Часть 18 (прошлое)

Клан Дзенин. В комнате стояла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тяжёлыми выдохами. Наобито сидел в массивном кресле, сгорбившись и нервно потирая виски, будто хотел стереть собственные мысли. На столе перед ним лежала папка с документами, красный уголок которой был заляпан отпечатками пальцев. — Чёртов парень… прямо под носом всё продумал, — глухо пробормотал он, устало опуская руки. Оги не мог найти себе места — он то и дело метался по комнате, сжимая кулаки, словно удерживая в себе ярость. — Это ты виноват! — внезапно вспыхнул он, резко обернувшись к Наобито. — Я с самого начала знал, что он нас проведёт. Кто бы мог подумать, что он настолько её любил, что убьёт себя ради неё,когда мы пригрозили что снова ее убьем. Он плюхнулся в кресло напротив, глядя мрачно в сторону. — Взять под контроль его организацию теперь невозможно. Всё переведено на неё. Мира… может, ей и восемнадцать, но ты сам видел, мы не можем просто так её убрать. Даже Тоджи не смог — мы и подавно. Наобито тяжело выдохнул, прикрыв глаза. Он выглядел уставшим, как человек, который долго держал всё под контролем — и внезапно понял, что проиграл. — Не смей меня упрекать, — отрезал он устало. — Тоджи почти убил её. Ей просто повезло. Юки оказалась рядом. Вот и вся разница. — Я до сих пор не понимаю… какого хрена эта чертовка вообще снова появилась?! — Оги сжал голову руками, будто и вправду не мог поверить. — Её надо убить. Пока она ребёнок, пока ещё можно. Вырастет — станет только хуже. Наобито приоткрыл один глаз и медленно повернул голову к собеседнику. — Сейчас это слишком рискованно. Пусть время пройдёт. Она теперь более опасная,особенно у нее есть хорошие люди под контролем. Убьёт её… Наоя, — спокойно сказал он. — Но не сейчас. Оги фыркнул, но не стал спорить. Они оба знали, что теперь всё пошло не по их плану. Девочка, которую они так упорно пытались убить, теперь сидела на вершине — и кто знает, какой будет её первый удар. — А пока ждём. — Наобито наконец выпрямился, поднимая взгляд.  Оги нахмурился, его губы скривились в раздражённой ухмылке. Он наклонился вперёд, сжав подлокотники кресла, будто хотел вцепиться в слова Наобито. — Сколько ты собираешься ждать? — проговорил он сквозь зубы. — Ты же сам прекрасно знаешь, кто она на самом деле. И если он появится… — голос его стал тише, но тяжелее. — Хоть шанс на это и мизерный… но если они будут вместе, нам всем конец. Всем до единого. Наобито посмотрел на него из-под бровей, затем со вздохом откинулся назад и лениво отмахнулся рукой, будто стряхивал с себя пепел. — Мира даже не помнит этого, — холодно сказал он. — Не знает, кто она. Не вижу смысла поднимать панику раньше времени. Оги ударил кулаком по подлокотнику. — А если помнит, а просто всех ведёт за нос? Даже магов! Ты не думал об этом? — он щурился, пристально глядя в глаза Наобито. — Ты что, забыл, чей она ребёнок? Какой отец, такой и ребёнок. Не ты ли это говорил? Наобито тихо усмехнулся, но в его глазах вспыхнуло напряжение. — Если бы она помнила… — сказал он медленно, — то уже бы вырезала нас всех под корень. А как видишь — жив я, жив ты, и остальные тоже. Она не развивает свою технику, не использует проклятую энергию, как могла бы. Значит, не помнит. Он пожал плечами и встал, направившись к бару в углу, чтобы налить себе немного саке. Спокойно, размеренно, как будто разговор не касался потенциальной гибели всего клана. — Хватит трястись из-за этого как баба, — бросил он через плечо. — Она не настолько сильна. Пока что. Но в глубине души и он знал: “пока что” — это единственное, что у них осталось. И как только “пока” закончится… игра будет окончена.

