Глава 10

Рейнира наклонилась вперёд, и в её глазах отразилась не только твёрдость, но и искренность. — Мы осознаем ваше тяжелое положение. И позаботимся о том, чтобы уменьшить налоги и направить помощь в вашу деревню, чтобы помочь вам преодолеть эти непростые времена. Слезы благодарности наполнили глаза фермера, и он смиренно склонился перед ней. — Слава вам, Ваше Величество! Пусть боги ниспошлют вам благословение. Пока тянулся день, Рейнира выслушивала бессчётное количество историй о трудностях и надеждах. Она встречала каждого просителя с терпением и сочувствием, и её сердце наполнялось неистовой прытью изменить ситуацию в государстве. В такие мгновения ей становилось ясно, что именно здесь, среди этих людей, она нашла свое истинное предназначение – цель, которая долгие годы ускользала от неё в бурных политических водах. Её взгляд скользнул по ряду простолюдинов, ожидавших её решения, а затем потеплел, когда она увидела перед собой дрожащую и плачущую женщину. Не в силах произнести ни слова, несчастная рухнула на колени и безудержно разрыдалась. — Ваше Величество, мой сын в плену у одного из торговцев мясом, — прокричала она, задыхаясь от рыданий. — Они заставляют его участвовать в детских боях в Блошином Конце. Пожалуйста, моя королева, я не смогла выплатить долг, и поэтому они забрали моего сына. Рейнира была в ужасе. Она так сильно сжала подлокотники Железного Трона, что костяшки её пальцев побелели. — Детские бои в ямах? — переспросила Рейнира, и её голос был подобен раскату грома, наполненный яростью. Она посмотрела на членов совета, стоящих рядом. — Вы знали об этих ужасных зверствах? Ларис Стронг, Мастер над Шептунами, выступил вперед, его лицо превратилось в непроницаемую маску. — Да, Ваша Милость. — Неужели король не попытался остановить это? — с недоверием и резко спросила Рейнира. Она не могла спокойно думать о невинных детях, которые вынуждены были сражаться за свои жизни. — Он считает, что обычные люди могут неплохо заработать на этом, — ответил Корлис Веларион смиренным голосом. Рейнира пришла в ярость. Её глаза загорелись гневом. Она пыталась понять, что происходит. — Он сошёл с ума? — вскричала Рейнира. Её голос эхом разнёсся по залу, и члены совета, смущённые столь откровенным проявлением чувств, отвели взгляды. — Когда Эйгон вернётся в Королевскую Гавань? — требовательно спросила она. — Через три дня, Ваша Милость, — тихо ответил Ларис. Рейнира сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями, прежде чем снова посмотреть на обезумевшую от горя мать. Она улыбнулась ей с теплотой и сочувствием. — Я обещаю вам, что через два дня ваш сын вернётся к вам целым и невредимым. Женщина снова опустилась на колени, но на этот раз не от отчаяния, а от неподдельного облегчения. По её измождённому лицу текли слёзы благодарности, когда она с жаром выражала свою признательность королеве. Тайвин Ланнистер, вечный прагматик, выступил вперед с предупреждением: — Это опасный курс, моя королева. Если король узнает, что вы вмешались, он будет в ярости. — Не вмешивайтесь в это вы, — твёрдо сказала Рейнира, поднимаясь с трона. Её голос звучал жестко и непоколебимо. — Если у вас нет сострадания к страданиям детей, не сравнивайте его мораль с моей. И запомните, — добавила она, глядя на Тайвина и Лариса. — Пока я занимаюсь этим делом, никаких воронов к нему не будет отправлено. Вам ясно? Оба мужчины склонили головы в знак согласия с её приказом, но она заметила неуверенность в их глазах. Когда Рейнира выходила из Большого Зала, то уже понимала понимала одно: она приложит все усилия, чтобы остановить жестокие детские бои в ямах. Она не могла смириться с тем, что невинные дети должны погибать ради развлечения. Она пойдет до конца – не успокоится, пока справедливость не восторжествует, чего бы это ни стоило. Рейнира сидела в своих покоях, вдали от суеты. Усталость