I

— Когда-нибудь придушу тебя и закопаю, — холодно сказала я Дие, рассматривая свой новенький изумрудный маникюр. Сегодня последний день моей свободы, ведь уже завтра я активизирую круглосуточный режим всеуспевающей машины. Когда учишься в одном из титанов Лиги Плюща — Йельском университете — расслабляться нельзя ни на миг. На первом курсе я неплохо с этим справилась, став одной из лучших студенток на факультете бизнеса и экономики. Одной из, но не лучшей. Это недоразумение, которое я абсолютно точно исправлю. — Поверь, сегодняшний сюрприз тебе понравится, — хитро ответила подруга. Мы уже полчаса колесим в такси по серым улицам Нью-Хейвена, и Дия всё еще не объяснила, куда затащит нас в этот раз. Вряд ли удивит, ведь типичные её сюрпризы — это студенческие вечеринки, клубы и бары. Посредственность. Я люблю потанцевать, но в целом столь примитивные развлечения меня не привлекают. — У тебя ровно час. После у меня по расписанию йога и восьмичасовой сон. Дия закатила глаза, прекрасно понимая, что я говорю серьезно. График — это стержень всей моей жизни. В сутках слишком мало времени, чтобы тратить его на второсортные развлечения. Каждая минута — возможность стать лучше, и я ей всегда пользуюсь. В ближайшие пару лет я должна все ресурсы организма направлять на обучение. Ведь в ином случае просто не смогу стать достойной наследницей своего отца. В свои пятьдесят папа крайне озабочен вопросом, что ждет его строительную империю в будущем. А я обязана сделать так, чтобы ожидало ее процветание и рост под моим чутким руководством. — Ладно, выспаться перед встречей с Джозефом, черт-его-возьми-и-трахай, Спроусом действительно стоит. Она мечтательно повертела головой и принялась пересказывать все то, что строчила мне на протяжении месяца, пока я отдыхала с родителями на побережье Марина Гранде. Университет часто приглашает первоклассных специалистов, чтобы те поделились опытом со студентами. Однако криптомиллионеры нам лекции еще не читали. Загадочный Джозеф как раз таковым является. Об этом феномене мужского пола уже года три не перестают кричать новостные заголовки. Дело здесь не в его гениальности, а в образе. О нем известно три вещи — имя, фамилия и бесконечная цепочка сплетен. На днях в Интернете мне попалось теория, что Джозеф — пожилая фермерша из Техаса. СМИ создали вокруг его персоны такой ажиотаж, что только ленивый, глухой и слепой одновременно о нем не слышал. Внешность, возраст и даже голос его пиар-менеджеры держат в строжайшем секрете. — Уверена, щупленький айтишник заинтересует меня не более, чем на десять минут. — Зная тебя, и Киллиану Мерфи не удивишься, — парировала Дия с недовольным взглядом. — А вообще у меня предчувствие. Думаю, он высокий накаченный блондин с голубыми глазами, перед которым даже мисс Невинность не устоит. Теперь уже я закатила глаза, потеряв интерес к инфантильному диалогу. Шутки Дии по этому поводу неиссякаемы. Моя любимая про то, что я храню девственность, чтобы в тридцать превратиться в волшебницу. На деле все куда прозаичнее — мне не интересен секс в целом, не понимаю, почему девяносто девять процентов моих знакомых только о нем и толкуют. Возможно, я слишком привередлива. И брезглива. И адекватна. Нет в моем окружении ни одного парня, который бы вызвал симпатию. Во всех вижу недостатки: один слишком тупо шутит, у другого голос противный, третий просто блондин. Переживать по этому поводу я считаю ниже своего достоинства. Появится достойный претендент — так уж и быть, расстанусь со своей драгоценной девственностью, какие проблемы? — Мы на месте, — заговорчески проговорила подруга, открывая дверь такси. Желание выругаться — хоть я это и очень сильно не люблю — появилось сразу, как только увидела огромнейшее скопление подвыпивших людей. Мы оказались на каком-то пустыре, где из опознавательных знаков был только полузаброшенный завод и огромное поле, которое обрамляла широкая трасса. — Ты куда меня привела? — шикнула я на подругу, которая схватила меня за руку и потащила сквозь галдящую толпу. — Развлекаться! — крикнула девушка.

