Глава тридцать шестая: Любовь и привязанность

      С каждым днём Гермионе всё труднее было находить оправдания перед матерью и Джинни. Она всего один раз попросила их посидеть с детьми, но, несмотря на её внешнее спокойствие, они каким-то необъяснимым чутьём уловили, что она что-то скрывает. В следующий раз, решила она, можно будет попросить Диану — та вряд ли станет задавать неудобных вопросов о Роне и не будет излишне настойчивой.       Последние две встречи с Северусом прошли в лёгкой, почти беззаботной радости. Они наслаждались анонимностью маггловского Лондона, и их свидания растворялись в поцелуях. Гермиона ожидала, что Сабрина рано или поздно это заметит, огорчится или начнёт задавать вопросы. Однако девочка ограничилась лишь тем, что с деловитой серьёзностью напомнила о своём праве на долю нежности.       В нашем доме царит атмосфера любви, нежности и радости, — промелькнула у Гермионы мысль, и на душе стало тепло и спокойно.

***

      В кабинете Северус дописывал последнее письмо. Сабрина сладко дремала в своей постели, а Гермиона читала в гостиной под тихую музыку. Откинувшись в кресле, он вдруг улыбнулся, будто мысль, пришедшая ему в голову, оказалась яснее и важнее всего, что занимало его прежде.       Его путь был долог и тернист, но теперь он обрёл куда больше, чем когда-либо смел надеяться. В груди вспыхнула резкая, почти болезненная полнота чувства, и он с усилием сглотнул, не позволяя слезам выйти наружу.       Он поднялся и вышел в гостиную. Его внезапное появление слегка напугало Гермиону, но прежде, чем она успела что-то сказать, он крепко обнял её. Более не в силах сдерживаться, он принялся осыпать её лицо поцелуями, а затем слил их губы в одном глубоком, долгом поцелуе, вложив в него всё, что сумел сохранить, и то редкое, настоящее, что имел теперь.       Её пальцы нежно скользнули по его щекам, запутались в волосах у затылка, едва ощутимо царапая кожу. Ноги сами собой обвились вокруг его талии. Их поцелуй дышал страстью и жаждой.       Через несколько минут Гермиона слегка отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза. В их тёмной глубине, помимо желания, читалось что-то ещё. Отчаяние…       — Северус, поговори со мной.       Он усадил её на диван, а сам опустился рядом и увлёк её к себе на колени. Его ладони с нежностью скользили по её лицу, плечам, спине, будто заново узнавая и впитывая каждую черту.       — Я думал о тебе. О Сабрине, — голос его сорвался, стал хриплым. — Я был… потрясён. Не смел и представить, что такое может случиться со мной.       — Я тоже об этом думала.       Она обхватила его лицо ладонями, притянула ближе и, коснувшись губами его губ, тихо прошептала:       — Я люблю тебя, Северус.       Он вздрогнул, словно от удара током, и с ещё большим жаром ответил на поцелуй.       — Я тоже люблю тебя. Безмерно.

