Золотой

Прейван Аргус Теронел VIII Мейстланд/Айэри Торн’Хаэль

***

Я на тебя, на тебя, злой и так, злой и так

Хоть ты моё, ты моё золото, золото

Тут без тебя, без тебя всё не так, всё не так

На пару минут ко мне залетай, просто так

Я на тебя, на тебя злая так, злая так

Хоть ты моё, ты моё золото, золото

Тут без тебя, без тебя всё не так, всё не так

На пару минут ко мне залетай, просто так

KARTASHOW & Мари Краймбрери — Золото

***

      Кожа у эльфов Ангвира цвета золотого яшира, отчеканенного из лучшего золота Монс-Ранхара; песка Побережья Клинков в рассветные часы; уходящего за горизонт солнца и молний, что призывают маги в час великого сражения.       Терону казалось, что он вообще не соответствует соколу, изображённому на стяге его семьи. Скорее всего, он был сорокой, падкой на золотые побрякушки и блестящие камушки.       Глупо, конечно, сравнивать эльфийскую принцессу с побрякушкой, но Терону всегда хотелось иметь в спутниках не леди рода Прейдов или дочку какого-нибудь герцога, а блеснуть перед миром трофеем: ардахаркой со смуглой кожей, мятежной леди из Аладены или же, прекрасной эльфийской, что по крови — королева, а в душе — странница.       Вся жизнь Терона — игра со Смертью в кости. И до самого часа Последней Битвы Терон выигрывал у Смерти право на ещё один вдох. Но если дело касалось любви, то Терон быстро терял удачу. Одна ночь с куртизанкой или же день в таверне с бутылкой в обнимку, всё это начиналось с попытки отыскать смысл в своём существовании. Брат и сестра пали от стрелы эльфийского мародёра, и титул наследного сына семьи был для Терона непосильной ношей. Он считал это звание глупым, ненужным, как и самого себя.       Отец отправил его и Корра сражаться под крепость Кулдар. В тот день Терон даже не знал, что познакомиться с Наследником Нерана. Он не подозревал, что сам, через каких-то пару месяцев станет Хозяином Рога Алкиорион — прямо как в легендах!       И конечно же, Терон понятия не имел, что на его коленях будет сидеть эльфийка с золотой кожей и чёрными глазами! Что же это за жизнь такая?! Терон ненавидел эльфийского разбойника, убившего его старших брата и сестру, а теперь он покрывает лицо Айэри поцелуями и благодарит всех богов за то, что он влюбился именно в неё!       Кажется, Терон вот-вот сойдёт с ума. В его руках настоящее золото! В честь Айэри стоит отлить статуэтку в виде Мираны… нет, одной из эльфийских богинь… нет его Аэйри лучше, красивее, прекраснее. Она словно соколица. Такая же вольная, как Амхара! Да. Амхара.       Терон этого никогда не скажет, потому что истечёт кровью в башнях Мира-на-Аноре. Он потеряет руку в бою с ардахарскими захватчиками, и темнота поглотит его. Его копьё пропадёт среди тысячи тел, а кровь окрасит белые ступени башни. Он будет твердить и повторять приказы, посылая их с ветрами Алкира. Мейстланд не скажет, как сильно любит Айэри. Он будет смеяться, подшучивать над ней, ревновать, гнать от себя, лишь бы потом вновь ринуться за ней.       Он умрёт эгоистом, чтобы потом вновь проснуться и, когда Наследник Нерана вновь вдохнёт жизнь в этот мир, отправиться на поиски своей золотокожей эльфийки. И боги ему не будут помехой.