***

Такое себе развлечение. Ненавижу шум. В этом месте от него не спасут даже беруши. Ненавижу дешевый алкоголь. Здесь у меня нет варианта, кроме как попивать кислый сидр из жестяной банки. Ненавижу малознакомых людей. Именно с ними мне приходится контактировать, потому что моя очаровательная подруга неожиданно куда-то пропала. Кажется, низкорослую девушку с безвкусным каре зовут Агния. В данный момент она виснет на Аше — парне, на курс меня старше. Мерзость. Барышня еще больше раздражает, потому что каждые пять минут пищит от вида спортивных машин, что стоят неподалеку. Да, Дия затащила меня на уличные гонки. В чем вообще может быть интерес? Люди соревнуются, кто сильнее выжмет газ в пол. Тоже мне навык. Глупый необоснованный риск и ничего более. Я не особо удивилась, когда Аш начал рассказывать, как уделает соперников на своей Aston Martin Valkyrie, которая может разогнаться до отметки в четыреста километров час, затормозить за пять секунд и бла-бла-бла. Что еще можно ожидать от человека, который красит волосы в красный? Теперь понимаю, почему Дия так настаивала, чтобы я надела короткую кожаную юбку коричневого цвета и достаточно открытый темный топ. Не стесняюсь откровенных нарядов, но для них должен быть повод. И повод в виде сборища недалеких любителей адреналина совсем не подходит. — Вау, Дия, отлично выглядишь! — присвистнул Аш. Я обернулась, чтобы выплеснуть на подругу все свое негодование, однако промолчала, удивленно поднимая брови. Нет, мы, конечно, рядом с трассой, но зачем она переоделась так, будто собирается подбирать на ней клиентов? Подруга словно стащила шорты на низкой талии из детского отдела, а вместо верха повязала на грудь трикотажное недоразумение, которое только на пляже будет смотреться уместно. — Это и есть твой сюрприз? — посмеялась я, обходя подругу. — Прости, но твою пятую точку я и без этого видела. — Дорогая, я посмотрю, как ты рот откроешь, когда мы с моей пятой точкой будем открывать заезд. Да-да, сегодня я грид-герл. А можно просто — гоночная королева. Дия помахала тряпкой в черно-белую клетку и гордо подняла голову. О боги, сколько радости, покрутиться под похабные и голодные взгляды окружающих. — Эва, сотри с лица высокомерие хоть на минуту и отдохни, — сказала подруга, пока я планировала вызывать такси. Вытянуть из сумочки телефон помешала чья-то горячая лапа, которая бесцеремонно сжала мою талию. Мне и моему условному рефлексу было неважно, кем являлся этот самоубийца. Локоть по инерции врезался в ребра незнакомца, и я отошла в сторону, испепеляя взглядом подошедшего мужчину. На удивление, он не согнулся от боли и даже не закашлялся, хотя удар у меня приличной силы. Высоченный и огроменный блондин лишь хрипло усмехнулся, проронив: — Дия, могла бы предупредить, что у тебя такие невоспитанные подруги. — Что, простите? — с наигранной учтивостью спросила я и чуть зубами не клацнула. Меня в целом очень многое раздражает в людях, если вы еще не заметили, но этот… мужчина, кажется, стремится переплюнуть всех. Стоит, так нагло водя по мне глазами, с ухмылкой своей идеально ровной. Сверху вниз проходится, сколько надменности! Это я на тебя так должна смотреть, кретин! — Говорю, бить человека, который желает познакомиться, невежливо, — легко произнес блондин. — А лапать человека, с которым хочешь познакомиться, вежливо? — Лапать? — переспросил он, издевательски играя светлыми бровями. — Кроха, ты не сильна в терминологии. Лапают, — он наклонился и заговорил тише, — совсем иначе и в других местах. — Да ты… Да ты совсем что ли… — заговорилась я. Его прозрачные радужки смеялись в темноте. Я растерялась. К такой шипящей смеси самоуверенности и проницательности я готова не была. Острый взгляд натурально сканировал мою душу, и незнакомца увиденное явно забавляло. Мы слишком близко стояли и слишком долго молчали. В какой-то момент он даже лыбиться перестал. Меня как током прошибло. Никогда таких красивых необычных глаз не встречала. Но вся их привлекательность вмиг испарилась, когда блондин вновь открыл рот: — Как придумаешь достойный ответ, подходи, — снисходительно сказал незнакомец и… подмигнул? Что ты вообще себе позволяешь? Свой праведный гнев на него я так и не обрушила. Просто встала в сторонке, мысленно считая до пяти, до десяти, до ста, пока с блондином флиртовала Дия. Она разве что на прямую не сказала: после заезда мы идем трахаться. И этот любитель хороших манер был не против! Серьезно? Вот так с парнями нужно? Заглядывать к ним в рот и глазками стрелять? Почему я вообще об этом думаю? — …так ты поедешь с нами в клуб после гонки, Эва? — я вздрогнула, услышав вопрос Аша. — Она и клуб? — неожиданно вмешался блондин. — А что не так? — хладнокровно спросила я. — Боюсь, там у тебя случится культурный шок, ведь приобнять за талию для тебя непростительная грубость. Дыши, Эва. Считай, Эва. Что угодно делай, он просто тебя провоцирует непонятно, зачем. Развлекается, наверное. Покажи, что ты выше этого и умнее. — Оставьте при себе