Глава 5: Нежность и Металл — это ты

      — Садись, я посушу твои волосы, — слегка скрипнув деревянным стульчиком, проговорил Марк, хлопая по сиденью.       — Иду, — сквозь полотенце бубнит девушка, продолжая вытирать свою голову.       Пока в розетку включается фен, а полотенце кидается в стирку, парню становится смешно. Представьте, что на вас обращает внимание самая хладнокровная девушка на планете. Она известна тем, что с ней очень трудно поладить, хотя даже скорее пиздец как трудно, однако вы успели подружиться на первом курсе, но потом — о ирония! — вместе отчислились, а затем обнаружили, что ещё и из одного города. И вот вы дружите, общаетесь уже как четыре года, из восемнадцатилетних превращаетесь в двадцатидвухлетних, относительно взрослых и зрелых людей, и тут…       — Почему ты ржёшь? — Соня с явным недоумением посмотрела ему в глаза с помощью зеркала.       — Просто… — Марк прикрыл рукой рот, чтобы сдержать смех. Фен выключается, ведь парень уже высушил девушку, а его волосы успели сами подсохнуть. — Просто мне очень смешно из-за всей этой ситуации между нами.       — То, что на тебя обратила внимание такая «колд бич» как я?       — Да! — прыснув, а затем буквально сгибаясь от смеха, сказал Молния, укладывая голову на её макушку и держась за её плечи. — Просто… Это такая ирония!       — Господи, как тебя кроет.       Марк не мог перестать смеяться, он даже начал задыхаться.       — Я подожду, пока ты успокоишься.       Парня начало трясти, как стиральную машинку, которая очень активно уёбывает во время стирки. И только плечи девушки помогали ему не упасть.       — Как же тебя складывает.       Он уже начал хрюкать от смеха, захлёбываться и едва дышать от того, настолько ему стало смешно. Соня лишь «сочувствующе» похлопала парня по голове.       — Марка накрыло, смотреть без смс и регистрации онлайн бесплатно.       Сам Марк уже начал посвистывать от собственного хохота. Отпрянув и пару раз глубоко вздохнув, естественно, со смешинками, он поуспокоился. После пары выдохов парень наконец-то готов к диалогу, не будет складываться и косплеить гармошку.       — Попустило?       — Очень, — тряхнув головой и поднимаясь со столь удобной лежанки в виде макушки Сони, Молния произнёс: — Пойду достану тебе одежду сухую, твою снимем и посушим.       Повезло, что они одинакового роста, хотя телосложение у них разное, м-да. Пока Соня подкачанная, с мышцами, он выглядит немного как секси-ботаник, ибо мускулатурой обладает… Не обладал. В любом случае, слава Богу, что на неё налезет его одежда.       — Держи, — слегка приоткрыв дверь, Марк протягивает ей футболку и шорты и спустя пару минут препираний забирает мокрые джинсы и футболку. Несколько лёгких движений и одежда висит на батарее.       На кухне закипает чайник, недовольно крича о том, что вода достаточно горячая для чая и кофе и что согревающие напитки вот-вот будут приготовлены.       Дверь ванной скрипуче открылась, и Марк обернулся. Уставшая, с немного утомлённым, даже заёбанным лицом, со слегка пушистыми и кудрявыми волосами, Соня выглядит так, будто только-только встала, милашка.       — Очаровательно, — прокомментировал Марк, выключая чайник и наливая горячего зелёного чая. Девушка смотрит на него с добродушной, пусть и хмурой улыбкой. Она так никуда и не приземлилась.       — Ты так долго будешь воздыхать? — парень проходит мимо неё, садясь на разложенный диван. Она подходит ближе, и Марк аккуратно берёт её за запястье, тянет на себя. Соня фыркает, но усаживается парню на колени. Её элегантность точно как у рыси.       — Ты так и не ответил на мой вопрос, мастер пикапа.       — Да, долго, — с влюблённым вздохом, раскинув руки в стороны, парень ложится.       — Именно поэтому ты усадил меня на свои колени?       — Мне просто нравится твоё тепло, — со смешком коротко ответил Марк.       — Без контекста звучит двусмысленно.       — О нет, мы бранимся как супруги старые! — прикрыв рукой глаза, хихикнул парень.       — Я смотрю, тебе сегодня лишь бы похихикать, — он не видит, но чувствует, как тяжесть на коленях немного убавилась, а диван по бокам продавился. Сонюшка наклонилась.       — А чего в этом плохого? — Марк убрал руку и пристально посмотрел на боевую даму.       — Смех продлевает жизнь, позже меня сдохнешь, — она трагично приложила ко лбу руку, слегка отклоняясь вбок.       — Ах! — трагично вздохнул Марк в ответ. — Быстро смейся, смейся громче! Я не хочу быть одиночкой!       — Да ладно, вон сколько парней запикапил в своё время, ко всем в мире яйца подкатил, а теперь «одиночка»? — она ворошит его волосы, лохматит, путает. Обычно Марку это не нравится, но ей он позволит всё, даже это.       — А может, — явно не собираясь выходить из роли, он драматично шмыгнул, — а может, ты их всех затмила?!       — Не знала, что чтобы их затмить, нужно тебя агрессивно и активно пикапить, — она водит круги по его волосам, продолжает мять и поглаживать их. «Господи, это массаж или она пытается мне оторвать голову?» — с лёгким недоумением подумал Марк.       — Инициатива очень поощряется, — согласно кивнул парень, — да и вообще, вдруг, если бы я начал к тебе подкатывать, ты бы мне лицо отхуярила? — Соня тут же щёлкнула перед его лицом зубами и глухо хихикнула. — Атомная женщина. Никогда не знаешь, когда подорвётся и произойдёт разрыв, возможно, чьей-то жопы.       — Твоей? — она берёт его лицо, сжимает, тискает за щёки. — Ты такой мягкий, как зефирка! Будь моя воля, сожрала бы и не подавилась.       — Фпафите, — промямлил Марк, насколько это возможно.       — Тебе не нравится? — с толикой иронии проговорила она, но в её глазах мелькнула грусть. Соня перестала тискать его.       — Кто сказал? — парень аккуратно потянул руки к её лицу, останавливаясь на щеках, слегка сжимая их. Тёплые и мягкие.       — Ты, — она нахмурилась, на что Молния задорно пожамкал её щёки, как и она до этого.       — Я очень даже всем доволен. Щас замурлычу, как кот, — для большей правдоподобности он попытался выдавить слабое «мур», вышло у него отвратительно, но это заставило девушку посмеяться.       — Какой-то дохлый из тебя кот, — Соня наклонилась ближе, теперь её лицо было прямо напротив него, сама она нависала над Марком. Со стороны это могло показаться угрожающим, но Марку совершенно не было страшно.       — Ну я, знаешь, не такой мурлыка, как ты. Рысь, блин, — это волнительно, даже очень, но ему нужно уже закончить эти страдания, в первую очередь собственные. — Так кто мы друг другу?       — Нихуя у тебя перескоки с темы на тему, я так понимаю, ты антилопа, — Соня поластилась об его руки, слегка краснея. Неожиданно её голос стал тише, мягче, словно она резко из стали превратилась в самый хрупкий хрусталь. — А как ты сам желаешь?       — Чего я хочу? — ответ был очевиден, ясен как день. И самое интересное: сейчас ему не страшно в этом признаться не только себе, но и ей. — Хочу поцеловать тебя!       — И всё? — бровь вскинута, девушка смотрит с недоумением.       — Тебя в принципе хочу, — он притягивает её к себе ближе, — хочу тебя любить, ласкать, хочу быть твоим.       — О боже, кажется, я приручила золотистого ретривера, — она наклоняется ближе.       — Тогда ты будешь моей чёрной кошкой? — умоляюще, словно играя роль выпрашивающего пса, тянет Марк.       — Пх, буду, конечно. Куда я денусь, — видимо, окончательно сдавшись, она практически ложится на него. — Какой же у тебя влюблённый взгляд, ты б видел!       — Я знаю, — он притянул её очень близко. — Что же, если ты добивалась моей влюблённости, то ты её получила. Теперь тебе жопа, полная жопа! — парень слегка потёрся носом об её нос. — Теперь я завалю тебя своей любовью, и тебе ни-ку-да не сбежать.       — Какое интересное предложение встречаться.       — Так ты согласна?       — Конечно, — Соня расслабляется, становясь похожей на умасленного кота, и наконец позволяет её поцеловать.

