Доп.глава 2

Такого Саше ещё никогда не снилось. Казалось, его воображение заключило союз со страхами и, словно змей искуситель, проникло в сознание, а затем и в сердце. Пушкин повидал многое на своём непростом пути и он бы соврал, сказав, что сильно боялся будущего, но этот сон заставил его сильно испугаться за то, что его ждёт впереди. А снилось ему вот, что: Утренний разговор с Наташей, когда он дал обещание прийти на бал. Но всё же, проблемы вновь захлестнули его с новой силой. Именно в этот день, Пушкин отправился в лавку к Смирдину, дабы продать своё новое произведение. Но получил, как это говориться, отворот-поворот. Сейчас, в моде был другой писатель, собственно поэтому его произведение и продаётся в лавке, а "Капитанская дочка" им, видите-ли, не угодила. Правда, в словах Смирдина была своя доля правды. "Александр Сергеевич, серьёзные исторические темы от камер-юнкера публика воспримет с улыбкой.-с нажимом растолковал мужчина.-А вы лучше напишите что-нибудь простое, с оригинальным сюжетцем!-посоветовал давний приятель.-Пока вы были их героям – они глотали любое ваше слово, но времена меняются.-поястнил старик, дав поэту хороший совет." Уже по приходу домой, он попытался привети в исполнение совет друга и написать что-то современное, но вот Наташа... Её снова не было дома. Дети давно спали, а их мама, как всегда, веселилась на балах со своей сестрой. Но упрекать её он не мог. Сам обещал пойти вместе с ней, а в итоге обманул. В поисках вдохновения он бродил из угла в угол, но вдохновение, будто специально, не посещало его. Да и как оно может посетить кучерявую голову поэта, если его жена где-то на балу, а юная муза, что своими зелёными глазками и рыжыми волосами могла с лёгкостью пробудить вдохновение крёстного, была дома с родителями и, наверняка, играла с братом и сестрой. А писать, когда их нет он всё равно не сможет, значит, надо ехать на бал. Решено! Стоило ему приехать, как сердце вновь пропустило удар. Окружающие его люди громко, не стесняясь никого и ничего, обсуждали Пушкина. Со всех сторон он слышал: "Он здесь!" "Приехал!" "Пушкин идёт!" "Ах, что будет!" "Неловко-то как!" "Он знает?" "Тихо!" "Вот идиот!" "Большой талант – большие рога" И так раз за разом, но его это вообще не волновало, то есть, волновало конечно, но не так сильно как Наташа, что с лёгкой улыбкой на губах шла под ручку с Дантесом. Но больше всего его разозлило и, лучше сказать, ранило, так это Таня и Катя. Они, облачённые в пышные чёрные платья с чёрными вуалями на глазах и красными веерами в руках, наблюдали за своей подругой и весело улыбались, как улыбались на их с Натали свадьбе. Саша пробивался сквозь толпу, не в силах больше молчать, пока голоса вокруг продолжали наседать. "Большой талант – большие рога" "Конём пошла твоя королева: раз налево и снова налево" "Конём пошла твоя королева: раз налево и снова налево" "Упал поэт! Момент настал: сноси его, к чёрту, пьедестал" "Упал поэт! Момент настал: сноси его, к чёрту, пьедестал" В это время Наташа в красном, словно кровь, платье танцевала с Дантесом на глазах у всех, словно не замечая ничего вокруг. Её взгляд был устремлён на этого выскочку француза, а то, что её муж тоже здесь – никак не волновало Пушкину. Но вот, бывшие Вороновы, которые должны были следить за своей подругой, да и никак не должны были поддержать этот тайный роман, они сейчас стояли и смотрели, к тому же ещё и, под всеобщий гул голосов, обсуждали поэта. Саша никак не мог понять почему так. Ведь, было всё хорошо. Они были счастливы. Но больнее было, даже не от предательства жены, а от предательства Кати. Они же, с самого детства вместе: в лицее столько шалостей и всё вместе, неделя веселья и она снова рядом, в ссылку к нему она вместе