свои опасения. Я даже улыбнулась. И чуть не плюнула, когда он в ответ покачал головой в притворной задумчивости. Я хотела взмолиться Небесам в благодарности, когда блондин наконец ушел. — Я его сделаю с закрытыми глазами, — сказал Аш. — Он тоже в гонке участвует? — поинтересовалась я, провожая взглядом громадную спину. — Ага, в последний момент объявился. Никогда о нем не слышал. Готов поспорить, новичок, который решил попонтоваться, а сам не знает даже, как эту Теслу заводить, — с долей зависти заявил Аш, кивая в сторону автомобиля, плавные линии которого проскальзывали в ночной темноте. — Ну, не знаю. Мне понравился, — пропела подруга. — Даже нашу малышку на место поставил. — Дия, иди маши своим флажком уже, — отмахнулась я, делая большой глоток сидра. — Эй, полегче. Это вообще-то довольно сложное занятие, — с легкой обидой ответила девушка. — Ага, прямо высшая математика. — Ладно, заканчивайте — вклинился Аш. — Пошли, заезд скоро начнётся. Он увел Дию, пока мы не успели окончательно разругаться. Но успокоиться после ее выпада и блондина я не успела: уже через пару минут парочка вернулась, и их вид заставил меня немного разволноваться. Дия морщила лицо от боли, пока Аш буквально тащил ее на себе. — Я ногу подвернула, — почти плача, проговорила девушка. — Мгновенная карма, — не удержавшись, проворчала я, но все же помогла Дие и Ашу отойти к стене. — Эва, пожалуйста, начни за меня. Времени нет, я даже не знаю, где организаторы, — тараторила девушка, сминая в руках черно-белую тряпку. — Что? Нет! Не знаю, попроси Агнию. — Эва, она еле стоит, — шикнула Дия, указывая на перебравшую девушку. — Пожалуйста, если никто не выйдет, меня больше не пригласят, а я очень хочу попробовать. Дия применила запрещенный прием — свела свои тонкие брови «домиком». Больше жалости вызовет, разве что, бездомный котенок, которого ногами пинают. — Давай свою тряпку, — нехотя ответила я. Пока мы с Ашем приближались к линии старта, я прокручивала в голове действия, которые за пару минут объяснила мне подруга. Ничего сложного, но, боги, как же я не люблю такую спонтанность и необдуманность. Я с детства привыкла к тактикам. Их составление помогало в школе, в спорте, да даже в разговорах с отцом. Я всегда знаю, что ответить и как поступить… — Ответ придумала? — прокричал блондин, облокотившийся на серый автомобиль, едва я его увидела. …Хорошо, бывают в жизни исключения. Одно из них обладает кошмарно глубоким голосом. — Много чести. Мужчина приложил руку к сердцу, изображая глубокое горе. Клоун! На вид лет тридцать, а ведет себя, как школьник. Когда холодные глаза скользнули по мне вниз, он присвистнул: — Да ладно? Вместо гоночной королевы сегодня снежная? Мудак. Ну просто невыносимый мудак! Так свое лицо старческое кривит, что тошно. — Вместо заезда сегодня пантомимы? Блондин замолчал на секунду. Чуть склонил голову. А потом поманил двумя пальцами к себе. В ответ получил жест, однозначно посылающий его куда подальше. Незнакомец направился в мою сторону. — Поцелуй меня, когда приеду первым, — хриплый голос дрожью пустился по моему телу. — Что? — сглотнув, спросила я практически ему в шею. Он стоял непозволительно близко. И ужасно приятно пах спелым кислым гранатом. И был настолько высоченным, что даже каблуки не спасали. — Поцелуй. Это традиция. Своего рода выигрыш для победителя. — Дия не говорила… Ты только что это придумал? — Я предупредил, кроха, — уходя, бросил мужчина. Собралась, Эва! Пошлешь его, если еще раз подойдет. К тому же, шансов на первенство у блондина не так много. Есть достойный соперник, ведь Аш сказал, что участвует в заездах чуть ли не со школы. Но мне не особо хотелось, чтобы выиграл красноволосый. По ушам ударили тяжелые басы музыки. Кольцо дороги по бокам осветилось прожекторами. Публика за ограждением принялась реветь так же рьяно, как и адреналин в моей крови. Не знаю даже, атмосфера тому виной или разговор с блондином. Я выдохнула, выпрямила спину и отпустила все имеющиеся в голове мысли. Умею отключать волнение, ведь это — навык, который прокачивала долгие годы. Вот и сейчас я успешно проигнорировала дрожащие руки и плавно, наслаждаясь каждым хлестким ударом каблуков об асфальт, отправилась вперед. Чуть замедлилась, проходя между автомобилей Аша и блондина. Пусть смотрит, бедрами я виляю бесподобно. Несколько метров спустя я остановилась, медленно обернувшись. На секунду прищурилась от резкого света фар. Зрение привыкло и смогло различить силуэты за рулями трех автомобилей. Незнакомец был посередине. Пульс истошно колотился в висках, а лицо горело от прихлынувшей к нему крови. Мне даже понравилось. Далее я с огромным удовольствием сделала то, о чем говорила Дия: вытянула руку и по очереди начала «приманивать» участников к линии старта. Когда адресовала этот жест блондину, то подмигнула. Уверена, даже с такого расстояния он заметил. Всё было готово: автомобили заняли свои места, заведенные моторы угрожающе ревели, а зрители завопили с новой силой. Я не думала, просто