36 - Александра

Май 2022

«ты появилась в его жизни, потому что каждый день рождения ему желали всего самого лучшего»

      Тихо, стараясь не шуметь, я на цыпочках захожу в спальню, в которой царит полумрак из-за закрытых штор. Ты спишь, обняв подушку, и я чувствую себя варваром из-за того, что должна разбудить тебя. Твое лицо спокойное и расслабленное, ресницы слегка вздрагивают, а тело поднимается и опускается в ритме спокойного дыхания.       Я залезаю на кровать и подползаю к тебе на четвереньках, потом сажусь рядом и убираю челку с твоего лба. Ты не реагируешь на эти мои действия, поэтому я наклоняюсь и целую тебя в висок, заставляя нахмуриться сквозь сон.       Провожу тыльной стороной ладони по щеке и наблюдаю за тем, как ресницы начинают трепетать. Ты медленно просыпаешься, сначала сделав глубокий вздох, а потом открыв глаза. Взгляд не сразу фокусируется на мне, зрачки бегают по комнате, прежде чем остановиться на моем лице.       — Доброе утро, котик, — мурлыкаю я, наблюдая за тем, как ты переворачиваешься на спину, и одеяло сползает, оголяя грудь.       — Котик? — Усмехаешься. — Это что-то новенькое.       Я театрально закатываю глаза и отворачиваюсь, чтобы уйти.       — Если тебе не нравится — я могу так не делать.       — Стой-стой-стой, — поднимаешься на локтях, хватая меня за запястье и останавливая. — Нравится.       Улыбаюсь, двигаясь ближе, и с радостью отвечаю на поцелуй, когда ты наклоняешься ко мне, и мне требуется вся моя выдержка, чтобы отстраниться от тебя спустя несколько мгновений.       — У меня для тебя сюрприз, — наши носы почти соприкасаются — настолько мы близко друг к другу.       — Да?       — Да, — оставляю мимолетный поцелуй на твоих губах, — так что одевайся и приходи на кухню.       Я собираюсь слезать с кровати, но ты снова хватаешь меня за руку и валишь на себя, сгребая в объятия. Я хихикаю, поворачиваясь к тебе лицом.       — Останешься без сюрприза.       Ты нехотя выпускаешь меня из объятий, а потом похотливым взглядом следишь за тем, как я выхожу из спальни.       Прошлый твой день рождения мы не отмечали — ты провел его вдвоем с твоей тогдашней девушкой, и я не могу осуждать тебя за это. Однако в этом году я постаралась устроить настоящий праздник, захотела переплюнуть все двадцать четыре дня рождения, которые ты праздновал без меня.       На твоем лице расцветает улыбка, и ты даже замираешь на мгновение, когда, выйдя из спальни, попадаешь в залитую солнцем гостиную, под потолком которой парят воздушные шары. Золотистые ленточки спускаются вниз, и ты касаешься их пальцами, когда идешь в сторону стола, где уже накрыт завтрак.       Я проснулась раньше обычного и постаралась сделать так, чтобы это утро тебе запомнилось. Тарелка с блинчиками, украшенными фруктами, и ароматный кофе уже ждут тебя, однако ты не спешишь к ним. Ты сгребаешь меня в объятия и долго-долго целуешь, будто в этих поцелуях заключен весь мир, будто он разрушится, если ты оторвешься от меня хотя бы на мгновение.       — Ты знаешь, что я люблю тебя? — Шепчешь ты, прислонившись своим лбом к моему, и я улыбаюсь, касаясь рукой твоей обнаженной спины.       — Ты можешь напоминать мне об этом почаще.       Звонок в дверь рушит утреннюю идиллию, и я спешу в коридор. Саша и Дима топчутся на пороге. В руках твоего брата — ноутбук, с которым он не расстается ни на минуту, а друг держит яркую подарочную коробку.       Я усмехаюсь, пропуская их внутрь, и Дима хихикает, увидев тебя, прислонившегося копчиком к барной стойке.       — Мы помешали ему распаковывать твой подарок? — Он играет бровями, смотря на тебя, на котором из одежды — лишь серые спортивные штаны, а потом получает от меня подзатыльник.       — Я же просила тебя одеться, — искоса смотрю на тебя, заставив довольно усмехнуться — тебе до ужаса нравится, когда я веду себя по-собственнически.       Я накрываю стол ещё на двух человек, пока парни поздравляют тебя, а потом киваю на гаджет в руках Саши.       — Ты решил подарить ему свой ноутбук? Очень оригинально.       Он садится за стол рядом с тобой и мотает головой.       — Я работал практически всю ночь, но закончил аранжировку к «Фонарям», послушайте.       Твой энергичный голос разносится по квартире, и я не могу не пританцовывать. Вы написали «Фонари» буквально за пару недель и выпускаете их уже через три дня, так что в ближайшие дни этот шедевр услышат все твои поклонники, которых с каждым релизом становится все больше и больше.       Ты оказываешься заинтригован, когда я говорю тебе, что нам придется вместе поехать за моим подарком для тебя. В машине я протягиваю тебе маску для сна, прося закрыть глаза. Ты шутишь что-то про сектантов и расчленение, но послушно выполняешь мою просьбу.       Через полчаса я глушу двигатель автомобиля и помогаю тебе вылезти из него. Держась за руки, мы проходим несколько десятков метров, а потом я сама стаскиваю с тебя повязку. Ты жмуришься от ослепляющего солнца, а потом радостно улыбаешься. Я дарю тебе конную прогулку, исполняя одну маленькую мечту.       — Александра? — Наш инструктор Виктор подходит со спины, заставляя обернуться.       — Здравствуйте, все готово?       — Можем отправляться.       Ты смотришь на меня прищурившись, будто пытаешься найти какой-то скрытый смысл, но в конце концов скакуны завлекают все твое внимание.       Требуется около пятнадцати минут, чтобы подготовить лошадей и оседлать их, и я не могу не улыбаться, смотря на твое радостное лицо. Забравшись в седла, мы оба хихикаем, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям, и не перестаем делиться друг с другом эмоциями, когда медленно выезжаем из конюшни верхом.       На небе нет ни единого облачка, однако, выйдя в поле, мы ощущаем легкий ветерок, треплющий нас по волосам. Виктор рассказывает нам истории, связанные с нашими лошадьми, и его голос сплетается с пением птиц.       В поле мы натыкаемся на целую группу всадников, скачущих галопом, и твой конь вдруг решает последовать их примеру. Ты неумело держишь поводья, шатаясь и стремясь остановиться, и инструктору приходится постараться, чтобы догнать тебя. Я же с ужасом наблюдаю за тем, как, выпустив из пальцев поводья, ты хватаешься за шею лошади, и кричу тебе держаться крепче. Когда мы продолжаем нашу прогулку ты с энтузиазмом в голосе рассказываешь мне о приливе адреналина, говоря, что мне бы понравилось такое времяпрепровождение.       Из поля мы выходим в небольшой лесок, и тропинка выводит нас к водохранилищу. Ты едешь первым, поэтому даже не замечаешь, как инструктор вдруг пропадает из поля зрения, однако сильно удивляешься, когда я прошу тебя остановиться. Мы спешиваемся и привязываем коней около дерева. Я беру тебя за руку, и мы сходим с тропинки, оказываясь на небольшой полянке, почти полностью скрытой под раскидистым деревом.       Ты закидываешь левую руку мне на плечи и целуешь в макушку, увидев место для пикника, которое я подготовила с помощью инструктора. Прямо около ствола дерева расстелен плед, на котором разложены мягкие подушки, чтобы мы могли удобно расположиться. Недалеко находятся две корзины: в одной из них лежат свежие фрукты — сочные яблоки, сладкие груши, спелые виноград и клубника; в другой — разнообразные деликатесы: нежное итальянское сырное ассорти, хрустящие грильяжные палочки, оливки и тонко нарезанный прошутто.       Рядом с корзинами стоят бутылки прохладительных напитков — свежий виноградный сок и холодный лимонад. Между ними уютно расположились фужеры, приглашая нас присесть и провести время вдвоем.       — Я подумала, что тебе понравится, — улыбаюсь я, когда мы садимся на подушки друг напротив друга.       Сбоку сквозь деревья можно увидеть блестящую гладь реки, а шум её вод только добавляет романтичности этому моменту. Ветки дерева шумно шелестят на ветру, создавая приятную музыку, которая дополняется щебетанием птиц. Я выуживаю из рюкзака фотоаппарат и устраиваю тебе небольшую праздничную фотосессию. Впрочем, таймер и небольшой штатив помогают там сделать и общие фото тоже.       — Я не заслужил тебя, — говоришь ты, когда почти все содержимое корзинок уже съедено и пора возвращаться к лошадям. — Я столько раз обижал тебя, но ты все равно каждый раз удивляешь меня тем, что возвращаешься ко мне.       Я опускаю глаза. Я должна была забыть тебя. Вычеркнуть из жизни, удалить твой номер и наши совместные фотографии. Бабушка всегда говорила, что люди не меняются и совершают одни и те же ошибки снова и снова. Но я не хочу верить в то, что наши отношения — ошибка. Я хочу думать, что мы преодолеем все препятствия. Вместе.       — Я люблю тебя, — наконец произношу я, когда ты касаешься моей руки, — и этого достаточно для того, чтобы забыть старые обиды.       Домой мы возвращаемся по другой дороге, и я снова прошу тебя завязать глаза.       — Что, ещё один сюрприз? — Радостно интересуешься ты.       День уже почти подошел к концу, так что осталась лишь ещё одна возможность порадовать тебя.       — На этот раз — не мой, — усмехаюсь я.       Я снова помогаю тебе выйти из машины, но на этот раз прошу тебя подождать меня около неё, а сама тихо удаляюсь из поля твоего зрения.       Проходит около пяти минут, прежде чем твое терпение заканчивается, и ты стягиваешь повязку с глаз. Ты стоишь на подъездной дорожке незнакомого для тебя дома — он принадлежит моим родителям. Свет во всем доме выключен, и вокруг — тишина, поэтому твои шаги слышны и внутри здания тоже.       Ты зовешь меня по имени, подходя к входной двери, и стоит тебе нажать на ручку и войти внутрь, свет включается, и тебя ослепляет. Ты вздрагиваешь, когда над ухом взрывается конфетти, и десяток голосов вразнобой начинают кричать тебе поздравления.       Я стою в двадцати метрах от входа, наблюдая за тем, как ты радуешься своей семье, которая приехала поздравить тебя — к твоей маме присоединился самый старший из твоих братьев, компанию которому составили жена и двое дочерей.       Никита, Алина и Настя тоже здесь — именно они взрывали хлопушки, встав с двух сторон от двери. Идея собрать всех твоих близких принадлежала именно им, и они втроем на двух машинах ездили в аэропорт, чтобы привезти всех твоих родных.       — Дядя Свят, дядя Свят, посмотри наш подарок! — Твои племянницы-погодки окружают тебя с двух сторон, едва все усаживаются за стол.       Одна из девочек оказывается между мной и тобой, другая — между тобой и Сашей. Ты улыбаешься и искренне радуешься рисунку, который они приготовили для тебя, а потом сгребаешь в объятия сразу обеих.       Наклоняешься ко мне, чтобы поблагодарить за сюрприз, а я лишь мотаю головой и указываю на друзей, расположившихся напротив нас. Никита салютует тебе бокалом, Алина подмигивает, а Настя посылает воздушный поцелуй.       — Тебе очень повезло, дорогой, — говорит твоя мама, смотря на нашу компанию, — у тебя отличные друзья.       Мы с девочками смущенно заливаемся краской, а Никита широко улыбается.       — Поэтому я даже не знаю, чего пожелать тебе, — ты по-доброму усмехаешься, — пожелаю тебе всего самого наилучшего, как и каждый год.       Твоя левая рука опускается на мои плечи, и ты притягиваешь меня к себе.       — Самое лучшее у меня уже есть.