Часть 90

      — Эм, привет?              У Кэйла смягчился взгляд, когда он снова услышал голос старшеклассника Чхве Чжон Гона.              — А, простите. Сегодня я не буду брать книги.              Чхве Чжон Гон снова опустил голову, как будто ему больше нечего было сказать Кэйлу. Тот не мог видеть, что делает Чхве Чжон Гон, так как ему мешал монитор компьютера.              Рон присмотрелся к сидящему ученику. С первого взгляда угадывались характерные черты, присущие Чхве Хану. Тёмные волосы и глаза, похожий овал лица и осанка. Вот только выглядел он как-то недовольно. Одно только выражение делало все черты какими-то резкими и агрессивными.              Он просто спокойно смотрел ему в затылок.              «Неужели это тот Чхве Чжон Гон, которого я знаю? Неужели этот сопляк перед ним — человек из семьи Чхве? Может быть, это просто совпадение, что его зовут Чхве Чжон Гон».              Однако ни Чхве Хан, ни Чжон Су не могли смотреть на Чжон Гона так же спокойно, как Кэйл.              Старший смутно припоминал фотографии, показанные собственным отцом, однако ничего, кроме туманных силуэтов, так и не вспомнил. А вот Чжон Су был поражён по другой причине. Лицо, потерянное два поколения назад, сейчас сидело за стареньким компьютером в библиотеке его донсена. Вселенная, по-видимому, не слишком обширное место. Иначе как объяснить столько Чхве-встреч на жизненном пути Рок Су? Не иначе как божий промысел.              Ах да, точно. Промысел одной косорукой личности.              Кэйл решил сначала подумать над проблемой.              «Это измененная память? Запечатанный Бог что-то сделал?»              Ни то, ни другое не было правдой.              Хотя Кэйл не мог вспомнить имя этого члена книжного клуба, но он всё ещё смутно присутствовал в его памяти. Его лицо стало странным только потому, что он встретил Чхве Хана. Он не мог сложить два и два, потому что не помнил их имен.              Бикрокс спокойно оценил вероятность обоих вариантов.              С одной стороны, опять вмешательство в испытание. Причём второе подряд, что звучит не слишком правдоподобно. С другой, действительный легендарный первый убийца драконов в воспоминаниях молодого господина. И то, и другое звучит как бредни сумасшедшего, однако ситуация представляет выбор только из этих вариантов. Всё равно, что решать тюремные загадки.              «Логично, что я не всё помню, ведь это было до пробуждения моей способности».              Память Ким Рок Су была хорошей с самого детства.              Однако это было нормально по сравнению с тем, как после катаклизма он получил способность «Запись».              Розалин вздохнула с облегчением. Нормальная память молодого господина была такой же, как и у любого человека с хорошей памятью. Правда, вспомнить всех одноклассников, планировку школы, в которой был очень давно, да и просто сохранять разум в испытании лени — задачки нетривиальные. Это действительно, по ощущениям, хорошая память, не дотягивающая до «записи» лишь отсутствием лихорадки и скорочтения.              Может показаться очевидным, что он ничего не помнит, но…              «Первый год средней школы. Воспоминания об этом первом семестре очень слабые».              Воспоминания об этом времени были скудны по сравнению с любой другой частью его жизни, и единственное, что он действительно помнил, это то, что это было самое спокойное время его школьных дней.              «Что странно», – подметил Эрухабен. – «Смена обстановки, новые люди и новые знания. Первое впечатление обычно хорошо запоминается».              Древний дракон, привыкший к кристальной точности записанной информации, решил не доверять неожиданным находкам. Что-то было нечисто.              «Прежде всего, Чхве Чжон Гон передо мной — тот же человек, что и в прошлом».              Теперь ему нужно было выяснить, был ли этот Чхве Чжон Гон просто членом книжного клуба или тем самым Чхве Чжон Гоном.              