делала. Медленно провела ладонями по линии бедер, поднимаясь к талии. Приоткрыла губы и стала, извиваясь, нагибаться вниз. На несколько секунд остановилась, набрала столько воздуха в легкие, сколько могла. Сейчас. — Старт! — звонко прокричала я, взмахнув флагом вверх. Реальность замедлилась. Звук стирающихся об асфальт шин, горький запах выхлопного дыма и ледяные глаза, устремлённые не на дорогу — на меня. Машины пронеслись мимо, должно быть, за доли секунд, но я тонула в настоящей вечности самодовольного взгляда. Обернулась, когда опомнилась. Фары яркими полосками указывали на траекторию движения гонщиков. Кажется, незнакомец отставал. — Сюда иди, быстрее! Не стой там! Я не знала, кто мне кричит, и далеко не сразу поняла, что с дороги нужно уходить. Когда сообразила, наконец убежала с места заезда и перелезла за железное ограждение. На меня давила сумасшедшая толпа, вдавливая животом в металлическое перекрытие, кто-то дергал за волосы, толкал локтями. Но я все равно непривычно широко улыбалась, даже не пытаясь привести дыхание в норму. — Похоже, Аш снова победит, — говорила какая-то девушка рядом. Я обратила внимание на несущуюся к финишу машину. Незнакомец прилично отставал. Это был решающий круг. Шансов у него не оставалось. Уголки губ медленно ползли вниз. — Черт! Или нет, — добавила зрительница. Неприметная, на фоне красного монстра Аша, Тесла ускорилась буквально за мгновение. Мне казалось, я вижу летящие из-под ее колес искры. Это было красиво и до безумия быстро. Я моргнула, потом еще раз, и победитель стал очевиден. Сердцу стало тесно под ребрами. Зрители окончательно съехали с катушек, поддаваясь всеобщему драйву. Уверена, у меня по всему телу останется целая коллекция синяков. Глаза не отрывались от выходящего из автомобиля мужчины. Судья объявил победителя, участники пожали друг другу руки, и мой незнакомец начал оглядываться по сторонам. Увидел, пошел в мою сторону. Будто специально медлил, лениво перебирая ногами. — Ну и забралась, — приятный голос заглушил все прочие звуки. На мои ребра легли теплые ладони и рывком подняли вверх, вытаскивая из толпы. Я до сих пор не вернула себе способность думать и даже не пискнула, когда блондин поставил меня перед собой. — Понравилось? Я глупо закивала. Чужие руки переместились к моему лицу и подняли его выше. Опять эти глаза, боже, он точно носит линзы! Не могла природа сотворить такие кристальные переливы радужек. Губы. Грубые и шершавые губы рассекли мои, повергая одним касанием. Незнакомец делал это нахально, резво, жестко. Это не было похоже на поцелуй. Это мой проигрыш здравому смыслу, это надругательство над всеми возможными принципами, это безумие во плоти и крови. И мне не хотелось, чтобы оно заканчивалось. Руки незнакомца стремительно спустились вниз и сжали мои ягодицы. Казалось, еще немного, и он разорвет скрипучую кожаную юбку. Я издала какой-то невнятный звук ему в рот и почувствовала, как губы блондина довольно растягиваются. — К тебе или ко мне? Меня резко окатило злостью, а на щеке незнакомца остался краснеющий след от пощечины. Ко мне в миг вернулось самоуважение, которое минуту назад таяло на губах блондина. Как бы я себя не вела сегодня, никто не может со мной обращаться подобным образом. — Не смей так со мной разговаривать, — прошипела я. — Уверен, с тобой только так и надо. Когда я выпутывалась из его рук, он легко перекинул меня на плечо и понес куда-то настолько быстро, что я и крикнуть не успела. Только продолжала долбить ладонями каменную спину, пока не почувствовала на ягодице сильный шлепок. Уже через секунду он запихнул меня на мягкое сиденье и сам сел в водительское. — Что ты себе позволяешь?! Длинные пальцы блондина прошлись по сенсорному дисплею и нажали пару кнопок у руля. Я не сразу поняла, что благодаря этим командам автомобиль тронулся с места, ведь движение было плавным и почти незаметным. Только плывущие виды за окном показывали, что машина едет. Космолет какой-то. Да, Эва, продолжай восхищаться электромобилем, других же дел нет! — Немедленно останови свою летающую тарелку и выпусти меня! — Так мы официально на «ты»? — усмехнулся незнакомец. — Глухой что ли? Тормози. Зачем ты меня сюда потащил? — Люблю яркие эмоции. Тебе они тоже не помешают. Перестань делать вид, что это не так. — Значит так. Хоть пальцем меня тронешь, и, клянусь, я тебя засужу. — Напомню, и пальцем, и пятью, и губами я тебя уже трогал, — издевательски начал незнакомец. — Кстати, пощечина не особо меня убедила, что тебе не понравилось. Но, стоит признать, удивила. — Вторую щеку подставить мечтаешь? — Не люблю, когда женщина доминирует. Как хорошо, что в салоне достаточно темно. Иначе мой румянец сиял бы ярче проносящихся за окном светофоров. Видимо, проклятые гонки вырубили в моей голове переключатель, отвечающий за здравый смысл, потому мне и не хотелось снова требовать остановить машину. Это похоже на самую главную авантюру в моей жизни, о которой буду и на кладбище жалеть. Но почему нет? Я