Первая глава

      Внезапный треск камина заставляет Гермиону закатить глаза и поставить склянку с дремоносными бобами на место. Её губ касается улыбка, когда она слышит за своей спиной крадущиеся шаги.              Она резко оборачивается и встречается взглядом с ухмыляющимся Малфоем, который упирается плечом в дверной косяк.              — Сегодня же закрою от тебя камин.              Гермиона лёгким взмахом палочки снимает котелок с огня и переливает готовую жидкость в колбу, тут же закупоривая её.              — Не закроешь.              Грейнджер оборачивается через плечо и весело смотрит на мужчину.              — Хочешь проверить?              Он качает головой и проходит в её рабочий кабинет, тут же хмурясь, когда в его нос бьёт неприятный запах отвара.              — Ставлю сто галлеонов, что ты добавила вместо пяти капель сока мурлокомля шесть.              — Ты даже не знаешь, над чем я работаю.              — Я знаю, что такого запаха быть не должно.              Гермиона стискивает зубы и, прикрыв глаза, делает пару успокаивающих вдохов. Если она проклянёт его, есть ли шанс, что он заткнётся? Она уже распахивает губы и собирается позволить колкости сорваться с языка, когда чувствует жар тела Драко. Слишком близко. Слишком приятно и маняще.              Тяжело вздыхает.              — Тогда нужно было становиться зельеваром, а не ловцом, — подмигивает ему Гермиона, улыбаясь. Напряжение исчезает, когда она заглядывает в его серые глаза, в которых искрятся смешинки. Даже по прошествии многих лет перемирия, порой такие ситуации ощущаются… инородно. Будто это происходит не с ней. Не с ними. — Ещё не поздно.              — Если я пойду работать к тебе, то твоя продуктивность заметно… снизится, — говорит Драко, скидывая с плеч тёмную джинсовую куртку, и Гермиона проклинает тот момент, когда провела Малфоя за руку в мир магловской одежды. Этот засранец стал ещё привлекательнее. — Так что, пожалуй, сделаю одолжение Гарпиям и останусь с ними.              Да, их совместная работа с Малфоем была бы… специфичной. Гермиона уверена, что половину времени они бы о чём-то спорили, а другую… занимались посторонними вещами. Сейчас девушку вполне устраивает её должность в Святого Мунго, где она может с головой погрузиться в разработку новейших зелий.              — Как игра? — спрашивает Гермиона, стягивая с себя рабочую мантию и выходя из кабинета. Она проводит рукой по лбу и стягивает с волос резинку, позволяя кудрям рассыпаться по плечам. — Джинни мне обычно посылает патронус, но сегодня…              — Есть ещё какие-то варианты, кроме того, что мы выиграли? — Малфой стреляет в неё взглядом и разваливается на небольшом диване в гостиной. Живоглот, радостно мяукнув, прыгает мужчине на колени и начинает тереться об него. — Твой кот любит меня больше, чем тебя, — самодовольно заявляет он.              Гермиона второй раз за пять минут стискивает зубы и задумывается о том, чтобы пульнуть ему каким-нибудь заклинанием между глаз. Потому что он прав. Живоглот — после появления Малфоя в их жизни — действительно отдаёт предпочтение ему и полностью игнорирует существование Гермионы, когда в его поле зрения появляется Драко.              — Потому что ты его подкармливаешь, когда я не вижу.              — Я грамотно завожу нужные связи.              — Ты просто боишься, что он тебя укусит, как в тот первый раз.              Малфой морщится.              — Грамотно. Завожу. Связи.              Гермиона посмеивается.              — Ну, конечно. — Она закусывает губу и внимательно смотрит на мужчину. — Я не думала, что ты сегодня придёшь. Особенно, после игры.              Будто что-то вспомнив, Малфой тихо шипит и касается своих рёбер. Гермиона моментально оказывается перед ним, одаривая его обеспокоенным взглядом. Живоглот, будто почувствовав неладное, спрыгивает с его коленей и запрыгивает на рядом стоящее кресло, располагаясь там.              — Неудачно вписался в поворот, — заметив скептический взгляд Гермионы, он закатывает глаза. — Не рассчитал скорость и немного прокатился по земле.              