Часть 10

      Все лето друзья мучались от неизвестности. Хотелось убедиться, что все в порядке, но это было невозможно. Драко частенько нервно расхаживал по саду, чем вызывал беспокойство матери и недовольство отца. Он скучал по Гермионе, да даже по Поттеру, и считал дни до отъезда.       Гарри скучал по подруге и по Джинни. Ее к нему в гости не отпустили родители, отчего она обижалась. А Гермиона сходила с ума, впервые проводя лето без друга и тоскуя по Драко. Девушка увязла в книгах, пытаясь отвлечься, и только Реду удавалось вытащить ее на улицу прогуляться и подышать свежим воздухом.       Из-за нервов она заболела и ко времени поездки все еще чувствовала себя плохо. Джин и Венделл ужасно волновались, по очереди сидя у ее кровати и давая лекарства. Ред вообще не отходил, грея мёрзнущую хозяйку меховым боком.       За день до отправки дома был целый скандал. Родители не хотели отпускать больную дочь, а та стояла на своём. Она уже немного подлечилась, но была слаба. В итоге девушка выиграла спор, и взволнованные взрослые согласились отпустить, но под постоянным контролем Реда. С собой они надавали кучу новых лекарств, занявших целую сумку.       В день прибытия гостей Гарри не мог усидеть на месте, вышагивая вдоль камина. Сириус смеялся над ним, но крестник даже не обращал внимания. И вот одним из первых появился Малфой. Поттер специально позвал своих друзей чуть раньше, чем остальных членов Отряда, чтобы побыть вместе. Теперь у них будет пара дней, чтобы поболтать обо всем.       С блондином Гарри поздоровался спокойно, сразу сказав, что Гермионы ещё нет. Пока Драко приветствовал Блэка, камин снова вспыхнул, и из него шагнула подруга с волком. Поттер радостно разулыбался и кинулся ее обнимать. Грейнджер ответно счастливо улыбнулась, крепко сжимая друга в объятиях.       Когда он выпустил ее, чтобы представить крестному, Гермиона заметила Драко. Блондин тоже невольно остановился на ней взглядом, и оба пару секунд не знали, как поздороваться. Сириус переглянулся с Гарри, быстро догадавшись о причинах такого поведения. Но вот Малфой сделал шаг и аккуратно обнял девушку.       — Выглядишь измученной, — тихо сказал он.       — И это вместо приветствия, — фыркнул Поттер, а потом Гермиона вдруг обмякла, и Драко едва успел подхватить её, чтобы не упала.       Он быстро уложил ее на диванчик, и только теперь Гарри заметил, что подруга действительно похудела и явно не здорова. Было стыдно, что Малфой заметил это сразу, в отличие от него. Блондин в это время наложил какие-то чары, и Гермиона открыла глаза.       — Что с тобой? — взволновано спросили парни в один голос.       — Я просто заболела, но все равно к вам отправилась. Слишком соскучилась, — слабо улыбнулась Грейнджер. — Простите, что заставила волноваться. Там в сумке мои лекарства. Видимо переход последние силы забрал.       Гарри быстро подобрал вещь и стал рыться в поисках нужного. Малфой хмуро подал воды. Он бросил краткое: «Сейчас вернусь» и исчез в камине. Пока Гермиона рассказывала, как умудрилась заболеть, и знакомилась с Сириусом, вернулся блондин. Он сдвинул пузырьки непонятных магловских препаратов в сторону и поставил на столик небольшую корзинку. На взгляды остальных ответил:       — Будем лечить тебя. Я редко болел, но сильно. Мама на ноги за пару дней ставила, уверен, и с тобой сработает.       Он уселся на ковёр у дивана, доставая пузырёк и добавляя зелье из него в стакан.       — Я знаю, что делаю. Ты же не думаешь, что я стал бы давать тебе лекарства, не зная, как они действуют? — поднял бровь Малфой, заметив подозрительный взгляд Гермионы. — Пей. Потом в кровать под одеяло. После этого зелья ты поспишь и хорошо пропотеешь, сразу станет лучше. Как проснёшься, примешь ванну с этим. Выливай весь пузырёк в воду. Все, вперёд, — он качнул головой на выход.       Гарри помог подруге подняться и отвёл в выделенную ей комнату, оставив зелье у кровати на тумбочке. Гермиона послушно забралась под одеяло, Ред лёг рядом с ней. Поттер дождался, пока она уснёт, рассказывая о своей жизни этим летом, потом вышел.       Малфой обнаружился в гостиной, где рассматривал старые альбомы вместе с Сириусом. Поттер сел рядом, и блондин указал на фото трёх молодых девушек.       — Вот это моя мама.       — Откуда тут ее фото? — удивился Гарри.       — Так юный мистер Малфой наполовину Блэк, ты не знал? — ответил ему крестный.       — Правда? — изумился Поттер. — Нет, я не знал. Это ее сёстры, твои тёти получается?       — Это Беллатриса, она…, в общем, на Его стороне, — произнёс Малфой. — А это Андромеда. Моя мама больше не общалась с ними, после того, как вышла за отца.       — Почему? — не понял Гарри.       — Потому что одна сестра стала служить Лорду, мама боялась подвергнуть семью опасности. А вторая не подходила под идеалы о чистоте крови, — скривился Драко.       — Точно. Твоя семья же известные противники маглорожденных. Как они восприняли твоё общение с Гермионой? Или они не знают? — спросил Поттер, внимательно глядя на блондина.       — Все они знают, — слегка усмехнулся Малфой. — Отец сначала был в ужасе, мы почти весь тот год не разговаривали с ним из-за этого. Потом лорд пришёл к нам в поместье и попытался сделать своими слугами. Я отцу сразу сказал, что не стану … В общем, если бы не Ред и Дамблдор, в тот день он нас всех бы убил.       — Что? Он напал на вас? Хотел убить?! Когда это было? — воскликнул Гарри. — А Ред как там оказался?       — А кто его знает? — хмыкнул Драко. — Просто вдруг появился передо мной и спас мне жизнь. А после уже и его хозяйка.       — Гермиона? — не понял Избранный.       — Мы не распространялись о нападении. Знали лишь несколько человек, ну и частично мои с факультета. Гермиона тогда тоже мне жизнь спасла. Непонятно, как узнала, что я в лазарете … Она так и не призналась до сих пор, откуда она и Ред обо всем знали.       Все помолчали немного, а потом Гарри спросил:       — Значит, с Андромедой твоя мама до сих пор не общается?       — Сейчас уже наладила связи снова. После произошедшего родители скрылись на время, отцу пришлось признать, что не все маглорожденные так плохи, и я был прав. Впервые спорил с ним и выиграл, — усмехнулся блондин. — А тетя Дромеда, кстати, была отлучена от семьи за то, что вышла замуж по любви, за маглорожденного. Ладно, хватит о прошлом, — вдруг сменил тему Драко и встал. — Во сколько будет обед? Гермиона проснётся ужасно голодная. По себе знаю, после того восстанавливающего зелья есть хочется очень сильно.       Гарри переглянулся с Сириусом и тоже встал.       — Раз так, пойду приготовлю ещё что-нибудь.       — Ты готовишь сам? — удивился Драко.       — Ага.       Гермиона проснулась через несколько часов, вся мокрая насквозь от пота. Сил встать совсем не было, и Ред помог ей добраться до ванной, где набрал воды и вылил зелье, усадив прямо в одежде. Он ждал хозяйку за дверью, прислушиваясь к ее дыханию. Оно становилось сильнее и ровнее, потом девушка зашевелилась и стянула мокрые вещи, расслабленно вздыхая. Гермиона просидела в воде полчаса и вышла уже посвежевшая. Переодевшись, она спустилась вниз, обнаружив всех в столовой.       — Как себя чувствуешь? — спросил Поттер, когда девушка села за стол.       Ред умостился рядом, ему подали тарелку, которую он увлёк за собой в другую комнату. Грейнджер слабо пожала плечами и ответила:       — Лучше, но есть очень хочется.       — Хорошо, — кивнул Малфой.       — Держи, — Гарри поставил перед ней наваристый супчик.       — Мм, потрясающе. Давно я не ела твоей еды, — улыбнулась Гермиона.       Появился домовик, и Сириус вместе с крестником напряглись, поскольку знали, что он терпеть не может грязнокровок и долго сокрушался, когда ему сказали о таких гостях. Конечно, ему запретили говорить что-либо на эту тему, но опасались мелких гадостей. На удивление Кричер ничем не выделял Гермиону на фоне остальных, скорее, ей и Драко он прислуживал с особым почтением, отчего хозяева дома изумлённо переглянулись. Решив не затрагивать этот вопрос, раз все в порядке, они принялись за еду, расставленную эльфом.       Гарри уловил заботливый взгляд Драко, кинутый на Гермиону, и тихо хмыкнул. Интересно, как долго они будут молчать? Что слизеринец, что подруга упрямые и, раз ничем почти не выдают себя, значит, чего-то ждут. Сам Гарри такого не понимал. В любой момент могут прийти пожиратели и Лорд, кто-то может умереть. Так почему бы не жить сегодняшним днём?       Во время оставшихся каникул Поттер попробовал поговорить об этом с ними обоими. Но успехов не достиг. У каждого из них были свои причины и страхи, и не всем они поделились, бережно храня секреты. Странным было только одно: ладно Малфой, змеи всегда выжидают удобного момента, но Гермиона? Она же храбрая гриффиндорка, почему не сделает первый шаг? Неужели шляпа в тот раз была права, увидев в ней качества, присущие слизеринцам?       Если так подумать, влипали в неприятности они всегда вместе, но каждый раз у подруги был уже намечен план отхода или действий. Неужели они никогда не действовали наобум, как и полагается эмоциональным гриффиндорцам?       Когда начался шестой год обучения, эти вопросы пришлось выкинуть из головы. Дамблдор снова взялся за поиски крестражей, таская его с собой, и Гарри едва успевал учиться на средние оценки. Гермиона очень ему помогала и подтягивала, взяла на себя руководство ОД полностью.       Через пару месяцев стало ясно, что ситуация в школе изменилась. Слизеринецы разделились на два лагеря, многие из них открыто встали на сторону Поттера в этой борьбе. Приходилось быть осторожными, чтобы не получить заклинание в спину от своих же. Все сплотились вокруг Малфоя, взявшего на себя роль лидера группы.       