сегодня натворила дел на пару лет вперед и хочу продолжить. — Тогда ты не по адресу, — я решила подыграть незнакомцу и одарила его томным, насколько это возможно, взглядом. Профиль у мужчины, к сожалению, просто восхитительный. Будто именитый скульптор Ренессанса годами вытачивал свою лучшую скульптуру. Острая линия от лба до подбородка не имела ни малейшего изъяна. В ней характер и сила, грубость и самодовольство, резкость и власть, — в общем всё то, от чего нужно держаться подальше. Однако разум продолжал биться о пологие склоны его черт лица и додумывать, какой же он, мой незнакомец? — Не умеешь врать, — блондин повернулся ко мне, — не начинай. — Не понимаю, о чем ты, — отчего-то сипло ответила я. Молчание заставляло бродить взглядом по его лицу и старательно избегать глаз. Но я всё равно с ними встретилась и замерла, опасаясь сделать вздох. Они слишком непонятные, слишком глубокие, слишком притягивающие. Хочется, чтобы он их закрыл, придвинулся ближе и снова коснулся губ… — Кроха, по тебе всё видно. Отвернулся. Стало неуютно холодно. — Что именно? — Ладно. Приличная девочка очень хочет доказать себе и сверстникам, что что-то из себя представляет. Получается у нее никудышно. Ей кажется, если она грубо ответит, выпьет побольше дешевого пойла и повертит задом перед парой сотен человек, то станет счастлива. Однако… — Однако для счастья ей нужно, чтобы какой-то хам поцеловал, не спрашивая разрешения, и увез непонятно куда? — я резко перебила незнакомца. — Посредственный из тебя психолог. Мог бы придумать что-то получше. — Ну вот, ты обижаешься, тем самым подтверждая мои слова. И, нет, хам ей для счастья точно не нужен. — Спасибо, без тебя догадалась, — я отвернула голову к окну, где неслись мягкие контуры многоэтажной застройки. — И что же ей нужно на самом деле? — Похоже, это загадка и для нее самой. Проверять нужно, пробовать. Я хмыкнула, потирая лицо рукой. Перед глазами пронеслись нескончаемые дни сурка. Учебники, тренировки, разговоры с отцом о моем будущем. Потом — мгновение у линии старта. Я будто была другим человеком. Без бесконечных мыслей об учебе и личностном росте. Просто человеком, который не боится жить. Я хочу, чтобы это ощущение повторилось. — В таком случае, принимаю предложения. Что мне сделать, чтобы жизнь не казалось такой скучной? — Для начала пристегнуться. Я хотела переспросить, но не успела. Воздух вокруг начал буквально плавиться. Незнакомец разгонял авто до неадекватно высокой скорости. Я едва успела вцепиться трясущимися руками в ремень безопасности и пристегнуть. Собиралась закричать, но голосовые связки сковывал страх, как и абсолютно все мышцы тела. А потом страх сменился чем-то новым. Свежим и свободным. Ни одной мысли в голове — только дорога, размазанные парки, кровли домов и фонари. Ночной Нью-Хейвен полон света, мягкого, разноцветного, завораживающего. Не сравнится ни с какой гирляндой. Волшебство. Такое тихое. Я только заметила, что совершенно не слышу шума мотора. — Это фишка электрокаров? Отсутствие шума, — спросила я непривычно весело. — Не основная, но да. В нем нет двигателя внутреннего сгорания. Для привода электромобиля используют бесколлекторные моторы. Существует разные виды, но в данной модели стоит синхронный электродвигатель переменного тока с постоянными магнитами. Он работает по принципу… — Ладно, не нуди, — рассмеялась я, потеряв смысл на слове «двигатель». — Подожди, ты же превышаешь разрешенную скорость раза в два. В городе нельзя… — На дороге пусто. Не волнуйся, я контролирую все свои нарушения. — Но… Я замолкла, как только горячая ладонь легла на мою коленку. — Расслабься. Если бы на мне были колготки, они бы точно расплавились. Круговыми движениями он гладил покрывшуюся мурашками кожу. Оцепенение плавно утекало, расслабляя тело. Я откинулась назад и утонула в кресле. Ладонь незнакомца двинулась вверх, расставляя дрожащие ноги. Он кошмарно медленно проходился по внутренней стороне бедра, пока живот скручивало в приятных судорогах. Мне хотелось… Черт, видимо его. В горле застряли все те нецензурные слова, которые я даже мысленно стараюсь не произносить. Он грубо сжал нежную кожу у самой… Боже, я готова отдаться первому встречному в машине и ничуть того не стыжусь. Меня пьянит это осознание, но не сильнее, чем пальцы блондина, которые уверенно проскользнули к краям трусиков. Теперь я понимаю, что не зря надела кружевное белье. Хоть оно и промокло насквозь. Я это очень хорошо почувствовала, когда его костяшки погладили меня через ткань. Мой стон оказался тихим, протяжным и молящим о продолжении. Видимо, мужчине показалось точно так же, и он отодвинул кружевную кромку в сторону. Это было ни на что не похоже. Нет, сама я ласкала себя раньше, но это совсем другое. Сейчас я отдавалась чужим движениям, которыми незнакомец дразняще оглаживал половые губы. Я взвизгнула, когда большой палец добрался до самой чувствительной точки. Он массировал ее напористо, иногда надавливая, пока я захлебывалась в неразборчивых