Грейнджер качает головой и, открыв один из шкафчиков на кухне, достаёт оттуда склянку с зельем.              — Раздевайся, — говорит Гермиона, откупоривая пузырёк. — Почему не сказал Тео? Он бы помог.              — Предпочитаю, когда меня касаются привлекательные девушки, — ухмыляется он, снимая с себя рубашку. Гермиона тяжело сглатывает и чувствует, как начинают гореть её скулы. Чёртово тело ловца действует на неё каждый раз, как в первый. — Нотт пока до этой категории не совсем дотягивает.              Гермиона шумно втягивает воздух, когда впивается взглядом в фиолетовый кровоподтёк, окрашивающий весь его правый бок. Ей страшно представить, какой силы был этот удар об землю. Она аккуратно касается его тёплой кожи, прощупывая гематому.              — Идиот, — бормочет Гермиона, зачерпывая пальцами небольшое количество вязкой мази и медленно нанося её на кожу. — Сейчас будет немного печь, но поможет сразу, — говорит она спокойно и искренне наслаждается тем, как Малфой кривится от быстрой вспышки жжения. — Вот и всё.              Малфой, улыбаясь, зажимает кончик языка между зубами и смотрит на неё. Смотрит на неё тем самым взглядом, что пускает электричество по её коже и бьёт разрядами между ног. Хриплый вздох вырывается из груди.              — В следующий раз проси Тео, — произносит Гермиона тихо. — Это может быть опасно.              Драко качает головой и, резко обхватив девушку за талию, подминает её под себя. Нависает над ней, обдавая её лицо горячим дыханием.              — С Тео я не смогу сделать так.              В следующий момент его зубы смыкаются на девичьей шее, а руки проворно проникают под свободную ткань её домашней футболки. Гермиона чувствует, как он ухмыляется ей в шею, когда обнаруживает отсутствие бюстгальтера на ней.              — Может… он бы тебе не отказал, — хрипит Грейнджер, когда Малфой задирает её футболку и снимает ту через голову, откидывая ткань куда-то в сторону. Её руки путаются в светлых волосах, сжимая те у корней. — Если тебе так… чёрт, — стон вырывается из горла, когда один её сосок Драко обхватывает пальцами, а второй накрывает губами, оставляя слабый укус на твёрдой горошине. — Если тебе так принципиально спать с теми, кто тебя лечит.              Ладонью он обхватывает её шею, чуть сжимая нежную кожу, пока продолжает терзать грудь, заставляя Гермиону ёрзать и тихо стонать. Он перекатывает сосок между пальцами, оттягивая его.              — Мне принципиально спать с тобой, — уточняет он. Ухмылка не сходит с его губ, и Гермиона думает о том, что когда-нибудь она выстрелит на поражение, и погубит их обоих. Драко убирает руку от её груди и проводит кончиками пальцев по её губам, заставляя распахнуть их. — Так понятнее?              Гермиона мычит что-то несвязное, когда обхватывает его пальцы губами и обводит фаланги языком. Она чувствует, как хватка на её шее становится крепче. Это заставляет сосать его пальцы ещё сильнее. Мужской взгляд темнеет, когда Драко чуть наклоняет голову и смотрит на задыхающуюся девушку.              Он вынимает пальцы из её рта и вновь возвращается к твёрдым соскам. Проводит по ним влажными костяшками и чертит путь ниже, пробираясь под резинку спортивных шорт. Малфой шумно выдыхает.              — Блять, Грейнджер, — бормочет он, когда касается влажного нижнего белья.              Гермиона начинает дрожать, когда он нажимает сквозь ткань на её центр, выводя там пару кругов. С ним каждый раз так… сильно, что она удивляется, как ещё не сошла с ума. Она хочет перекатить его на спину, оказаться сверху, чтобы также терзать мужчину, проверяя его выдержку. Но ладонь на шее не позволяет ей этого сделать.              — Не сегодня, — говорит он, отодвигая ластовицу в сторону и касаясь подушечкой пальца её клитора. Гермиона сжимает челюсть и сдавленно стонет.              Она обхватывает его лицо ладонями и тянет на себя. Смотрят друг другу в глаза, в его серых читается сомнение, когда Малфой осознаёт, что их губы разделяют несколько миллиметров.              