с Ваней приехала, а по словам самого Пущина, ехала чуть ли не с криками "ура!", Лизон они вместе ждали и растили, покуда Ваня не вернулся, да и отпускать их с Натали она не хотела. А что же сейчас? Она, смеясь, обсуждает его, за его же спиной. В голове сейчас, было пусто и только воспоминания юности пролетали перед глазами. А после в голове появились мысли, ответные на слова людей: "Умоляю перестаньте!" "Сжалься время и пространство!" Танец закончился и он попытался выловить Наташу, дабы привлечь её внимание, но она постоянно ускользала, а затем и вовсе ушла, и снова, вслед за Дантесом. Пушкин хотел было пойти за ней, но то Катя, то Таня мешали ему, удерживая на месте. Это было похоже на зыбучие пески. Эта толпа поглощала его, тянула на дно, а силы покидали его с каждой секундой, давая врагам возможность победить гения. Когда же удалось вырваться, он пробираясь сквозь толпу, добрался до комнаты. Дёрнув ручку, она оказалась закрыта, а в следующую секунду в его руке оказался пистолет, с помощью которого он проник в нутрь, но вместо комнаты, он оказался на улице, пока толпа кричала ему, как бы иронично это не звучало, слова его же стихотворения: "Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя!" "То как зверь она завоет, то заплачет как дитя!" ***** Не смотря на столь неприятный сон, он всё же отправился на тот злосчастный бал, ожидая увидеть тоже самое. На удивление, всё было иначе. Наташа сразу же обратила на него внимание и, с яркой улыбкой, взяла за руку, а после подвела к подругам. —А вы тут что делаете?-удивлённо спросил он, наивно пологая, что Катя и Таня сидят дома вместе с мужьями. —Да вот, решили развеяться.-улыбнулась Таня, бросив быстрый взгляд на танцующих Дантеса и Екатерину Гончарову. —Всё хорошо, Саш?-уточнила Пущина, уловив немного встревоженный взгляд друга. —Да. Устал немного.-отмахнулся Пушкин.-Как там Ваня?-поэт решил сменить тему, дабы избавиться от неприятного осадка. —Отлично. Правда не знает, что я здесь.-весело улыбнулась Катя, заставив друга едва заметно улыбнуться. —М-да, Костя тоже не знает. Так что, чую ругани не избежать.-посмеялась Таня, вызвав ответный смех у друзей и сестры. —Что ж, надеюсь, всё будет хорошо.-немного грустно сказал поэт. Он легко мог представить реакцию друзей на это известие, ибо сам к такому относился далеко не с радостью. —Саш, точно всё хорошо?-не унималась Катя, будто кожей чувствуя печаль друга. —Да. Знаешь ли трудно быть поэтом. Особенно, когда его покинуло вдохновение.-с лёгкой иронией ответил Пушкин, едва заметно улыбаясь, чтобы больше вопросов ни у кого не возникло. Но на душе было отвратительно. —Так это легко исправить!-усмехнулась Таня.-Завтра же к вам в гости придёт Лизон и, я уверена, вдохновение вернётся к тебе незамедлительно.-её слова заставили поэта немного отвлечься от гнусных мыслей и воспоминаний и улыбка его стала шире. —Я буду только рад.-это всё, что он мог сказать. Большего и не надо было – все поняли его без лишних слов. Наташа не могла больше стоять на месте, поэтому утянула Сашу в толпу танцующих, где в то время Дантес танцевал с Гончаровой - старшей. Катя и Таня проводили их задумчивыми взглядами, но от комментариев отказались, тихо договариваясь встретиться и обговорить поведение друга, а ещё лучше рассказать об этом мужьям, чтобы уже вчетвером думать как же помочь кучерявому другу в его очередной передряге. А предсказания гадалки по-тихоньку сбывались, медленными шагами приближаясь к финальной точке сей истории. ***** Катя вернулась домой ближе к утру и то, только потому что они с Таней ещё немного прогулялись по ночному Питеру, обговаривая немного странное поведение Пушкина. Таня предложила встретиться вечером и всё обсудить вместе с Ваней и