Часть Тридцать Третья

***

      Поместье Годвинов располагалось на отдельном средних размеров островке. Когда-то это была плантация одного весьма богатого знатного лорда. Прошлые наследники хорошо следили за своими владениями, нанимали людей, чтобы те ухаживали за их землёй и тем, что на ней росло.       Однако с тех пор, как сей остров унаследовала самая последняя из Годвинов, Мэри Годвин, практически всё здесь пришло в упадок. Работники ушли, а сама Мэри, казалось, будто бы и забыла о том, кем была раньше. Увлеклась изучением алхимии, а после и опасной тёмной магией.       Теперь же поместье и весь остров заросли густым лесом, что в основном кишат плодами опасных и жутких экспериментов самой владелицы. Пустотелых, которых можно убить, лишь заманив в особенные магические круги, расположенные по всему острову в абсолютно разных местах. Ядовитые оборотни, что, оцарапав или укусив, могли отравить кровь любого и вызвать тем самым у бедолаги головокружение или самые различные галлюцинации. И хоббы, которых, будто бы облили разноцветной краской, а от убийства каждого из них те только множились числом до тех пор, пока могли.       И это была лишь малая часть того, на что способна Чернокнижница Мэри…       Очутившись на берегу острова, Далия и Ловкач осмотрелись. Время близилось уже к полуночи, а это значило, что и до восстания нежити из могил, было недалеко. Да и сама по себе здешняя атмосфера давила ничуть не меньше.       Мрачный, обветшалый за последние годы особняк возвышался едва ли не над всем островом, отчего острые пики его крыши можно было увидеть с самого берега. Чтобы пройти к самому зданию, было необходимо миновать лес, который включал в себя немало лабиринтов, извилистых троп, что местами также ограждались высокими заборами и воротами, источавшими даже электричество.       Далия поняла, что ни им с Ловкачом, ни бандитам из тюрьмы Вороньей Крепости не добраться до особняка так просто. Наверняка многие из них уже погибли. И с одной стороны это давало некоторое преимущество, а с другой и осложняло дело.       Стоило девушке отпустить руку возлюбленного, как она ощутила, что время вновь стало замедлять ход, а вокруг начала появляться лёгкая пелена и дымка. Сзади послышались тихие и совершенно спокойные шаги, а после знакомый ровный голос:       — Как ты изменилась с момента нашей последней встречи, Королева.       — Да, Тереза, изменилась… — она обернулась к слепой провидице. — И посмотри, что стало из-за всех тех решений, принятых мною за последние полтора года…       — Ты потеряла много сил, устала и истощена, хотя и совершила множество деяний, как во благо, так и нет. И они, правда, повлияли на происходящее сейчас, однако совсем не так, как ты сама думаешь.       — Не так?       — Тому, кто устроил сей хаос, всего лишь нужны были поводы начать совершать задуманное ещё с тех самых пор, как тебя короновали Сэр Уолтер и Джаспер, и ты ему их дала.       — Кто это? Прошу тебя, Тереза, скажи мне.       — Если я назову его имя, ты помчишься к нему, оставив Мэри Годвин и профессора Фарадея на произвол судьбы. Им нужна твоя помощь, дабы встать на верный путь.       — Но пока я бегаю по островам, мой родной город страдает…       — Но не так быстро, как ты сейчас думаешь. Оставшиеся частички твоей доброты греют мою душу, как и то, что ты сможешь сделать Альбиону ещё одну добрую услугу. Не теряй надежду только потому, что ты не та королева и не та героиня Альбиона, какой была прежде.       — Прежде я была лучше, нежели сейчас. Жестокость, жажда крови, жажда власти меня извратили, и даже я это признаю…       — И всё же в глубине души ты осталась всё той же Далией, я чувствую это. В тебе по-прежнему есть доброта, чуткость, ты по-прежнему способна испытывать любовь. И те, кто по-настоящему верят в тебя, всё ещё видят это. Увидь это в себе и ты сама.       — Не так просто увидеть в себе то, что последние полтора года ты пыталась просто выжечь из-за боли и горя…       — Тем не менее, другие видят, иначе давно бы отвернулись от тебя.       — Пожалуй, тут… Ты права.       Тереза подошла к молодой Королеве и коснулась её плеча. Столь мягко и как-то по-матерински ласково. Впервые за долгие века слепая провидица позволила себе что-то подобное по отношению к тем, кого она наставляла на верный путь и помогала принимать верные решения.       Раньше… Много столетий назад женщина могла проявить искренность лишь со своей матерью, величайшей героиней Альбиона своего времени Скарлет Роуб, с отцом Бромом и младшим братом, Героем Оуквейла, дважды победившего великого злодей Джека-Из-Тени.       Она лукаво соврёт, если скажет, что просто так более семидесяти лет назад решилась стать наставницей, а в последствии и советницей Воробышка… И что пообещала ей в момент её кончины оберегать и также направлять её детей. Разумеется, Терезе ещё заведомо было известно, что покойная королева Альбиона, что её дети, Логан и Далия являлись потомками Героя Оуквейла.       Однако… Их «родство» слепая провидица предпочитала хранить в тайне. Именно поэтому она не могла проявлять куда больше чувств и эмоций. Старалась держать их и хранить глубоко-глубоко внутри себя. До этого момента…       — Всем нам приходится проходить свой тяжёлый и полный самых разных испытаний путь, прежде чем мы обретаем желанный покой и свободу, — впервые мягкий голос провидицы коснулся слуха Далии, отчего она невольно вздрогнула и подняла на неё слегка удивлённый взгляд. — Поверь мне, очень скоро ты обретёшь и свои.       — На мне бремя правительницы целого королевства, Тереза… — с горькой усмешкой отозвалась девушка. — Я не могу…       — Можешь. И даже тот, кто подвёл тебя к этому пути, пойдёт твоей же дорогой рука об руку. Ты была права, когда переубеждала меня кое в чём.       — Ты о Ловкаче?       — Похоже, я всё же могу порой ошибаться в своих суждениях. Даже люди, подобные ему, способны измениться. Если рядом с ними окажутся те, ради кого они будут готовы на это пойти.       — Я понимаю, что в это было очень сложно поверить.       — Но ты смогла. Смогла совершить то, чего никому и никогда не удавалось. Именно это и отличает тебя от других, Далия, — ладонь Терезы переместилась с плеча Далии на её бледноватую щёку, также впервые по-матерински тепло поглаживая её. — И теперь твоя задача совершить такое же чудо для Мэри Годвин и профессора Фарадея, чтобы они оба приняли именно твою сторону.       — Тому, кто устроил весь этот хаос и беспорядок в Бауэрстоуне, нужны их навыки и умения, я права? — спросила тихо девушка, глядя в невидящие глаза слепой провидицы. — Поэтому он отправил отряды бандитов в Поместье Годвинов и на Механический Остров?       — Верно. И поэтому ты должна их остановить. Спаси эти две несчастные и сбившиеся с верного пути души, и тогда ОН не сможет воплотить задуманное.       — Я сделаю всё, что в моих силах, Тереза. Обещаю.       — Я знаю, Далия. А теперь ступай… Ступай. Альбион вновь нуждается в тебе и твоей защите.       С этими словами женщина стала медленно отходить назад, постепенно растворяясь в созданной ею же дымке. Затем молодая Королева почувствовала, как застывшее время снова принялось возобновлять свой прежний ход.       — Далия? — позвал правительницу Ловкач, дотрагиваясь до её плеча, отчего она невольно вздрогнула. — Ты в порядке? Я тебя зову уже около минуты, а ты никак не реагируешь и не отвечаешь мне.       — Да… Прости, Ловкач, — ответила Героиня Альбиона, обратив на мужчину взгляд. — Всё в порядке, правда. Я просто… Задумалась на несколько мгновений.       — И серьёзно, как я смотрю. Очень серьёзно.       — Можно и так сказать.       — Полагаю, в эти мысли ты меня пока посвящать не намерена, моя дорогая?       — Я всё расскажу, когда придёт время. Сейчас нам лучше поторопиться. Иначе уцелевшие из этого отряда бандиты могут добраться до поместья первыми.       — Я сильно сомневаюсь, что кто-то доберётся до него в целости и сохранности. Судя по текущей обстановке на острове, наша милая Мэри обеспечила себе и своему дому надёжную охрану. Да и зная её, она и сама не даст себя в обиду. Нам с ней тоже явно придётся повозиться.       — Я так понимаю, ты знаком с ней лично?       — По правде сказать, мне пришлось иметь с Мэри дело пару-тройку раз. По большей части это касалось некоторых алхимических формул, которые я просил её создать для меня. А в остальных же случаях она, как представительница своего семейства, заглядывала ко мне на приёмы. И мы…       — И вы что?       — Опять ревность проснулась, моя дорогая? Я бы рад тебя прямо здесь и сейчас убедить в своей верности, но не думаю, что жители Альбина скажут нам спасибо.       — Я не из-за ревности спрашиваю. Просто хочу быть готова ко всем возможным «неожиданным поворотам» во время встречи с этой чернокнижницей.       — Поверь, она и без меня покажет много неожиданных поворотов, милая.       — Почему-то я в этом не сомневаюсь… Тем не менее, мы обязаны уберечь её и от бандитов, и от себя самой.       — Значит, убивать Мэри Годвин ты не намерена?       — Нет.       — Ясно. Что же, надеюсь, на нас меньше попадёт её зелий.       — Я тоже. А теперь поспешим, Ловкач, иначе всё самое «весёлое» достанется не нам.       — Следую прямо за тобой, моя дорогая.       И они вдвоём отправились вглубь острова, чтобы добраться до особняка…

***

      Как и следовало ожидать, из-за того, что остров был полон ловушек, связанных с изменёнными благодаря экспериментам Мэри пустотелыми, ядовитыми оборотнями и хоббами, что множились после убийства каждого первого, большая часть из посланного отряда бандитов погибла, так и не добравшись до самого поместья. А кто-то из них умер и после того, как приблизился к воротам, ведущим прямо к дому. Сердца тех бедолаг не выдержали удара током, что также защищал врата.       Впрочем, это не значит, что Далии и Ловкачу не довелось встретить бежавших заключённых, служивших их нынешнему, пока неведомому врагу. Напротив, по меньшей мере на десятерых из них пара наткнулась в лабиринте, ведущем к воротам. Похоже, эта часть бандитов попросту заблудилась, пока плутала здесь. Расправиться с ними не составило большого труда. Все десять человек были изнемождены и выбиты из сил, пока пытались выбраться из этого лабиринта.       Куда большую опасность сего места представило неожиданное появление пустотелых и ядовитых оборотней. Молодой Королеве и её возлюбленному советнику пришлось поистине попотеть, чтобы одолеть их. Они бегали, маневрируя и всячески избегая вражеских атак, при этом изо всех сил пытались завлечь и нежить, и волков туда, куда было необходимо, дабы убить их. В конечном итоге, разумеется, все враги в этом злополучном лабиринте были уничтожены, но и самих героев неслабо потрепало.       — Клянусь всем своим сбродом, Мэри явно наточила зуб на всех нас, — прорычал устало Ловкач, вытирая уже десятый ручей пота со лба.       — Ты так думаешь? — с усталым и едва ли заметным ехидством отозвалась Далия, подходя к нему с чем-то в руках. Судя по виду, то был старый и потрёпанный временем дневник. Девушка отдала его мужчине и вздохнула: — Нашла это здесь на почти развалившейся каменной скамейке. Исходя из этих записей, Мэри Годвин точит зуб на всю знать. И это после того, как мой братец, будучи ещё королём, изгнал её из Альбиона сюда. Он боялся её экспериментов, потому что она хотела извлечь из пустотелых, оборотней и хоббов их способности и объединить, чтобы самой обладать ими. Мэри называла это неким «очищением» от человеческого.       — Ох и не нравится мне то, что здесь написано. И не потому, что я ничего не смыслю в алхимии, а потому что понимаю, что это ведёт к чему-то страшному.       — Из-за этого будет куда сложнее убедить её встать именно на нашу сторону.       — Так зачем же убеждать? Можно и… — королевский советник повертел в руках своим пистолетом — Пулю в лоб.       — Ловкач, даже ты можешь промахнуться, если Мэри использует свои умения и трюки, — глубоко выдохнула молодая правительница. — И что в этом случае потом? Она сразу переметнётся к нашему врагу, который совсем не просто так послал за ней своих головорезов.       — Аааах, увы, но мои аргументы на данный момент закончились. Однако как мы её переубедим?       — Я найду способ. Сильно сомневаюсь, что ей хочется продолжать жить в изгнании.       — Только не говори, что ты намереваешься дать ей помилование и позволить вернуться в Альбион? Это же…       — Что? Безумие? Вполне возможно. Но тебе в своё время я дала шанс, хотя ты был куда опасней.       — Ох, нежная моя боевая Королева, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.       — У нас нет другого выхода. Нам нужно исправить прошлые ошибки Логана и мои нынешние в придачу. В противном случае ни мне, ни тебе, ни всем остальным не жить прежней, более спокойной жизнью.       — Что же, доверюсь полностью тебе, иначе мы с тобой так и не доберёмся до нашей цели. Обещаю вести себя тихо и послушно.       — Я очень на это надеюсь.       После короткой передышки Далия вместе с Ловкачом отправилась дальше. Их ждало ещё немало весьма неприятных сюрпризов, как на острове, так и в самом особняке…

***

      Стоило им, наконец, миновать лабиринт, как они оказались у тех самых ворот, источавших электричество. Тела уже мёртвых заключённых, бездыханно и неподвижно лежавших подле них, были похожи на обугленных цыплят, которых передержали в печи, и из-за этого те весьма сильно подгорели. Немного поразмыслив, Ловкач предложил поискать обходной путь в поместье, дабы бессмысленно не рисковать своими жизнями, пытаясь обесточить ворота.       Мужчина оказался прав, когда предполагал, что обход всё же имеется. Свернув налево от ворот и пройдя чуть дальше, они вместе с Далией вновь наткнулись на новые тела бандитов, с которыми расправилась ещё одна свора пустотелых, охранявшая путь к пещере. Она-то и вела прямиком в подвалы особняка.       И снова эта изматывающая беготня, и снова это маневрирование, и снова бой, который закончился победой Героини Альбиона и её возлюбленного… Однако она всё-таки обошлась им кровью. Один из пустотелых в последний момент ухитрился ранить Ловкача своей корявой древней саблей в правое плечо. Девушка пусть и немного запоздало, но подоспела к любимому на выручку, прострелив представителю нежити его черепушку.       — Гххх, я и позабыл уже, как это больно, когда тебя ранят, — болезненно прохрипел королевский советник, зажимая здоровой рукой кровоточащую рану. — Ничего страшного, это просто царапина, — добавил он, заметив обеспокоенный взгляд своей любимой правительницы.       — Кажется, кто-то явно теряет хватку, — попыталась скрыть свой взволнованный тон за шуткой она, подбегая к мужчине. Невозможно было не уловить нотки вины в её голосе.       — Ох, я не был мастером хватки никогда, — Ловкач почувствовал тревогу Далии и чуть вздохнул: — Прошу, не дрожи так, я же жив.       — Да, жив, — она помогла ему присесть на ближайший камень и, раскрыв свою походную сумку, принялась доставать из неё бинты и флакончики с зельем исцеления. — Но ранен из-за того, что мы оба вымотаны.       — Дааа, давно я так не бегал… Впервые могу сказать, что я дико устал.       — И это мы преодолели только полпути. Хобб меня подери, сколько у Мэри ещё припасено «сюрпризов»…       — Ох, только половина, а я уже готов злиться и ныть, как ребёнок.       С этими словами Ловкач разрезал рукав своей куртки, а затем и рубашки со стороны раненного плеча с помощью маленького кинжальчика, припрятанного в потайном кармашке брюк. Он вздохнул с досадой:       — Ах, жаль, конечно, портить вещи из столь дорогих тканей, но ничего не поделаешь.       — У тебя в гардеробе ещё немало похожих рубашек и курток, — Далия также отрезала бинт нужной длинны и смочила его зельем, давая, как следует пропитаться.       — Даже не смею спорить с тобой на этот раз, моя дорогая.       — Вот и хорошо, Ловкач. А теперь потерпи немного…       Молодая Королева на время отложила пропитывающийся исцеляющим зельем бинт в сторону, затем вынула из сумки флягу с чистой родниковой водой и принялась как можно более аккуратно промывать рану своего возлюбленного.       — Мммгх… Давно отвык от такого ощущения и боли. Хотя очень даже приятно сейчас наблюдать за тобой.       — М? Приятно наблюдать?       — Далеко не каждый раз прекрасная Далия обрабатывает и бинтует раны своего любовника.       — Надеюсь, и в будущем такие моменты будут очень редки… Не хотелось бы, чтобы такое великолепное тело, как твоё, было в шрамах. Как моё, к примеру.       — Несмотря на шрамы, твоё тело также прекрасно и завораживающе. И всегда было и будет таким для меня… Навеки.       