В коридорах шла негласная война сторонников и противников Лорда и Амбридж и их режима. Даже профессора не оставались в стороне, пусть и действовали не так открыто. Директора и Гарри почти не было в школе, отчего в ней исчезла дисциплина. Мелкие драки, стычки стали обыденностью.       Амбридж ловила Отряд вместе с Дружиной, те удачно сбегали и пакостили, несмотря на то, что Драко перешёл на другую сторону и не мог больше шпионить.       Новый год и Рождество все встретили в доме Сириуса. Дамблдор созвал старых членов Ордена Феникса, и неожиданно Снейп оказался среди них. Для Драко, Гермионы, Джинни и Гарри это стало сюрпризом, потому что в школе он производил впечатление злого угрюмого волшебника, тем более имел метку на руке.       Детей не допустили к собранию взрослых, и те устроили своё. Тише всех сидели Грейнджер и Патил. Падма вообще в этом году вела себя обособленно, единственное, что позволяло Гермионе не трогать ее было то, что на письма Реда та отвечала и бережно хранила его ответы в шкатулке.       Грейнджер же думала, как ей быть. Все могла решить битва с Лордом один на один, но что делать с остальными Пожирателями? Они ведь не будут стоять в стороне. Гермиона боялась, что кто-то из ее знакомых или близких умрет, и это будет ее вина. Она боялась не справиться, но и силу свою показывать тоже. Вдруг не сможет контролировать? Объемы ее магии огромны, а девушка всю жизнь носила браслет-ограничитель. И что потом? Простит ли ее Гарри? Позволить ли ему сразиться, просто подстраховав и сведя потери к минимуму или все сделать самой?       После Рождественского ужина все разошлись, кто куда по дому. По негласной просьбе Реда Гермиона отошла в укромный уголок библиотеки, где сейчас никого не было, и позволила другу превратиться в человека.       Малфой, что решил в тишине подумать обо всем, услышал голоса и двинулся в ту сторону посмотреть, кто там. Выглянув из-за стеллажа, блондин замер и затаил дыхание. Рядом с Гермионой стоял тот самый ее загадочный друг-родственник.       — Пожалуйста, Миа. Я обещал уже. Ты меня знаешь, никто не заметит, — упрашивал парень.       — Ладно, иди уже. Только недолго и чтобы никто не видел тебя, — сдалась со вздохом девушка, но улыбнулась, как-то мягко и нежно глядя на брюнета.       — Спасибо, — радостно произнёс тот и со всех сил обнял её, тонкие руки Грейнджер обхватили его в ответ. — И с праздником тебя. Хотя основной подарок ждёт впереди, — хитро усмехнулся парень и быстрым шагом пошёл на выход.       Драко прислонился спиной к полке и сложил руки на груди, пытаясь сдержать эмоции и не натворить глупостей. Ревность и непонимание остро жгли сердце. Кто это такой? Откуда взялся здесь? И почему так свободно говорил с ней?       Внезапно незнакомец, который на его глазах вышел за дверь, оказался прямо перед ним. Малфой дёрнулся за палочкой, но брюнет показал пустые руки, усмехаясь. В его голубых глазах плясали смешинки, и Драко накрыло аурой спокойствия.       — Я не конкурент тебе, — произнёс парень. — У меня уже есть возлюбленная, и это не Гермиона. Иди, она ждёт, — он посмотрел в сторону девушки, и Драко тоже.       Повеяло свежестью, и лёгкий ветерок всколыхнул его волосы. Малфой повернулся, но перед ним уже никого не было. А от необъяснимой ревности не осталось и следа. Вздохнув, он сделал шаг навстречу Гермионе, что сейчас задумчиво смотрела в окно. У него для неё был небольшой подарок, который блондин не решился отдать при всех.       Через час счастливая Гермиона вернулась в спальню, которую делила с Падмой и Джинни. Уизли очевидно была где-то с Гарри, а вот Патил сидела в слезах. Грейнджер насторожилась и присела рядом, гадая, что натворил Редманд.       — Падма, что случилось? Почему ты плачешь? Тот твой таинственный собеседник обидел тебя?       — Что? Откуда ты знаешь? — спросила девушка.       — О нем? Так ты письма часто пишешь и ответы получаешь. А ещё, я знаю кое-кого, кто ведёт себя точно также, — улыбнулась Гермиона.       — Точно, ты же говорила, он твой родственник, ох, — Падма прикрыла рот, понимая, что проговорилась.       — Так почему ты плачешь? Я точно знаю, что ты ему нравишься, он тебе видимо тоже, — Грейнджер коснулась аккуратной подвески, подаренной Драко, и перевела взгляд на подругу.       — Мы не можем быть вместе, — жалобно произнесла та и снова заплакала.       — Это почему ещё? — не поняла Гермиона. — Не бывает непреодолимых препятствий.       — Очень даже бывают, — уперто выдала Патил. — Ты просто не знаешь.       — Так расскажи. Я найду выход, сделаю все возможное, — пообещала Грейнджер.       Падма долго сомневалась, крутила на руке браслет, которого ещё недавно у неё не было, а потом сказала:       — Я не совсем человек, Гермиона.       — А кто ты? — удивилась гриффиндорка. — Так вот почему твоя магия немного изменилась. И магия твоей сестры тоже начала. Это вроде совершеннолетия такого? — спокойно рассуждала Грейнджер, удивляя подругу.       — Ты чувствовала изменения? — изумилась она.       — Особенности моей магии, только это секрет, — улыбнулась Гермиона.       — Моя семья является предками древнего клана индийских Волков. Несколько столетий назад гены уснули, и предки уже не могли обращаться, стали обычными волшебниками. Но в нас с сестрой они пробудились. Если бы не сохранённые дневники, родители бы не знали что и делать. Моя магия — она стала немного другой будто. Мне и палочка не нужна. Я боюсь. Я не знаю, что мне делать, как жить дальше. Да и… — девушка замолчала.       — Как мы сможем быть вместе? Я читала, такие, как я, не стареют очень долго, могут обращаться в волка. Что, если однажды я превращусь и убью его? Что я скажу, когда все заметят, что я не постарела ни на год? — тихо спрашивала Падма, глотая слёзы.       — Знаешь, я не могу пока сказать тебе всего, но я обещаю, выход есть. Верь ему, верь мне, пожалуйста. Не сдавайся и дай вам шанс. Если все выживем в будущей битве, ты станешь очень счастливой, я обещаю тебе, — Гермиона обняла Патил, и Ред, что тоже появился наконец в комнате, положил голову ей на колени, лизнув руку.       Грейнджер чувствовала его шок и растерянность от того, что он только что услышал, и видела вину в глазах за то, что пока не может признаться во всем. Хранить секреты было тяжело им обоим.       В последний день перед началом школы, когда все уже разъехались, Дамблдор собрал Гарри, Гермиону и Драко, ставшего частью их компании. Директор рассказал им, чем они с Поттером занимались все это время, а также признался, что проклятие с первого крестража потихоньку убивает его. Из-за этого он больше не может участвовать в поисках и передаёт это дело им троим.       Когда начались первые уроки, ребят в Хогвартсе не оказалось. Многие их друзья недоумевали, что произошло и почему их нет. Джинни знала о некоем задании от директора, о чем по секрету и сообщила своим. Под ее руководством тренировки ОД продолжались.       В это же время на площади Гриммо готовились заполучить ещё один крестраж. Неизвестно, откуда Дамблдор узнал, где тот находится, но ребятам предстояло проникнуть в Гринготс. Операцию планировали долго, боялись попасться или ошибиться. Ред пойти с хозяйкой напрямую не мог, но наложил поверх образов оборотного зелья качественную иллюзию, а затем ждал всех снаружи.       Все прошло отлично, и окрылённые удачей ребята вернулись домой. Поиски последнего крестража немного убавили пыл. Информации почти не было, как уничтожить его — непонятно. Драко было тяжелее всех, темная магия артефакта влияла на него больше, чувствуя родственную энергию. Только постоянное присутствие и поддержка Гермионы, которая ощущала это, помогали ему справиться.       В попытках и поисках прошло больше половины времени, остававшегося до конца учебного года. В Хогвартсе многое изменилось. Через Снейпа Драко узнавал новости. Крестный исправно играл свою роль, вселяя страх в окружающих.       Недавно Рон Уизли провёл в Хогвартс Пожирателей и напал на Дамблдора. Ему удалось выбить у старика палочку и сбросить с Астрономической башни. Школу захватили, Северуса сделали главным, и никто не догадывался, что Снейп помог Альбусу спастись. Все считали, что прежний директор мёртв.       Ближе к весне, когда трое друзей вернулись из очередного похода по поиску крестража и уныло сидели на кухне, Сириус вдруг сделал хорошее предположение. Все возможные места нахождения ещё одной части души Лорда ребята уже проверили и почти потеряли надежду, когда крестный Гарри вдруг предложил поискать в Хогвартсе. Мысль была здравая, тем более, ходили слухи о скором нападении на замок.       Каждый из них хотел вернуться в родную школу, убедиться, что друзья в порядке. Передавать письма не было возможности весь этот год. И Гарри, и Редманд ужасно переживали за любимых девушек. Но волк хотя бы чувствовал, что истинная жива. А у Поттера такой способности не было.       Гермиона не раз выводила друга из депрессии, разговаривая с ним по душам и подбадривая. В такие моменты они с Драко переглядывались, вновь осознавая, насколько им повезло видеть любимого человека рядом каждый день и знать, что все в порядке. Нет, признания ещё не было, но все и так было понятно, причём всем.       Через Хогсмид и Кабанью голову трио смогло попасть в школу. В Выручай-комнате уже долгое время проживали многие члены Отряда, не желающие подчиняться новой власти. Их появление вызвало фурор и кучу вопросов. Гарри, не вдаваясь в подробности, объяснил им, что ищет, и Луна предположила, что это может быть и где искать.       