Часть 6

      Рейвен сидела в Большом зале, наслаждаясь солнечным светом за окном, вкусными тостами и апельсиновым соком. День обещал быть тёплым, и студенты Хогвартса с радостью собирались на поле для квиддича, чтобы посмотреть противостояние Гриффиндора и Слизерина.       — Он, видите ли, заболел! — внезапно за спиной Рейвен возник Тео Нотт, и девушка чуть не подавилась соком от неожиданности.       — Во имя Мерлина, Тео, зачем же так кричать? — возмутилась она. — Кто заболел?       — Малфой, чтоб его опять гиппогриф клюнул! — от негодования Тео чуть ли не топал ногами.       — В смысле заболел? — решил уточнить Маттео.       — В том смысле, что он не будет играть! — сбавлять тон Тео не собирался, и ребятам было вполне понятно его негодование. Из их компании в квиддич играли только Нотт и Малфой. Драко был ловцом команды Слизерина, главным игроком на поле, который сегодня решил заболеть и подставить всех остальных. Так что возмущение Тео можно было понять.       — Так он действительно заболел или…? — попыталась уточнить Пенси.       — Конечно нет! — ответил хмурый Тео. — Явился, заявил, что играть не сможет, и свалил обратно, даже не хромая! Урхарт чуть метлу не уронил.       — И что вы теперь будете делать? — спросил Маттео.       — Урхарт взял Харпера, не знаю, что из этого выйдет.       Ребята сочувственно смотрели на Тео, но нельзя было сказать, что кто-то был особенно удивлён поведением Драко. Они уже успели привыкнуть к его вечному отсутствию и решили просто дать Малфою время, надеясь, что его нежелание общаться с кем-либо пройдёт само.       Маттео, не вдаваясь в детали, пересказал Рейвен свой разговор с другом, и они оба пришли к выводу, что давить на Драко не имеет смысла.       Когда Тео, вдоволь насытившись проклятиями на голову нерадивого ловца, ушёл к своей команде готовиться к матчу, ребята решили, что и им пора идти на трибуны. День, как и надеялась Рейвен, был тёплым, и солнце освещало поле для квиддича, позволяя студентам наконец-то насладиться хорошей погодой на свежем воздухе.       Трибуны утопали в красно-золотых и серебристо-зелёных цветах, деля учеников на два лагеря. Никто не удивился тому, что болельщиков Гриффиндора было больше. На поле Поттер и Урхарт уже жали руки, и мадам Трюк дала свисток, сигнализирующий о начале матча.       — Ну вот, игра началась, и я думаю, нас всех удивил состав команды Гриффиндора в этом году. Многие думали, что Рональд Уизли не войдёт в команду, учитывая его выступления в прошлом сезоне, но, конечно, тут сыграла свою роль личная дружба с капитаном…       Слизеринская трибуна явно была солидарна с комментатором и встретила его высказывание аплодисментами.       — Кажется, у нас завёлся комментатор не из гриффиндорцев, — аплодируя вместе со всеми, подметил Блейз.       — И Поттеру это явно не по душе, — Маттео указал на капитана Гриффиндора, который недовольно щурился, пытаясь разглядеть, кто это там позволяет себе так нелестно высказываться об Избранном и его свите.       — Ну пусть понервничает, ему полезно, — ответил Блейз, не отрываясь от игры.       К удивлению слизеринцев, Уизли удавалось удачно защищать кольца своей команды.       — Уизли берёт мяч. Что ж, должно же ему когда-то повезти… — Рейвен начинала думать, что у нового комментатора какие-то личные счёты с Уизли. И при том не только с Роном, по его младшей сестре он тоже прошёлся, намекая, что та попала в команду тоже из-за личных симпатий Поттера. Тем временем сама Уизли как раз забила свой четвёртый гол.       — Надо отдать должное этой девчонке, после такого гола Поттер не то что в команду должен её взять, а жениться на ней, — оценил мастерство мелкой Уизли Маттео.       — По-моему, Харпер из команды Слизерина заметил снитч! — раздался голос комментатора. — Да, он определённо что-то увидел, пока Поттер хлопает ушами!       Всё внимание болельщиков было направлено на ловца Слизерина, который, похоже, действительно заметил золотой мячик где-то высоко над трибунами. Спустя несколько секунд до Поттера тоже дошло, и он помчался следом за Харпером. Если Слизерин поймает снитч, то матч будет окончен в их пользу.       Харперу оставалось до снитча считаные пару метров, он уже протянул руку, и болельщики замерли в предвкушении, когда Поттер вдруг заорал:       — Эй, Харпер, сколько Малфой тебе заплатил, чтоб ты сыграл вместо него?!       Харпер словно споткнулся в воздухе, и Поттер, воспользовавшись замешательством противника, рванул вперёд и схватил снитч.       После выходки Поттера слизеринские болельщики были в ярости. Блейз впечатал руку себе в лицо, Маттео всем своим видом выражал желание засунуть метлу Поттера в самого Поттера, а Рейвен и Пенси активно возмущались.       Внезапно мелкая сестрица Уизли, разогнавшись на метле, врезалась в площадку комментатора, засыпав несчастную голову того обломками.       — Вот интересно, если б так сделал кто-то из наших, когда комментировал Джордан, что бы они сказали? — спросил Маттео, поджав губы.       — Пошли лучше к Тео, — предложила Пенси, отойдя от шока. — Он явно там не в духе.       Ребята спустились на поле, когда громкая команда Гриффиндора наконец-то его покинула, отправившись праздновать победу. Тео, опустив голову, плёлся в сторону раздевалок, когда его перехватили друзья.       — Не расстраивайся, Тео, — Пенси обняла друга, пытаясь его приободрить. — Поттер дурак! — добавила она.       — Да кого волнует Поттер? — огрызнулся Нотт. Он явно хотел что-то добавить, но передумал и вместо этого сказал: — Пошли, подождёте меня у раздевалки и пойдём назад в школу. — Было похоже, что Тео расстроен не проигрышем команды, а чем-то другим. Не дожидаясь ответа, он зашагал дальше, и друзьям ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.       Когда они уже подходили к раздевалкам, навстречу им шагал Поттер, в гордом одиночестве.       — Это было грязно, Поттер! — воскликнул Тео, когда они поравнялись с гриффиндорцем.       — Можно подумать, вы всегда играете честно, — Поттер остановился и упёрся взглядом в Нотта.       — Дело не в игре, придурок! — выпалил Тео и сжал метлу так крепко, что у него побелели костяшки пальцев. Маттео и Блейз подошли чуть ближе к другу, чтобы в случае чего не дать Нотту сделать с Поттером то, о чём Риддл мечтал ещё на трибуне. Но, похоже, Поттер расценил это по-своему и предусмотрительно сделал шаг назад, но вот заткнуться ему мозгов уже не хватило.       — А что, хочешь сказать, что папаша Малфоя не высылает ему больше карманные деньги из Азкабана?       Риддл только успел выхватить метлу из рук Тео, а Блейз встать перед ним, уперев руки в его плечи. Никто из них никогда ещё не видел Теодора Нотта, рвущегося в драку, но сейчас казалось, что он готов похоронить клятого очкарика прямо на месте.       — Пусти, Блейз, я прибью этого умника! — кричал он, пытаясь вырваться из хватки друга. — Даже потом готов скинуться с Малфоем ему на сиделку!       Маттео обошёл друзей и встал между ними и Поттером.       — Тебе жить надоело? — обратился он к Избранному. — Катись отсюда, пока цел, Поттер. И научись думать перед тем, как открывать рот. — Выглядел Риддл при всём внешнем спокойствии не менее угрожающе, чем рвущийся в бой Тео.       Оценив шансы, Поттер наконец-то понял, что пора уносить ноги, и зашагал мимо компании слизеринцев, при этом пытаясь не поворачиваться к ним спиной.              

