Глава 25

«Уважаемые жители! 17.10.2022 с 8:00 до 21:00 будет произведено отключение отопления и горячего водоснабжения в связи с ремонтными работами…»  Миша не стал дочитывать объявление на доске у подъездной двери до конца. Какие бы трогательные извинения ни приносились ниже, Миша, как и его невольные товарищи по несчастью, временно поместившее всех, кто находился в доме, в одну холодную лодку, в любом случае, оказались вынуждены провести почти весь остаток дня в стремительно замерзающих и почти что обезвоженных квартирах. Хотя в последний раз отключение настигало их дом достаточно давно. Миша напряг память, пытаясь вспомнить, когда это было в последний раз. Он помрачнел, когда вспомнил, что это произошло именно в тот самый день, когда он впервые позвал Аню гулять. День, когда он испытал невиданный подъём, с которого теперь больно падал… *** Вода в чайнике закипела. Пузырьки кислорода, соревнуясь, наперегонки помчались наверх. Миша схватил чайник за ручку и налил кипяток в керамическую белую кружку. Кинув в горячую жидкость старый чайный пакетик и размешав две ложки сахара,  парень поднял глаза на работающий фоном телевизор, висевший на стене. По первому каналу в рамках новостной программы на фоне развалин, бывших когда-то чьим-то домом, шло интервью с солдатом. Прервав его на полуслове нажатием красной кнопки пульта, часто напоминающего подростку о событии из детства, Миша направился в комнату с кружкой чая в руках. За почти шесть часов без отопления квартира успела заметно остыть, и чай остался последним источником тепла, на который мог надеяться Миша.  Поставив чашку чая на письменный стол, Миша вернулся в прихожую за рюкзаком, который остался стоять у входной двери. Принеся его всё туда же - к письменному столу, Миша с закрытыми глазами расслабленно погрузился в объятия кресла на колёсиках. Но как только он вспомнил, что завтра его ждут семь долгих уроков, его безмятежный настрой как рукой сняло. Преподаватели не подвели и добросовестно оставили классу достаточно домашнего задания, чтобы ученики не страдали от скуки после школы. Первым завтрашним предметом, пришедшим парню на ум, стала физика. Когда-то это слово означало для него новый, неизвестный, загадочный предмет, не успевший набить оскомину и предвещавший долгожданные разгадки тайн мира. Внезапно Миша испытал искреннее и уже забытое стремление сделать задание по ней самостоятельно, не списывая почти точь-в-точь с Кирилла. Десятиклассника передёрнуло от мысли, что он занимает должность беспомощного иждивенца, целиком зависимого от соседа и Ольги Дмитриевны, часто молчаливо наблюдавшей, как Сергеев шепчет Климову решение или ответ на тестовый вопрос. Была бы рада его не чаявшая в Мише, маленьком полноватом мальчике, души классная руководительница времён начальной школы, увидев его таким? Был бы он сам пятилетней давности, мечтавший быть отличником до самого одиннадцатого класса, доволен, если б встретил себя из будущего… Миша раскрыл белый учебник с порванной обложкой и, запивая текст маленькими глотками чая, принялся вдумчиво читать условие задачи. Экран его телефона, что лежал поодаль, загорелся светом. Заметив это боковым зрением, Миша молниеносно протянул руку к своему самсунгу.  «Быть может, это Аня»,- пронёсся внутри него луч надежды.  Но нет. Это было сообщение от Кирилла. Миша разочарованно покачал головой. Кирилл, как и всегда, отправил ему решённые задачи. -Спасибо,- напечатал из вежливости Миша и получил ответную реакцию в виде лайка. Теперь милостыня от Кирилла была Мише без надобности. Он намеревался наконец разорвать порочный круг незнания и лени… *** Из подъезда раздался звук, как кто-то перебирает в руках ключи. Вскоре один из них попал в замок входной двери, и одиночество Миши в холодной квартире оказалось разрушено. -Привет, сынок!- крикнула издалека Ольга Анатольевна.  В этот день она впервые после того злополучного вечера вернулась домой с работы. -Привет!- поздоровался Миша, не отрывая взгляд от тетради, в которой писал.  Как оказалось, если, вникая в написанное, прочитать параграф учебника, то домашнее задание по физике не такое уж непреодолимое препятствие, как считал Миша последние годы, и можно не оправдывать свою лень сложностью предмета. Ещё до появления Ани на горизонте, когда парень и не подозревал, что его ждёт, примерно в середине девятого класса, в Мише остыл последний уголёк интереса к физике. Подросток катился по этой дорожке медленно, но верно и только в одном направлении. Сначала он стал списывать с Кирилла наиболее сложные задачи, которые не получалось решить самому после пяти-десяти минут раздумий. Скажи бы кто-нибудь на том этапе, что он станет списывать домашние задания целиком и даже не вдумываясь, Миша счёл бы это оговором или того хуже - оскорблением. Но потом десятиклассник стал выполнять самостоятельно только одно из двух домашних заданий. Затем - всё с меньшим усердием готовиться к проверочным. Так шаг за шагом, и вот Миша очутился в данной точке, в которой вовсе не планировал изначальна оказаться. Но сегодня пробившийся свет знаний указал Мише выход, что всё это время находился не так далеко… -Как холодно-то…- потирая плечи, возмущённо бросила мама Миши, ступившая в проходную комнату сына. Миша отвлёкся от домашней работы. -А, ну неудивительно,- причитала женщина, стоя напротив термометра, прикреплённого к наличнику двери в её комнату,-плюс пятнадцать градусов дома, Миша. Её сын хмыкнул, сигнализируя о том, что он услышал её слова. После речи матери ему самому стало чуть холодно, и Миша надел носки. Взглянув на время, он понял, что батареи вернутся в рабочее состояние ещё только через два часа… «В чём отличие итальянского фашизма от немецкого нацизма?»- звучал последний пятый вопрос на сорок пятой странице учебника по истории. После того, как он бы написал в кончающуюся тетрадь ответ, он мог быть свободен, хоть и только до завтрашнего утра. Допив третью за день кружку чая, Миша собрал последние силы в кулак и начал писать… Как гром среди ясного неба, раздался дверной звонок. Крайне редко чьи-то пальцы придавали смысл его существованию, и Миша уже успел забыть, как он звучит. Из кухни в прихожую направились торопливые шаги Ольги Анатольевны, до этого что-то готовившей. Где-то у входной двери они остановились. Узнав характерный звук проворачивания ключа в замке, Миша отложил ручку в сторону и отодвинул от себя тетрадь. Он напряжённо вслушивался в то, что происходило на границе между их квартирой и лестничной клеткой. Кто-то зашёл внутрь. -Здравствуйте,- донёсся до ушей Миши властный средний мужской голос. -Здравствуйте…- растерянно и еле слышно ответила мать. -Участковый майор полиции Закурин,- представился голос.-Вы Климова Ольга Анатольевна? -Да… А что случилось..? Миша придвинул кресло ближе к выходу из комнаты и месту, где проходил разговор. Ни разу прежде он не видел и не слышал в своей хрущёвке сотрудников полиции. Липкий страх постепенно опутывал его длинными щупальцами, и воздух вокруг становился всё холоднее. -Ваш муж Климов Олег Артёмович обвиняется по триста двадцать восьмой статье УК РФ «Уклонение от военной службы»…