Кроме того, нужно было подумать и о другом.              Может ли тот Чхве Чжон Гон существовать в этом мире?              Альберу вздохнул. Учитывая уровень удачи его донсена, это тот самый Чхве Чжон Гон, в той самой библиотеке, в тот самый промежуток времени.              Но надежда на то, что это всё шутки Бога Отчаяния, ещё теплились в груди кронпринца. Ну не мог этот ублюдок просто заставить Кэйла проходить обычное испытание!              Он был тем, кто умер в мире Кэйла Хенитьюза давным-давно.              «Чхве Чжон Гон также появился в мире Ан Ро Мана».              – Путешественник хренов, – промямлил Чжон Су.              Он тоже работал мальчиком на побегушках у Бога Смерти, вот только побывать в роли главного героя какой-нибудь легенды ему не поручали. С одной стороны, это характеризует его как хорошего работника, незаметного и вездесущего. С другой стороны… нечестно! Работали все Чхве, а лавры все только одному!              Он должен был сделать это, чтобы украсть Таэранг, Неразрушимое Копье, и сбежать.              Учитывая эти факты…              «Вполне вероятно, что Чхве Чжон Гон, который был единожды живущим, после смерти стал кем-то другим, и прыгает в разные измерения».              Услышав соседа, Кэйл покачал головой. Хоть пыхтящий Чжон Су и выглядел в шаге от слёз, вестись на подобные провокации они с бывшим лидером перестали уже давно.              И возвращаясь к путешествиям первого убийцы драконов. Уже это похоже на клишированную, но интересную историю. Почему Боги не сделали новеллу по его приключениям? Там бы вышел настоящий мультисправочник по ближайшим измерениям…              В принципе, вполне реалистичной гипотезой было предположить, что Чхве Чжон Гон отправился в мир Ан Ро Мана, чтобы украсть Таэранг, а затем перепрыгнул в мир Ким Рок Су на первом курсе, чтобы тоже что-то сделать.              В таком случае, почему Чхве Чжон Гон попал в этот мир, и что он делал?              Розалин попеременно переводила взгляд с записанного Рок Су на сидящего Кэйла.              «Ну, вариантов на самом деле немного». – Она уже поняла, что обычно причина неожиданных изменений сидит рядом с ними и ворчит на несработавший старый план.              «Ха».              Кэйл внутренне усмехнулся.              Если этот член книжного клуба перед ним действительно тот самый Чхве Чжон Гон, то было очевидно, что он здесь делает.              «Я уверен, что он здесь из-за меня».              – Нашкодил и забыл, – расхохотался Суй Кхан.              Любой повод подстегнуть донсена шуткой, по их братской философии, должен быть тщательно использован и запомнен на будущее.              – Я не такой бессовестный, как вы двое, – недовольно фыркнул сквозь улыбку Кэйл.              Кэйл уже предсказал, что Чхве Чжон Гон имеет какие-то отношения с Богом Смерти и Богом Солнца. Поскольку Бог Смерти следит за Белой Звездой, возможно, что Чхве Чжон Гон следит за Ким Рок Су.              Чхве Хан подозрительно сощурился на выведенный план. Какая-то сомнительная командная работа между не очень дружными Богами.              Чхве Чжон Гон снова поднял голову. Он слегка нахмурился и посмотрел на Кэйла. Казалось, он спрашивал, почему Кэйл так уставился на него.              При ближайшем рассмотрении он был действительно типичным Чхве. Младший Хенитьюз, конечно, предпочитал смешливого Чжон Су или, в крайнем случае, вежливого Чхве Хана этому злобному дяде по отцовской линии. Но то, что они семья, было видно невооружённым глазом. Не слишком отличались от остальных корейцев, но бесспорно имели собачьи черты. Сугубо на вкус Кэйла.              Кэйл улыбнулся. Когда Чхве Чжон Гон вздрогнул, Кэйл спросил.              – Сонбэ, можно ли тебе быть членом книжного клуба, когда ты стал старшеклассником?              