дня тяготила её, и она позволила себе немного расслабиться. Она посмотрела в окно, на огни Королевской Гавани, которые мерцали вдали. И тогда она дала себе безмолвный обет: защищать свой народ, особенно детей, от жестокости. Рейнира встретится с Эйгоном, когда он вернётся, готовая к неизбежной встрече. Но сейчас она думала о том, как спасти сына той женщины и всех других детей, которые оказались там, где хуже могли быть только семь преисподних. Когда луна поднялась высоко в небе, заливая город своим мягким светом, Рейнира собралась с силами перед предстоящей битвой. Она была готова преодолеть любые трудности ради своего королевства и невинных жизней в нём. Ею двигало неугасающее стремление к справедливости и состраданию. Рейнира преобразилась в простолюдинку, закутавшись в плащ с капюшоном, чтобы укрыть серебристые волосы. В ее кармане спряталась горсть золотых монет. Вслед за этим, она открыла дверь и позвала рыцарей, которые стояли снаружи. Они были очень удивлены, увидев свою королеву в простом платье. — Переоденьтесь, — скомандовала она твёрдым и уверенным голосом. — Я думаю, вы оба знаете, где находится детская арена для боёв? Рыцари на мгновение замешкались, неуверенно переглянувшись, но после всё же кивнули. — Мы отведем вас туда, Ваша Милость.

***

С невероятной ловкостью они продвигались по замку, выбирая скрытые тропы, известные лишь слугам и тем, кто хорошо знал тайные пути Красного Замка. По мере того как они спускались в недра города, воздух становился всё более густым. Извилистые переходы уводили их всё дальше от позолоченных дворцовых залов. Чем ближе они подходили к яме, тем громче становились крики и насмешки неистовой толпы. Воздух был наполнен зловонием пота и грязи, смешанным с резким запахом немытых тел и металлическим привкусом крови. Сама яма выглядела довольно мрачно, словно объятая духом безысходности – большая грязная клетка, окружённая хриплыми зрителями, которые с азартом делали ставки на исход боёв. Рейнира была в ужасе, когда увидела детей, сражающихся в клетке. Их юные лица исказились от страха и боли, а их маленькие тела были покрыты синяками и кровью. Вокруг них взрослые делали ставки и радовались, не замечая страданий невинных детей. — Это отвратительно, — прошептала Рейнира, и в её голосе слышалось, что она с трудом сдерживала бурю, рвущуюся наружу. Один из её верных рыцарей подошёл к ней, и на его лицо упала мрачная тень. — Ваше Величество, прежде чем стать королём, Его Милость был всего лишь наблюдателем на этих играх, — произнёс он, склонившись ещё ниже. Рейнира обернулась к нему, и её сердце словно упало. Она с трудом осознавала происходящее. Она понимала, что юный возраст брата мог повлиять на его решение участвовать в этом. Но теперь, когда он стал королём и раскрыл свой потенциал, было невыносимо терпеть такую жестокость. Она медленно покачала головой. — Это должно прекратиться, — прошептала Рейнира с решимостью, которая наполнила её слова. Они молча смотрели, как продолжается битва. Крики детей смешивались с рёвом толпы. Каждый удар, нанесённый в этой схватке, был как укол в сердце Рейниры. Она крепко сжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, и изо всех сил старалась сохранить самообладание. Наконец, схватка завершилась, и один ребенок одержал победу над другим. Проигравший лежал на земле, едва двигаясь. Зрители радостно аплодировали, монеты переходили из рук в руки. Побеждённого ребёнка унесли, схватив его, словно тот был просто куском мяса. Рейнира смотрела на измученное тельце ребёнка, и её глаза наполнились глубокой печалью. Она понимала, что ещё долго не сможет уснуть, преследуемая видениями и звуками этого ужасного места. Рыцари привели её к торговцу мясом, который держал сына этой женщины в плену. Однако образы ямы запечатлелись в её памяти, став суровым напоминанием о жестокости, проникшей