Костей, предварительно отправив Лизон к Пушкиным, дабы та, во-первых: порадовала крёстного, а во-вторых: разузнала причину столь печального настроения у гения. Ваня не спал. Оно и понятно – за окном уже рассвет, а жена где-то ходит, хотя ушла вечером. Проверив детей, она, наконец-то, добралась до спальни. Ваня сидел в кресле, неотрывно смотря на восходящее за окном солнце. Катя, внезапно, ощутила укол совести. Он не спал, переживал, а она на балу веселилась, хоть и весельем это назвать трудно. Веселье было раньше. Сейчас по-настоящему хорошо и спокойно только дома, причём не в родном доме, а в доме мужа. Рядом с ним и детьми. Иногда она скучала то тем временам, когда жизнь только начиналась, а все правила и нравоучения казались пустым звуком. Но жизнь изменила их всех, заставила каждого пережить боль, много боли. Теперь же всё было наоборот: страшное тогда, сейчас было глупостью, игрой. Испытания жизни они прожили, пережить бы теперь бытовуху. —Привет.-его тихий голос разрезал тишину, что образовалась между ними с самого её прихода. —Привет.-глухо отозвалась Катя. Она прислонилась спиной к двери, не отрывая свой взгляд от мужа, который всё так же смотрел в окно. —Где была?-спокойный голос пугал похуже чем крики и упрёки, заставляя её краснеть от стыда. —На балу.-тихо ответила Пущина, на что он только усмехнулся. —И как?-её добивало то, что он не смотрел на неё. Она и хотела, и не хотела смотреть ему в глаза. Боялась увидеть там боль и разочарование. —Не так как раньше.-теперь и на её губах появилась горькая усмешка, что отозвалась болью в их сердцах. —Понятно.-на этом, вопросы закончились, но легче не стало никому. —Вань,-тихо позвала его Катя, но никакой реакции не последовало.-Ну, Вань... Она быстрыми шагами сократила расстояние между ними и присела к нему на колени, взяв его ладонь в свою. Только тогда Пущин посмотрел на жену, но во взгляде его она не увидела ни одного намёка на упрёк или разочарование. Там не было ничего. Казалось, он смотрит сквозь неё. —Прости меня. Прости что не сказала.-она прислонилась своим лбом к его и крепко обняв за плечи, начала покрывать любимое лицо поцелуями. —Я так переживал...-протянул Ваня, наконец-то открываясь ей. Он обвил руками тонкую талию, притягивая её ближе. —Прости...Всё получилось спонтанно. Натали попросила пойти с ней и помочь избавиться от того француза.-рассказала Катя, но ему это было не важно. Уже не важно. Ваня и правда сильно переживал. Но скандал устраивать не собирался. Всё таки она взрослая девушка и может позволить себе пойти куда она только захочет, тем более, по рассказам Тани, она сидела в четырёх стенах почти всё время его отсутствия. Он всё понимал, но страх...страх за неё, что с ней может что-то случится не давал ему успокоиться. Ближе к полуночи он догадался, что она на балу. Больно было от того, что не сказала, скрыла, обманула, что идёт к сестре. Он, грешным делом, подумал, что она не доверяет ему или даже боиться реакции на подобные планы, но правда оказалась куда проще, а в том, что она сказала ему правду он не сомневался. —Я подумал ты мне не доверяешь.-признался он, стыдливо опуская глаза. —С чего бы? —Про бал не сказала, а сестрой прикрылась.-поястнил рыжеволосый, виновато улыбаясь. —Вань, ну что за глупости.-протянула Катя, погладив его по щеке.-Я тебе доверяю и ты это знаешь. —Ну да,-кивнул он и улыбка его превратилась в хитрую ухмылку.-Если бы не доверяла, то не стала бы моей женой. —Нет, я бы больше не пришла к вам в лицей.-пара тихо посмеялась. —Знаешь, я иногда хочу вернуться в то время.-мечтательно произнёс Ваня.-Там было хорошо. Никаких проблем, забот и вся жизнь ещё впереди. —Да.-тяжело вздохнула Катя, положив голову на плечо мужа.