Сон в самолёте

Зашумели двигатели. Погас свет. Начало потряхивать сидения. Ремень неприятно впивался в тело. Антон закрыл глаза. Нет, он любил самолёты. Но он очень надеялся поспать, раз уж есть почти 4 свободных часа. Отрыв. Стоявший в горле ком "ушёл" куда-то ниже, в район живота, и так там и остался. Очень уставший Шастун вскоре заснул, сидя у окна, за которым было темно - даже Питерские белые ночи не могли помешать сну. Сидевший рядом Арсений читал какую-то книгу. То ли "Мастера и Маргариту" Булгакова, то ли рассказы Стивена Кинга - Шаст точнее не знал. Шастун уснул. Ему снилось то, чего он так боялся. Вот Арсений убегает со смехом от него, Антона. Причём настоящий Антон стоял в стороне и лишь наблюдал за происходящим. Вот Антон из сна ищёт Попова по всей Москве. Так прошла ночь. Под утро Шастун шел по парку, обессилевший и уставший. Он боялся за Арсения. А вдруг?.. Нет. Он жив. Он так считал... Он верил, что он жив. Надеялся. Предполагал. Молился. На лавке между дорожками сидела группа мужчин лет сорока. Антон подошёл к ним, чтобы спросить, не видели ли они Арсения. Те побили его, били ногами, руками - всем, что попадалось под руку или, просто, чем было. Просто потому что мешал. Шаст еле ушёл. Ему было больно. Страшно. Обидно. Страшно. Очень страшно. И очень больно. Он шёл по пустынному проспекту. Зашел в скверик. На асфальте в самом его центре лежал Арсений. Заколотый ножом. Много ранений. Очень много. Слишком много. Его глаза были открыты. В голубой бездне его глаз читалась мольба, страх, боль и... жалость. Ему было жаль, что он не позвонил Антону. Что он вообще ушёл от друга в неизвестном направлении. Что бросил. Что предал. Антона раздирала боль. Боль от смерти близкого друга. Он видел это вновь. Он чувствовал это вновь. Он осознавал смерть вновь. И он закричал. Закричал дико. Громко. Душераздирающе. Он кричал так, как никогда. Кричал не как человек. Он кричал, как никто. Он слышал голос Арсения, но не мог в это поверить. Его трясло. По щекам текли слёзы. Его убивало. Он не мог жить. Его вновь затрясло. Так, будто кто-то схватил его за плечи и тряс его изо всей силы. Заболели щёки. Шастун вынырнул из сна в реальность. Открыв глаза, перед собой он увидел голубые глаза, полные тревоги и страха. Голубые. Глаза Арса. Арса. Живого Арса...