в её королевство. Каждый шаг давался ей с трудом, ведь она стала свидетельницей того, что привело её к этой миссии. Она понимала, что это только начало её пути. Аггар, торговец мясом средних лет, был человеком безнравственным и порочным. Он не только торговал детьми, но и продавал женщин в бордели на улице Шёлка. Кровь Рейниры кипела от ярости. Если бы не страх быть окружённой этими преступниками, она бы приказала своим рыцарям убить этого отвратительного человека на месте. Они вошли в одну из детских камер. В ней было сыро и темно, а воздух был наполнен запахом запустения и страха. То, что они увидели, было ужасно. Аггар с жестокой улыбкой пнул маленького мальчика, который лежал на грязном полу, свернувшись калачиком. — Мы хотим забрать мальчика, — сказал один из благородных воинов Рейниры. Его слова звучали твёрдо, но в них слышались нотки отвращения. — Прости, парень, но ребёнок не продаётся, — небрежно ответил Аггар. Однако рыцарь бросил к его ногам тяжёлый мешочек с золотом. Жадность пересилила решимость торговца, и он подтолкнул ребёнка к ним. — Вы уверены, что не хотите ещё одного? — спросил он, сверкнув гнилыми зубами в похотливой ухмылке. Рейнира оглядела остальных детей, которые сидели на краю этой мрачной тюрьмы. Их глаза были широко раскрыты от страха и отчаяния. Затем её взгляд остановился на мальчике с серебристыми волосами, который был не старше Джейхейры. Её сердце сжалось. — Этот, — произнесла она приглушённым, но твёрдым голосом, указывая на ребёнка. Её лицо было скрыто, и лишь решительные глаза были видны. Лицо Аггара скривилось в гротескной улыбке. — О-о-о, — хихикнул он. — У вас проницательный взгляд, миледи. Но он стоит очень дорого. Аггар грубо схватил мальчика за рваную и грязную рубашку и толкнул его в тусклый свет. Рейнира заметила, что черты лица мальчика были характерными для валирийцев. Её сердце бешено забилось. — Видите ли, — продолжил Аггар, — некоторые говорят, что этот мальчишка – незаконнорожденный сын короля. Я купил его за очень большие деньги у предыдущего владельца. Если он вам нужен, то вам придётся заплатить в два раза больше. Рейнира подбрасывала в воздух один мешочек с золотом за другим, пока четыре из них не оказались у ног Аггара. Часть монет рассыпалась по грязному полу. Её рука дрожала. — Да, а теперь уходи! — Аггар со смехом подтолкнул ребёнка к рыцарям, словно мешок с зерном. Его глаза алчно заблестели, когда он бросился собирать золото. Мальчик упал в объятия одного из доблестных рыцарей. Его глаза были широко раскрыты от страха. Рейнира почувствовала, как её сердце сжалось от сострадания. Ей хотелось протянуть руку и утешить его, но она понимала, что нужно сохранить свою маскировку. Как только они собрались уйти, глаза Аггара подозрительно сузились. — Подожди, кто ты? — спросил он, пристально глядя в аметистовые глаза Рейниры. И тут его осенило. Прежде чем Рейнира успела испугаться, рыцари вступили в бой. Они грубо схватили детей, словно мешки с картошкой, и подняли их с такой поспешностью, что Рейнира запаниковала. — Бегите! — рявкнул один из рыцарей, подталкивая ее к выходу. Рейнира в ужасе бросилась к выходу из этого жуткого места. За её спиной раздался тревожный голос Аггара: — Она королева! Королева здесь! Воздух наполнился беспорядочным, хаотичным шумом от криков и движений. Коллеги Аггара, одержимые жаждой золота, бросились вперёд, как стая алчных гиен. Их глаза зловеще сверкали. Узкие переулки Блошиного Дна превратились в коварный лабиринт, где тьма окутывала их. Ветер развевал плащ Рейниры, пока она бежала. Её дыхание вырывалось с отчаянными вздохами, а разум громко кричал только одно: «Беги!» Шум погони нарастал, и топот ног отражался от грязных стен, словно эхо. Она чувствовала, как её преследователи приближаются, и слышала их грубые крики, которые подзывали друг друга вперёд. — Сюда! — крикнул один