Впятером, с Лавгуд и Джинни, трио отправилось на поиски. Редманд с радостью подчинился просьбе хозяйки в этот раз и остался в комнате, положив голову на колени Падмы, что сидела рядом с сестрой. Он был безумно счастлив, что с ней все в порядке.       Догадавшись после разговора с привидением, где искать крестраж, все ребята поспешили обратно в Выручай-комнату, когда нападение на школу началось. Ученики бегали по коридорам, кто спасался, кто спешил во двор. Тут и там мелькали прибывшие члены Ордена Феникса и Отряда Дамблдора.        У входа в комнату Гарри и его друзей поджидали. Едва дверь закрылась, несколько слизеринцев и Рон Уизли напали на них. Завязалась драка, проклятия летели одно за другим. Джинни была просто в ярости, узнав, что это ее брат напал на Дамблдора и впустил Пожирателей в тот раз. Она не понимала, почему?       — Да потому, дорогая сестра, — издевательски шипел Рон, скривив лицо в отвратительном оскале, — что вы бросили меня. Вы все просто выкинули меня, моя собственная семья решила избавиться! Отослали куда подальше, к старшему брату, которого я и видел-то до этого два раза, да и потом не чаще! Денег у них, видити ли, не было! На вас хватило, а меня, значит, можно и выкинуть?! Почему не тебя? Ты же последняя родилась!       Рыжий сыпал проклятиями, все больше распаляясь. Он действительно не понимал, что таким образом родители хотели дать ему больше, чем смогли бы сами.       — Я вас всех ненавижу, за то, что бросили, что нищие, предатели крови! Никогда я не стану таким, как ты и твоя семейка! — орал Рон.       Он изо всех сил старался задеть сестру или Гермиону, что помогла Джинни защищаться, пока Гарри и Драко с Полумной разбирались со слизеринцами. Дела у парней шли лучше, поэтому вскоре Поттер присоединился к девушкам. Но Рон был настолько поглощён гневом и ненавистью, что остановить его было крайне трудно. Его заклятия были точными и сильными, и пока Гермионе и Джинни удавалось только защищаться. Они не хотели вредить ему, пусть он и на другой стороне.        Поттер смог переломить немного ситуацию и иной раз нападал, и это разозлило Уизли ещё больше. Рыжий собрался с силами и запустил в противников сильнейшее темное заклинание.       Гермиона могла бы отразить его, выпустив всю доступную ей в этот момент магию, но потом пришлось бы снимать браслет, чтобы не потерять сознание от истощения. Ей пока не хотелось делать этого.       Внезапно перед ними появился Драко. Грейнджер ощутила мощный всплеск его тёмной части, и проклятие было отражено. Вслед за этим в Рона полетело ответное, потом следующее и ещё одно. Блондин искусно и бесчувственно управлял силой, словно вмиг став другим человеком. Тьма взвилась в парне, и Малфой с трудом смог усмирить ее и остановился, тяжело дыша.       Противники лежали поверженные. Он молча, не оглядываясь, потому что боялся увидеть реакцию друзей на эту новость, подошёл к Уизли и снял наложенное им же темное проклятие, предварительно связав того. Потом все же обернулся, приготовившись увидеть разочарование и, возможно, страх.       Но Джинни просто была в прострации от произошедшего и сражения с братом. Поттер удивленно вскинул брови, но ничем не показывал отторжения. Гермиона же и вовсе благодарно кивнула, словно ничего необычного не увидела.       — И что, никто ничего не скажет? — осторожно спросил Драко.       — Мне все равно, — высказалась Грейнджер. — Ты спас нас и ты все ещё светлый маг, — пожала плечами она.       — Я вижу, ты хороший человек, — улыбнулась Лавгуд.       — А мы в шоке, — сказал Поттер. — Но друзей ведь принимают такими, какие они есть, а ты наш друг.       — Спасибо, — растеряно ответил слизеринец.       — Ладно, — встряхнулся Гарри. — Гермиона, нужно достать зуб Василиска. Действуем, как договаривались. Берите Чашу и идите. Запись с собой?       — Да. Пойдём, Драко, — девушка потянула немного дезориентированного произошедшим слизеринца на выход.       Из рассказов друга она знала, где находится Тайная комната и как в неё попасть. На Гриммо они обсуждали возможность вновь спуститься туда и достать зуб, чтобы уничтожить крестражи. Специально для этого Гарри на диктофон записал нужные фразы на парселтанге, после того, как Грейнджер поколдовала над ним, чтобы аппарат смог работать в магической среде.       Они с Драко пробрались на второй этаж, иногда отвлекаясь на сражавшихся. Бои шли уже внутри школы. Тут и там мелькали вспышки, раздавались крики. Внезапно путь им преградил Редманд, находящийся сейчас в облике человека. Гермиона не стала тормозить, утаскивая за собой ничего не понимающего Малфоя. Видя вопросы в его глазах, девушка поджала губы и отвернулась, продолжая бежать. Брюнет двигался рядом, прикрывая их. У дверей туалета Грейнджер ненадолго остановилась и посмотрела на верного слугу.       — Спаси всех, кого сможешь, пожалуйста, — умоляюще попросила она, заглядывая в ярко-голубые глаза.       — Я обещаю, — серьезно кивнул парень перед ними, потом перевел взор на следящего за диалогом блондина.       — Пока меня нет рядом, ты должен беречь её, — потребовал Ред. Коротко обняв хозяйку, он шепнул:       — Будь острожна, прошу. Если с тобой что-то случится, я…       — Все будет в порядке, — ласково улыбнулась Гермиона, сжимая ладонь Драко.       Слизеринец был напряжен. Сначала выдал себя, показав, что владеет тёмной магией, потом этот странный неизвестный недородственник, с которым любимая девушка так близка. А не надумал ли он ее ответные чувства? Стоит ли рисковать и озвучивать их вообще?       Грейнджер потянула его за собой, и Драко послушно пошёл, пребывая в разрозненных эмоциях. Весь путь, проделанный ими, был для него словно в тумане. Зал поразил своими размерами и вывел из раздумий, а огромная туша мертвого Василиска пугала даже сейчас. И как Поттер смог одолеть его будучи лишь на втором курсе? Гермиона осторожно выдернула зуб и протянула Малфою.       — Я? — испугано спросил парень.       Темная магия сопротивлялась, уговаривала, угрожала. Крестраж не хотел погибать, лишал воли. Но Грейнджер знала, что именно Драко должен уничтожить его, чтобы суметь преодолеть себя и стать сильнее.        Малфой неуверенно перехватил клык поудобнее и занёс над чашей. Перед глазами показалась ужасная картина того, как Гермиона влюблённо улыбается тому черноволосому парню, целует его и уходит вместе с ним, оставляя Драко одного.        Слизеринец где-то глубоко в себе понимал, что это мираж, ложь, но никак не мог найти в себе сил преодолеть его. А потом вдруг заметил, что у той неправильной Грейнджер на шее нет его подарка. Он знал, что Гермиона кулон не снимала никогда. Зажмурившись, через силу Малфой опустил руку, протыкая крестраж.       Гриффиндорка слабо выдохнула, понимая, что он справился. Всего секунду назад ей показалось, что блондин вот-вот сдастся. Интересно, что он увидел?       Драко открыл глаза, тупо смотря на зуб перед собой. Женская ладонь аккуратно высвободила оружие против крестражей и убрала в сумочку на плече. Малфой перевел на неё взгляд, замечая облегчение и гордость в ее глазах. И тут его словно ударило осознание: не скажет сейчас, потом не сможет никогда. И если она не ответит взаимностью…       — К черту всё. Я люблю тебя, Ми, — выдал он, прямо посмотрев на Грейнджер.       Девушка облегченно выдохнула, шагнула и прижалась к его губам, тут же отступив. На ее лице показалась счастливая улыбка, а глаза светились, когда она ответила:       — Я тоже тебя люблю.       Драко ощутил сильнейшее облегчение. Внутренняя пружина разжалась, позволяя нормально дышать. Он с нежностью посмотрел на Гермиону, заправил выбившийся из хвоста локон за ухо и поцеловал ее уже по-настоящему. Перехватив ладонь девушки, Малфой чуть отстранился:       — Уверена? Того непонятного родственничка ты вроде тоже любишь, — шепнул он.       Гермиона усмехнулась и повела парня на выход.       — Уверена, — твёрдо ответила она. — Я потом тебе все объясню, Драко. Не один ты имеешь секреты.       Малфою показалось, что в конце ее голос дрожал от страха и … вины? Или это просто эхо исказило его? Когда до выхода на поверхность оставалось немного, перед парой появился феникс директора. Он перенёс их прямо в кабинет, где они увидели ослабевшего Дамблдора.       — Мисс Грейнджер, мне нужно сказать вам кое-что очень важное и я надеюсь на ваше благоразумие, — серьезно произнёс старый волшебник.       Он поведал о двух последних крестражах, одним из которых был Гарри. Эта новость выбила друзей Поттера из колеи. Поначалу Грейнджер и слушать ничего не хотела, но вскоре собралась с силами.       — Я правильно понимаю? Он должен умереть? Но вы думаете, Гарри сможет снова вернуться к жизни? — в который раз переспросила она.       — Все верно.       — И вы предлагаете мне отпустить его? Не вмешиваться? А если это убьёт его?!       — Всегда есть возможность вернуть, особенно у вас, — Дамблдор многозначительно посмотрел на неё, и Гермиона опустила плечи, признавая правоту.       Было до жути страшно вот так рисковать единственным близким другом. Если ничего не выйдет, это будет только ее вина. Но Гарри - крестраж. С этим ничего поделать было нельзя. Оставалось довериться словам директора.       Выйдя из кабинета, Грейнджер и Малфой попали в ад. Сражались все и везде. Крики, вспышки, слёзы боли и страха. Гермиона ожесточенно ввязалась в самую гущу, выплескивая злость на свою беспомощность. Драко понимал ее состояние отчасти, ведь Поттер не был ему настолько близким человеком, и пытался не думать, какие тайны скрывает его девушка.       