Часть 2

      Домой Сарада пришла в раздраенных чувствах. (Её потрясло предложение Седьмого. Но ещё больше — удивила собственная робость.) Боруто, отдыхавший после миссии, сразу заметил состояние девушки. — Взъерошенная, как воробей, — прокомментировал он, наблюдая за кунаичи. — День был сложным, — ответила Учиха, повесив куртку. — Дядька Шикамару прицепился? — усмехнулся парень, зная, что Нара предвзят по отношению к Сараде. — Нет, — покачала головой девушка. — Проиграла своему отцу. — Что? Дядя Саске в деревне? — удивился Боруто, готовый бросится на улицу, чтоб увидеть сенсея. — Нет, — тихо ответила та. — Седьмой вызов бросил, а я спасовала… Отец же всегда держал удар. — Ничего не понимаю, даттебаса, — проронил парень, хлопая голубыми глазами. — Какой вызов? Блин, Учиха, говори яснее.       И Сарада выдохнула.       Между ней и Боруто не было тайн. Что бы она не чувствовала и в какую бы беду не влипала — Узумаки знал все подробности. Собственно, платил он ей тем же… Поэтому, покусав свои губы, устроившись на полу, возле дивана, Сарада начала свой рассказ: — Сегодня мы с Седьмым остались вдвоём. Дел было не так уж и много. Самое важное, из которых — торговые отношения между Листом и Песком. Импортозамещение в Суне провалилось, и казекаге просит экономическую поддержку у хокаге. — Так, с этим понятно, — фыркнул Узумаки-младший. — Я давно слышал, что в Песке дела пошли на убыль. Их снова кинул Камень. Но я хотел узнать другое. — Да-да, — покивала головой Сарада. — Вот только с наскока рассказать подробности не легко. Дай собраться с мыслями.              Ответ Учихи Боруто насторожил. Обычно та не была столь робкой. Разного рода мысли закопошились в его голове. Под их гнётом он опустил взгляд на стройные ножки Сарады и заметил, что перевязь для кунаев, слегка натёрла светлую кожу. Не удержавшись, парень провёл большим пальцем по раздражённому месту, вырвав из груди Сарады вздох.              Девушка не убрала ноги, принимая ласку. Вместо этого она откинулась назад, положив голову на сиденье, и тихо произнесла: — Я упустила возможность пощупать хокаге. — В каком смысле «пощупать»? — не понял парень. (Даже после такой прямолинейности в его голове концы не сходились с концами.) — В прямом! — вспыхнула Сарада и резко поддавшись вперёд, уставилась в васильковую синь глаз Боруто. — Оговорка про жир была. Седьмой сказал, что не толстый. Я ж пошутила, мол лишние кило скрывает его куртка. А он не растерялся и позволил мне проверить правдивость его слов. Только вместо того, чтоб воспользоваться случаем и удовлетворить внутреннее «я», я спасовала. И тогда Седьмой сказал: «Ты не Саске, чтоб бросать вызовы». А я ведь и правда не отец… Кто б подумал, что меня смутит такая мелочь, как тело твоего отца.              Горечь и досада в голосе Сарады принесли некое удовлетворение Боруто. Ему не было приятно слышать из уст Учихи то, что она желает другого мужчину. Но он предпочитал знать правду, чем быть наивным идиотом. — Порой мне кажется, что ты со мной лишь из-за внешности, — выдохнул парень. — Это не совсем так, — Учиха мотнула головой. — Ты вроде и похож на Седьмого внешне и внутренне. Но по повадкам — вылитый мой отец. Порой смотришь на тебя и совершенно другого человека видишь. — Если ты не видишь во мне Седьмого, так почему со мной? — поинтересовался Боруто, теряясь в противоречивости собственных чувств. (С одно стороны ему были приятны слова Учихи. А с другой — он хотел быть для Сарады единственным.) — С тобой я могу не притворятся, — ответила девушка и улыбнулась. — А ещё, я люблю тебя не меньше, чем Седьмого. И мой мангекё тому доказательство.       