Часть 13. Перекрестье (часть 1).

      Ким Рок Су задумчиво смотрел на щебечущих Синего и Зелёного, которые уже несколько часов обсуждали что-то своё. Светляки крутились друг рядом с другом, порхали туда-сюда и, казалось, вовсе забыли о наличии в домене ещё одного существа. А Вергилий им не мешал, лишь тихо наблюдал, как два пушистых комочка света играются.       Что есть такое эти светлячки? Да, по сути своей, сущности мало отличимые от мимикрий: кучка энергии и минимум материи – вот и всё. А можно ли, словно ману в заклинание, сгустить иную силу, дабы придать ей форму, а потом выпустить на волю? Можно – Ким Рок Су уверен в этом. На самом деле он думал об этом с тех самых пор, как получил Несокрушимый Щит. Бесспорно, Синий и Зелёный являются чудесными помощниками, но рано или поздно они перестанут справляться с сортировкой вещей и ведением учёта – мимикрии нужны чуть более умелые руки, которые не будут задавать лишних вопросов или сжирать тот резерв, что заложен на поддержание домена. Древние Силы – идеальные кандидаты для этой авантюры.       Долго уговаривать Нерушимый Щит не пришлось: этот остаток души оказался крайне гиперактивным. Наоборот, с того самого момента, как Ким Рок Су предположил о возможности преобразовать её во что-то иное, пусть и временно, Древняя Сила без перерыва наседала на него с восторженным возгласами. — Ты готова? — тихо прошептал Вергилий, спрашивая у Обжоры, как её назвала Жизненная Сила Сердца, разрешения на эксперимент. — Разумеется, — ответ не заставил себя долго ждать.       Прикрыв глаза и собрав в ладонях серебристый свет, Ким Рок Су осторожно сформировал у себя в руках небольшой щит, без крыльев. Затем, пару раз вдохнув и выдохнув, он нежно сомкнул пальцы, смяв холодную, изогнутую пластину, ранее казавшуюся неимоверно прочной. Представив у себя в мыслях куб, Вергилий развёл руки в стороны, явив своему взору нечто крайне несовершенное. Куб не получился, но и это уже был прогресс. Странная геометрическая фигура, мерцая святым светом, медленно расправлялась, расширялась, вновь образуя из себя маленький щит. "Хм... Я инстинктивно понимаю, как менять себя или домен, но работа с иными видами энергий мне пока тяжело даётся," — маленький щит рассыпался на сотни осколков, которые медленно растворились в воздухе. — Жаль, что не получилось... — пробормотала в его голове Обжора: — Но спасибо за то, что пытаешься. На самом деле это так странно – думать, что я вновь смогу самостоятельно существовать...       Покачав головой, Ким Рок Су лишь решил, что ещё раз проведёт подобный эксперимент, но немного позже, а сейчас пора заняться делами гораздо более насущными... Чайником, например.       Чугунный чайник так и не оставил мыслей мимикрии, в частности потому, что, даже находясь взаперти, он продолжал слегка трястись и иногда обиженно гудеть. Очевидно, это крайне необычный чайник, в который, вероятно, что-то вселилось... По крайней мере, именно так думал Ким Рок Су.       Осторожно подобравшись к импровизированной клетке для кухонной утвари, Вергилий принялся внимательно рассматривать новообретённую приблуду. Весь корпус чайника был покрыт каким-то болезненно-серым налетом. Где-то облупилась краска, обнажив шершавый, будто в оспе, чугун. Носик, когда-то идеальной формы, теперь был криво отбит. Крышка из того же материала, тяжёлая, сидит на нём косо – маленькая ручка-шишечка давно раскололась. Деревянная ручка почернела и рассохлась. От неё пахнет сырым подвалом. В чайнике не осталось ни силы, ни благородной старины, только глубокая, застарелая усталость ненужной вещи и непомерный гнев на свою судьбу. И именно этот самый гнев сейчас владеет чайником.       Ким Рок Су читал в "Рождении Героя" о мёртвой мане – энергии, зарождающейся из смерти и последних криков падших. Мимикрия никогда не отвергала теории, что эмоции имеют в этом мире свой уникальный вес. Взять же за основу технику владения мечом Чхве Хана, сотканной из отчаяния и страданий. Или проклятья Кейдж, насквозь пропитанные горем и скорбью, после потери лучшего друга. Всё, что было у Вергилия на данный момент – лишь необоснованные предположения, но ему хотелось верить, что они отыщут себе подтверждение, ведь тогда можно будет с уверенностью сказать, что его дело не напрасно.       Пока что Ким Рок Су не знал, как избавить негодующую вещь от этого всепоглощающего гнева, но он обязательно поймёт это.       Возможно, у него получится избавить хоть что-то от этих нелепых болезненных пятен под облупившейся краской. А после, тихо и спокойно прожить предложенную ему вечность.