***

      Воспоминание о том разговоре приятно разливается по телу волнами, смешиваясь с удовлетворением. Почти все тяготы учёбы позади, дальше только ебучий диплом. Уставший после зачёта, после сдачи злосчастной курсовой, Марк открывает дверь. Его дружелюбно встречает Тарос, взрослый такой мужик.       Сегодня они собрались на гитарную посиделку у самой Дивизионной Троицы. Точнее, Рогнеда, Женя и Тарос сами решили помочь им дружно выдохнуть после курсача, поэтому и организовали такую чиловую тусовку.       Тёплый свет гирлянд успокаивает после тяжёлого учебного стресса, но больше всего его расслабило другое…       — Соня, — Марк проговаривает это устало, почти хныкая. Эта неделя вечной подготовки выжала его досуха.       — М? — она оборачивается, смотрит на него, а потом удивлённо вздрагивает. — Ты хоть предупреждай!       Марк обнимает её, устраивает голову на её плече, выдыхает.       — Я здесь посплю немного, хорошо? — бормочет он, прикрывая глаза и окончательно расслабляясь после, мягко говоря, насыщенного дня.       Девушка недовольно на него бурчит, фырчит и пыхтит, но, обнимая за талию, устраивает поудобнее. Рогнеда, которая, собственно, и подала идею собраться, поглаживает Женю по голове и приговаривает вполголоса:       — Ну тише вы, все так взбунтовались против Сони, — и правда: те, кто пришли, начали немного колко подмечать неожиданную мягкотелость. — Дайте человеку познать заботу.       — Тихо вы все! — прикрикнула Пятницкая, прикрывая уши Молнии, дабы не потревожить и не напугать. — Марк уснул, лучше дайте мне плед.       Рогс по-доброму усмехнулась, словно заботливая мама. Тарос даёт Соне просимый ей плед и, ложась под бок своей возлюбленной — Рогнеды, дополняет её слова:       — Любовь порождает мягкость, — кому, как не ему, знать об этом?