из рыцарей, показывая на потайной ход. Они быстро свернули, дети прижались к их спинам, их маленькие лица побледнели от страха. Проход был тесным и тёмным, а в воздухе стоял запах гнили. Рейнира споткнулась, ее сердце билось в ушах. Она ощутила, как грубые руки рыцаря поддержали ее, подбадривая двигаться вперед. — Мы почти пришли, Ваше Величество! — произнёс он, и его голос дрожал от усталости. Позади них с яростью завыли гиены, их шаги загрохотали ближе. В воздухе раздались громкие команды Аггара: — Поймайте их! Не дайте им уйти! Рейнира в ужасе оглянулась и увидела, как один из людей Аггара вытащил нож. Её глаза расширились от страха, а дыхание перехватило. Она понимала, что они не могут позволить себе даже секундной задержки. Паника придала ей сил, и она побежала ещё быстрее. Они вышли на более широкую улицу, и сердце Рейниры забилось в надежде. Они были близки к спасению. Однако из тени вышли ещё люди Аггара и преградили им путь. — Назад! — воскликнул один из рыцарей, выхватывая меч. Он взмахнул им, и лезвие блеснуло в тусклом свете. Мужчины были ошеломлены яростью рыцаря и не решались двигаться. — Бегите, не останавливайтесь! — крикнул другой рыцарь, подталкивая Рэйниру вперёд. Она споткнулась, ноги горели от усталости, но она заставила себя бежать. Улица была погружена во тьму, и впереди сгущались тени. Вдали, словно маяки надежды, слабо мерцали огни главного города. Когда они пробирались по запутанным переулкам, Рейнира почувствовала, как что-то резко дёрнуло её за рукав. Она опустила взгляд и увидела, что её плащ зацепился за торчащий гвоздь. Она попыталась высвободить ткань, но та держалась крепко, оставляя её в ловушке. Звуки погони приближались. Страх и отчаяние наполнили её сердце. Она дёрнула снова, на этот раз с большей силой, но гвоздь вошёл только глубже, разрывая ткань и царапая кожу. Её руку пронзила острая боль, и она не смогла сдержать болезненного крика. — Помогите! — едва слышно прошептала Рейнира, пока её рыцари сражались с нападавшими. Один из рыцарей заметил, что Рейниру пытаются освободить, и ужаснулся. Он подбежал к ней сбоку и ударил по гвоздю мечом, но это не помогло. У них не было времени. — Давайте, Ваша Милость! — убеждал он её, и в его голосе слышалось волнение. — Мы должны отправляться немедленно! Собрав все свои силы, Рейнира отчаянно рванулась вперёд. Ткань порвалась, и она, спотыкаясь, продолжила путь. Её руку жгло от боли – гвоздь оставил на коже глубокую кровавую царапину. Она с трудом сдерживала крик, а слёзы боли и страха застилали ей глаза. Рыцарь схватил её за руку и почти потащил за собой, когда они продолжили своё отчаянное бегство. Рейнира ощущала постоянную пульсирующую боль в руке, но заставляла себя двигаться дальше. Она не могла остановиться, особенно сейчас, когда они были так близки к свободе. Люди Аггара приближались, и их крики разносились по узким стенам. Сердце Рейниры учащённо билось в груди, дыхание было прерывистым. Она ощущала, как страх сковывает её горло, но подавила это чувство и сосредоточилась на том, что ждало её впереди. Впереди показался край города, стены замка были видны как далёкий силуэт на фоне ночного неба. Рейниру охватила отчаянная надежда. Они были так близки к цели! В последний момент они прорвались сквозь строй людей Аггара, прокладывая себе путь с боем. Они вырвались на свободу, и шум погони остался позади. Рейнира задыхалась, её тело дрожало от изнеможения и страха. Она огляделась вокруг, широко раскрыв глаза, и увидела разъярённые лица людей Аггара, которые исчезали в темноте. Они смогли, оторвались. Сейчас они были в безопасности. Но воспоминания о этой ужасной ночи и отчаянном бегстве не оставят её. Она видела худшее, на что способны люди, и это лишь укрепило её решимость. Она была полна решимости спасти детей и положить конец этому отвратительному делу, чего бы это ни стоило.