Стараясь защититься и защитить ее, Малфой краем глаза замечал, как среди учеников мелькает темная тень. Точно такая же, как и та, что спасла его в тот раз от Авады. Видимо, Редманд защищает учеников Хогвартса. Но почему он не с хозяйкой?       Секунда этих мыслей чуть не стоила Гермионе ранения. Драко успел лишь испугаться и поднять палочку, как перед ней возник брюнет, взмахом руки отбивая заклинание. Он уже исчез, а Малфой только моргнул, отмечая, что этот волшебник выглядит идеально, словно и не в битве участвует. О том, что он вообще сражался, говорили несколько выпавших из низкого хвоста смоляных прядок и бешеный блеск глаз.       Сосредоточившись и откинув неуместные мысли, блондин принялся отбивать заклинания с удвоенной силой. Гермиона меняла локации, помогая то тут, то там. Периодически ее знакомый появлялся рядом с ними, спасая не только ее, но и самого Драко. Малфой пытался уследить за ним взглядом, восхищаясь способностями этого определённо сильного волшебника. Кто он и почему так явно защищает ее? Этот вопрос не давал покоя, даже когда Волан-де-Морт дал им часовую передышку, вызвав Гарри.       Грейнджер судорожно сжимала кулаки, оглядываясь. Друга они не видели уже давно. В Большом зале собрались все раненые, но убитых не было. Кому-то было совсем плохо, мадам Помфри не успевала лечить. Малфой ходил за Гермионой, помогая ей. Девушка словно разрываясь внутри от противоречий, но что этому причина — блондин не знал.       Она помогала раненым, как могла, и он тоже не отставал, но и не выпускал ее из виду. Драко чувствовал, как с каждой минутой, с каждым криком боли Гермиона словно набиралась решимости, становилась злее и яростнее. Когда объявили, что Поттер мёртв, взгляд карих глаз был ужасен.       Народ потихоньку выходил и собирался у входа перед толпой Пожирателей во главе с Лордом, который вещал о своей доброте к тем, кто сдастся. Хагрид аккуратно положил тело Гарри, и Гермиона сжала кулаки все сильнее. Но вот Поттер вскочил и ударил заклинанием в Волан-де-Морта. Тот отразил его, и началась новая битва.       Малфой подобрался ближе к Избранному, заметив, что тот ранен. Одному сдерживать всех нападавших было тяжело, но к нему быстро присоединились их друзья. Отбиваясь, Драко успел увидеть, как Невилл срубил голову змее, а значит, у урода осталась последняя жизнь. Лорд взревел, и атака стала ещё яростнее.       Заклинанием Малфоя отбросило к сидящему у колонны Поттеру, что с трудом держал щит. Блондин усилил его, попутно послав темное проклятие в напавшего на них Пожирателя. Оба выдохнули, но замерли, когда мимо них целеустремлённо пробежала Гермиона. За ней спешил темноволосый парень, не раз спасший их сегодня.       — Миа, подожди, — он ухватил ее за руку, останавливая.       — Я должна! — на грани истерики крикнула Грейнджер, вырываясь.       Брюнет резко преклонил перед ней колено и попросил:       — Позвольте пойти с вами, госпожа. Я не могу отпустить вас одну.       — Нет, — отказала Гермиона. — Это должно прекратиться сейчас же, и я разберусь с ним, даже если придётся …— ее взгляд упал на Гарри и Драко, в шоке смотрящих на эту сцену.       Карие глаза смягчились, вновь наполняясь решимостью и светлыми эмоциями.       — Защищай их, ладно? Я буду в порядке, ты же знаешь, — посмотрела она на парня перед ней.       — Но госпожа…       — Делай, как говорю, — чуть строже произнесла Грейнджер, и слуга склонил голову:       — Как прикажете, госпожа.       Потом поднялся и вмиг оказался перед парнями, укрывая их щитом. Уставшие и обессиленные, Гарри и Драко переглянулись и с трудом встали, отбивая заклинания обратно в нападающих. Неизвестный парень смотрел только на Грейнджер, с лёгкостью удерживая барьер.       Внезапно раздался громкий пронзительный крик:       — Хватит!       Все на секунду отвлеклись, оглушённые силой звука. Волан-де-Морт заинтересованно поднял голову, отрываясь от празднования победы над ослабевшим Дамблдором, и встретился взглядом с девушкой.       — Сразись со мной, жалкий трус! — крикнула Гермиона. — Или боишься девчонки?       — Нет! — в один голос заорали Малфой и Поттер, но тот, кто защищал их, предупреждающе поднял руку.       Лорд издевательски захохотал, а его слуги не остановились, продолжая причинять боль и калечить. Терпение Гермионы лопнуло. Магия вокруг неё вспыхнула ярким светом, отчего вся она словно засияла. Сила разошлась волной вокруг, сбивая с ног Пожирателей. Девушка подняла руку и расстегнула браслет. Гарри и Драко с удивлением узнали тот, который Гермиона никогда не снимала, иногда перебирая подвески и над чем-то думая. И тут …       На всех обрушилась ужасающая мощь. Невозможное давление прибило к земле нападавших, а ученики и учителя ощутили резкий прилив сил. Магия волнами исходила от Гермионы, отбрасывая приспешников Лорда в его сторону. Никто из них не мог и пальцем шевельнуть, раздавленный превосходящей могущественной энергией, сейчас направленной против них.       