Гермиона бы хотела закрыть глаза и представить, что они в порядке. Что эта ситуация… в порядке. Что она может себе позволить поцеловать человека, с которым собирается заняться сексом. Но вместо этого она выкидывает эту мысль из головы и впивается губами в линию его челюсти, оставляя на ней укусы.              Малфой вздыхает и толкается в неё пальцами, вырывая из её груди сдавленный вздох.              — Ещё, — лепечет Гермиона, зажмурившись. Упирается носом в его щёку и тяжело дышит ему прямо на ухо. — Сильнее.              Стон. Выдох. Стон.              Он переворачивает её, заставляя упереться грудью в спинку дивана, и стягивает шорты вместе с бельём. Проводит рукой по заднице, нежно оглаживая. Гермиона взвизгивает, когда он оставляет на коже звонкий шлепок.              Кончик палочки упирается в её живот, и Малфой накладывает противозачаточное заклинание, и спустя мгновение проникает в неё с одного толчка. Гермиона жмурится до ярких вспышек перед глазами. Он тянет её за волосы, пока другой рукой обхватывает поперёк живота, почти что вжимая в себя.              Это сводит с ума.              Он сводит с ума.              Сказал бы кто-нибудь Гермионе пару лет назад, что она окажется в подобной ситуации, то девушка бы, не задумываясь, посоветовала тому обратиться в Мунго.              Во всём виновата Джинни. В ситуации, в которой они оказались полтора года назад. Ей не стоило начинать играть с ним в одной квиддичной команде. Ей не стоило давать ему второй шанс и приводить в их компанию.              Сначала Гермиона относилась к Драко настороженно.              То, что он изменился, девушка приняла ещё на восьмом году обучения, когда Малфой оказался в немногочисленной группе студентов, которые вернулись на второй год. Тогда они пришли к некому перемирию и показательному… игнорированию друг друга, в общении затрагивая только учебные моменты.              И её это вполне устраивало.              Но когда Малфой каким-то непонятным образом вместе с Тео просочился сначала в жизнь Джинни, втеревшись к ней в доверие, то затем тем же непонятным образом они стали приятелями. Теми самыми приятелями, чьё общение порицал Рональд, каждый раз крутя носом, когда Малфой оказывался в его поле зрения.              — Тебе стоит сделать лицо попроще, — с этого на первый взгляд колкого комментария всё между ними и началось. Тогда она только рассталась с Роном и весь вечер сетовала и недоумевала, как могла потратить на него почти два года. А Малфой…              Малфой просто оказался рядом.              Так внезапно. На тот момент они с Джинни играли вместе уже почти два года и стали хорошими приятелями, когда гнев и раздражение девушки сначала сменился на принятие, а потом и на симпатию.              Сначала Гермиона не понимала внезапно вспыхнувшую любовь Джинни к Малфою. Правда, не понимала. Но после десятка разговоров с ним — порой о простых бытовых вещах или, наоборот, о зельях и магических законах — гнев в ней сменился на милость.              Но тот вечер будто расставил всё по своим местам.              Она слишком много выпила и слишком нуждалась в ком-то рядом. Даже если это Малфой. Тогда это не имело значения, вследствие чего Гермиона оказалась в его спальне.              И позже выяснилось, что это было переломным поступком.              Дружить с ним — проще, чем Гермиона могла представить. Но быть с ним друзьями, которые с завидной частотой оказываются в одной постели, — ещё проще. Главное: следовать договорённостям. И никогда их не нарушать.              — Давай, — шепчет Малфой ей на ухо, когда Гермиона чувствует, как начинает балансировать на грани оргазма. Он впивается губами в её шею, вбиваясь в неё сильнее, и касается клитора. Она сжимается вокруг него, пульсируя. Громкий стон вырывается из груди. — Хорошая девочка.              Да, хорошо, что в тот вечер они с Роном расстались. Хорошо, что именно Драко тогда оказался рядом с ней.             