-Было весело. —А как тебе идея собраться всем вместе? Оставим детей с нянями и на бал.-вдруг предложил Пущин, нежно поглаживая любимую по спине. —А это идея.-просияла девушка.-Я согласна. Думаю, остальные тоже будут "за". —Тогда поговорим об этом позже.-предложил Ваня. Они поднялись на ноги и переместились на кровать, сопровождая всё это поцелуями, как нежными, так и страстными. ****** Таня вернулась домой, примерно, в тоже время, что и Катя. Костя тоже не спал. Сделав глубокий вдох и выдох, она зашла в спальню, где Костя расхаживал из угла в угол, нежно качая дочку на руках. Девушка невольно залюбовалась этой милой картиной. Когда она только узнала о беременности, подумала, что он не обрадуется, но он был счастлив. Затем она переживала, что он не будет рад дочке, ведь все мужчины мечтают о сыне, но и тут она ошиблась. Косте было всё равно сын у них или дочь. Он любит Соню и готов на всё ради неё. А когда Таня узнала о второй беременности и вновь родила дочь, Костя не мог нарадоваться, постоянно благодарил её и всё свободное время проводил с девочками. Таня прикрыла дверь в спальню и только тогда Костя заметил её. Он посмотрел на неё немного недовольным взглядом, но промолчал, пока промолчал. Даша тихо посапывала на руках отца, когда он отнёс её в кровать, а после вернулся обратно, и тогда-то начался допрос. —Где была?-он говорил, наудивление, спокойно, но недовольство не скрывал. —На балу.-совершенно невинным голосом ответила Таня. —А сообщать об этом не надо, да?-Данщас сложил руки на груди, не сводя взгляд с невинных глаз жены. —Надо, но тебя не было дома, аогла к нам пришла Натали и попросила помочь с Дантесом. Пришлось идти.-после её слов, Костя заметно расслабился. —И как? Помогли?-спросил он, медленно наступая. —Да. Теперь он заинтересован её сестрой.-она же отступала, пока не достигла кровати. —Это радует. Надеюсь, теперь он отстанет от всех нас.-на губах мужчины появилась хищная ухмылка, что очень нравилась Тане. —Я тоже на это надеюсь.-девушка присела на кровать. Он повторил её движение. -А тытут чем занимался? —Покрмил девочек, уложил их спать, так же переживая за тебя.-с лёгким укором ответил он, рапустив ладонь ей под платье. —У меня так каждый раз, когда ты на службе.-парировала девушка. —А у тебя как бал прошёл?-он начал осыпать её шею поцелуями, оставляя багровые пятна. —Не очень. Сначала этот француз креился, потом, слава Богу, отстал. А ещё...Саша пришёл. Он какой-то грустный был, хоть...и пытался это скрыть.-рассказала она, иногда прерываясь, не в силах сдержать стоны. —Надо к нему Лизон отправить и настроение сразу поднимется.-усмехнулся Костя, наконец целуя её в губы. —Этим мы и займёмся.-заявила она, от чего он остановился, поднимая вопросительный взгляд.-Завтра. —Не пугай меня так.-засмеялся Данзас.-Я только вошёл во вкус. —Поверь, я тоже. Поэтому не отпущу тебя, не надейся.-заявила девушка, втягивая мужа в ещё один поцелуй. ***** Но вот, у Саши с Наташей всё было не так радостно. Пушкин ушёл с бала чуть раньше, ибо Наташа пообщала станцевать ещё один танец и вернуться домой, а Сашу отправила проводить сестёр. Пушкин был не против. Но на пол пути, они расстались и Саша побрёл домой, вновь предаваясь печальным думам. В его душе скрыбли кошки, а новый день не приносил радости, как это было раньше. Да, он, как и друзья мечтал о прошлом. Мечтал, хоть на денёк вернуть туда, в лицей, чтобы забыть об этом французе, о всех этих слухах, проблемах, невзгодах, о боли. Но увы, всё что у него есть – воспоминания, коими он может упиваться, тоскуя по лицейским годам. Он до сих пор помнит стихотворение, что написал Ване. Стихотворение, где описываются все их чувства и воспоминания о дорогом и любимом лицее: Взглянув когда-нибудь на тайный сей листок, Исписанный когда-то мною, На время улети в лицейский уголок Всесильной, сладостной мечтою. Ты вспомни быстрые минуты первых дней, Неволю мирную, шесть лет соединения, Печали, радости, мечты души твоей, Размолвки дружества и сладость примеренья,– Что было и не будет вновь... И с тихими тоски слезами Ты вспомни первую любовь. Мой друг, она прошла...