С этим аргументом нельзя было поспорить, ведь Сарада пробудила способность, испытав боль, которую понёс Боруто, едва не погибнув. (В ту ночь на корабле, когда его избивали пираты, Сарада не просто обрела мангекё шаринган, но и отказалась от мести, очистив сердце от проклятья Учих.) И всё же, не смотря на прямоё доказательство, внутри Узумаки-младшего время от времени скребли кошки. — Боюсь, что когда-нибудь тебе это надоест, — едва слышно произнесла Сарада, пододвинувшись к Боруто ближе. Её голова легла на крепкое плечо парня. — Глупости говоришь, — раздражённо фыркнул он. — Моей любви хватит на нас двоих.       Узумаки не лукавил. Ещё будучи двенадцатилетним шкетом он пообещал защищать Сараду, быть рядом с ней. Тот порыв не был спонтанным. Он был обдуманным. Но тогда парень не сознавал истинность своих чувств. Правда открылась позднее — в день, когда к Учихе пристал другой парень. *флэшбэк*       В торговом центре было шумно — выходной день, многие шиноби смешались с гражданскими, чтобы отдохнуть. Спрятав свои протектора, переодевшись в повседневный наряд, они рассосались по заведениям. Точно так же сделали и ребята, закончившие миссию в стране Бамбука. Их шумная компашка состояла из Боруто, Сарады, Чочо, Шикадая, Денки, Каваки, Мицуки, Сумире и Ивабе. Денки и Шикадай давно стали чуунинами. Чочо и Ивабе догнали их позднее. А вот команда номер семь всё ещё оставалась расформированным составом генинов. (Так уж получалось, что миссии совпадали с экзаменами. Но ребята не расстраивались. Ведь каждый житель знал их способности. Благодаря им в рядах регулярной армии и элитных подразделениях появилась новая должность: генин ранга «s». Таких генинов было немного, но их услуги стоили дороже рядовых джонинов.)       Собравшись вокруг ранее забронированного столика, ребята ждали свой заказ. Незваный «гость» появился словно из воздуха. По его внешнему виду сразу определился статус — джонин. А вот возраст угадывался едва — от девятнадцати до двадцати трёх. — Сарада, — молвил он, подойдя к девушке ближе. — Наврядли ты помнишь нашу с тобой миссию три года назад, но я её забыть не могу. Я б хотел, чтоб ты стала моей женой.       От этого предложения замерла не только Чочо. Даже официант, проходивший мимо, едва не уронил поднос. Сама ж Учиха бросила кроткий взгляд на Боруто, и тот перехватил его.       У Сарады была хорошая память. Она ей досталась от матери. Но быть в паре с кем-то, так непохожим на Наруто, ей не хотелось. Боруто же, услышав признание парня, помрачнел лицом. Он не был агрессивным, но в этот раз ему захотелось вправить нос нахалу одним ударом. — Занята она, — буркнул Узумаки-младший. — Со мной встречается. — А доказательства где? — не поверил шиноби, давно наблюдавший за членами седьмой команды.       Боруто смерил нахала взглядом и усмехнулся. — Ты прав, доказательств нет. Но сейчас будут.       В это же мгновение он снял свою куртку и протянул её Сараде. — На ней изображён водоворот, — пояснил парень. — Герб нашей семьи.       Учиха, всегда носившая на своей спине «веер», кивнула. Она неторопливо скинула с плеч свою куртку. Надев спортивку Узумаки, Сарада посмотрела на отражение и улыбнулась. — А, что? Так мне даже больше нравится, — сказала она, цепляя протектор на новое место.       С того дня прошёл год. На носу висело двадцатилетие. А кольца на пальце так и не появилось.       Не было в Конохе традиции на обручальщину, но Сарада видела с каким трепетом отец целует колечко, поблёскивающее на пальце матери. И ей хотелось так же: не смотря на долгие миссии по разным сторонам, чувствовать прямую связь с супругом. Знать, кому она принадлежит, глядя на тонкую полоску золота.       Сараде нравилась волевая черта Боруто. Этим он напоминал отца. (Саске скрывал свою темпераментность за безразличием. Однако она — Сарада, ни раз ловила его ревнивые взгляды, брошенные в сторону Сакуры. Девушка подозревала, что складка между бровей отца, появилась как раз из-за этого.)       Учиха позволяла кусать себя, оставлять на теле яркие следы. Она за должное воспринимала ревнивые выпады Узумаки-младшего в адрес других парней. Девушке нравились крепкие объятия — в них она пряталась от грозы и сильного ветра. Ночами она клала голову на грудь Боруто, чтоб слышать биение сердца.       «Тёплый», — порой думала Сарада, тесней прижимаясь к парню. — «Не зря Мицуки зовёт его Солнцем.»       Сарада была неменьшей собственницей. Она столь же ярко демонстрировала свою связь с Узумаки, на версту отгоняя соперниц. (Боруто пользовался популярностью не только из-за родства с Седьмым. Его таланты никто не отменял. А харизма, доставшаяся от Наруто, добавляла привлекательности.) — Гремучая смесь, — ворчал порой Каваки, со стороны наблюдая за сценами.       И он был прав: несмотря на тесную связь, ссоры между Боруто и Сарадой были громкими. — Точно Наруто и Саске, — замечали взрослые.       В конфликты между Учихой- и Узумаки-младшими лезть не спешили. Дело было не в безразличии. Боруто и Сарада сами попросили об этом. Да и близкие друзья понимали зерно проблем: ревность с обеих сторон. (Даже Чочо не проявляла интереса к синякам, оставленных на теле подруги. Ведь Сарада послала б её пешим ходом до штанов Шинки. Шикадай, зная взрывной нрав Боруто, разумно стоял в стороне.)              Наруто и Саске, понимали: отношения между их детьми не совсем здоровые. Но молча наблюдали за развитием. Седьмой не одобрял поведение сына, но Учиха-старший сдерживал его от «разговора» с отпрыском. Саске знал: Сарада не одуванчик, и если что-то расцветало на её коже, значит тому была причина. Вот только в подробности молодёжь его не посвящала.       Сакура и Хината, заметив на детях очередной синяк, стыдливо отводили глаза. Они сами прошли через многое, чтоб осуждать поведение чад. Саске был нукенином, и едва не убил Харуно в молодости. (Об этом женщина вспоминать не любила, однако выхватив взглядом гематому на теле Боруто или Сарады, мыслями возвращалась в прошлое.) Хината же ни разу не сталкивалась с грубостью Наруто в свой адрес. Но при этом она хорошо угадывала ревность. (За годы, проведённые в браке, женщина сроднилась с нею.) ***       Сегодняшний вечер, несмотря на признание Сарады, был тихим. По TV шла трансляция со стадиона, объятия Узумаки-младшего были крепкими, дыхание Учихи — мерным.       Девушка не спала. Она думала о произошедшем. — Понятно почему старик в тебе женщины не видит, — разорвал тишину Боруто, запустив пальцы в тёмные волосы. — С чего это? — удивилась девушка, вперив взгляд в лицо Узумаки. — Он опытный мужик. На хрена ему сдалась краснеющая девчонка, — фыркнул парень. — С другой стороны, я ни разу не видел, чтоб отец интересовался другими особами… — Седьмой верный, — со смешанными чувствами в голосе, произнесла Сарада. — Это, как раз, восхищает.       Возражать Боруто не стал — понимал: Учиха глаголит истину. Именно поэтому он не устраивал сцен родителю. Но вот Сарада порой выводила. — А ты? — тихо, едва слышно, спросила девушка. — Что я? — уточнил парень. Сарада отвела взгляд. Раньше она не спрашивала Боруто напрямую о его интересах. Делала выводы за счёт собственных наблюдений. — Нравится ли тебе кто-то ещё, кроме меня? — конкретно, доступными словами, озвучила Учиха. — Ну, нравится, — не напрягаясь, ответил парень. — Сумире та же. Или Энко. Из более зрелых Моэги-сан.       Признание Боруто не было приятным. И всё же Сарада была благодарна за честность. — Однако, — продолжил парень, — это совсем не та симпатия, даттебаса. — В смысле? — не поняла девушка. — Быть может другие женщины и красивы, но не настолько, чтоб я променял на них тебя, — пояснил Узумаки. — Но твой список касается особ нашей деревни, — усомнилась Учиха. — Что на счёт дам в странах, в которых бываешь? — Думаешь на свете есть кто-то с такими же глазами, как у тебя? — усмехнулся Боруто. — Это моя реплика, — улыбнулась Сарада. — По цвету глаз выигрываете вы — Узумаки. — Это да, — точно так же улыбнулся парень. — Однако! Я не хочу целовать других девиц, кроме тебя.       И в подтверждение слов, он накрыл губы Сарады своими…