В ответ на это девушка более мягко и ласково улыбнулась своему любимому, а затем продолжила обрабатывать его рану. Промыв её, Героиня Альбиона принялась забинтовывать пострадавшее плечо мужчины. Очень аккуратно и бережно, невольно для себя в мыслях подметив то, что со своими ранениями она не была столь осторожна.       — И всё же ты весьма нежна со мной сейчас, — негромко произнёс Ловкач, наблюдая за Далией и её действиями.       — Не хочу, чтобы тебе было больно, — еле слышно прошептала она, заканчивая.       — Лучше забинтуй моё плечо, как следует, чтоб уж наверняка.       — Что ж, как скажешь.       Завершая перевязку, молодая Королева чуть сильнее затянула бинты, при этом совершенно не нарочно дёрнув их немного резче, чем следовало, отчего мужчина даже невольно сдавленно зашипел.       — Вот так… Тссс… Зато точно не распадётся ничего… — он поднял глаза на свою милую сестру милосердия и едва улыбнулся: — С меня лучший бренди.       — Лучше просто устрой мне тихий, спокойный романтический вечер, когда вся эта вакханалия, наконец, закончится, — Далия вынула из сумки второй флакончик исцеляющего зелья и протянула его своему возлюбленному: — Выпей. Так процесс исцеления пойдёт гораздо быстрее.       — Если мы так ещё несколько ран получим, то вечер будет похож на сон медведей в берлогах.       — Типун тебе на язык, Ловкач.       — А что? Справимся с делами. Друг друга перевяжем, выпьем чего горячего и храпеть будем друг на друге да спать. И обязательно на дверях будет большая табличка: «Побеспокойте, если хотите пулю в лоб».       — Похоже, ты и в самом деле сильно устал, раз так говоришь.       Далия чуть усмехнулась, внимательно проследив за тем, чтобы Ловкач выпил зелье, после чего, забрав у него пустой флакон, вздохнула:       — Мне придётся пробираться в особняк через пещеру одной. Так будет безопасней.       — Безопасней для кого?       — В первую очередь для тебя, во вторую же для меня. Я не смогу сосредоточиться на сражениях с тварями, если буду переживать за тебя.       Лицо мужчины стало вновь серьёзным, и молодая правительница даже смогла почувствовать его небольшую дрожь.       — А ты думаешь, мне будет спокойно от того, что ты одна и снова подвергаешь себя опасности?       — Мне и не в таких передрягах бывать приходилось. Я справлюсь, ты же знаешь.       — От этого легче мне не стало на душе, Далия.       — Ловкач, мы не можем сейчас медлить… Я не могу.       — Ах, хотел бы я сейчас поспорить. Но ты права.       — Слишком многое стоит на кону. Опять…       — Тогда я останусь здесь. Как станет легче, я догоню тебя.       — Или просто подожди, пока я не вернусь.       — Чтобы я, Ловкач, и пропустил всё самое интересное? Нет уж, моя дорогая. Я обязательно тебя догоню, как только зелье начнёт действовать.       — Тебя так нелегко временами переубедить.       — Меня не переубедить никогда, милая. Я всегда буду настолько упрям, что только убийство меня и заткнёт.       Едва ли заметно закатив глаза в ответ на подобное, Далия стремительно приблизилась к губам Ловкача, не давая ему даже среагировать вовремя, и одарила его кратким, но весьма приятным поцелуем.       — Я вернусь. Обещаю, — она довольно быстро отстранилась от уст своего советника.       — Я знаю, — тот лишь довольно улыбнулся, смотря на девушку с надеждой во взгляде. — Ты всегда возвращаешься, моя хорошая девочка.       Молодая Королева смогла только кивнуть в знак согласия, а затем напоследок провела ладонью по щеке мужчины в лёгком ласковом жесте.       Ей пришлось оставить его около входа в пещеру, а самой отправиться внутрь, дабы, наконец, добраться до Мэри Годвин. Долг перед королевством сейчас был превыше всех её внутренних переживаний и чувств…

***

      Пещера, к удивлению Далии, оказалась пуста, однако радоваться этому совсем не стоило. Миновав её, девушка скоро очутилась в подвале особняка, который оказался далеко не таким уж и маленьким.       Плутая по его коридорам, поднимаясь с одной лестницы на другую, она то и дело находила трупы бандитов и оборотней, которых те всё-таки успели убить до того, как яд от зубов и когтей чудовищ не прикончил и их самих. Помимо мёртвых тел Героиня Альбиона также обнаружила громадные и уже разбитые колбы с токсином и ядом. В них наверняка и находились оборотни до своего освобождения. Бедной девушке даже пришлось закрыть нос и рот, дабы не вдыхать этот едкий и опасный для любого простого человека запах.       Очень скоро молодая Королева выбралась из подвала и очутилась в одной из комнат особняка, отпечаток на котором время оставило далеко неслабый. Внутри так же, как и снаружи, дом давно обветшал. Пол скрипел от каждого шага, стены облазили, а с потолка всё сыпалось. Даже мебель была совсем не в лучшем состоянии…       Из другой соседней комнаты вдруг послышалось чьё-то громкое и отвратительное пение, затем знакомое ворчание хоббов, а потом и лязг мечей, топоров, выстрелы и людские крики и вопли… Должно быть, та самая горстка более стойких и выносливых преступников наткнулась на хоббов.       — А я так надеялась, что к моему появлению они также поубивают друг друга, — со вздохом Далия обнажила свой меч и поспешила в самую заварушку.       И действительно бойня хоббов и проникнувших в поместье бандитов была в самом разгаре. Более того, она сопровождалась тем самым громким и отвратительным пением, которое исходило из уст… Говорящего чучела рыбы, располагавшегося над дверьми, ведущими в очередную комнату.       — Скорм побери… Этот голос меня уже раздражает, а ведь я только сюда пришла, — с отвращением поморщилась молодая Королева. Не выдержав, она выстрелила прямо в рыбью голову чучела и даже на мгновение вздохнула с облегчением, когда оно всё же замолкло: — Ооох, наконец-то…       Было бы забавно, услышь Далия жалобный крик отчаяния того, кто оплакивал бы смерть певчего рыбовидного чучела. Но наступила лишь тишина, которая продлилась совсем недолго. Спустя секунды и хоббы, и бандиты, только что сражавшиеся лишь между собой, сразу же обратили своё внимание на девушку и пошли прямо на неё.       — Было бы куда лучше, если бы вы поубивали друг дружку сами. Я весьма сильно устала, пока добиралась до этого особняка через весь остров и теперь нахожусь в не очень хорошем расположении духа, — произнесла она, сжимая меч в правой руке.       — Хватай девчонку! Босс нам заплатит за неё живую! — выкрикнул вдруг один из преступников.       — Что ж… Вы сами меня спровоцировали, — с нахальной ноткой в голосе отозвалась правительница.       И снова новый изматывающий бой… Снова крики, вопли, лязг оружия, выстрелы… Снова кровь, которую Далия была вынуждена сейчас проливать, дабы её королевство в очередной раз обрело покой. Впрочем, как и она сама…       Спустя ещё некоторое время молодую Королеву опять окружали трупы. Трупы бандитов и хоббов, а сама она была в их крови, которая пропитывала её одежду и даже волосы.       — Аво всемилостивый, как же я устала от всего этого… — в какой-то момент меч и пистолет выскользнули из рук Героини Альбиона, а она сама всё же обессиленно упала на колени. — Это слишком для меня… — её глаза устремились вверх к потолку, а по щекам покатились слёзы.       В жизни бедняжки за последние годы произошло слишком много событий. Хороших, плохих, счастливых, болезненных…       Когда Далия потеряла Уолтера, которого любила, словно родного отца, ради него она старалась по-прежнему быть тем героем, что он в ней видел, старалась править справедливо и правильно.       Когда девушка потеряла Ловкача, пробившегося сквозь стены её вечной праведности и целомудрия и завоевавшего её израненное сердце… Когда думала, что этот мужчина навсегда ушёл из её жизни, она дала себе волю окунуться во всю жестокость, жажду крови, разрушения и мести, пробудившихся в ней. Это позволило её новой ипостаси родиться, чтобы молодая Королева смогла жить без своего любимого хотя бы так.       Но теперь… Теперь Ловкач вновь рядом с ней. Однако вместо того, чтобы жить счастливо, жить спокойно вместе с ним, Далия вынуждена снова исправлять ошибки своего жестокого правления и тирании. Вынуждена снова исправлять и ошибки Логана, которые тот совершил, когда правил сам…       Она просто устала. Так, как никогда не уставала. Морально, умственно, физически… Ей хотелось хотя бы на миг вновь стать юной девушкой, у которой ещё всё было впереди. Вновь иметь те силы, рвение на борьбу со злом и не такое озлобленное сердце, каким было сейчас. Даже в эту минуту…       — Мама… Папа… Уолтер… — со слезами на глазах прошептала бедная и измученная Далия, будто бы действительно обращаясь к ним. — Простите… Простите, что совсем не оправдываю ваших ожиданий… Но я не вы… Не вы…       Но знала бы девушка, что все те, о ком плакала она, не были бы с ней так строги. Знала бы, что и те, по ком её сердце болело, тоже проявляли слабость и уставали. И знала бы только, что те, самые близкие для неё люди, чьи жизни уже покинули этот мир, всегда гордились ею и будут горды, наблюдая за ней где-то там, где их души давно обрели покой, который заслужили.       Возможно, где-то в глубине своей души молодая Королева осознавала… Понимала, что была слишком строга к себе. Была строга к тому, как сильно изменили её все те события, произошедшие в её жизни. Однако она ничего не могла с этим поделать. Все эти устои и привычки ей прививали с самого детства. И именно по этой причине девушка не могла относиться к себе иначе…       Возможно, это и являлось также одной из причин, почему Далия оказалась настолько измотана, устала во всех смыслах этого слова. Очень может быть, что когда всё это закончится… Когда мир в Альбион, наконец, вновь вернётся, настанет время ослабить свой вечный контроль и начать жить по своему разумению.       — Я должна покончить со всем этим хаосом… Чего бы мне это ни стоило… — прошептала самой себе Героиня Альбиона. И хотя на в её глазах по-прежнему блестели слёзы, и в них всё ещё отражалась неведомая никому другому усталость, её взгляд, так или иначе, а обрёл знакомые нотки стали, равно как и голос: — Не время проявлять такую слабость… Не время сдаваться на полпути…       С этими словами Далия взяла с пола свои меч и пистолет и более решительно поднялась с колен:       — Клянусь, когда я доберусь до того, кто устроил всю эту вакханалию в моём королевстве, я отправлю его прямиком к Скорму, прежде чем он предпримет что-то ещё!..       Сей гнев и ярость точно придал решимости молодой Королеве, даже несмотря на всю её усталость, несмотря на желание будущем просто бросить всё и передать борозды правления Логану. Она уверенно зашагала вперёд, готовая абсолютно ко всему, что ещё припасено у Мэри Годвин для своих незваных гостей…