* * *

      Когда они вернулись в гостиную, Тео отказался что-либо обсуждать и, сославшись на усталость, скрылся в спальне. Оставшись вчетвером, ребята заняли любимые места в самом отдалённом углу комнаты.       — Поттер, конечно, перегнул, — заметил Блейз. — Не стоило ему говорить об отце Драко.       — Он, похоже, даже не подумал, что отец Тео тоже там и тоже благодаря ему, — предположила Рейвен.       — Или просто сильно в себя поверил, — дополнил Забини. — Драко, конечно, разное творил, но, похоже, у Поттера к нему только одна претензия: кому и сколько тот платит.       — Помните, на втором курсе он всем рассказывал, что Драко купил себе место в команде? — подключилась Пенси.       — А на третьем Малфой знатно ему отомстил, — продолжил Блейз.       — Это ты про то, как он подговорил Крэбба и Гойла вырядиться в дементоров и напугать Поттера до полусмерти? — уточнила Рейвен.       — Ага!       — Поттер так испугался, что чуть не убил их тогда, между прочим, — Лестрейндж сейчас явно не веселила эта история.       — Представляешь, каким идиотом нужно быть, чтобы спутать почти круглого Крэбба с дементором? — засмеялся Блейз. Маттео тоже заулыбался.       — В любом случае то, что тогда устроил Драко, было просто детской выходкой с целью напугать, а Поттер сегодня говорил вполне серьёзно и по-взрослому, и ему давно не тринадцать лет, — подытожил Риддл, и тут Рейвен спорить уже точно не собиралась.              

