Глава 8. Уриэль.

В комнате повисла тишина, и Майкл пожалел, что небеса не разверзлись и не испепелили его на месте. Ну почему из всего, что можно было ляпнуть в панике, он взял и подставил Адама?! И не перед кем-нибудь, а перед Уриэлем! Тем, кто ведет учет на Небесах. Тем, кто знает всё на свете и сам олицетворяет знание и просвещение. Уриэлем, главным хранителем всех неловких историй, что случались с каждым из братьев и сестер. Не было ни единого шанса, что старший брат не расскажет остальным об Аве. — Адам? — переспросил Уриэль, и уголки его губ дрогнули от усмешки. Он слегка склонил голову набок, заметив любопытный взгляд Авы, и помахал ей. Девочка тут же смущенно хихикнула. — И скажи мне на милость, какое отношение Адам имеет к тому, что дитя Преисподней оказалось здесь, на Небесах? Да еще и в твоих объятиях? — Ну… понимаешь ли… — Майкл заёрзал на стуле, с трудом подбирая ответ. Не помогало и то, что девочка, похоже, больше никого здесь не боялась и с любопытством тянулась маленькими ручками к Уриэлю, словно хотела рассмотреть его поближе. — Судя по всему, Сера в последнее время не могла поговорить с… ним и… — Почему я не удивлён, что Сера в этом замешана? — раздражённо пробормотал Уриэль, и лицо архангела слегка помрачнело, однако тут же его внимание привлекла активная болтовня Авы. Он почти с интересом посмотрел на малышку, которая хмуро на него поглядывала и время от времени махала в его сторону указательным пальцем. Если бы он не знал наверняка, то сказал бы, что она его ругает. — Ну и тебе привет, малышка. Похоже, ты вляпалась в какую-то дурацкую историю? Давай-ка я тебя как следует осмотрю. Не обращая внимания на протесты Майкла, Уриэль спокойно забрал Аву из его рук и развернул, чтобы получше рассмотреть. Будучи старшим из отпрысков, он видел всякое — и мерзости, и извращения. Уриэль помогал Отцу защищать ещё совсем юное Небесное Царство ещё задолго до того, как Эдем был описан на бумаге. Хотя, справедливости ради, все они служили в армии Небесного Царства, пока Камаэль не взяла на себя роль наставника новобранцев. В былые времена Уриэль бился с существами, которых можно было описать только как порождение мифов и ночных кошмаров. Он сражался с безумными существами, чудовищами из праха мёртвых, и демонами, чья ярость раздувала их до невообразимых размеров. Он убивал существ, которые могли поглотить мир и всё равно жаждать большего, и помогал своему отцу изгонять глупых созданий, которые считали себя сильнее Всевышнего. Все они встретили свой конец от клинков и копий. Все они были низвергнуты в бездну. И всё же, когда Уриэль глянул на девочку, которую держал на руках, он с удивлением почувствовал, что она на удивление обычная. Он не ощущал в ней ни злобы, ни тёмной энергии, кроме того всплеска, который привлёк его внимание ранее. На самом деле, если бы не хвост, который цеплялся за запястье Майкла, и два маленьких бугорка на голове, Уриэль решил бы, что это небесное дитя, просто ещё не получившее крылья или случайно спрятавшее их. В конце концов, он никогда не видел демона с алебастровой кожей. — Ты весьма дружелюбная малышка, не так ли? — улыбнулся Уриэль, осторожно освобождая запястье Майкла от хвоста Авы, и поднёс её ближе к своему лицу. Ему было любопытно посмотреть, что она сделает, если он позволит проявиться части своей силы, — набросится ли она на него или убежит? К его удивлению, малышка, лишь окнув, посмотрела на сияние вокруг него и потянулась к сиянию, не понимая, почему не может его коснуться. — Ну и ну… ты и впрямь задачка не из лёгких. Майкл почувствовал укол зависти, глядя на то, как легко Уриэль держит малышку. Аве было комфортно в его руках, тот с лёгкостью удерживал её. Не то что Майкл, когда впервые взял её на руки. Он понятия не имел, что делать. С другой стороны, Уриэль с удовольствием держал их всех, когда они были птенцами, так что, возможно, это было чем-то врождённым, вроде отцовских инстинктов Адама. — Задкиэль? — Спокойно позвал Уриэль, слегка покачивая Аву на руках, пока ее маленькие пальчики все еще пытались поймать ускользающее свечение. — Не будешь ли ты так любезна позвать Адама сюда? Думаю, нам стоит встретиться для того, чтобы точно выяснить, как наша маленькая гостья оказалась здесь. Молча кивнув, Задкиэль нервно перевела взгляд с Уриэля на Михаила, проверяя, не прикажет ли тот ей остановиться. В конце концов, Михаэль был главным, и если бы он потребовал, чтобы она не звала Адама, ей пришлось бы подчиниться. Однако Михаил молчал, не сводя глаз с ребёнка, и она медленно вышла из комнаты, не сказав ни слова.

