Часть 46. Заглянем в будущее и привет из прошлого

      Компания в виде чародейки, призрака и загадочной фигуры в плаще не вызвала у жителей Данстара никакого интереса. Ну подумаешь призрак, эти маги всегда что-то странное выдумывают, а то, что все трое лица скрыли, так чего удивляться? Метель как никак.       Заметив это, Тина с облегчением выдохнула. Её подозрения, что все вокруг знают, чем она нынче промышляет не оправдались и даже, наоборот, с треском провалились. Ибо никому до неё не было дела, у всех своих забот выше Глотки Мира. Правда, печаль от отсутствия одежды среди торговцев в городе это не предотвратило. Как оказалось, простые работяги делали одежду себе сами, а потому, как посоветовал Слышащей один из торговцев всяких необычностей, им следует поспрашивать каджитов:       – Эти пройдохи и в столицу ездят. Авось и привезли что-то интересное на Ваш острый взгляд, м?       Поблагодарив его, Тина купила у него немного алхимических ингредиентов и отправилась к стенам города, где обычно останавливались караваны, так как в город им было запрещено. Слышащая, не смотря на не плохие отношения с каджитами, была согласна с таким положением дел. Всё же, у каджитов всегда в наличии был лунный сахар, а по их, кошачьим, правилам в тележках и вовсе можно было найти воров или… да, ассасинов. Ведь если ты понравился главе каравана, то он тебя не выдаст. И этим любили пользоваться различные криминальные элементы. Собственно, именно это ей и объяснил Люсьен после того, как она подружилась сначала с молоденькой кошкой Ашани, а после и с главой её каравана – Ри’садом.       Выйдя за городом, компания почти сразу наткнулась на расположившийся здесь каджитский караван. Главной здесь была кошка по имени Акари, которая радостно прищуривалась на Тину, выспрашивая, что именно она ищет. Пока Слышащая подробно описывала запрос, сзади помощницы и помощники Акари тщательно выискивали нужное в сундуках и мешках.       Каджитка задумчиво тёрла подборок, пока Тина с Цицероном осматривали простые повседневные вещи, что по виду были явно свежее тех, что прибывали на хранителе сейчас, а потому ловким движением руки Слышащей тут же оказались отложены в сторону из основной кучи. Вдруг что-то вспомнив, Акари щёлкнула пальцами и ушла куда-то вглубь палатки. Ассасины переглянулись и стали ждать. Вскоре каджитка вышла и продемонстрировала любопытным покупателям добротный плащ из плотной чёрной кожи с глубоким капюшоном и множеством ремешков для регулировки и присоединения дополнительных подсумков. Присвистнув, Тина ткнула Цицерона в бок:       – Прям как для тебя шили. Примеришь?       Активно закивав, хранитель осторожно принял плащ из пушисто-когтистых лап и накинул его на себя:       – Охо-хо! Цицерону нравится!       Удовлетворённо улыбнувшись, Тина кивнула каджитке, отчего та расплылась в довольной улыбке: «видимо мы только что сделали ей всю дневную прибыль», подумала Слышащая, так как плащ стоил соответствующее своему добротному виду. «Ай, да не важно! Зато как ему идёт!», расплачиваясь, размышляла Тина, так как оказалось, что часть средств Цицерона остались в местном убежище, а часть в фолкритском. Слышащая прописала ещё один пункт в списке дел – забрать остальные вещи хранителя из южного убежища.       Забрав все покупки, ассасины быстро вернулись в убежище. Перебрав вещи, они решили оставить часть не особо нужных здесь, так как про это место знали теперь только они трое. Вновь выйдя в город, компания быстро прошла его сквозь и отправилась в сторону Вайтрана.       Нашарив в кармане камушек глубокого синего цвета, Тина обратилась к своим спутникам:       – Сначала в Вайтран, ладно? Зайдём к этой Олаве, послушаем, что она скажет.       – Что за Олава?       – Габриэлла сказала, что она предсказательница и то ли её личная давняя подруга, то ли давняя подруга Братства. Не знаю, но почему бы и нет?       – О-о! Предсказательница! Цицерон с радостью послушает, что же она расскажет Слышащей!       – Вот и славно.       Пройдя весь путь хоть и спокойным шагом, но без остановок, ассасины добрались до Вайтрана уже к закату. Что, впрочем, было не так уж и плохо: Олава скорее всего уже дома, но ещё не спит. Зайдя в город, Слышащая сразу завернула к кузнице прямо рядом со входом. Бьорн как-то заходил сюда вместе с Сераной и Тиной и, видимо поэтому, владелица кузни и магазина при ней, Адрианна узнала Слышащую:       – А госпожа подруга Бьорна! Добрый вечер, желаете посмотреть кинжалы, луки? Материалы? Недавно привезли хорошее серебро, и я выковала отменные клинки. Самое то против всякой нежити.       – Добрый, Адрианна! Спасибо, но я, к сожалению, не за покупками сегодня. Ты не знаешь, где мне найти Олаву?       – Немощную? Предсказательницу? Знаю, она тут недалеко. Каждый вечер сидит у себя, возле дома, любуется закатами… Смотрите, после моего дома завернёте…       Выслушав подробную инструкцию, Тина сердечно поблагодарила женщину и отправилась на поиски. Судя по инструкции и тому куда они постепенно углублялись, эта пока непонятная Олава жива на самом отшибе города, где было мало домов, но много закоулков.       Вырулив через очередной переулок, компания выпала на относительно свободную территорию. По крайней мере, если сравнивать со всеми только что прошедшими улицами. Недалеко от городских стен стоял маленький, но довольно милый домик, увитый плющом. Рядом с ним был крохотный садик с разными горноцветами, а возле стен домика стояла скамейка, на которой сидела старушка и смотрела на залитое розовым и оранжевым небо.       Наклонив голову к плечу, Тина обратилась к пожилой женщине:       – Простите, Вы случайно не Олава?       Лениво моргнув, старушка перевела взгляд на Слышащую и хмыкнула:       – Да, это я. Хочешь получить предсказание? Зайди в другой день. Я гадаю на чайных листьях, читаю по ладони, смотрю в волшебный шар… о, трепанацию хочешь? Аха-ха-ха!       Тина удивлённо вскинула бровь и криво улыбнулась. Олава показалась ей забавной – все знают, что она делает предсказания, но, судя по всему, она в основном отгоняет страждущих угрозами трепанации черепа. Это было так в стиле Братства: «неудивительно, что они сдружились с Габриэллой», заключила Слышащая. Порывшись в кармане, она достала камушек:       – У меня есть вот этот талисман.       – Хм? Что там такое? Ну-ка, покажи.       Взяв драгоценный камень через чур ловкими для её возраста пальцами, старушка стала вертеть его в руках. Прищурившись, она пыталась вглядеться в него, пока её глаза удивленно не расширились. Олава по-новому взглянула на Тину:       – О, боги. Значит ты из друзей Габриэллы. Тогда хорошо, получишь ты своё предсказание. Я, действительно, могу прозреть будущее. Однако это непросто мне даётся и вижу я не так чётко, как хотелось бы… Но я сделаю это для тебя. Садись рядом.       Олава похлопала по скамейке рядом с собой, и Тина осторожно присела, не отводя от неё глаз. Цицерон быстро пристроился на землю, оперившись спиной о скамейку и слегка касаясь ног Слышащей. Люсьен опёрся о стену дома рядом. Кинув быстрый раздражённый взгляд друг на друга, мужчины вновь вернули внимание к Тине. Олава, заметившая это, хитро улыбнулась и легонько рассмеялась:       – Ах, молодость – прекрасная пора…       Потрясся головой, старушка вгляделась в Тину:       – Пожалуйста, расслабься. Освободи своё сознание… Да, вот так…       Перед глазами Слышащей словно замелькали мушки. Сознание словно поплыло, но ничего конкретного и, тем более того, о чём ей начала рассказывать Олава, она не видела:       – Пещера… Нет. Не пещера, дом? Место, где тебе спокойно. Там, где ты будешь в безопасности… В Убежище. Я вижу снег, озарённый звёздами на заре…       «Убежище в Данстаре? Мы будем там бывать чаще?», размышляла фоном Слышащая.       – Рядом кто-то есть. Другие люди… ну кроме этих твоих двоих… Хм, кажется, это дитя ночи и… странник песков? Но, прежде чем вы станете Семьёй прольётся столько крови, столько крови…       Тина похолодела. Она уже размышляла над наказом Эйны по поводу выбора трёх братьев и каждый раз, когда она возвращалась к размышлению над этим её мысли, всегда скатывались именно к ним троим: к Цицерону, Бабетте и Назиру. Если с первыми двумя всё было понятно – они близкие друзья Тины, то вот с Назиром всё было чуть сложнее, ведь у них отношения были не настолько близкие. Но, каждый раз, когда она думала над этим выбором, всегда всплывал именно Назир.       Не Габриэлла или Фестус, с которыми она провела больше времени. Нет. Именно Назир. И, как мгновение спустя продолжала размышления Слышащая, она признавала, что это отличный выбор – ведь у Назира есть множество связей, он распределяет небольшие контракты, которых в большинстве и, именно он, является казначеем Братства.       Да, пусть он не испытывает трепета или пиетета по отношению к Матери Ночи, но Ситиса то он признаёт, верно? И главу Братства тоже. Именно глава для него авторитет, а он – её верная рука. И Тина не сомневалась, что стоит ей взять бразды лидерства в свои руки, то и Назир без раздумий присоединиться к ней. Ну, может, конечно, побухтеть для приличия, но и только.       Но, кроме этого, то ли действительно видения будущего, то ли столь удачного совпадения, Тина испугалась слов Олавы о крови: «неужели и впрямь предсказание?». Старушка же, пока явно не закончила с ответом и вдруг, после небольшой паузы, воскликнула:       – Постой! Кое-что ещё… Путь к приключениям и богатству. Дом среди камня и металла, и ещё убежище среди камней и… что это? Грибы? Хм, кажется, да… И наследство. В руинах, открытых для любого… Далеко на северо-запад. Ведьмино гнездо. Место, где в давние времена нашёл покой убийца. Тёмный брат, что оставил всё своё имущество… тебе.       Поддавшись навстречу, Тина с ожиданием ждала, что же ещё такого интересного и приятного скажет ей Олава. Но старушка начала тереть виски и морщиться:       – Нет… Нет, это всё. А теперь, пожалуйста… я чувствую сильную усталость.       Кивнув, Тина взяла ладони Олавы в свою руку, а после другой ладонью быстро, но невесомо коснулась лба. Старушка с удивлением воззрилась на неё, почуяв, что боль отступила. Слышащая мягко улыбнулась:       – Спасибо. Если что понадобится, обращайся.       Старушка кивнула, поблагодарив. Пожевав губу, Олава раздумывала, чтобы сказать напоследок. Блеснув глазами на двоих спутников Слышащей, она вдруг улыбнулась Тине:       – Зачем выбирать, когда можно взять всё, не так ли?       Вскинув бровь в непонимании, Тина повела плечом и улыбнулась, соглашаясь. Олава хмыкнула:       – Ты поймёшь о чём я. Позже, когда отмахиваться больше будет невозможно.       – Это Вы тоже видели?       Олава хитро улыбнулась:       – Да.       Но после быстро нахмурилась и замахала рукой, выпроваживая гостей:       – Ну всё, детки, идите, идете, дайте старой женщине отдохнуть…       – Всего хорошего.       Коротко помахав рукой, Тина пошла обратно, взяв курс на выход из Вайтрана. Цицерон, убедившись, что они отошли на достаточное расстояние и находятся в безлюдном переулке, приостановил Слышащую, коснувшись плеча:       – Это… Ведьмино гнездо. Цицерон слышал, что туда можно пройти только через Лесной оплот, в котором поселились изгои. Опасные изгои.       Нахмурившись, Тина задумалась, но после быстро улыбнулась:       – Значит нужно будет хорошо подготовиться.       