***

      — Он скоро доберётся до её гланд, — говорит Джинни недовольно и делает глоток своего напитка. — Уверена, она его наградит одной из тех магловских болячек, про которые ты как-то рассказывала.              Гермиона тихо посмеивается и прослеживает за взглядом подруги. Нотт целует у противоположной стены бара какую-то девушку. И да, Джинни права: если он не сбавит напор, действительно скоро сможет добраться до её гланд.              — Или он её, — прищуривается Уизли. — Я каждый раз вижу его с новой девушкой, — продолжает она. — Что они в нём находят? Он даже не в команде! А липнут на него так, будто он звезда Гарпий.              Грейнджер качает головой.              — Во-первых, он всё-таки ваш колдомедик, — произносит Гермиона, продолжая хихикать. — А во-вторых, нужно быть слепой, чтобы не признавать его очевидную привлекательность.              Джинни закатывает глаза.              — Во-первых, если бы я была слепой, то я бы не забросила ни единого квоффла. — Уизли прищуривается, когда её взгляд снова возвращается к Тео. Вероятно, Джинни рассуждает, сможет ли отправить в него летучемышиный сглаз и остаться не пойманной. — А во-вторых, я просто… переживаю за эту девушку. Очевидно, он разобьёт ей сердце.              Гермиона вздрагивает, когда на её плечо приземляется чья-то рука.              — Кто кому разобьёт сердце?              Джинни смотрит на Малфоя и отмахивается.              — Не бери в голову, — говорит Уизли и, зыркнув ещё один раз в сторону Нотта, отходит к барной стойке, судя по всему, собираясь заказать ещё пару напитков.              Гермиона замирает и чувствует, как её сердце начинает стучать чуть быстрее положенного, когда Драко пододвигается к ней чуть ближе, пропуская людей. Он не убирает руку с её плеча, продолжая приобнимать девушку, когда весело заглядывает ей в глаза.              — Что с мелкой?              Грейнджер, тяжело вздохнув, кивает в сторону Тео, который, видимо, осознав, что нужно притормозить, начал что-то нашёптывать той же самой девушке на ухо.              — А.              — Мгмх.              Гермиона не может не задуматься, как бы она чувствовала себя, если на месте Нотта сейчас был бы Драко? За все полтора года, которые они… проводят вместе, она ни разу не видела его с девушкой. Кроме тех самых “заядлых” фанаток Гарпий, что выбирают команду, за которую будут болеть по наличию симпатичных игроков. Но даже с ними Драко держался нарочито холодно и избегал любую близость.              Если кто-то из нас вступит в отношения, то мы сразу же прекращаем и никогда об этом не вспоминаем.              Уговор прост. Но каким он получится в конечном итоге — неизвестно. Гермиона не уверена, что у кого-то из них так легко получится перечеркнуть годы близости. И уйти в отрицание. Будто они никогда не видели друг друга обнажёнными.              Смешно.              Едва ли можно забыть тьму в глазах Малфоя, когда он возбуждён. Или как мужчина сжимает челюсть, кончая. Или… как он шипит сквозь сжатые зубы, когда Гермиона опускается на колени, и путается пальцами в её кудрях.              Да, действительно смешно.              — Сейчас что-то будет, — обречённо бормочет Драко и, когда Гермиона прослеживает за его взглядом, то понимает, что он прав. Джинни опрокидывает в себя стакан — судя по цвету жидкости — огневиски и, гордо вздёрнув подбородок, направляется к ничего не подозревающему Нотту. — Нам нужно вмешаться?.. — говорит он с вопросительной интонацией, будто сам не до конца уверен в этом решении.              Гермиона аккуратно кладёт ему руки на талию и отрицательно качает головой.              — Если только они начнут драться.              