Все, кто пострадал, стали с удивлением замечать, как царапины и раны заживают, а проклятия исчезают. Постепенно волшебники стягивались в одно место, позади девушки, чьи глаза были закрыты, а волосы развевались от течения магии вокруг. Даже Дамблдор ощутил снятие недуга и прилив силы, благодаря чему призвал всех встать подальше.       Волан-де-Морт побелел ещё больше, все же устояв на ногах.       — Нет, не может быть! — прорычал он. — Мои люди убили девчонку из пророчества! Откуда эта сила? Кто ты такая?! Я уничтожу тебя.       Сейчас для Гермионы он поднимал палочку словно в замедленной съёмке. Она обернулась, заметив потрясённых друзей, виновато опустила глаза и кинула браслет Реду.       — Подержи, пожалуйста, — прозвенел ее голос.       Сзади в неё уже летела Авада, и многие крикнули, предупреждая.       — Миа! — дёрнулся и Редманд, но девушка взмахом руки собрала энергию луча и лопнула получившийся шарик с лёгкостью.       Потом обернулась к врагу. Лорд затрясся от гнева, что-то колдуя и призывая приспешников подняться. Те не могли двинуться с места, словно прикованные к земле. Над Хогвартсом собралась чёрная туча, разрезаемая молниями. Вокруг наступила ночь, и только силуэт Гермионы сиял во тьме.       Волан-де-Морт обрушил на неё сильнейшее своё проклятие, способное разрушить город до основания, но Грейнджер подняла руки и выпустила из себя свою магию.       — Очищение! — громко воскликнула она, и резким импульсом от неё полыхнуло светом.       Когда все проморгались, на небе ярко светило солнце. Лёгкий ветерок колыхал снова целые и зелёные деревья и сочную траву на газонах перед школой. Вокруг оседали маленькие частички магии, и там, где они падали, вырастали цветы, а подпалины от заклинаний и огня исчезали, будто их и не было. Лорд лежал без сознания на земле. Гермиона подняла руку, но рядом тут же оказался Ред:       — Позвольте мне, — сказал парень и сам выпустил неизвестное заклинание.       Тело Редла превратилось в пепел и улетело с порывом ветра. Стояла оглушительная тишина. Никто не мог двинуться от увиденного.       — Те, кто добровольно хочет сдаться и искупить вину в камере, поднимитесь! — приказала Гермиона.       Некоторые Пожиратели вставали, и их тут же опутывали веревки, а палочки исчезали.       — Те, кто остался верен своему господину: я чувствую вашу чёрную магию в ваших венах, я ощущаю вашу злость и ненависть. Вы не сможете исправиться никогда. Так следуйте же за хозяином!       По взмаху руки Реда вспыхнуло белое пламя, за секунду испарившее множество Пожирателей. Опустив плечи, Гермиона устало уткнулась лбом в плечо слуги и друга. Парень обнял ее одной рукой, поглаживая по волосам. Среди учеников и профессоров начались разговоры, поднялся шум. Люди вдруг поняли, что все закончилось, они победили и даже раненых и убитых у них нет.       Все возликовали, а Гермиона со страхом ожидала, что же скажут ее друзья и парень. Раздался топот ног, Ред отпустил ее, и Грейнджер тут же оказалась в объятиях Гарри.       — Не знаю, что это такое было, но то, что я сказал тогда Малфою, относится и к тебе. К тебе особенно. Я приму тебя любой, Герм.       — Спасибо, Гарри, — сквозь слёзы прошептала девушка.       Поттер отпустил подругу, и она почувствовала родные руки Драко, что так удачно скрыл ее слёзы ото всех.       — Глупая ведьма, — хмыкнул блондин, и натянутая струна страха внутри девушки лопнула, принося облегчение.       Грейнджер незаметно магией убрала слёзы и отстранилась, улыбаясь остальным друзьям, окружившим ее. Несколько минут попринимав поздравления, Гермиона подошла к стоящему рядом Реду и сказала:       — У нас осталось ещё одно дело.       — Вошла во вкус, да? — ухмыльнулся парень и получил в плечо кулаком.       Его хозяйка рассмеялась, но взяла его за руки. Они сосредоточились, и магия стала распространяться, убирая следы битвы и возвращая замку прежний вид. Когда все было закончено, на них обрушились аплодисменты всех, кто стоял во дворе. Гермиона улыбнулась и потеряла сознание, поскольку впервые проводила через себя такие объемы магии. Ред подхватил ее и понёс в замок. Гарри, Джинни и Драко побежали за ним.       Парень, что звал Гермиону своей госпожой, никому не позволил помочь ей, лично проверив состояние девушки.       — Ей нужен просто сон, — сказал он, уложив хозяйку в ее бывшей комнате в гриффиндорской башне. — У меня есть важное дело, следи за ней, — обратился брюнет к Драко. — Отвечаешь головой.       Редманд вышел, обращаясь в волка. Ему срочно надо было проверить, как там Падма, а потом добраться до родителей госпожи и сообщить им новости. Кажется, пора вернуться в родное поместье и выйти из тени.