***

Чарли нахмурилась, когда свечение вокруг незнакомца погасло. Она не знала, кто он такой, и поначалу сомневалась, нравится ли он ей. Он заставлял папу нервничать. Чарли могла это понять, потому что его глаза всегда становились слишком большими, а крылья забавно трепетали, когда папа был недоволен. Обычно так случалось, когда мама приводила кого-то нового, например мисс Тэбби или ту милую даму из парка. Чарли не нравилось, когда папа нервничал. Это значило, что он будет слишком крепко её обнимать или мешать ей исследовать мир, а Чарли этого хотелось. В конце концов, в этом новом месте было столько всего интересного: растения, которые можно потрогать, земля, которую можно попробовать на вкус. Чарли изображала мисс Тэбби как могла, подражая тому, как она отчитывала Пёсика. Должно быть, у неё получилось, потому что высокий мужчина улыбнулся так же, как Пёсик, прежде чем аккуратно забрать её у папы и начать осматривать. Может, он новый Пёсик? Но у этого мужчины не было таких же смешных ушей, как у того охранника. Этот незнакомец был скорее немного похож на папу, за исключением нежно-розовых, с золотой каймой вокруг зрачка глаз. А ещё, он будто светился, и это было очень похоже на папино волшебство. Чарли определённо почувствовала то же самое, когда он потянулся к ней и слегка пощекотал её бока и пальцы. Этого было недостаточно, чтобы она захотела ответить ему своей магией, да она и не знала, как это сделать, но всё же попыталась схватить его сияние из любопытства, чтобы проверить, сможет ли до него дотронуться. Но оно дразняще ускользало сквозь пальцы, каждый раз избегая захвата. Не успела Чарли опомниться, как женщина по имени Задкиэль вышла из комнаты, а новый мужчина, Уриэль, заговорил на том странном языке, на котором иногда говорил с ней папа. Свет вокруг него померк, как и золотая кайма вокруг его зрачка, и Чарли почувствовала, как незнакомец слегка покачивает её в своих объятиях, пока разговаривает с папой. Папа всё ещё нервничал и слегка расхаживал по комнате, делая странные жесты в воздухе. Они говорили слишком быстро, чтобы она могла их понять, да это и не имело значения. Взрослые всегда говорят о странных вещах. Заглянув через плечо Уриэля, малышка оглянулась на двух других присутствующих в комнате. Джофиэль, похоже, пыталась успокоить целителя, который всё ещё закрывал уши, а его крылья мелко дрожали, словно от боли. Чарли это не понравилось. Ей вообще не нравилось, когда рядом с ней грустили. Протянув к нему ручку, Чарли попыталась показать мужчине, что хочет подойти к целителю, но он не обратил на неё никакого внимания. Она попыталась снова, заскулив громче, чтобы привлечь их внимание, но в ответ услышала лишь тихое шипение, когда чья-то рука начала гладить её по голове. Это заставило слегка зарычать от досады, что мужчина её не слушает. Поэтому она сделала то, что обычно делала, когда Пёсик тоже её не слушал, или, скорее, попыталась сделать.