***

Я стояла в кабинете Калеба — теперь уже моём кабинете. Пальцы сжимали край записки, а нога нервно подрагивала, стуча каблуком по полу. Бумага, хоть и тонкая, казалась тяжелее воздуха. Я снова и снова перечитывала его почерк, будто между строчек могло скрываться нечто большее, чем просто прощание. «Мира, прости, что так вышло. Я сам принял это решение. А те документы… я передал всё тебе — организацию, объекты, всё, что у меня было. Я знаю, ты справишься. Ты сильная. Я всегда это знал. Я тебя люблю, кроха.» Мой взгляд остался прикован к словам, даже когда в комнату вошла Юки. Записка дрожала в моих пальцах. — Он не просто так убил себя, — выдохнула я, и голос мой прозвучал холодно, почти отстранённо. — Мира, — Юки подняла руки, медленно, мягко, как будто я была взведённой ловушкой. Её карие глаза смотрели на меня, пытаясь уговорить хоть немного смягчиться. — Я понимаю, ты расстроена. — Нет, Юки, ты не понимаешь, — я резко обернулась к ней. — Он не мог просто так взять и убить себя, оставив мне всё. Калеб в подростковом возрасте мне плиту не доверял, а теперь передаёт в руки целую организацию? Он мог бы оставить это всё Рину. Но не оставил. Мои слова были логичны, я знала это. Это не его стиль — просто исчезнуть и свалить всё на меня. — Он доверил это мне не просто так. Значит, хочет, чтобы я кого-то нашла. Или… отомстила. Помнишь того террориста в ресторане? Он говорил, что Йори работает на мага из клана. Это звенья одной цепи. Юки осторожно села напротив меня. Её спокойствие было заразительным, и я опустилась в кресло, снова держа записку перед собой, как доказательство. — Кланов много. Но точно не Годжо. Им… незачем это. — Юки говорила ровно, но я услышала в её голосе нотку неуверенности. — Здесь нет “незачем”. Это может быть кто угодно. — Я вздохнула и откинулась на спинку стула, закинула ногу на ногу. — Так что… сделаем проще. Найдём Йори. Вытащу из него всё, что он знает. Лучше, чем тыкать пальцем в небо. — А ты хоть знаешь, где именно его искать? — спросила Юки, недоверчиво приподняв бровь. Я усмехнулась. — Конечно. Калеб будто знал, что я за ним пойду. — Я потянулась к нижнему ящику стола и достала сложенную записку. — Оставил адрес. Этот засранец всегда всё просчитывал. Я положила записку на стол. На ней был написан адрес и время, как по сценарию. — Завтра я иду к нему. Соберу людей. Если хочешь — можешь пойти со мной. — Конечно, я пойду. Нельзя тебя одну туда отпускать, — кивнула Юки. — Придётся отложить встречу с Изуми, — вспомнила я про своего психолога. — Вы что, подружились? — Юки улыбнулась, даже немного оживилась. Я пожала плечами, медленно поднимаясь с кресла. — Нет. Просто у меня хорошие манеры. Не буду же я игнорировать встречи, — я чуть усмехнулась. Улыбка Юки тут же померкла. — А я уже обрадовалась, — пробормотала она себе под нос, но я услышала. На следующий день всё было решено. Я действовала с холодной головой — без суеты, без эмоций, словно вся боль от смерти Калеба отступила на шаг назад, уступив место тому, что он просил: контролю и решимости. Я собрала четверых мужчин — крепких, как скала, амбалов, проверенных бойцов. К ним присоединилась Юки. Мы выехали не сразу, а по точному времени, указанному в записке, чтобы всё совпало. Путь занял больше времени, чем хотелось бы. Дорога была долгая, но я не проронила ни слова — просто сидела на заднем сиденье, глядя в окно. В голове проносились обрывки воспоминаний — Калеб, его голос, его прикосновения… и его мёртвое тело, которое я до сих пор чувствовала в своих объятиях. Наконец мы прибыли. Здание оказалось простым, даже банальным — отель. Конечно. Где ещё мог прятаться такой крысюк, как Йори? Безликое место с множеством комнат, потоками людей, и никому нет дела ни до кого. Я вышла первой, расправив плечи и небрежно поправив плащ. На мне было всё строгое и чёрное. Мои люди заняли позиции, не задавая вопросов. Я вдохнула поглубже, и, к удивлению даже самой себя, заговорила ровным, уверенным тоном: — Эй. Вы двое — осмотрите периметр.