но с первыми друзьями Не резвою мечтой союз твой заключён; Пред грозным временем, пред грозными судьбами О, милый, вечен он! Только вот, у Вани первая любовь не прошла. Она рядом с ним. Это единственное, что стоит подправить, а в остальном – всё правда. Подходя к дому, он размышлял, что стоит рассказать детям о их лицее и обо всём, что с ним связано. От этой мысли улыбка сама собой появилась на губах. Но это, в прочем, не надолго. Ещё в прихожей он услышал оживлённый разговор и звуки, похожие на звон бокалов. Радостная Наташа выбежала навстречу и потянула в комнату: —Саша! У нас гости!-восторженно щебетала Пушкина. В комнате сидела совершенно счастливая Катя Гончарова и...Дантес, с бокалами шампанского в руках. —Дорогой, помнишь Жоржа Дантеса? —Oui, oui! Nous sommes tous les deux connaisseurs de la beauté féminine!-улыбался Дантес, откинувшись на спинку кресла. Пушкин захотел в туже минут схватить его за шиворот и выставить вон из своего дома. Но каким-то чудом сдержался, наверняка из уважениям к дамама. Но изображать из себя радушного хозяина, да даже простую формальную любезность был не намерен! —Что Вы здесь делаете?!-его голос прозвучал как гром среди ясного неба, но гостю хоть бы что. —А у нас хорошая новость!-продолжала щебетать Наташа.-Жорж пришёл сделать предложение нашей Кате.-сообщила Пушкина. Саше стоило огромных усилий не сказать, что у него, вообще-то, есть другая Катя, а это всего лишь её сестра, которая ему ровным счётом никто. Но не хотелось расстраивать Наташу. Она была очень рада за сестру. Дантес, в подтверждение её слов, доскл бархатную коробочку и продемонстрировал всем ослепительной красоты кольцо, предназначенное для невесты. —Нравится?-он перешёл на русский. —C'est merveilleux!-выдохнула Катя. —Очень!-активно кивала Наташа. —Merci. Стоило целое состояние! Пушкин с отвращением посмотрел на этого выскочку Дантеса, который вдруг возник в его доме, сидит сейчас на его диване, в обществе его жены и родственницы, как нив чём не бывало. Слово они не враги вовсе. Не может же этот идиот не понимать, что Пушкину тошно видеть его лицо, что своими неуместными и настойчивыми ухаживаниями он едва не уничтожил их с Наташей счастье, их репутацию, покой. Конечно же Дантес всё прекрасно понимал! Понимал, что своими слощавыми речами вызывал в Саше шквал ярости и раздражения, как никто и никогда до этого! Он понимал, а значит провоцировал нарочно. Сколько раз Пушкин порывался вызвать его на дуэль! Только родные остонавливали, но, кажется, ещё немного и никто уже не сможет его остановить. С огромным удовольствием вот прямо сейчас пристрелил бы его! Чтобы больше никогда не видеть, забыть, стереть, вымарать из своей жизни, как ни бывало! —Вы создаёте у меня чувство, как будто мне не рады в этом доме...-всё же отреагировал Дантес. Нет, как так можно?! Он ещё и прикидывается! —Votre sentiment, cher ami, ne vous trompe pas!-огрызнулся Пушкин и вышел из гостиной. —Саша! Pardon...-Наташа бросилась за мужем, оставив парочку в комнате. Саша метался по кабинету. Он скинул сюртук и в каком-то забытие бросился к сундука, достал из него ящик с пистолетами и схватил один из них. —Саша? Саша! Поговори со мной! Саша, пожалуйста!-кричала Наташа, схватив пистолет. —Наташа, дай! Я просто убью его и всё.-он в беспаметстве смотрел куда-то сквозь неё. —Нет! Я тебе не дам!-она не отпускала оружие, что очень раздражало Сашу. —Да хорошо, я вызову его на дуэль, там!