звуках. Кажется, мои ногти насквозь проткнули обшивку сиденья, так сильно я в нее вцепилась. Но мне нужно было хоть за что-то ухватиться, ведь его пальцы оказались у самого входа. — Подожди! — резко проговорила я. Мне нужно было сказать, предупредить, что я никогда не занималась… сексом. Нужно, но как, если я даже в мыслях на этом слове спотыкаюсь? И, к тому же, как он отреагирует? Вдруг рассмеется? Да, я раньше своей девственности не стеснялась. Но раньше ко мне в трусики и Аполлон не залезал. — Что-то не так? — буднично спросил он и вернул руку на руль. — Давай не будем создавать аварийную ситуацию на дороге. Он прокашлялся и кивнул, а я неловко свела ноги вместе. И что теперь? Ну же, Эва, думай. Он принял это за отказ или остановится где-нибудь и продолжит? Что из этого ты хочешь? Пока я мысленно заворачиваю извилины обратно, решаю сменить тему: — А чем ты вообще занимаешься? Я дура. Я определенно дура. Что спросила? — Предпочитаю не отвечать на этот вопрос, — серьезно сказал блондин. — Эм, почему? Это что-то незаконное? Браво, Эвтида! Так он тебе и сознался, даже если это правда. — Может, да. Может, нет. Какое значение это сейчас имеет? — Вообще-то большое. — Да? — мужчина покосился на меня. — Для тебя так важен статус? — Я о роде деятельности спрашивала. — Неважно. Еще немного, и мы бы потрахались, а ты решила уточнить, где я работаю? Допустим, машины угоняю. — Допустим или… — Какая разница? Возможно, ты едешь на угнанном авто. Есть шанс, что в кармане у меня осталось двадцать центов. Я могу быть кем угодно, кроха. Теперь скажи, остановит это тебя или нет? Блондин завелся не на шутку. Мне было непонятно, почему его так задел этот вопрос. Он правда вор? Что я вообще делаю? Вдруг он меня убьет и в канаву выбросит? Когда я поняла, что мне абсолютно наплевать на это, по щекам покатились слезы. Насколько у меня пустая и безрадостная жизнь, если из-за минутного удовольствия я, не раздумывая, с ней расстанусь? — Черт, прости, — на выдохе произнес блондин. — Просто день у меня завтра тяжелый, я правда не хотел доводить тебя. — Не остановит. — О чем ты? — Меня не остановит ничего из тобой сказанного! — сквозь слезы отвечала я. — Будь кем угодно, хоть в лесу меня расчлени. Мне всё равно. Он долго слушал мои всхлипы. Я рассказала буквально всё о себе, изредка получая короткие комментарии. Впервые вслух призналась, что в гробу я видала всё то, что пророчит для меня отец. Пришла к выводу, что совсем не соображаю, кто я и что мне нужно. В общем, вывалила неподъемный груз, с которым двадцать лет карабкалась куда-то вперед, на чужие плечи. — Я мог бы сказать, чтобы ты послала своего отца ко всем чертям и свалила в закат, но не буду. Называй меня сексистом, однако этот вариант не для девушек. Я сам сделал именно так и с большим трудом справился. Да и родители, какими бы они ни были, увы, не вечны, — мужчина тяжело выдохнул и продолжил. — Ищи от чего тебя прет. Главное, стремление. Оно у тебя есть. Тебе каких-то двадцать лет, так кидайся во все, что видишь. Вдруг ты прирожденный кондитер или актриса. — Да, ты заядлый сексист, — посмеялась я. — Хорошо, дерзай осваивать стрельбу из лука и автомеханику. Неважно. Из любого занятия реально извлечь выгоду. И для души, и для кошелька. Ты только не забывай, что где-то ждет твое предназначение, и всё. Из-за неспешного разговора не сразу заметила, что автомобиль остановился. Мужчина вышел, чтобы открыть мою дверь. Еще и руку протянул. Свою горячую и огромную руку. — Как быстро ты стал джентльменом. — Все для вас, кроха. — Перестань меня так называть, — выбравшись из автомобиля, сказала я и ткнула блондина указательным пальцем в грудь. — Не могу, тебе очень подходит. Как оказалось, приехали мы на смотровую площадку. Небольшую по размерам, скрытую с обеих сторон лесным массивом. Я стояла, положив локти на железные перила, и показывала пальцем, в каких местах спящего города бывала. Комментировала каждую пролетевшую птицу, скрытое грозными облаками небо и буквально все, что видела. Даже в детстве так глупо себя не вела, но блондин не возражал, только поддакивал. В какой-то момент мне на плечи легла тяжелая кожаная куртка, в которой было до невозможности приятно тонуть. Гранат… Этот фрукт, кажется, я буду покупать ежедневно, чтобы почувствовать хотя бы призрачное присутствие моего незнакомца. — Ты скажешь, как тебя зовут? — Скоро узнаешь, — сказал он, становясь сзади и приобнимая. — Сейчас бить не будешь? — Скажешь имя, и не буду, — хитро ответила я и вжалась спиной в твердую грудь. — Амен, — горячее дыхание коснулось моего уха. — Рассвет скоро. Поехали, до кампуса довезу. Я повернулась к нему, задирая голову. Мне очень не хотелось с ним расставаться, ведь понятно, что мы больше не увидимся. Это случайность, которая не повторится. Заезженное клише — излить душу незнакомцу и не встретить его снова. С другой стороны, и рисков никаких. Я могу делать, что захочу. А хочу я его губы. Было достаточно лишь слегка потянуться навстречу, и Амен — как же ему подходит это имя — всё сделал сам. Ладонь на спине прижала меня к нему, пока другая подцепила подбородок. Он изучал что-то в моих глазах и, кажется, остался доволен результатом. Подушечкой большого пальца он прошелся по нижней губе, оттягивая ее. Низ живота изнывал, умоляя о продолжении, как и весь остальной организм. — Я девственница! — излишне громко и быстро выпалила я. — Догадывался, — с каким-то облегчением ответил Амен и успокаивающе погладил щеку. — Мне продолжать? Я кивнула раз десять и обхватила мужскую шею. Его губы так сладко покусывали мои, что я застонала прямо в рот блондину. Амен спустился ниже, обследуя мокрыми поцелуями шею. Он до боли сжимал ягодицы, и мне так хотелось, чтобы на них остались синяки. Потому что уже нуждалась в напоминании о мужчине. Амен припал огненными губами к декольте, засасывая нежную кожу. Я чувствовала или представляла, как на тех местах лопаются капилляры, рисуя на груди алые круги. Амен рывком поднял меня за бедра, и мои ноги сами обвили его торс. Сквозь поцелуй мы быстро двигались к машине. — До отеля потерпи, — заговорил Амен, когда я стала царапать его спину через футболку. — Не хочу, — проныла я. — Спорткар для первого раза — дерьмовая локация. Тут даже задних сидений нет. — Будет, что вспомнить. Я совершенно не узнавала в развязном голосе свой собственный. Амен посадил меня на капот, прижимаясь сильнее. Почувствовав, как в живот упирается что-то твердое, я смутилась. Неизвестность пугала, заставляла колени подрагивать. Я понимаю, как в теории должен происходить процесс, но от этого не легче. Легче от его языка, который вновь и вновь изводит мой рот. Амен уверен в своих действиях, похоже, сейчас мне остается лишь довериться ему. — Сначала будет больно, — констатировал мужчина, расстегивая молнию на моем топе. — А потом? — А потом от стонов охрипнешь, — он улыбнулся мне в губы и впился с новой силой. Кожанка упала с плеч, а неудобный топ был сброшен на землю. У груди появилась более жесткая и надежная поддержка — огненные ладони, которые интенсивно ее сминали. Мужские пальцы кружили по ореолам, перекатывали соски, а я извивалась хуже кошки, охваченная пьянящей болью. Амен расправил куртку позади меня и подтолкнул, чтобы я на нее легла. Юбку он стягивал нетерпеливо, создавая жгучее трение между моей кожей и материалом. Белье мужчина тоже быстро спустил вниз. Я полностью голой лежала на капоте чужой машины, собираясь отдаться человеку, которого знала не более четырех часов. И единственное, что меня волновало в этой ситуации, — собственная неопытность. Опасалась сделать что-то не так, рассмешить или разочаровать Амена. Я привыкла заботиться только о собственном комфорте, но сейчас во мне кипело желание сделать приятное другому. Пока блондин снимал с себя футболку, я приподнялась и потянулась рукой к светлым джинсам, расстегивая на них пуговицу. Когда мне удалось справиться молнией, я слишком резко опустила джинсы вместе с бельем вниз и тут же отвела глаза, увидев в темноте внушительные размеры. Не то чтобы в них разбираюсь, но мне показалось, что это в меня просто не влезет. — Ложись и ни о чем не думай, — взяв в руки мои горящие щеки, сказал Амен. Он точно обладает даром внушения, ведь я сразу его послушала, опускаясь обратно. Погладив мой живот, ладонь Амена скользнула вниз. Сначала касания были плавными, дразнящими. Пальцы ласкали клитор, выбрав траекторию, от которой у меня внутри все горело, а после спустились ниже. Я неосознанно подалась вперед, чувствуя, как в меня входит его фаланга. Другая ладонь бродила по ключицам, груди, ребрам, отвлекая от дискомфорта, который появился, когда внутрь проник второй палец. Я привыкла довольно быстро, и мужчина стал двигаться свободнее. Он снова умело изводил чувствительную точку, пока я не переставала кусать губы и громко мычать. Я стала прогибаться в пояснице, чувствуя, как ко мне подкрадывается волна удовлетворения, и Амен остановился. — Не спеши, — усмехнулся мужчина. Он медленно облизнул пальцы, которые секунду назад были во мне, не отрывая потемневших глаз от моих. А потом сделал самую пошлую и приятную вещь из всех возможных — засунул эти пальцы ко мне в рот, совершая поступательные движения. И мне ни на секунду не стало противно. Напротив, когда слюна смешивалась со вкусом собственной смазки, я была готова захлебнуться от удовольствия. — Нам стоит поменять положение, — сказал Амен и буквально за несколько секунд перевернул меня на живот. — Почему? — сбивчиво спросила я. — Так тебе будет менее больно. Я не хотела задумываться, откуда он знает, какая поза лучше подходит для первого раза. Да я и не могла думать в принципе, ведь мужские руки расставили мои ноги шире и стали маняще гладить бедра. Я обернулась, услышав шелест позади. Амен распаковывал защиту. Боже, я и забыла, что она нужна. Моему внимательному взгляду помешала рука на затылке, которая отвернула голову назад. Вскоре ладонь переместилась к плечу, поглаживая. Я вздрогнула, когда почувствовала