Вы знаете что потом делать. Остальные двое — со мной. Оружие оставьте в машине. Нам не нужно лишнего внимания. — Я бросила взгляд на Юки. — Ты тоже идешь со мной. Юки сдержанно кивнула, но я уловила в её взгляде искру удивления. Я редко брала инициативу настолько чётко в свои руки. И всё же — не было времени на сомнения. Мы зашли в здание уверенным шагом. Фойе отеля было вылизано до блеска, с холодным, вымеренным уютом, как будто само место не одобряет слишком ярких эмоций. Женщина за стойкой администраторов оторвала взгляд от компьютера и сразу оценила нас. Её улыбка была вежливой, но глаза… насторожённые. Особенно, когда они скользнули по двум моим бойцам. Я первая подошла к стойке и вежливо кивнула: — Здравствуйте, девушка. — Здравствуйте, чем могу помочь? — Улыбка была по шаблону, но от этого не менее настойчивая. Я держала голос ровным, спокойным, как лёд: — Нам нужен Йори Ёсида. Он здесь находится? Она не ответила сразу. Набрала что-то на клавиатуре, и лишь после этого, с лёгким прищуром, сказала: — Да, он здесь. А вы, простите, кто ему? Я не задумывалась. Моя игра начиналась здесь. — Я его девушка. Он просил меня приехать. А они — его друзья. — Я беззаботно улыбнулась, почти по-детски, и добавила: — Не подскажете, в каком он номере? Я, как дурочка, забыла. Наступила секунда паузы. Женщина смотрела мне в глаза, словно пыталась распознать ложь. Но я была безупречна. Лицо — открытое, голос — спокойный, даже взгляд слегка виноватый. Она сдалась. — Конечно. Вам на последний этаж, четвёртый. Номер 401. — Она жестом указала на лифт, стоящий справа. — Спасибо. — Я мягко помахала ей рукой, обернулась и кивком велела двигаться. Мы вчетвером с Юки и амбалами подошли к лифту. Двери раскрылись перед нами с лёгким щелчком, и я шагнула внутрь первая. Как только двери сомкнулись, я бросила короткий взгляд на Юки. Она молчала, но в глазах читалось напряжение. Я чувствовала, как всё внутри натягивается, как струна перед боем. Йори был где-то там. И у меня был только один шанс вытянуть из него всё — всю правду, без остатка. -Юки,не забудь отключить камеры на том этаже.-Напомнила я ей. На что она кивнула. Коридор встретил нас приглушённым светом и тишиной, нарушаемой лишь странными, приглушёнными звуками, доносившимися из конца коридора. Мы остановились перед номером 401. Я подошла ближе и наклонила голову к двери — изнутри доносились сдавленные стоны и какой-то грохот. Звук, будто что-то тяжёлое сдвигали или кто-то сопротивлялся. Двое из моих охранников напряглись. Один уже собирался выбить дверь, но я, не отрывая взгляда от номера, протянула руку и резко шепнула: — Не нужно. Отойдите. Я сама зайду. — Вы уверены? — с сомнением спросил один из мужчин. Я кивнула без лишних слов. Почувствовала, как Юки резко схватила меня за руку, её пальцы сжались крепко, как будто хотела остановить. — Я с тобой, — решительно сказала она. Я повернулась к ней, спокойно, но твёрдо: — Нет. Ты стой с ними и займись камерами. Если что-то будет не так — я закричу. Она неохотно отпустила меня, и трое отступили назад, оставаясь по одну сторону коридора. Я сделала глубокий вдох, медленно подняла руку и постучала в дверь. Потом, изобразив максимально вежливый и уставший голос, проговорила: — Мистер? Это администраторша. Не могли бы вы выйти? Это срочно. Гости жалуются на шум. Внутри наступила короткая пауза. По звуку шагов было ясно — кто-то подошёл к двери. Щелчок замка прозвучал слишком громко в этой гнетущей тишине. Я не ждала — как только дверь открылась, я резко распахнула её шире и со всей силы толкнула мужчину внутрь. — Ах ты сука! — заорал он, не успев даже сообразить, что происходит. Я влетела за ним и сразу