Её спутники закивали, соглашаясь. Всё же одно дело лезть в руины вдвоём, где поселилась шайка бандитов и совсем другое лезть в лагерь изгоев. Причём, судя по словам Цицерона довольно крупный лагерь, где ещё и по слухам обитает ворожея. По-хорошему им бы ещё пару человек в отряд. Хорошо подготовленных. Только вот где их взять?       Заданный Люсьеном вопрос остался без ответа. И Тина, и Цицерон лишь нахмурились. Им бы и самим хотелось знать где взять таких кандидатов, чтобы и опытные, и при этом им ещё и хотя бы минимально доверять можно было бы?       Переулки закончились, и компания вышла к основной улице города. Толпа уже рассосалась по тавернам и домам и ассасины внезапно оказались одни в обычно оживлённом Вайтране. Однако, их это не волновало, и они продолжали обсуждать варианты, что им делать. Когда внезапно раздался знакомый басовитый голос, от которого Тина подпрыгнула на месте:       – Тина? Это снова ты! Вот так встреча!       Ухмыльнувшись и тихонько прошептав своим спутникам:       – А вот и кавалерия.       Тина обернулась к окликнувшему и тут же оказалась зажата в прочных тисках крепких мужских рук. Рассмеявшись, Тина постаралась выбраться из медвежьих объятий, от которых уже захрустели рёбра:       – Ахах! Бьорн, задавишь же!       – Ой, извини.              Хватка чуть ослабилась, и Слышащая смогла наконец обнять друга в ответ. Отстранившись, она уже хотела сказать, что рада его видеть, но наткнулась на хитрый взгляд Бьорна и замолчала. Отойдя на шаг в сторону, довакин освободил место для другого тёмного вихря, что тут же накинулся на Тину. Вампирша стискивала девушку в отнюдь не женских объятиях и рёбра Слышащей снова жалобно захрустели. Ойкнув, Серана чуть отстранилась и позволила Тине тоже обнять её. Конечно, Слышащей было далеко до их медвежьих хваток, но крепко обнимать она тоже умела.       Рассмеявшись, Тина, Бьорн и Серана обменялись приветствиями и начали расспрашивать друг друга о произошедших событиях и делах. Как оказалось вампирше надоело сидеть и жалеть себя в форте Стражи Рассвета и, когда довакин вновь пришёл к Израну, то напросилась ему в компанию:       – Ты же знаешь, у Бьорна просто талант находить приключения на свой зад.       Тина прыснула. Покраснев, довакин зачесал затылок, а потом улыбнулся и развёл плечами мол «ну да, такой вот я». Опомнившись, Слышащая представила призрака:       – Ах да! Бьорн, Серана, познакомьтесь – это мой брат Люсьен Лашанс.       – Призрак? Надеюсь, ты не увлеклась некромантией…       Тина скептически посмотрела на Бьорна и с намёком протянула:       – Брат, говорю же, мм? Смекаешь?       Нахмурившись, довакин ещё раз посмотрел на Лашанса, а после протянул:       – А-а! Брат, понял-понял.       Улыбнувшись, Бьорн подмигнул Тине, и девушка снова прыснула. Переведя взгляд на второго спутника, довакин вновь нахмурился:       – А… твой второй спутник?       Захихикав, Цицерон слегка приподнял капюшон и Бьорн наткнулся на бесноватый взгляд давнего знакомого:       – Ци…       Мгновенно прижав палец к губам, Тина слегка улыбнулась кончиками губ, на секунду превратившись в себя властную. Она предупредила:       – Не стоит. Считай, что это просто другой мой братец. Угу?       Переглянувшись с Сераной, Бьорн пожал плечами:       – Ладно. Как скажешь.       Решив не нагружать голову лишними раздумьями, что его не касались, довакин сменил тему:       – Так, как твои дела? Как, ээм, семья?       Вернувшись к себе обычной, Тина вновь стала мило, приветливо улыбаться:       – О-о, довольно неплохо. Не без помех, конечно, но идеал ведь не достижим, верно? Хах… а вообще нам нужно в Ведьмино Гнездо, но…       Услышав знакомое название, Бьорн удивлённо посмотрел на них. Сложив руки у груди, он скопировал скептический тон Слышащей:       – Ведьмино Гнездо? Это ли не то, которое в Лесном оплоте? На северо-западе. Ну, знаешь, там, где поселились изгои вместе с ворожеями. М? Не это Ведьмино Гнездо?       – Хех.       Тина лишь развела руками, повторяя «ну да, вот так вот у нас». Бьорн рассмеялся и махнул рукой:       – Полагаю одни, ну то есть втроём, вы туда не сунетесь? И правильно делаете. Слушай… Мы с Сераной как раз хотели отправиться в Вольскигге – это недалеко оттуда. Седобородые сказали, что там есть стена слов.       – Стена слов?       – А, да, это стена на драконьем, вроде мемориального камня, начинающего с «здесь лежит» и всё такое. Некоторые слова на них резонируют и их чуют седобородые во время медитаций. Точнее их отголоски. А я, как довакин, могу их изучить. Для ту’умов, криков. Нам бы тоже не хотелось туда соваться вдвоём… Мм?       – Оу, понятно.       Задумавшись над предложением довакина, Тина повернулась к своим мужчинам. Пару минут они молча переглядывались между собой. Посмотрев на это, Серана шепнула Бьорну:       – Ого, они там общаются что ли?       – Не знаю. Похоже.       Переглянувшись ещё раз, Люсьен и Цицерон пожали плечами и кивнули. Тина кивнула и повернулась к задумчивому Бьорну, протягивая ему руку:       – Договорились.       Улыбнувшись, довакин пожал ладошку Слышащей. Вспомнив список дел, Тина подскочила:       – Оу, только сначала мы зайдёшь «домой», ну ты понимаешь. Если согласен, то можем тогда уже встретится по дороге, чтобы не терять время.       – А, кхем, «домой» это далеко? В какую сторону хоть?       Довакин зачесал затылок прекрасно понимая, что такие вопросы обычно не задают тем, кто прячется, когда от этого зависит их выживание. Тина нахмурилась, потёрла подборок, скосила глаза сначала на Люсьена, потом на Цицерона и вновь вернулась глаза к Бьорну:       – Можете подождать или в Фолкрите, или уже в Рорикстеде. Мы догоним.       Довакив кивнул и посмотрел на Серану. Вампирша пожала плечами. Бьорн кивнул Тине:       – Давай сразу в Рорикстеде. Пока пойдём вместе, а после вы свернёте в Фолкрит или куда вам там нужно, и после уже мы с Сераном будем ждать вас в Рорикстеде. Идёт?       Взвесив все за и против, Слышащая кивнула:       – Идёт. Пойдём тогда?       – Да. Мы уже всё, что хотели сделали в Вайтране.       Двинувшись в сторону выхода из города, к Тине тут же пристроилась Серана. Взяв Слышащую под локоток, Серана отвела её на пару шагов вперёд от мужчин и девушки погрузились в долгожданную беседу. Несмотря на то, что в прошлую их встречу они провели относительно немного времени, дамы успели понять, что им есть о чём поговорить. И что более важно – им это обеим нравилось.       Несколько опешив от Слышащей, что активно щебетала с вампиршей, Лашанс скосил глаза на хранителя. Криво ухмыльнувшись, Цицерон лишь слегка помотал головой «не стоит». Призрак кивнул, но хмуриться не перестал. На попытки Бьорна вести нейтральную беседу не вёлся, в отличие от Цицерона. Шут, не смотря на новый внешний облик оставался шутом и потому с большим удовольствием пользовался разговорчивостью довакина:       – Так, значит, ты теперь в бегах? Скрываешься? Или…       – Волк, упав в изнеможенье, о кровавом молил мщенье! Разве может дочка спать, если дома плачет Мать?       – Э-эм, ла-адно…       Захихикав, Цицерон на каждый последующий вопрос Бьорна отвечал своими странными либо стихами, либо песенками, либо фразами. Довакин лишь тёр лоб, пытаясь понять: это ему действительно отвечают на вопросы или просто издеваются? Хмыканье призрака не облегчало дело – Люсьен мог хмыкать и из-за того, что над довакином смеются, и из-за того, что Цицерон отвечает правду, но окольными путями.       В любом случае, Бьорн завидовал Серане, которая постоянно то издавала вздохи восхищения, то взрывы хохота. Девушкам явно было веселее и приятнее. Вздохнув, довакин решил попробовать ещё раз…