***

      В Норе собралось удивительно много людей, несмотря на то, что значительная часть семейства расположилась снаружи. За скромным воскресным обедом вновь сошлись Уизли, Поттеры, Грейнджеры и Снейпы.       Рон, крепко сжимая руку Дианы, делал вид, что не слышит одобрительных подначек братьев. Хелена вместе с другими детьми уже исчезла в саду. Родители Гермионы, увлечённо беседуя с Чарли и Молли, чувствовали себя частью большой семьи.       — Удивительно, правда? Магглы, магглорождённые, чистокровные — в конце концов, мы все просто люди, — Гарри широким жестом обвёл собравшихся.       — Мир и вправду стал чудесным, Гарри, — улыбнулась Гермиона, нежно целуя его в щеку и забирая из рук малыша Джеймса.       Она направилась к краю сада, где Северус о чём-то разговаривал с Биллом. Тот держал на руках своих близняшек и, показывая на зачарованные деревья, что-то им рассказывал.       — Видишь? Стоит рядом появиться ребёнку, как листья начинают светиться. Мама для каждого дерева подбирала свой оттенок. Привет, Гермиона!       Она склонилась, чтобы поцеловать макушки девочек, а затем ласково коснулась щеки Билла.       Прижимая к груди лепечущего Джейми, она прильнула к Северусу.       — Гермиона, не знаю, слышала ли ты наш с Северусом разговор, но суть, думаю, уловишь, — сказал Билл.       — А что я пропустила?       Северус слегка прочистил горло:       — Фруктовый сад заколдован таким образом, что светиться деревья могут только в присутствии волшебника или ведьмы.       Гермиона кивнула, переводя взгляд с Северуса на Билла. Тот жестом указал на её кузину. Хелена стояла, прислонившись к стволу, и листва над её головой излучала мягкое, теплое сияние.       — Возможно, Хелена обладает магическими способностями.       Испустив сдавленный возглас, Гермиона рассеянно чмокнула Джейми.       — Наверное, сработал рецессивный ген, да, малыш?       — Пока мы ничего не можем утверждать наверняка, — размеренно произнёс Северус. — Никаких спонтанных проявлений магии за ней не наблюдалось.       Гермиона улыбнулась:       — Если это правда, то это прекрасно. Есть ли способ это проверить?       — Министерство, полагаю, ведёт реестр. Но доступ к нему имеют лишь регистраторы-неметаморфы, — пояснил Билл.       — Предлагаю не строить предположений, пока у нас нет точных данных, — резюмировал Северус.       — Согласен. Пора возвращать этих буянов их мамам.       Билл направился в другую сторону сада. Северус, обняв Гермиону за плечи, нежно провёл рукой по волосам Джейми, пока они шли к дому.       — Ты уверен? — тихо спросила она.       Он опустил руку, но остался рядом, когда они приблизились к её семье.       — Мне нужно поговорить с твоими родителями. Верни Поттера-младшего отцу и пригласи мистера и миссис Грейнджер прогуляться по саду.

***

      Марк и Северус стремительно удалялись вглубь сада, оставляя позади Гермиону с матерью, которые наблюдали за ними на почтительном расстоянии. Низкий баритон мужчины тонул в порывах ветра, тогда как голос Анны, напротив, звенел слишком громко и отчетливо.       — Ах!       Мужчины обернулись как раз в тот момент, когда Анна, обнимая дочь, издала пронзительный, полный эмоций возглас.       — Полагаю, моя супруга дала своё благословение, — заметил Марк.       Северус ответил сдержанной, но довольной усмешкой:       — Видимо, так оно и есть. А что насчёт тебя?       Марк протянул руку и крепко, по-мужски, сжал ладонь Северуса.       — Ты — достойный человек, Северус. И я уверен, что будешь обращаться с Гермионой так же, как обращался с Сабриной.       — Благодарю тебя, Марк.       Женщины вскоре догнали их, и все вместе они продолжили прогулку по извилистой тропинке. Марк нежно поцеловал дочь в макушку и с напускной, театральной пылкостью прошептал ей на ухо:       — Однако, пока вы не скрепите союз узами брака, я оставляю за собой право называть его не иначе как «отцом твоего ребёнка».

***

      С наступлением сумерек детей собрали и накормили ужином. Тедди и Виктория, взяв на себя роль нянь, устроились за соседними столиками, присматривая за младшими. Взрослые же тем временем приступили к своей трапезе.       Гермиона отметила про себя, что рукопожатие между мужчинами было чересчур сдержанным, — следовало бы яснее обозначить природу их отношений. Она бросила взгляд на Северуса и поймала на его лице ту самую, фирменную, едва уловимую ухмылку. Перевернувшись на правый бок, она глубоко вдохнула и обратилась к Джинни:       — Джинни, я встречаюсь с Северусом.       Улыбка подруги вспыхнула ещё ярче.       — Я так и знала! Была в этом абсолютно уверена!       — Хм, а я и не подозревала, что ты в курсе.       Новость мгновенно облетела все столы, и в честь пары были подняты бокалы. После нескольких тостов внимание и поздравления плавно перешли к Рону и Диане.       Молли, подогретая изрядной долей алкоголя, безостановочно вытирала слёзы уголком платочка, напевая что-то о вечной любви. Фред уверял всех, что это — знаменитый хит Селестины Уорбек. Когда же сумма ставок на имя композитора достигла двадцати четырёх галлеонов, семья Снейпов незаметно удалилась из зала.       Вернувшись домой, Северус поцеловал на ночь обеих своих девочек.       — Наконец-то мы дома.