захлопнула дверь. Он был почти голый — в одних трусах. Его тело пахло потом, и в глазах мелькнуло раздражение и шок. На кровати за ним сидела молодая девушка вся в крови и раздетая — она плакала, сжалась в комок, и по её виду сразу было ясно, что она была здесь не по своей воле. Вся сцена отдавала мерзостью. — Выйди. — Я коротко кивнула в сторону двери, не отводя взгляда от мужчины. — Ты кто такая? Нахрен пришла?! — Он рывком поднялся, но я не дала ему договорить: размахнулась и врезала ногой по его лицу. Удар был чёткий, с хрустом, и он с глухим стоном упал обратно на пол. — Молчи. Я говорю, щенок. Девушка, не веря своему счастью, дрожащими руками натянула на себя одеяло и, покачиваясь на слабых ногах, выбежала из комнаты, даже не оглянувшись. Теперь мы остались вдвоём. Йори был в бешенстве. Кровь уже стекала по его подбородку, он пытался подняться. — Слышь ты… в себя поверила? — заорал он, хватая воздух ртом. — Захотела оказаться на месте этой шмары?! Я снова подошла — шаг чёткий, уверенный — и второй раз врезала ему ногой в лицо. Его голова резко откинулась, и он с глухим стоном рухнул на пол снова.Я быстро наклонилась, схватила его за руки и с силой потащила к ближайшему стулу. — Не дергайся. Понял меня? — сказала я, стянув с кровати простыню и начав методично привязывать его руки и ноги к спинке и ножкам стула. Он уже не сопротивлялся. Дышал тяжело, кровь капала на пол. Лицо его посерело, губы сжались. Я поставила перед ним второй стул, спокойно села и сцепила пальцы, положив руки на колени. Спокойствие, которое я чувствовала — было пугающим. Я наклонилась чуть вперёд: — Ты не знаешь меня. Но ты знаешь моего друга. Калеб… знакомо это имя? В этот момент его взгляд изменился. Как будто весь яд и злость вышли наружу, оставив только страх. Он задрожал. Его губы приоткрылись, будто он хотел что-то сказать — но голос застрял в горле. Я увидела в его глазах то, что хотела — он знал Калеба. В комнате повисла тяжёлая, вязкая тишина. Воздух был насыщен страхом и запахом крови. Йори сидел связанным, дрожащим, с побелевшими губами и диким взглядом, прикованным к моим глазам. Я склонила голову набок, наблюдая за его жалким видом, и с насмешкой протянула: — Ну не надо так дрожать, аж тошно. — Я медленно подошла ближе, глядя на него сверху вниз. — Один из твоих людей сболтнул — сказал, что ты работаешь на клан магов. Он попытался собраться с мыслями, но голос дрогнул: — Ты ошиблась… Я закатила глаза и небрежно достала из внутреннего кармана тонкий нож с узкой, изогнутой полосой света на лезвии. Склонилась ближе к его лицу, почти касаясь его щеки. — Неужели? — делая вид, что удивлена, и при этом едва уловимо улыбнулась. Йори замер. Его глаза метались по комнате, потом он хрипло заговорил, на грани паники: — Ты тварь… Убить хочешь? Тут камеры… камеры работают. Я рассмеялась тихо, коротко, и, отступив на шаг, с явным наслаждением сказала: — Не волнуйся. Мы отключили все камеры на этом этаже. Так что тебе никто не поможет. Я вытащила из другого кармана небольшой кляп и моток скотча. Йори резко мотнул головой, будто пытался что-то выкрикнуть, но я была быстрее — уже прижимала липкую ленту к его губам, крепко заклеивая рот. Его глаза округлились в ужасе, когда я резко подняла нож… и без колебаний вонзила его прямо в его бедро. Он застонал, попытался завизжать, но изо рта вырвалось лишь приглушённое мычание. Его тело дёрнулось, мышцы напряглись в болезненном спазме. — Я сюда не чай пить пришла, — прошипела я сквозь зубы. Встала со стула, подошла к столу и схватила первую попавшуюся бумагу и ручку. Бросила их на пол у его ног. — Не хочешь говорить — напишешь. Поверь, тебе не нужны все пальцы, чтобы держать ручку. — Я крутила нож между пальцами медленно, с тяжёлой паузой, и он понял, что это не угроза. Это обещание. Он извивался, глаза бегали по комнате, руки дёргались в бессильных попытках вырваться. Я подошла и со всей силы врезала ему по лицу — звонкий шлепок отозвался эхом. Йори замер. А потом — опустил голову. Минуты через две, подрагивая, он показал мне что сдается и напишет то что надо.