и тяжелее, приобретая нотки страха, а его сердце уже успело защемить от волнения, и неизбежно треснуть от чего-то внутри, в ожидании своей участи.