Малфой испускает смешок и согласно кивает.              — Выпьешь ещё что-нибудь?              — Если только ты договоришься с Томом, чтобы он мне намешал магловский коктейль.              — Апедаль?              — Почти, — хихикает Гермиона и упирается лбом в изгиб его шеи. Почему-то ей хочется близости. Невесомых касаний и тайных взглядов, которыми они иногда обмениваются в общей компании, будучи уверенными, как именно закончится ночь. — Апероль.              — Точно, — ухмыляется Драко и, отстранившись, заглядывает ей в глаза. От его взгляда по коже бегут мурашки, и Гермиона списывает их на алкоголь в крови, а не на… — Дай мне пять минут.              — Хорошо.              Гермиона не успевает осмотреться и найти взглядом Джинни и Тео, чтобы оценить ситуацию и понять, требует ли она её вмешательства, когда к ней подходит неизвестный парень и немного неловко улыбается. Кажется… он играет вместе с Драко? Новый ловец?              Она сглатывает и в ожидании смотрит на парня.              — Нас не представили, — говорит он и проводит ладонью по коротким тёмным волосам. — Эштон Бейкер.              — Гермиона, — отвечает она. — Ты играешь с Джинни и Драко?              — Да, только на прошлой неделе присоединился к команде, — произносит Эштон и протягивает ей бокал вина. — Выпьем за знакомство? Честно говоря, когда я только тебя увидел, то понял, что не смогу себя простить, если не познакомлюсь с тобой.              Гермиона пытается вспомнить, когда в последний раз она общалась с парнем, который не является Драко. И не может. Поэтому она, быстро оглянувшись через плечо и не обнаружив около барной стойки Малфоя, принимает у Бейкера бокал с эльфийским вином и делает короткий глоток.              — За знакомство, — легко улыбается она. — Как тебе Гарпии?              — Мне всё нравится, — отзывается Эштон. — В этом сезоне я играл за “Пушки Педдл”, но к последним играм у нас с тренером возникло определённое количество конфликтов, и мне пришлось покинуть команду. И я очень рад, что Гарпии моментально мне сделали предложение, и теперь я здесь.              — А ты играешь?..              — Я ловец. — Бейкер отводит взгляд и делает глоток огневиски. — Теперь, конечно, мне придётся сидеть в запасе, но я надеюсь, что меня смогут скоро выпустить на поле. Не представляю свою жизнь без полётов.              Интересно, как к этому относится Драко? Могут ли у него из-за этого возникнуть проблемы?              Гермиона не до конца уверена, как именно работают замены игроков в квиддиче и могут ли вообще заменить Драко, если он приносит Гарпиям победу за победой, порой ловя снитч на первых минутах игры.              Она ведёт плечом.              — Драко отлично играет.              Эштон поднимает руки в защитном жесте и неловко смеётся.              — Я не спорю. И не претендую на его место, — говорит он немного напряжённо. А затем на его лице вновь появляется лёгкая беспечность, пока карие глаза скользят по ней. — Что насчёт тебя?              — Я…              — Твой апероль.              Внезапный голос Драко заставляет Гермиону дёрнуться и сделать один шаг назад. Обернувшись через плечо, она смотрит на Малфоя, чей взгляд направлен на удивлённого Эштона. Бейкер хмурится и с прищуром наблюдает за Драко, он быстро облизывает губы.              А Малфой, не теряя времени, уже привычно закидывает ей руку на плечо, приобнимая. Находись они в иной ситуации, то Грейнджер бы решила, что он просто метит территорию, давая понять Эштону, что…              Боже, ей сложно это произнести даже в своей голове.              Выдох.              — Я не знал, что вы вместе, — говорит он немного скованно. — Малфой.              — Бейкер, — кивает Драко. — Думаю, ты найдёшь ещё с кем тебе поболтать.              Брови Гермионы сходятся на переносице.              Почему Малфой не сказал ему, что они не вместе? Его хватка становится сильнее, когда Драко прижимает девушку ещё ближе к себе. Она чувствует исходящее от него напряжение. И ей это не нравится.              Сердце начинает отбивать немного бешеный ритм, пока Гермиона наблюдает за безмолвной схваткой мужчин.              Какого чёрта?              Смешок слетает с губ Эштона, когда его взгляд останавливается на руке Малфоя, лежащей на её плече. Он слабо качает головой.              — Что-то ещё?              Эштон фыркает.              — Хорошего вечера.              Когда Бейкер скрывается в толпе, Гермиона, наконец, приходит в себя и сбрасывает руку Малфоя, резко разворачиваясь. В голове проносятся опасные мысли, пока внутри что-то начинает ныть и нашёптывать ей на ухо. Из того самого разряда, что она не произносит даже про себя.              — Что это было? — спрашивает она спокойно. Голос немного дрожит. — Мы просто болтали.              — Он придурок, — также спокойно отвечает ей Драко, пожимая плечами. Он протягивает ей бокал с аперолем, и губы Грейнджер мгновенно растягиваются в улыбке. — Твой сомнительный коктейль.              — Спасибо, — выдыхает Гермиона. Делает несколько вдохов и едва сдерживает желание резко покачать головой, будто это поможет выкинуть из неё навязчивые мысли. Ей. Просто. Показалось. Ей просто показалось, что на доли секунды что-то вспыхнуло в его глазах. — Но ты не ответил. Что это было?              Малфой ведёт плечом.              — Просто лучше держись от него подальше. Он действительно придурок. Причём очень скандальный, — тянет он. — Говорят, что в Пушках он напал на тренера перед тем, как его выгнали из команды.              — Напал? — брови Гермионы удивлённо ползут вверх.              — Мгмх, — мычит Малфой нехотя. — Его хотели отстранить за что-то от игры, и ему это не понравилось. И он попытался решить данный вопрос, достав палочку.              Гермиона сглатывает и чуть наклоняет голову вбок, заглядывая Драко в глаза. Она медленно делает глоток апероля и думает, что едва ли когда-нибудь будет готова к тому, чтобы его потерять. В какой-то момент она перестала представлять свою жизнь без Малфоя в ней.              Джинни была её лучшей подругой ещё с Хогвартса, но Драко… он стал кем-то особенным для неё. Константой, без которой Гермиона уже не могла. Он так идеально вписался в её жизнь, будто всегда для него там хранилось место. И теперь только от одной мысли, что когда-нибудь это закончится, становится невыносимо.              — Слушай, — губ Малфоя касается заговорщицкая улыбка. Та самая, от которой сводит внутренности, пока предвкушение распространяется по венам. — Как ты смотришь…              — Мне нужно срочно выпить. — Джинни фурией втискивается между ними. Она тяжело дышит, пока глаза бешено бегают от Гермионы к Драко. — Иначе придётся встретиться с Поттером.              — Гарри?              Гермиона почти удивлена, что Джинни вспомнила о Поттере, расставание с которым далось ей… непросто. Они продержались всего полгода после её выпуска из Хогвартса. В тот период им обоим пришлось осознать, что внезапно оба переросли эти отношения. Они погрязли во взаимных претензиях и невозможности прийти к какому-то компромиссу.              Расставались они бурно. С громкими словами, заголовками в Пророке и проклятиями, которые пару раз сорвались с палочки Уизли.              — Да, — шипит Джинни. — Думаю, он не откажет себе в удовольствии сопроводить лично свою бывшую в Азкабан.              — Что…              Драко резко дёргает Гермиону на себя, когда внезапно перед ним оказывается полыхающий от гнева Нотт. Он шумно втягивает воздух и зло смотрит на ухмыляющуюся Джинни.              — Что ты ей наговорила?              Уизли невинно пожимает плечами.              — Не понимаю, о чём ты, — отзывается Джинни. — Что-то произошло?              — Лесли меня послала, а я, между прочим, потратил на неё весь вечер, — сквозь зубы говорит Нотт, а затем переводит взгляд на Драко и Гермиону. — Грейнджер, привет. И, Грейнджер, можешь, пожалуйста, держать свою подружку сегодня на привязи?              — Да как ты смеешь! — Джинни хлопает Нотта по плечу. — Я тебе не собака, придурок.              — Но бросаешься на людей именно, как она.              — Я ни на кого не бросалась, а просто… — она подмигивает Нотту. — А просто предупредила Лесли о пагубных последствиях отношений с тобой.              Тео усмехается и проводит ладонью по лицу.              — Просто признайся, что хотела бы оказаться на её месте.              — Не уверена, что даже Экскуро поможет мне потом отмыться от этого. А Аваду или Обливиэйт я не готова пустить себе между глаз, — фыркает Джинни, скрещивая руки на груди. — Отвали, Нотт.              Тео делает пару успокаивающих вдохов.              — Пойдём отсюда, — обращается он к смеющемуся Малфою. — Мне нужно выпить.              Драко согласно кивает и следует за Ноттом к барной стойке. Гермиона немного грустно смотрит ему вслед, понимая, что сейчас они могли бы…              — Что за придурок? — Джинни, прищурившись, провожает взглядом Нотта. — Мерлин.              Гермиона закатывает глаза и переводит взгляд на подругу.              — Он тебе нравится, — просто говорит Грейнджер. Это видно невооружённым взглядом, а их обоюдное напряжение витает в любом пространстве, где они находятся вдвоём. Это даже немного мило. — Джин.              — Я тебя умоляю, — отмахивается Джинни и делает глоток огневиски. — А что насчёт Драко?              Гермиона замирает.              — А что насчёт него?              Не считая того, что сейчас они могли бы заниматься более интересными вещами, чем продолжать находиться в этом баре. Гермиона неосознанно находит его взглядом и чувствует, как внутри что-то сжимается.              Сейчас он болтает с какой-то девушкой. Симпатичной девушкой. Пока на его губах та самая улыбка, которая может свести с ума.              Малфой действительно изменился после войны. Изменился почти что до неузнаваемости. Он стал открытым человеком, который легко находит со всеми общий язык. Его репутация стала кристальной. Больше никто не вспоминает о чернилах на его предплечье или о том, чем он когда-то занимался.              Он больше не Пожиратель Смерти. Он больше не сын пожизненно осуждённого Люциуса Малфоя.              Драко построил собственную жизнь с нуля. Стал самым завидным женихом. И чёртовой звездой квиддича.              Когда Гермиона об этом задумывается, то не понимает, почему вообще занимает какое-то место в его жизни. Почему он не пытается строить отношения и почему так сильно держится за их договорённости? Почему она для него не просто лучшая подруга Джинни? Почему именно с ней он проводит большую часть уикендов и делит памятные даты и праздники?              Почему именно она?              — Между вами тоже что-то есть.              Гермиона хитро смотрит на подругу.              — Тоже?              — Я не это имела в виду.              — Конечно.              Она чувствует лёгкий укол чего-то неизвестного, когда Малфой внезапно касается талии той девушки и что-то шепчет ей на ухо. Но, когда позже вечером, он оказывается на её пороге и ухмыляется, все её переживания исчезают.              Пока что.