Я отвязала ему руку и поставила бумагу ему на колено,он судорожно написал туда и бросил ручку на пол. Когда я наклонилась и взяла лист, корявым почерком было выведено: «Клан Дзенин.» Я молча выпрямилась. Посмотрела на него — он дышал прерывисто, в глазах была пустота. После чего он просто..умер — то ли от боли, то ли от страха, то ли от чего-то глубже, внутри. Но мне уже было всё равно. Я спокойно убрала бумажку в карман и шагнула к двери. Лёгким движением открыла её и негромко, почти без эмоций произнесла: — Заходите. Дверь открылась шире, и в комнату сразу же вошли Юки и двое мужчин. Юки замерла у порога, в её взгляде смешались удивление и тревога. Она не ожидала увидеть всё настолько буквально. Мужчины же — молча, без тени удивления, будто для них это уже было обычным. Один из них сразу подошёл к телу Йори, другой — начал осматривать комнату. — Уберите его куда-то, — коротко бросила я. Они молча кивнули. Один достал что-то вроде складной сумки, и я даже не стала смотреть, как они будут его выносить. Меня уже больше интересовала реакция Юки. — Сюда ведь придут. Увидят кровь. Мы недостаточно хорошо подготовились, — произнесла она с упрёком, поджав губы. Я обернулась к ней, спокойная и хладнокровная — А ты думаешь, зачем я оставила тех двух на улице? Они уже подкупили администраторшу. После как мы ушли, она промолчит. Даже если кто-то и придёт — всё свалят на девушку, которую он тут бил. Она вся была в крови. А он якобы сбежал. — Я пожала плечами, глядя на Юки равнодушно. — Нам ничего не сделают. Деньги решают всё. Юки смотрела на меня пару секунд, как будто не узнавая. Я же молча отвернулась и направилась к выходу.

***

В кабинете было тихо. Мягкий свет лампы отбрасывал тени на стены, а за окнами темнело — день подходил к концу. Мы с Юки сидели на диване. На столике перед нами стояла кружка с ещё тёплым чаем, но я так и не сделала ни одного глотка. Юки повернулась ко мне, наблюдая, как я смотрю в пустоту, и наконец заговорила: — И что будешь делать сейчас? Я вытянулась на диване, руки заложила за голову, чувствуя, как тело расслабляется после дня, полного напряжения и крови. Теперь на мне не было и следа от той «встречи» в отеле — ни пятен, ни следов боли, только ледяная собранность в глазах. — Ждать, — спокойно ответила я, не оборачиваясь на неё. Юки нахмурилась. Её глаза слегка прищурились, она склонила голову набок. — Ждать? — повторила она тихо, с сомнением. — Не понимаю. Я повернула голову и посмотрела прямо на неё, в упор, спокойно, почти отстранённо: — Калеб не просто так прятал меня. Он знал, что я кому-то нужна. Нужна настолько, что они бы пошли на всё, чтобы меня вытащить. А организация — отличный способ это сделать. Если бы они успели перехватить её… — я пожала плечами, — я бы оказалась у них в руках.Но они не предвидели, что Калеб пойдёт на крайность. Он всё разрушил в последний момент, отдал всё мне. А я — не дура, чтобы идти к ним с распростёртыми руками. Я сделала короткую паузу и перевела взгляд на потолок. — Я подожду. Сколько потребуется. Теперь я знаю, кто. И знаю, чего ждать. А пока займусь тем, что действительно важно: восстановлю организацию, заставлю её работать как часы… и, возможно, наконец доведу до конца терапию с Изуми. Месть никуда не денется. Она подождёт. А я — подожду в ответ. Сильные не бегут в бой сразу. Юки смотрела на меня немного дольше, чем обычно. Что-то в моих словах её задело. Не испугало, нет. Скорее — удивило. Она немного подалась вперёд, положив руки на колени, и с лёгкой улыбкой кивнула: — Я согласна. В этой простой фразе прозвучало всё. Одобрение. Поддержка. И уважение.