у входа его плоть, а потом вскрикнула от резкой режущей боли. Казалось, Амен входил аккуратно, но мышцы внутри неприятно саднили. — Дыши ровно, все хорошо. Я услышала успокаивающий голос и послушалась. Вдыхала чистый воздух с примесью гранатовых зерен, постепенно расслабляясь. Боль перетекала в другое, не менее яркое и сильное ощущение. Хотелось отдаться моменту и взять от него всё возможное. Желание подогревали большие ладони, которые окутывали касаниями спину, сжимали талию, переходили к ягодицам. Движениям внутри хотелось покоряться. Лучше слов говорили сначала сдавленные, а потом и более раскованные стоны. Их громкость усиливалась вместе с плавными толчками. Моя грудь терлась о жесткую ткань куртки, а пальцы скользили по гладкому капоту, оставляя на нем разводы. Ощущений было слишком много, и они разрывали все на своем пути: сомнения, страхи, переживания. Я выставляла ягодицы навстречу напору мужчины, двигалась вместе с ним, вторя размеренному темпу. От столкновений наших тел по округе расходились влажные звонкие хлопки. Мужчина расположил локти по обе стороны от меня, обхватывая мои сжатые в кулаки ладони. От этого жеста у меня дыхание перехватило. Будто бы Амен тем самым выражал заботу? Вряд ли это было так. Я была для него очередной девушкой на ночь. Уверена, таких было предостаточно. От этих мыслей у меня защипало глаза. Я до крови прикусила щеку с внутренней стороны. Зачем порчу момент наслаждения, которого никогда не испытывала? Возможно, Амен был телепатом. Мужчина словно услышал мои внутренние метания. Теперь он входил глубже, пуская по ногам крупную дрожь. Сложно думать хоть о чем-то, когда тебя каждые несколько секунд пробивают импульсы острого удовольствия. Вот и я больше этим не занималась. Только вилась под мужчиной, жадно глотая каждое мгновение. Вскоре Амен поднялся, разгоняя слияние наших тел до невероятной скорости. Я вспомнила, как он гнал автомобиль по ночной трассе пару часов назад. Сейчас ощущения были намного острее. Амен мощнее любого болида. Казалось, я сама участвую в смертоносном заезде, который стирает время, пространство и меня. Только разрывающий вены адреналин и мужчина, что всегда приведет к финишу. Горло разодрали хриплые стоны, когда его пальцы спустились к клитору. Я вцепилась зубами в кожанку, что заметил мужчина, и резко выдернул из-под меня спасительную ткань. — Я хочу тебя слышать. Теперь Амен слышал всё: и свое имя, и глухие маты, и усталые бессвязные звуки. Щекой я вжалась в холодный металл, который мгновенно раскалился от жара моей кожи. Но вскоре я перестала чувствовать температуру, ведь по телу прокатились десятки электрических разрядов. У меня онемели ноги, позволяя каблукам разъезжаться по земле. В животе поднимались и оседали огненные всполохи. Через несколько размашистых движений закончил и Амен, плавно выходя из меня и переворачивая на спину. Расфокусированным взглядом я бродила по светлеющему небу, на котором еще мелькали редкие звезды. Но они исчезли, стоило мужчине склониться надо мной. Теперь были только глаза. Все такие же непонятные. Вечности не хватит, чтобы изучить причудливые переливы оттенков. Но мне бы очень хотелось. — Ну так что? Нужен тебе хам для счастья? — Очень. Я не особо помню, как он донес меня до пассажирского сиденья. В памяти осталась только согревающая плечи куртка и подступающий к горизонту рассвет за лобовым стеклом. — А тебе что для счастья нужно? — сонно спросила я, когда автомобиль затормозил у ворот кампуса. — Я в поиске, забыла? — смешливо ответил он. — Хотя, кажется, сегодня я стал на шаг ближе к разгадке. — В смысле? — с наивной надеждой спросила я. — Всему свое время, кроха. — Угу… Ладно, прощай, Амен, — быстро бросила я и потянулась к ручке двери. — До встречи.

***

У меня оставалось пару часов, чтобы поворочаться на кровати в обнимку с мужской курткой. Я очень радовалась, что забыла ее отдать, ведь так можно быть уверенной, что произошедшее мне не приснилось. Буквально за пятнадцать минут до звона будильника мои глаза сомкнулись намертво и открылись, когда я уже безбожно опаздывала на первую пару. Сил и мозгов мне хватило только на то, чтобы натянуть на себя другую одежду и умыться. Я бежала по университетскому скверу с растрепанными волосами и в помятом платье, проклиная всё и вся вокруг. Себя и Амена — особенно. Мне крайне хотелось в сотый раз прокрутить в памяти самую лучшую ночь в моей жизни, но я взяла в руки остатки здравого смысла и добралась до аудитории. В чате группы я успела прочитать, что именно сейчас проходит первая лекция с Джозефом Спроусом. Теперь загадка личности самого успешного криптомиллионера меня совсем не волновала. Я даже постучать забыла — влетела и застыла. Ведь по кабинету, заполненному восхищенными студентами, расхаживал Амен, что-то увлеченно рассказывая. Он обернулся на шум и слегка улыбнулся: — Позвольте узнать, мисс, что заставило вас опоздать на мою лекцию? Никогда бы не подумал, что студентки Йельского университета столь невоспитанны.