немного о ботанике

Когда Хоук приходит к нему учиться, она плохо отличает даже эльфийский корень от веретенки. Андерс терпеливо объясняет, на что нужно обращать внимание, когда собираешь глубинные грибы, как отличить один вид от другого, какой из них для чего используется. — Ты ведь долгое время прожила в деревне. Неужели в Лотеринге ничего не росло? Хоук жмет плечами: — Целительство всегда было по части Бетани. Она лечила травмы, а я их скорее наносила, если… если кто-то пытался обидеть ее или Карвера. Андерс хмыкает. Хоук часто рассказывала о своей жизни до Киркволла, все эти истории были простыми и чаще всего заканчивались примерно ничем. Это была очень простая и понятная жизнь — именно такой он себе ее представлял, когда размышлял, на что могла бы быть похожа его собственная, не попади он в Круг. Подумать только: жить в какой-нибудь Создателем забытой крошечной деревеньке на краю света, не думать или почти не думать о храмовниках. Он бы никогда не стал Серым Стражем, не поселил в себе Справедливость… и не встретил бы Хоук. Хоук, кажется, замечает, что он отвлекся, трогает его за плечо: — Все в порядке? Что, я настолько плохая студентка? Андерс тянет губы в вымученной улыбке: — Отличная. Так откуда, говоришь, ты все это узнала? — Ну, у меня есть несколько книжек по ботанике… — Их взгляды встречаются, Хоук предупредительно округляет свои голубые глаза в притворном возмущении. — Что? Я умею читать! Не веришь? Могу почитать тебе потом, дома. Отличная будет сказка на ночь. Хоук не верит, что Андерс согласится. Он и от чая уже столько раз отказывался, находил любые отмазки, чтобы не заглядывать в имение, всякий раз взгляд отводил первым — так, будто она совсем ему не нравилась. Но Андерс, рассмеявшись, кивает. — Уговорила. Только книгу выбираю я. Не слушать же на ночь научные труды об эльфийских корнях. Я после них плохо сплю.