***

— Говорю тебе, именно так мне рассказал об этом Адам, — простонал Майкл, размышляя о том, почему он оправдывается за то, что сделал Первый человек. — И твоя первая реакция — забрать ребёнка, вместо того чтобы сказать кому-то из на-… АУ! — начал было говорить Уриэль, но вскрикнул, когда крошечный кулачок внезапно крепко вцепился ему в волосы у самых корней. Он попытался как можно лучше рассмотреть малышку, но почувствовал, как она дёргает его за волосы, словно пытаясь куда-то утащить. — Ауч! Ну-ну, малышка. Нехорошо рва-А!-ть чужие волосы… Все они удивлённо уставились на Аву, которая что-то лепетала на своём детском языке и снова потянула Уриэля за волосы, а затем, кажется, на что-то указала. На мгновение никто из них не понял, что она пытается сделать, и все подумали, что, возможно, это обычное поведение ребёнка из Ада. В конце концов, никто из них раньше не имел дела с младенцами. Может быть, они просто немного грубоваты с другими. Малышка разочарованно рыкнула и снова протянула ладони, но вместо того, чтобы потянуть Уриэля за волосы, она развернула его лицом к Рафаэлю. Старший из архангелов растерянно посмотрел на своего второго по старшинству младшего брата, который изо всех сил старался унять звон в ушах, когда Ава решительно протянула руку к целителю. — Она… она говорит мне, куда идти? — Уриэль на секунду задумался и сделал шаг в сторону Рафаэля, не сводя глаз с маленькой девочки. Он увидел её улыбку, когда приблизился к Рафаэлю, но тут же малышка растерянно заморгала, когда Уриэль внезапно сменил направление и направился к двери. Он успел сделать всего три шага, прежде чем Ава захныкала и снова потянулась к Рафаэлю. — Интересно… — Уриэль, что ты-…? — начала Джофиэль, но брат тихо шикнул на неё. Старший брат снова начал приближаться к Рафаэлю, внимательно наблюдая за тем, как малышка улыбается, но через секунду начинает хныкать, когда он меняет направление. Он повторил это ещё несколько раз, чтобы убедиться, что Ава действительно хочет добраться до Рафаэля, который к тому времени тоже смотрел на неё в замешательстве, всё ещё закрывая уши. На пятый раз Ава не выдержала, и с громким и сердитым «А-а-а!» Уриэль получил пощёчину маленькой ручкой. Это не было больно, даже несмотря на то, что она вложила в удар всю свою силу, но Уриэль не ожидал, что она его ударит. — Ай, — произнёс Уриэль, хотя в его словах не было ни капли боли. Он нежно взял её руки в свои. — Не бейся. Это неприлично. Ава лишь нахмурилась, словно спрашивая, кто всё это начал, и ангел усмехнулся. Возможно, он слишком сильно дразнил малышку. В ней было что-то такое, что вызывало у него любопытство, желание проверить и изучить, как она поведёт себя в критической ситуации. В конце концов, когда та болтала, он видел, что у неё есть клыки, а когда брал её за руку, то чувствовал острые коготки маленького котёнка. И всё же, несмотря на раздражение, вызванное его поддразниваниями, она инстинктивно не стала использовать против него ни то, ни другое. — Хорошо. Прости, что дразню, — усмехнулся он, легонько поглаживая её руку большим пальцем и незаметно проверяя остроту её когтей, чтобы понять, может ли она причинить ими вред. Затем он подошёл к Рафаэлю. — Раф? Кажется, наша маленькая гостья хочет поздороваться.