***

      Далии пришлось пройти ещё несколько комнат, пришлось убить не один десяток хоббов, которые заполонили этот треклятый дом… Лишь после этого она, наконец, смогла добраться до лаборатории Чернокнижницы Мэри, что даже сейчас была увлечена одним из своих экспериментов.       Прямо перед ней на трёх стульях сидели привязанные по одному из представителей пустотелых, оборотней и хоббов. На голове каждого из них были надеты необычного вида шлемы с проводами, ведущими к какому-то громадному и непонятному устройству.       Мэри взглянула на своих подопытных с печальной и виноватой улыбкой, будто бы ей было жаль их, и уже собиралась, было, нажать на рычаг устройства, как вдруг её окликнул голос Королевы:       — Останови свой эксперимент, Мэри. Нам нужно поговорить.       — Аааа, неужели мои скромные дела заинтересовали саму Королеву? — женщина обернулась. — Что, тоже, как и Ваш брат, боитесь и пришли пресечь мои исследования на корню?       — Я здесь не за этим.       — Правда? Что же, Вы заполучили мой интерес, и я готова Вас выслушать.       — Ты, должно быть, уже в курсе, что Поместье Годвинов навестили и другие «гости», помимо меня. И предположительно знаешь, зачем.       — Разумеется. Буду рада оказать им «тёплый приём», как подобает леди.       — Твои «эксперименты», разгуливающие по острову и особняку, уже это сделали за тебя. Однако это не значит, что тот, кто послал тех бандитов, остановится. Уверена, ты сама понимаешь, что ему от тебя нужно. И ради этого он не остановится ни перед чем, даже если тебе придётся тебя убить.       — Оу, и что же Вы тогда предлагаете мне, милая королева?       — Встань на мою сторону и помоги мне остановить его. Взамен я позволю тебе вновь вернуться в Альбион. Ты сможешь жить, как прежде. Я даже дам согласие на твои эксперименты при условии, если они не станут угрозой самому Альбиону и его жителям.       — Хммм, я не думаю, что всё будет так просто. Ваш брат не особо меня жаловал, так что не вижу гарантии своей безопасности от его длани.       — Я не мой брат. И я умею давать людям второй шанс. Сейчас многое стоит на кону, и мне нужна твоя помощь, Мэри.       — Если поклянёшься, что Логан не тронет меня и моя жизнь и труды не пострадают, то я обдумаю твоё лестное предложение.       — Я поклянусь тебе в этом, если и ты в ответ дашь мне обещание, что никто из моих подданых никогда не станет жертвой твоих трудов и экспериментов.       — Тц… Хитро, хитро. Но у меня уже свои источники «инструментов» для моих трудов, так что в этом я Вас могу уверить, Ваше Величество.       — Я доверюсь твоим словам. И клянусь, что мой брат не тронет тебя и не станет препятствовать твоей деятельности.       — Тогда у Вас есть моё слово, Ваше Величество. Я полностью в Вашей милости.       — Очень хорошо.       Вдруг ноги Далии невольно подкосились, но она смогла устоять на них, после чего прислонилась к стене. Девушка почувствовала на себе некий беспокойный взгляд со стороны Мэри и произнесла:       — Я в порядке… Просто день и ночка выдались теми ещё.       — Хм, вполне понимаю Вас. Предложила бы отдых, да только мой дом давно отвык от гостей. Впрочем… Кресло и чашка тёплого чая у меня всегда найдутся.       — Я бы и рада, но, увы, не могу принять сие гостеприимство. Времени даже на короткую передышку у меня нет…       — Ты решила совсем себя измотать, моя дорогая? — послышался голос Ловкача, который вошёл в лабораторию Мэри Годвин, как ни в чём не бывало.       — Догнал всё-таки, — вздохнула молодая правительница, кое-как отпрянув от стены и стараясь держаться на ногах более уверенно, однако выходило это у неё из рук вон плохо.       — Ааа, старый добрый знакомый. Смотрю, ты наконец-то седеть стал, — слегка усмехнулась Чернокнижница Мэри.       — И мне приятно видеть, что ты пока не обратилась в одного из своих испытуемых, Мэри, — мужчина кивком указал на пустотелого, оборотня и хобба, что до сих пор смирно сидели на стульях, а затем подошёл к Героине Альбиона, позволив ей облокотиться на него: — Пока я восстанавливал силы, прилетел ворон с письмом от Сэйкера. Он сообщает, что корабль твоего брата нагнал корабль второго отряда бандитов из Вороньей Крепости по направлению к Механическому Острову. Бандиты перебиты все до единого.       — Однако это всё равно не отменяет нашей спешки, — возразила сразу же девушка.       — Далия, тебе самой бы присесть ненадолго и отдохнуть. Если ты рухнешь в беспамятстве, то уже мне придётся тащить нас обоих.       — Я буду в порядке.       — Шутишь? Тебя едва ли ноги держат, что совсем неудивительно, после такого количества сражений.       — Ловкач…       — Послушай меня, Далия. Мы посидим и отдохнём, пока ты не сможешь хотя бы стоять твёрдо на земле.       — Но я… Ладно.       — Что ж, тогда я провожу вас в гостиную, — Мэри уже отвязала своих подопытных. Она обратилась к ним: — Ступайте, мои дорогие. Мы с вами продолжим чуть позже.       Пустотелый и оборотень неторопливо побрели к выходу из лаборатории, а вот хобб припустил, что было духу, семеня своими толстенькими и короткими ножками.       — Хм, какие, однако, послушные, — подметил тут же Ловкач.       — Не один ты умеешь договариваться с оборотнями, Ловкач, — с лёгкой ухмылкой ответила чернокнижница.       — Одно дело договариваться с оборотнями, которые имеют хоть какой-то разум. И совершенно другое приручить пустотелых и хоббов.       — Тебе ли не знать, что пустотелыми легко управлять, если иметь необходимые знания. А хоббы, напоминаю тебе, это всего лишь бедные детишки, которых похищают и обращают тени, прислуживающие Судьям Теней или уже поверженному Хозяину Теней. Этим страдающим существам также нужна любовь, ласка и забота. Ничуть не меньше, чем людям.       — Я даже спорить по этому поводу не буду.       — Хммм, а ты и в самом деле изменился, Ловкач, с нашей последней встречи.       Мэри бросила на мужчину несколько задумчивый взгляд, но затем кивнула ему и Далии:       — Следуйте за мной.       — Хоро… — но не успела молодая Королева даже договорить, как неожиданно для неё её возлюбленный ловко подхватил её на руки. — Ловкач, твоё плечо! Тебе нель…       — Ох, хоббова задница… Далия, мне уже лучше, — произнёс устало он, проследовав за Мэри вместе с правительницей на руках. — Зелье исцеления великолепно помогло. Так что, пожалуйста, замолчи и просто слушайся меня сейчас. Иначе клянусь своим не королевским терпением, я засуну тебе в рот кляп.       Девушка в ответ только вздохнула, но спорить всё-таки не стала. Не время и не место для этого сейчас.       — Вот и умница. Я доволен, — с едва ли заметной улыбкой сказал Ловкач, когда Далия обвила руками его шею, чтобы ему было легче её нести.       — Я слишком устала, чтобы спорить, — негромко отозвалась она.       — Я тоже… Очень устал.       — Скоро всё закончится. Обещаю…       Мэри Годвин провела обоих в гостиную и помогла расположиться в двух пыльных и скрипучих креслах.       — Конечно, не королевские палаты, но жить можно, — проговорила спокойно женщина. — Постарайтесь отдохнуть. Я подам вам тёплый чай через десять минут.       — Спасибо, Мэри, — вдруг обратилась к ней Далия. — И не только за гостеприимство, но и за то, что доверилась мне. Постараюсь оправдать твоё доверие.       — Да, только не отрави наш чай, пожалуйста, по своей привычке, — с несколько ехидной ноткой добавил королевский советник.       — Сейчас это не в моих интересах, — ему в тон отозвалась чернокнижница и удалилась из комнаты, чтобы приготовить чай для своих гостей.       Сидя в кресле, Героиня Альбиона глубоко выдохнула, прикрыв глаза. Сейчас она была рада даже такой передышке.       Ловкач же издал расслабленный вздох и более удобно устроился в соседнем кресле, также стараясь хоть немного отдохнуть.       — Знаешь, я буду молиться, чтобы у нас всё получилось.       — У нас обязательно всё получится, Ловкач.       — Очень надеюсь. Даже я уже хочу на пенсию уйти.       — Ты и на пенсию?       — Разумеется. Буду кряхтеть в кресле у тебя в замке и пить бренди или вино. Но на самом деле считай это моей минутой слабости.       — Что ж… Зная тебя, ты ещё ближайшие лет десять не захочешь на покой.       — Пожалуй, что так.       — Я тебя понимаю.       — Но тебя это, разумеется, не радует.       — Я этого не сказала.       — Далия, я не слепой.       — Что ты хочешь от меня услышать, Ловкач?       — Правду, конечно же.       — В прошлый раз, когда я сказала, что устала от всего и хочу оставить трон, ты начал меня переубеждать. Ты даже Бена осудил за похожую идею.       — Да, я осудил. Только не говори мне, что ты действительно готова всё бросить.       — А если и так?       Мужчина помолчал, глядя в глаза Королевы, но она легко смогла почувствовать ту энергию негодования. Ловкач снова не одобрил её идею.       — Мне казалось, за последние полтора года ты изменилась. Но что с тобой происходит сейчас? Неужели ты решила вернуть себя прежнюю?       — Твоя смерть и вправду изменила меня. И это отразилось на Альбионе. Именно это дало повод тому, кто устроил весь нынешний хаос, начать действовать.       — Когда всё закончится, править будет легче. Далия, не бросай то, что даёт тебе комфорт и власть просто из-за того, что было в прошлом.       — Я не просила этой власти… Я никогда не хотела становиться королевой и править. Уолтер готовил меня с детства не к этому, а к жизни героя, как я просила, как его просила моя мать.       — Вот только почему же тогда именно он оказался тем, кто и посадил тебя на трон, моя дорогая?       — Потому что ситуация того требовала. Уолтер был вынужден.       — Хах, вынужден. Сомневаюсь в этом.       — Вы с Логаном его вынудили, позволь напомнить.       — И это вынуждение сделать тебя правительницей сделало тебя сильной и великой!       — Мне это было не нужно!       — А что ты хотела? Розовых единорогов и жизнь в приключениях с твоим бывшим и ни на что негодным мальчишкой?!       — Я хотела свободы, Ловкач! Просто свободы, а не бремени на своих плечах в виде королевства!       — Я тебя удивлю, милая, но свобода заказана всем нам! Никто и никогда не будет свободен полностью, как бы мы друг друга не обманывали!       — Ты сильно ошибаешься, если и в самом деле так считаешь!       — Неужели?! Ты могла жить свободной после моей смерти, но ты себя привязала ко мне! Ты могла оставить свой трон и жить свободно, но что ты сделала?!       — Может быть, и ты тогда привязал себя ко мне, Ловкач?! Ведь это ты вернулся, хотя точно также мог продолжать жить в своё удовольствие после чудеснейшего воскрешения, так и не ставя меня в известность!       — А я и не скрываю, что не свободен, Скорм меня побери! У меня есть силы это признать, в отличие от тебя, Далия!       — Вам обоим лучше перестать, — вдруг прервала их крики и ругань Мэри, которая как раз принесла для них чай. — Сейчас явно не время для того, чтобы спорить и ссориться.       — О, как мило, ещё одна мадам учит меня жизни, — фыркнул раздражённо Ловкач.       — Такого человека, как ты, Ловкач, способны научить лишь собственные набитые шишки. Я всего лишь призываю вас обоих успокоиться и прислушаться к голосу разума. Не более.       Мужчина замолчал. Ненавидел он спорить с женщинами, всегда это его только раздражало и доводило до точки кипения. А если Ловкач сорвётся, то и женщину убьёт и глазом не моргнёт. Но всё-таки королевский советник притих и отвернулся от обеих дам, решив наградить прежде всего себя хотя бы минутой тишины и спокойствия.       