-он бросился к двери, но Наташа оказалась быстрее. Она встал поперёк, заграждая ему выход. —Нет! Я тебе не позволю...-её голос дрожал и слёзы заполнили глаза, но девушка продолжала стоять на своём. —Ты что?...любимого защищаешь?-на лице Саши отобразилась боль, но голос так и сквазил ядом. —Саша, нет! Он оказывал мне знаки внимания, но я всегда говорила "нет". —А потом? Ты привела его к нам в дом!-прошипел Саша. —Да, мы с девочками решили женить его на Кате, чтобы эти слухи прекратились.-Наташа попыталась взять его лицо в свои ладони, но он скинул её руки. —Да это чушь, Наташа! Это – чушь!-вскричал поэт.-Я был когда-то таким же Дантесом! Для графини Воронцовой, и я это знаю! Я знаю всё, что у него в голове! —А я – не Воронцова, Саш. Почему ты мне не веришь? —А как?! Как я могу тебе доверять, если я тебя вижу только по утрам? Если ты пропадаешь на балах целыми днями?-всё же им стоило объясниться раньше, но видно не судьба была. —Саш, ну я же всегда тебя звала. Я каждый раз тебя просила ехать с нами. —Да ладно, к чёрту! Пусти меня.-но Наташа и с места не сдвинулась. —Нет, я не пущу.-стояла девушка на своём. —Пусти! Он сделал резкий шаг вперёд, но Наташа не пошевелилась. По её щекам уже давно текли слёзы, а в глаза сверкал страх. Она была, словно, невинный решительный ангел! Мог ли он ей противиться? Нет, конечно. Саша мог лишь недоумевать, за что ему столько счастья: и жена, и дети, и друзья, и племянники, при всех-то былых "подвигах". Без сомнения Натали ни в чём не виновата, он напрасно мучает её, своего ангела. Но ничего не может поделать с собой. Ревность сильнее. —Хорошо, я напишу ему письмо. Такое, что он сам меня вызовет...-он тяжело вздохнул и отошёл к своему столу. —Саш, а что будет если ты погибнешь?-Наташа оторопела от ужаса, продолжая тихо плакать. —Смотри! Я не умру!-он схватил со стола листок с предсказаниями, что всегда хранил при себе и протянул жене. —Опасность, долгий неделанный путь...-читала Пушкина.-Саш, что это за бред? —Это не бред! Ты что?!-тряс он помятым листком.-Мне нагадали, посмотри, здесь всё сбылось: уход друга, жена...смотри! Наташа посмотрела на мужа с нежностью и жалостью. Так обычно смотрят на детей, стариков или же сумасшедших, а он сейчас и правда выглядел не совсем вменяемым – всклоченный, с горящими глазами. —Смотри...-он тряс пред ней исписанным клочком бумаги. —Саш, я смотрю...-успокаивала она мужа. Но он ничего не слышал. В каком-то своём трансе он схватил чистый лист бумаги и стал писать письмо Дантесу. —Бояться белой головы.-пробубнил он.-Твой Дантес не белый головой. —Я поняла, Саш.-примирительно сказала Наташа и попыталась обнять его, но Саша лишь оттолкнул её. Тогда она предприняла самый последний вариант. —Я вижу, как трудно не верить Тому, что они говорят И будут повторять Будут повторять Просто для забавы Ты так любишь сражаться Ты веришь в свободу всегда оставаться собой Бросаешься в бой Но враг так огромен Он больше, чем мы с тобой... Пушкин смягчился, прекращая водить пером по бумаге. Наташа взяла из его рук листок с прелсказанием и поднесла к свече. —В эту пропасть так просто упасть Эта пропасть — открытая пасть Если сделаешь шаг То окажешься в ней... Пламя охватило помятый листок и стало жадно поглощать его. Пушкин смотрел на таящие в огне буквы, а смех гадалки раздавался в его голове, воспроизводя картину из прошлого. —Мы стоим на краю, не держась, в полной темноте В полной темноте Найди мою руку И знай, что я рядом Хоть ты и не видишь В полной темноте Где всё исчезает Мы кружимся в танце Я здесь, я с тобой В полной темноте, В полной темноте, в полной темноте Не оставляй меня в полной темноте Не оставляй меня в полной темноте Не оставляй меня, не оставляй м