Выражение лица Чхве Чжон Гона, казалось, спрашивало, что, чёрт возьми, происходит с этим парнем. Хубэ, который обычно молча брал книги, вдруг заговорил с ним, и это было ненормально.              – Не думаю, что это твоё дело.              «Ох».              – Как грубо!! – Возмущению маленького дракончика не было предела.              Что за неуважение, он же старший! Должен объяснить маленькому человеку, как всё устроено! В возмущении он расправил крылья и раздул щёки.              Он ответил не очень вежливо. Невинно выглядящее лицо на мгновение нахмурилось.              – Мне просто любопытно. Большинство людей прекращают свою клубную деятельность, чтобы учиться.              – Я не учусь.              – Тогда что ты делаешь?              – А… – Брови Чхве Чжон Гона сошлись на переносице.              – Дражайшего родственничка поймали за руку, как дешёвку, – выплёвывал все согласные буквы Чхве Чжон Су, размахивая рукой. Злорадство наполнило его ухмылку. По-видимому, он был так же взволнован грубостью ранее, как и маленький Раон.              Однако Кэйл должен был поступить так, как Ким Рок Су. Ему необходимо было поговорить с этим парнем, чтобы хоть что-то узнать.              Чхве Чжон Гон огляделся, убедившись, что они одни в библиотеке, и отвернулся от Кэйла.              – Просто уходи, если не собираешься брать книги.              Рон подумал, что будь Рок Су немного старше, он бы сидел за этим стареньким ящиком и прогонял любопытных первокурсников сварливым бормотанием. Образ угрюмого старшеклассника наложился на нынешнее лицо Рок Су. Старый убийца слегка кивнул и расплылся в доброжелательной улыбке. Да, вероятно, так и случилось.              Он не хотел, чтобы Кэйл его больше беспокоил.              – Я понимаю. Мне жаль, если я побеспокоил тебя.              Кэйл развернулся. Он направился к двери библиотеки, как будто ему больше нечего было здесь делать.              – Ха-а-а-а. Я пишу.              Розалин выгнула бровь.              «О чём же? О своих межзвёздных похождениях?»              По правде, она бы чисто из интереса взглянула на подобную историю. Вероятно, всё в ней покажется сумасшедшими придумками какого-нибудь ребёнка.              Он услышал голос Чхве Чжон Гона позади себя. Кэйл обернулся и посмотрел на стол, за которым тот сидел. Теперь, когда он находился под углом, а не прямо перед ним, он мог видеть перед Чхве Чжон Гоном открытый блокнот и карандаш.              *Ш-ш-ш.              Чхве Чжон Гон прикрыл блокнот рукой, избегая взгляда Ким Рок Су.              Подобие стыда заставило Суй Кхана усмехнуться. Он помнит точно такой же жест от коллег, у которых было немного бумаги, свободного времени и целая тонна фантазии. Зачастую в офисе прятали что-то в духе «нарисую твоего обидчика некрасиво», однако попадались и действительно достойные работы. Но это редко. Некрасивых обидчиков было подавляющее число.              – Я вижу, ты в основном читаешь фантастические романы?              – Да.              Теперь Ким Рок Су мог строить гипотезы о том, что пишет Чхве Чжон Гон.              – Ты пишешь фэнтези-роман?              – …Ну…              Бывший лидер Ли внезапно вспомнил одну забавную историю.              «Ах, ну прям та девчушка из отдела кадров, у которой из стола вывалилась целая тонна различного содержания рассказов про всех работников нашей компании. И вот незадача, по содержанию было непонятно, так сильно она коллектив любит или ненавидит».              Чхве Чжон Гон улыбнулся, отвернувшись от Ким Рок Су.              – Это скорее путеводитель.              – Каждый писатель-фантаст мечтает сказать эти слова. – С каким-то ностальгическим вздохом сказал Кэйл.              Сколько романов и новелл было написано человечеством, а реальным путеводителем оказалась рукопись старшеклассника из его библиотеки. Хотя, кто знает, может, таких действительно рабочих путеводителей несколько.              