***

      Тейлор в очередной раз провёл рукой по карману, в котором лежит странное письмо, каким-то образом подкинутое ему в комнату трактира, в котором они с Кейдж остановились на пару дней. В этом письме говорилось, что Древняя Сила Регенерации ему не поможет, так как она не способна лечить старые раны, а потому ему необходимо обратиться за помощью к Наследному принцу Альберу. Стоило ли верить этому письму? Тейлор не мог знать точно... Но выбора не оставалось: старший сын маркиза Стана и так подозревал, что искомый им выход из сложившейся ситуации вряд ли ему поможет, ведь "регенерация" – не "исцеление", однако он всё равно упорно шёл вперёд, не зная иного пути, не ведая других вариантов.       Но теперь ему есть куда двигаться, тем более что Бог Смерти, с тех самых пор, когда Тейлор нашёл данную бумажку от "Смертоненавистника", продолжал упорно говорить Кейдж, что это верный путь. А потому они пошли дальше.       В письме также было указано, что пытаться проникнуть в столицу через церковь Бога Смерти – неразумно, ибо там их двоих будет ждать засада от Вениона, а потому им было предложено проникнуть в столицу... через дверь. Не то чтобы Тейлор или Кейдж поняли, что здесь имелось в виду, но выбора, опять же, у них не было.       Когда они пришли на указанные координаты, уже готовые в случае чего бежать со всех ног, их встретила небольшая рощица из куцых, тонюсеньких деревьев... и дверь, стоящая посреди полянки. Когда друзья увидели её в первый раз, они ушли. Как, чёрт его дери, дверь, стоящая посреди леса, может помочь им оказаться в столице!? Пробовали ли они её открыть? Нет. Во второй раз спокойствия и отчаяния им тоже не хватило, как и на третий. Но когда Тейлор понял, что они топчутся на одном месте уже пятый день, а до празднества в Хьюисе остаётся всё меньше и меньше времени – он решил-таки окончательно отринуть остатки своей гордости и открыть её.       Когда ручка двери из тёмного дерева мягко повернулась вниз, Кейдж и её друг мгновенно почувствовали сквозняк, которого не могло быть в безветренный день, и запах книжной пыли. За дверью оказался не ставший столь знакомым пейзаж маленькой рощи, а длинный коридор со стенами, обклеенными зелёной тканью и украшенными резными деревянными буазери. И внезапное осознание настигло друзей, когда Кейдж поудобнее взялась за ручки кресла-каталки, а Тейлор крепко сжал в руке письмо: как только они переступят порог этой двери – пути назад уже не будет, они более никогда не смогут спокойно ждать расправы из-за угла и не думать о странностях, кои принесло им это письмо... или его отправитель.       А потому они, больше не думая, сделали шаг вперёд, навстречу будущему, где не останется времени на мысли о том, как пережить ещё один день.