***

Рафаэль нервно поглядывал на брата, протягивавшего ему ребёнка. Он не был уверен, хочет ли он, чтобы она была рядом. Во время осмотра с ней всё было в порядке, но крик, который она издала, был ему не по душе. А теперь, когда он увидел, как она дёргает Уриэля за волосы и бьёт его, целитель засомневался, не станет ли он следующей жертвой гнева ребёнка. Если даже в лучшие дни ему было трудно понять своих братьев и сестёр, с которыми он вырос, то какие у него были шансы понять странное существо из совершенно другого мира? Рафаэль на мгновение отпрянул от неё, когда Уриэль протянул её ему, не обращая внимания на его протестующие возгласы, когда ребёнок оказался у него на руках. — Не думаю, что это хорошая идея, Ур… — начала Джофиэль, но была удивлена, когда Ава протянула свою маленькую ручку и внезапно погладила Рафаэля по лицу. Это была не такая пощёчина, как та, что она дала Уриэлю. Движение было медленным и нежным, как будто она хотела сказать: «Ну-ну». Алые глаза обеспокоенно смотрели в изумрудно-зелёные. Рафаэль понятия не имел, что ему теперь делать. Он чувствовал себя неловко, не зная, правильно ли он её держит и что ему делать теперь, когда она в его объятиях. Должен ли он сделать удивлённое лицо? Поговорить с ней? Что делали смертные, когда брали на руки младенцев, таких как… как её называл Майкл? Ава? Нервно поглядывая на своих братьев и сестёр, Рафаэль надеялся, что кто-нибудь подскажет ему, что нужно делать. Только, похоже, остальные были так же невежественны, как и он. — Эм… привет… Ава, — медленно произнёс он, устраивая её поудобнее на своей руке. Его крылья беспокойно дрожали, готовые подхватить её, если он вдруг уронит её. Насколько вообще хрупкими могут быть младенцы? Краем глаза Рафаэль увидел, как Джофиэль подбадривает его, показывая большой палец и жестом «давай». — Эм, э-э-э… Как ты себя чувствуешь?.. Где-то в комнате громко фыркнули от смеха и хлопнули себя по лбу. Рафаэль не был уверен, кто это сделал, но почти наверняка это был Уриэль.

***

Чарли с любопытством посмотрела на мужчину. Он больше не был грустным, но и счастливым тоже не выглядел. Если уж на то пошло, он выглядел напуганным. Она всё ещё не понимала почему, но его магия была довольно приятной. Она немного напоминала папочкину, но действовала скорее как магия тётушки Бел, мягко ощупывая её и проверяя, проверяя и ещё раз проверяя, чтобы убедиться, что у неё нет никаких неприятных или странных ощущений. Особенно нежно он прикасался к тому месту, куда он уколол её иглой. Не поэтому ли он испугался? Он думал, что она на него злится? Хотя она и расстроилась из-за того, что они застали её врасплох, Чарли привыкла к таким сюрпризам благодаря тёте Бел, а папа всегда хотел убедиться, что она не больна. И он, похоже, действительно сожалел о том, что сделал, так что Чарли была уверена, что этот целитель не может быть плохим человеком. Но, похоже, тот не знал, что она так думает. Что ж, ей просто нужно показать ему это.