Он даже не оглянулся на Кэйла, прежде чем взмахнуть рукой, которая не прикрывала блокнот.              – Короче, иди. Мне нужно запереться и идти на занятия.              – Да, сонбэ-ним. Увидимся завтра.              – Конечно.              – Человек, почему мне так хочется пошире улыбнуться? – Малыш уставился на человека, а затем воскликнул, словно разгадал маленькую тайну. – А! Я понял! Это тебе хочется широко улыбаться! Хорошо, тогда великий и могучий дракон будет улыбаться вместе с тобой!              *Скрип.              Кэйл открыл дверь и вышел в коридор. Он заулыбался, но взгляд был холодный.              «Это больше похоже на путеводитель».              Он убедился в этом, услышав слова Чхве Чжон Гона.              Чхве Хан вздохнул. Священное писание убийц драконов было написано подростком. Да ещё и с таким недовольным лицом. Конечно, вероятно этому подростку столько же, сколько самому мастеру меча, а то и в десять раз больше. Но это не отменяло самой ситуации.              «Нелан Барроу».              Рождение героя.              Услышав знакомое имя, все уставились на экран широко раскрытыми глазами.              Автором романа был Нелан Барроу. Это было другое имя Чхве Чжон Гона.              «Ха!»              Кэйл был поражён. Когда Чхве Чжон Гон мог написать «Рождение героя»? Он уже думал об этом раньше. Он также задавался вопросом, почему роман был написан в форме фэнтези.              Семнадцатилетний подросток на первом курсе средней школы…              Эрухабен скорректировал осанку и скривился, явно недовольный. Эмпирическим путём за всю свою долгую жизнь он проверил, что не у всего есть внятная причина. Некоторые вещи существуют просто «потому что». Но найти ответ на такой незначительный вопрос в подобном месте правда поразительно. Ну и шутка у судьбы, конечно.              Кэйл, наконец, нашел ответ, снова обратившись к этому моменту своего прошлого.              «Это из-за меня».              Чхве Чжон Гон знал, что Ким Рок Су любит читать фантастические романы и написал этот «путеводитель» под названием «Рождение героя».              – Объявляю благодарность за выбор хорошего жанра от нашего дяди, – Чжон Су преувеличенно встряхнул руку Кэйла, – без этого направления он мог бы написать учебник, и тогда никто бы из нас его не нашёл.              Динь-дон-дон-дон.              Звонок возвестил о том, что до конца обеда осталось пять минут. Занятия возобновятся через пять минут.              Кэйл направился обратно в класс.              *Ш-ш-ш-ш…              Когда он подошёл к лестнице, на неё упала его тень. В этот момент Кэйл сказал.               – Ах, да ладно.              Эрухабен тяжело вздохнул. Невезучесть этого ребёнка никогда не разочаровывала.              Трудно было сказать, хмурится он или улыбается.              – Я не смогу закончить это быстро.              Тест Запечатанного Бога сейчас не был проблемой.              Альберу кивнул. Удивительно, но тест какого-то там Запечатанного Бога Отчаяния был одной из наименьших проблем этой ситуации. Приоритеты его донсена всегда были странными. Уже не стоит им удивляться.              Первый семестр первого курса, который так тускло запечатлелся в его памяти… Похоже, ему придётся покопаться в том времени, которое он считал одним из самых спокойных в своей жизни.              Что-то, о чём он не подозревал или не помнил, определенно существовало в это время.              Чхве Хан скривился от нехарактерного чувства разочарованностью своей памятью. Что-то, чего он не чувствовал в других записях, оставляло горький привкус.              – Сначала.              Он посмотрел на часы, чтобы понять, сколько времени у него есть.              – Сначала я должен узнать о Чхве Чжон Гоне.              Чхве Чжон Гон, старшеклассник, член книжного клуба.              Казалось, что ему нужно проверить этого парня.              «Может, молодого господина с детства окружали подозрительные личности, вот он так спокойно и относится к людям-зверям и драконам?» – Розалин чувствовала, что это объясняет часть личности Ким Рок Су, но по какой-то причине не совсем верно.              *Скрип.              Он вошёл в класс.              – Эй! Ким Рок Су, осталась одна минута!              Кэйл сел и тут же задал вопрос ученику рядом с ним.              – Привет. Есть ли в нашем классе члены книжного клуба?              – Я состою в книжном клубе. Ого! Ты даже не знаешь, чем занимается клуб твоего друга?              – О, правда?              – Ка-ак удобно, скажи, лидер. – Чжон Су фыркнул с весельем.              Сидящие рядом лишь цыкнули и закатили глаза. Повезло, с кем не бывает. Что бубнить-то.              Он посмотрел на календарь.              Это был конец марта.              – Набор в клубы ещё не закончился, верно?              – Он закончился в прошлую пятницу. А что?              Кэйл положил руку на стул своего друга, отвечая.              – Я тоже хочу вступить.              Улыбка на лице его молодого человека показалась Раону очаровательной. Будто маленький лисёнок копирует мать, смотрящую на незапертый на ночь курятник, и радостно облизывается. Хоть такое выражение и было привычно для лица Кэйла Хенитьюза, сильно отличающегося внешне от корейского, но юному Рок Су оно шло, кажется, ещё больше.              Первокурсник Ким Рок Су. Он убьёт двух зайцев одним выстрелом, развивая некоторые отношения, как его младший «я», который испытывал лень и нелюбовь к созданию связей, и накопает немного грязи на Чхве Чжон Гона, который наблюдал за ним.              – Это случайно.              «Пфф.. конечно-конечно», – Розалин даже не пыталась скрыть вырвавшийся фырк. – «Ты с такой формулировкой мир случайно спас так-то».              – Да. Я мог бы с таким же успехом. Я решил, что хочу вступить в книжный клуб.              – М-м, тогда я спрошу у хёна, который является президентом клуба!              – Студент второго курса?              – Да, он.              – В библиотеке был третьекурсник.              – А, тот самый сонбэ?              – А Чхве Чжон Гон, при всей своей нелюдимости, оказывается, местная знаменитость. – Альберу искренне не понимал, какой конкретно аспект личности этого страшного панка притягивал сплетни.              С другой стороны, если он там самый старший, значит, его просто куча народу знает. Вот только опять же, он же подручный Бога Смерти. Неужели он действительно три года так проучился?              Его друг сразу понял, о ком идёт речь.              – Этот сонбэ перевёлся в прошлом году, но он всё ещё участвует как выпускник, потому что, видимо, его мечта — писать.              – Правда? И что же он пишет?              Прозвенел звонок, когда Кэйл задал этот вопрос.              Это было начало пятого урока.              Рии-и-и-и-и-и-и-и-и…              Раон возмущённо закрыл лапками уши и зажмурился. Ну кто делает такие звонки? От него хочется убежать подальше и спрятаться, а не начинать урок. Тот, кто придумал подобную штуку, мастер пыток, ненавидящий детей?              Кэйл спросил Чхве Чжон Гона, что он пишет, и получил ответ, что это путеводитель. Тем не менее, он всё равно спросил об этом.              Просто на случай, если он услышит что-то другое.              – М-м. Он не сказал мне. Видимо, это секрет. Ах.              Его друг спокойно ответил, прежде чем достать учебник и наклониться к Кэйлу, медленно добавляя. Его голос был полон нерешительности.              Альберу со знанием ухмыльнулся. Он уже видел подобные выражения лица. У всех, независимо от пола, расы и положения, сплетни вызывали подобные реакции. Он был рад увидеть, что и в других мирах ничего не меняется.              – Я подслушал, как сонбэ в прошлый раз разговаривал с советником клуба.              Он подглядывал на дверь и говорил шёпотом, потому что не знал, когда может войти учитель.              – Я слышал, что это был роман в стиле фэнтези. Ах, не говори ничего об этом, потому что я узнал об этом только случайно. Это секрет. Я отвечаю только потому, что ты впервые задаёшь мне вопрос.              Суй Кхан слегка вздохнул и покачал головой. Ученик выглядит так, словно делится кодами от ядерного арсенала, а не жанром ненаписанного романа. Ну что за драма, правда? Чхве Чжон Гон хоть и выглядел немного злобным, до титула «Тот-о-ком-нельзя-говорить» явно не дотягивает.              Ким Рок Су никогда ни о чём его не спрашивал, несмотря на то, что сидел рядом с ним целый месяц. И вдруг проявил интерес к книжному клубу и впервые задал вопрос, из-за чего друг решил ответить на него.              – Хорошо, спасибо. Я ничего об этом не скажу.              Друг с облегчением улыбнулся ответу Кэйла, и в этот момент в класс вошёл учитель английского языка.              Суй Кхан хихикнул, позабавленный уверенностью одноклассника.              Шанс того, что Рок Су раскроет кому-либо интересующую его информацию и правда не большой. Да и новость эта была невзрачной для обывателя. Какая кому разница, что там пишут старшеклассники в библиотеках?              Кэйл посмотрел вперёд, как будто они никогда не разговаривали, и сосредоточился на доске с записями.              Всё было так, как он и ожидал.              Старшеклассник, занимающийся в кружке, должен получить разрешение от своего классного руководителя и руководителя кружка. Поэтому Чхве Чжон Гону пришлось бы раскрыть им часть своих сочинений, даже если бы он никому другому об этом не сказал.              Бикрокс уставился на размышляющего ученика. Конечно, тот тип должен был поделиться хотя бы частью рукописей. Просто так сидеть в клубе ему бы вряд ли дали. А вот то, что новость о человеке, который пишет книгу, не разлетелась, было достаточно поразительно.              Всё-таки не каждый день кто-то из твоего окружения занимается чем-то таким интересным. Хотя тут вмешалось желание молодого господина не поддерживать социальные контакты. Никто не сказал – вот он и не знал.              Это было необходимо для спокойной жизни в школе и книжном клубе.              «То, что Чхве Чжон Гон пишет сейчас, для других людей, вероятно, звучит как фантастический роман».              Они должны воспринимать это именно так.              Кэйл тоже сначала думал, что это фэнтези.              Розалин прижала кулак к нижней губе и нахмурилась.              – Абстрагируясь от общей картины и размышляя в рамках одного мира, Чхве Чжон Гон действительно написал фэнтези роман. Причём не самый плохой! – Девушка уставилась на школьную доску вместе с записанным Рок Су. – Так что это мнение не ошибочно.              Однако Чхве Чжон Гон сказал Кэйлу совсем другое.              Он сказал, что это путеводитель.              «Я прав. Он действительно пишет “Рождение героя”».              Кэйл снова начал улыбаться.              Эрухабен выгнул бровь. Что заставило этого грубого человека действительно признать свои рукописи путеводителем? Это была оговорка? Но они все знали, что не Рок Су должен был трансмигрировать. Даже Бог не предполагал этого.              Итак, знал ли этот грубый и острый по краям панк, что именно Кэйл Хенитьюз получит его руководство? Но как?              «Чхве Чжон Гон. О, и Бог Смерти тоже».              Бог Смерти сказал, что он привёл Кэйла в этот мир, потому что Ли Су Хёк и Чхве Чжон Су умерли вместо него. Конечно, частично причина была в том, что Кэйл был связан с Белой Звездой.              «Но он наблюдал за мной даже в это время?»              «Что за бесстыдный ублюдок, он вообще знает законы о неприкосновенности частной жизни?» – Альберу был в ужасе. Было ли время в жизни у его донсена, когда была действительно соблюдена конфиденциальность личности? Хотя у кого это спрашивать, если каждый из величайших существ вселенной поголовно больной ублюдок.              