Далия же тоже замолчала и попыталась успокоиться, при этом взглянув на чернокнижницу несколько виноватым и извиняющимся взглядом. Как-никак, а она не должна была позволять себе так кричать в её доме. Эта женщина проявила гостеприимство и предложила им отдохнуть, даже несмотря на то, что сама уже очень давно никого у себя не принимала.       Тем не менее, к уже имеющейся усталости девушки прибавился ещё и весьма неприятный и даже в каком-то смысле болезненный осадок после таких распрей с Ловкачом. И теперь бедняжка чувствовала себя ещё более ужасно. Но, увы, ничего поделать с этим она пока не могла.       Однако, как бы ни было неприятно, Далии обязана была держаться. Ради этой миссии и её завершения, а там — уже всё равно, лишь бы освободиться и успокоиться. Так она себя и настроила… Или, во всяком случае, попыталась настроить.       Мэри же тем временем всё-таки подала паре свежезаваренный чай и удалилась назад в лабораторию, сказав, что она будет готова отправиться с ними, как только они отдохнут.       Их дальнейший отдых проходил в весьма напряжённом молчании и несколько давящей на них тишине. И Далия, и Ловкач по-прежнему находились в раздражении и не самом хорошем расположении духа, из-за чего отдохнуть полноценно не получалось у обоих.       Впрочем, лишних слов ещё никто не сказал. Да и не нужно было, иначе дело могло бы дойти и до более суровой ссоры, от которой дело определённо не пошло бы на пользу никому из них.       Но и само ожидание для пары было тяжёлым… Это было сравнимо практически с истинной пыткой Столько новых несказанных слов и мыслей накапливалось у обоих, что казалось, их головы вот-вот взорвутся.       Однако то ли усталость, то ли предложенный Мэри Годвин чай, то ли всё это вместе, а совсем скоро начали действовать на молодую правительницу и её советника. Постепенно они оба всё-таки стали проваливаться в лёгкую дрёму, сидя в креслах. Она продлилась не так уж и долго, но должна была помочь им хоть немного восстановить истраченные за последние сутки силы…

***

      Ближе к полудню Далия всё же проснулась. Ловкача в гостиной уже не было…       — «Должно быть, проснулся раньше и решил выйти, чтобы немного проветрить голову», — пронеслось в мыслях у девушки, когда она огляделась и поднялась с кресла. Голова её была, словно в лёгком тумане.       — И Вы уже проснулись, Ваше Величество, — в комнату вошла хозяйка поместья.       — Да… Проснулась. Но моя голова… — начала, было, правительница.       — Приношу свои извинения. Это маленький побочный эффект одного из моих средств, которое я добавила в ваш с Ловкачом чай. Услышав ваши крики и ругань, мне подумалось, что лёгкое успокоительное вам не помешает.       — Возможно, и так…       — Вы хотя бы немного поспали, что уже хорошо. Надеюсь, физически Вы чувствуете себя лучше, чем морально.       — Пожалуй.       — Если позволите, я кое-что скажу по поводу Ловкача.       — И что же?       — Я вижу, как сильно он изменился с тех пор, как мы с ним виделись в последний раз. Любовь сильно на него повлияла. Однако кое-что в нём всё же осталось неизменным… Ему по-прежнему не по душе возможные резкие перемены в жизни. Судя по тому, что я смогла услышать, он не желает терять власть и влияние, которые обрёл за последние годы.       — Да, он не желает. Но и я так дальше не могу…       — И я Вас понимаю и ни в коем случае не корю за это. Ему просто нужно время.       — Время для чего?       — Для того, чтобы решить, что для него всё-таки важнее.       — Для него важны и любовь, и власть. Конечно, он хочет иметь всё и сразу… Но так не бывает.       — Верно, так не бывает. Чем-то нужно пожертвовать. Поэтому ему и нужно время, чтобы понять, чем именно он пожертвует.       — И мне придётся дать его ему.       — Именно, Ваше Величество. Но я уверена, что он подумает месяца два-три и точно даст Вам ответ.       — Искренне надеюсь на это.       С этими словами Далия вздохнула, после чего постаралась всё же вернуть себе свою прежнюю собранность и более решительный настрой. Сейчас нельзя было придавать большое значение личным переживаниям и драмам. Важной задачей было отправиться на Механический Остров и убедить профессора Фарадея встать на их сторону.       — Полагаю, мы все уже готовы отправиться в путь? — спросила молодая Королева, взглянув на Мэри Годвин более серьёзным взглядом.       — Разумеется, Ваше Величество, — кивнула в ответ женщина. — Ловкач ждёт нас на улице.       — Что же, хорошо.       — Тогда пройдёмте.       Чернокнижница Мэри провела Далию к главным дверям особняка, ведущим на улицу. И снаружи их действительно уже ждал Ловкач.       — Наконец-то. Я уже собирался отправляться сам, — холодно произнёс он с толикой высокомерия в голосе.       — Отправляться сам каким образом? Разве что только вплавь, — хмыкнула в ответ правительница, чуть закатив глаза.       — Я хоть теперь и смертный, но других талантов не лишён.       — Это какие же такие таланты помогут тебе переместиться на корабль моего брата в мгновение ока?       — Давай обойдёмся без сарказма, будь так любезна. Мне уже прошлой дискуссии хватило.       — Как и мне.       Далия подошла к Ловкачу и, более не говоря ему ни слова, взяла его за руку, а затем протянула свою вторую Мэри, что также подошла и приняла её.       — Не отпускайте меня, пока мы не окажемся на корабле.       — Поняла, Ваше Величество, — кивнула чернокнижница. — В моей хватке можете не сомневаться.       После этих слов молодая Королева использовала силу своего медальона, который телепортировал всех троих прямиком на королевский корабль…