***

      Рон настороженно глядел вдаль, всё чётче и чётче ощущая запах спаленного бруса и горелого ворса. Дым шёл с севера. Оттуда, где, как им сказал Чезаре, они вновь найдут следы "Руки".       Не став более размышлять, старый убийца спрыгнул с повозки, не забыв поманить за собой сына, а после, не обращая внимания на крики главы каравана, окликнул чёрноволосого мечника. Они прибыли на своё место назначения.       Розалин, обнаружив, что предмет её мыслительного интереса решил покинуть вереницу торговых повозок, увязалась следом: в последнее время ей не привыкать к опасностям, а лучший способ обзавестись хорошими соратниками – это оставить людей в долгу перед тобой.       Когда они, продравшись сквозь лес, вышли на открытое пространство, им предстала огненная картина сожжённого дерева и дерущихся друг с другом людей и оборотней. Рон и Чхве Хан мгновенно узнали знакомую им по самым отвратным воспоминаниям чёрную форму. Чезаре оказался прав. Однако быстрее всех среагировала девушка, следовавшая за ними позади с магическим посохом наперевес. Думать о том, кто здесь нападающий нет смысла, стоит лишь посмотреть на то, как женщины защищают своих детей, а их мужья, принявшие облики полуволков, сражаются за жизни своих семей.       Подняв свой посох, Розалин произнесла первое заклинание, загудевшее в унисон разъярённому горячему ветру. Мана тугим потоком сорвалась с кончика драгоценного камня, инкрустированного в деревянную основу, и искрящейся стрелой насквозь пронзила мужчину в черных одеждах. И словно услышав немой приказ к действию, следом за магическим снарядом в бой вступил бывший патриарх Моллан, одним точным ударом перерезав другому нападающему горло. Двуручный меч разрубил пополам двух замешкавшихся человек.       Когда четыре новых человека вступили в бой, оборотням стало гораздо легче отбиваться от врагов, и они смогли потратить больше сил на защиту своих детей, которых люди под знаменем звезды почему-то упорно пытались отделить от родителей. Войны "Руки", не ожидавшие подобного развития событий, немного замедлили своё нападение и начали допускать больше ошибок.       Чхве Хан не жалел никого: перед его глазами стояла резня в деревне Харрис. В этот раз, возможно, ещё не слишком поздно убить всех этих ублюдков.

***

      Глубокая ночь опустилась на землю, накрыв своей пеленой лагерь делегации Хенитьюз. Басен с некоторой тоской смотрел в окно кареты на тёмное небо, усыпанное сверкающими белыми точками. Через пару дней он наконец доберётся до столицы и вновь встретится со своими друзьями. Звучит неплохо, но при этом всём ему почему-то грустно. Возможно, свою роль сыграла усталость от тяжелой дороги, а, может быть, причиной тому бессонница и тревога. На самом деле, сейчас Басену гораздо больше хочется вернуться к своей семье, нежели встретиться с друзьями или посетить торжество по случаю дня рождения короля.       Мальчик представлял себе, как его похлопает по плечам отец, погладит по голове мама, крепко сожмёт в объятиях младшая сестра, а старший брат едва заметно окинет взглядом, а потом, скривившись от удара острым локтём в бок, всё-таки соизволит поздороваться. Да, по Кейлу и Лие Басен тоже очень скучал. Вероятно даже больше, чем по родителям или Лили: слишком сильно его поразил тот факт, что рыжеволосого аристократа едва не убили, слишком сладко было сидеть рядом с ним после стольких лет отчуждения... — Молодой господин, ложитесь спать: если мы завтра рано тронемся, то, возможно, успеем доехать до столицы за сутки, — голос одного из стражников вывел Басена из тёплых с привкусом горечи мыслей. — Да, конечно... — пробормотал он, зашторивая окошко и закрывая руками лицо. Чем раньше он доберётся до столичной резиденции Хенитьюз, тем раньше он сможет отправить домой уже заготовленное письмо.