***

Всё произошло слишком быстро, чтобы Рафаэль успел как следует отреагировать. Он осторожно использовал свою магию, чтобы ещё раз осмотреть Аву, желая убедиться, что не причинил ей вреда, когда она отстранилась от него, чтобы пустить кровь. Было, мягко говоря, интересно наблюдать, как его магия мягко окутывает её, а её собственная магия с любопытством отвечает ему. Рафаэль никогда раньше не работал с рождёнными в аду, поэтому ему не с чем было сравнивать, чтобы понять, что нормально, а что нет. Возможно, они не так восприимчивы к небесной магии, как утверждали слухи. Она точно не проявила никаких эмоций, когда Уриэль проверял её, и не проявляет сейчас, когда это делает он. Похоже, её это не беспокоит, так что, может быть, целители Ада тоже владеют какой-то формой магии? «Интересно. Обладают ли адские отродья магией?» — подумал Рафаэль, испытывая растущее желание изучить её поближе. В конце концов, не каждый день ему выпадает возможность открыть для себя что-то новое, и вряд ли она представится ему снова. Конечно, это не та область, которая обычно его интересовала, но он был целителем, а это означало, что он должен был разбираться и в неизведанном. — «Что касается её хвоста, интересно, могут ли демоны управлять им, как мы нашими крыльями, или…» Без всякого предупреждения Ава протянула руку и нежно погладила его по голове. Она что-то тихо бормотала, скорее всего, подражая тому, как кто-то делал это с ней. Насколько это было возможно для ребёнка её возраста, Ава как можно нежнее погладила его по волосам, а затем подула на них. Точнее, она пыталась это сделать. Похоже, у неё не получалось сделать это без звука, похожего на «у-у-у», и Рафаэль почувствовал это скорее лицом, чем волосами. Это удивило его. Несмотря на то, что Рафаэль не очень хорошо понимал, что она делает, он почувствовал, как его захлестнула волна узнавания. Он понял, что она делает и даже что пыталась сказать. Он откуда-то знал этот жест, но не мог вспомнить откуда. И он знал, что этот жест должен его утешить. Видел ли Раф когда-нибудь, чтобы кто-то так делал? Может, когда у него было время прогуляться по нижним кольцам Небес, он видел, как победитель утешал ребенка, делая тоже самое? Но почему-то казалось, что он видел это гораздо раньше… Внезапное урчание привлекло всеобщее внимание, и Ава тихонько заскулила. Она проголодалась, и хотя молоко, которое ей дали, было вкусным, ей нужно было что-то более сытное, чтобы поддерживать растущий организм. Рафаэль был очень рад этому, ведь ему не пришлось копаться в катакомбах своих воспоминаний, а можно было заняться чем-то более привычным. Впрочем, ему не нужно было быть целителем, чтобы понять, что нужно Аве. — Когда её в последний раз кормили? Все взгляды тут же устремились на Майкла, ведь он явно проводил с Авой больше времени. Майклу, конечно, пришлось задуматься на минутку, чтобы вспомнить, когда это было. Он знал, что Адам дал ей бурдюк с молоком, но это было до того, как они оба неожиданно уснули. Когда он сказал об этом Рафаэлю, целитель выглядел раздражённым. Он мало что знал о детях и ещё меньше — о порождениях ада, но был уверен, что им нужно больше еды, чем просто молоко. В конце концов, у неё были зубы. Конечно, она могла есть твёрдую пищу. — Нам нужно покормить её, пока она не проголодалась ещё сильнее, — спокойно сказал он, внимательно осматривая её зубы и едва не получив укус. — У неё должно быть достаточно зубов, чтобы жевать твёрдую пищу. Молока ей будет недостаточно. Прежде чем кто-либо успел возразить, Рафаэль развернулся на каблуках и вышел за дверь, увлекая за собой Аву. Никого не должно было удивлять, что он так поступил: если Рафаэль что-то решил, его уже ничто не остановит. Однако Ава хихикнула, увидев их растерянные лица, которые показались ей невероятно забавными. — Пя-пя! — попрощалась она, с улыбкой помахав им крошечной ручкой, прежде чем снова прижать большой палец к губам. Майкл на мгновение зажмурился, а потом вдруг понял, куда направляется Рафаэль. Он шёл в столовую, туда, где они всегда ели. В конце концов, это было логично: он думал о том, чтобы накормить Аву, а для этого им нужно было пойти туда, где была еда. Однако в его плане была одна небольшая проблема. Столовая находилась там же, где обедал Небесный Совет. Это была единственная группа ангелов, которую Майкл сейчас ни при каких обстоятельствах не хотел видеть рядом с Авой. — Рафаэль, подожди!