Бог Смерти становился более забавным ублюдком, чем больше он узнавал его.              Он не мог сказать, был ли этот ублюдок хорошим, плохим или странным ублюдком.              «Вероятно, всё вместе. Абсолютно сумасшедший, глупый дурак», – Раон фыркнул на слова своего человека.              В отличие от Клопе, Бог был явно существом высшего порядка, поэтому сказать, что он сумасшедший на все 360 градусов, нельзя. Плоскостей существования же несколько! Значит, он сумасшедший в степени? Просто от представления числа у малыша разболелась голова.              «Ах».              В этот момент Кэйл понял кое-что ещё.              «Чинтамани».              Сфера, которая разделилась на две части.              Что могло случиться с предметом, который сделал Бог Смерти?              – В твоих руках божественные предметы крайне недолговечны. – Вздохнул Альберу.              Эрухабен подавил желание вздохнуть тоже. Этот невероятный талант его ребёнка всегда сбивал все попытки оценить прочность предметов. Вспомнить одну только каменную колонну на собственной вилле Кэйла! Сколько она должна была продержаться? Десять тысяч лет, сто? В любом случае, как бы ни оценивал надёжность данного артефакта он, древний дракон с тысячелетним опытом, рухнул он в том же году. Не берём в расчёт, что её с другой стороны выбили. Любой артефакт в непосредственной близости от Кэйла был подвержен какому-то риску скорого разрушения.              Он совсем забыл о нём.              Предмет, который дал о себе знать во время первого испытания Запечатанного Бога, сейчас не был виден.              «Мм!»              В этот момент…              «Чёрт».              Опять чувство неудовлетворения омыло Чхве Хана. Забывчивость совсем не была в стиле Кэйла, и она жутко его раздражала. Хотя больше всё-таки это чувство содержало разочарования и печали.              Кэйл почувствовал, что один из карманов его пиджака потяжелел. Кэйл тайком от взгляда учителя положил руку в карман.              Затем он опустил голову.              Две раздвоенные части чинтамани в кармане были окрашены в жёлтый цвет.              *Ш-ш-ш-ш…              Однако, как только Кэйл взглянул на них, на жёлтом свете одно за другим начали появляться чёрные пятна.              Волна сонной неги захватила Розалин. Она глубоко вздохнула, не имея возможности противостоять приливу жёлтого света.              «Как всегда вовремя», – с усмешкой подметила Брек и широко зевнула.              Кэйл вернулся в школу Раон на второй день. Он тепло улыбнулся тому, кто заговорил с ним, когда он вошел в библиотеку.              – Вы хотите присоединиться к книжному клубу?              – Да, сонбэ-ним.              – Человек, ты же не собираешься ничего красть из библиотеки, правда? – С сомнением уставился Раон.              Рок Су на записи выглядел как-то слишком дружелюбно на вкус маленького дракончика. Настолько дружелюбно, что начинал походить на дедушку Рона. А это уже страшно!              Кэйл вошёл вместе с нынешним президентом книжного клуба и посмотрел в глаза Чхве Чжон Гону, который снова сидел за столом. Чхве Чжон Гон подскочил в шоке и быстро спросил.              – Он вступает в наш клуб?              «Что? Есть ли причина, по которой я не могу?»              Про себя сказал Кэйл, прежде чем его улыбка стала ещё шире. Это была та самая яркая улыбка, которая делала его похожим на хорошего человека, которую Раон назвал мошеннической улыбкой.              Рон усмехнулся. Интересно, их встречи всегда будут начинаться одинаково? Замешательство на лице старшего ученика выглядело уж очень уморительно. Старый убийца не смог бы отказать себе в удовольствии наблюдать, как этот высокомерный панк абсолютно теряется на мгновение от замешательства.              — Привет, сонбэ-ним, — произнёс он короткое приветствие.              Чхве Чжон Гон выглядел озадаченным.