* * *

      В последнее время Драко Малфой полюбил тишину. Его почему-то вдруг начали раздражать людные коридоры, гул голосов в Большом зале и шумные сокурсники в гостиной. В тишине ему лучше думалось, а думать Драко в последнее время приходилось много и чаще всего о чём-то мрачном. Иногда ему казалось, что он начинает сходить с ума, когда его внутренние диалоги с самим собой заходили в тупик и ему приходилось начинать их сначала. На диалоги с кем-то ещё сил просто не оставалось. И несмотря на то, что иногда ему до боли хотелось встретиться с друзьями и отвлечься, он раз за разом отказывал себе в этом. Сидеть угрюмой тучей и молча наблюдать за весельем ему казалось худшей из идей. А если бы открыл рот, то они начали бы его жалеть, а этого он бы точно не вынес. Поэтому свободное время он теперь предпочитал проводить в тихих уголках школы, скрывшись от толпы в закрытых кабинетах или дальних коридорах.       Сегодня он наслаждался тишиной, сидя на одном из подоконников в коридоре Заклинаний. Сегодня можно было не прятаться в углах, потому что вся школа была на стадионе и смотрела квиддич. Он отказался играть, понимая, что у него совсем нет больше к этому интереса, да и тренировки он почти все пропустил, и толку от него для команды было бы немного. — Привет! — внезапно тишину разрезал тонкий голос. Драко повернул голову от окна к источнику звука. Рядом с ним в пустом коридоре стояла уже знакомая ему девушка в форме Рейвенкло с огромными синими глазами. Он молча уставился на неё в надежде, что её смутит его молчание, и она уйдёт. Но, похоже, эта девчонка не понимала намёков.       — Ты ведь Драко, верно? — снова заговорила она и тут же продолжила, не дожидаясь ответа: — Я Кейтлин Барнс, с Рейвенкло, хотя это ты уже, наверное, понял. Я увидела тебя тут и подумала, что нужно бы извиниться за Эрни. Он не плохой парень, просто…       — Идиот, — перебил её Малфой. — Я помню.       На самом деле он уже и забыл про инцидент с Макмилланом, но, увидев её невероятные глаза, он быстро вспомнил, где и при каких обстоятельствах уже встречался с ними взглядом.       Услышав его ответ, девчонка смущённо заулыбалась.       — Ну да, идиот, — со смехом в голосе подтвердила Кейтлин.       — Ты пришла ещё раз сказать, что Макмиллан идиот? — уточнил Драко.       — Получается, что да, — рассмеялась она. — А почему ты тут, а не смотришь матч вместе со всеми?       — А это что, против правил? — огрызнулся Малфой, но девушка совсем не обратила на это внимания.       — Нет, я же тоже тут.       С ней явно было что-то не так. На секунду Малфой подумал, что может стоит просто развернуться и уйти, но что-то подтолкнуло его спросить:       — Ты точно знаешь, кто я такой?       Она подозрительно уставилась на него, немного прищурив свои большие глаза.       — Да-а-а… — протянула Кейтлин немного неуверенно. — Ты Драко Малфой, шестой курс, Слизерин. Мы вместе ходим на Травологию.       Драко даже стало немного неудобно, что она знает его, а он вроде как второй раз в жизни её видит.       — Если ты думаешь, что я не стану говорить с человеком из-за того, что его фамилия Малфой или Нотт и он из Слизерина, то я тебя разочарую, это не про меня, — вдруг выдала она.       Такого Малфой не ожидал и даже не знал, что ей ответить, поэтому он просто продолжал смотреть на неё молча. И, видимо, вид у него был слегка пришибленный, потому что она вдруг звонко рассмеялась.       — Видел бы ты своё лицо! — сквозь смех заявила Барнс.       Драко перестал понимать, что происходит и почему он вообще с ней разговаривает.       — На самом деле я не собиралась извиняться за Эрни, — мило улыбаясь, поведала девушка. — Просто ты сидел тут такой грустный, и мне захотелось тебя немного отвлечь. Я поняла, что ты тут прячешься от кого-то и уже ухожу. Но если нужно с кем-то поговорить, с кем-то посторонним, то я не имею ничего против фамилии Малфой и Слизерина, — и немного подумав, добавила: — Это просто чтобы ты знал.       После этих слов девушка снова ему улыбнулась и зашагала прочь, оставив Драко недоумевающе пялиться ей вслед и гадать, откуда эта девчонка могла знать, что на самом деле ему сейчас было нужно.       

* * *

      Кабинет профессора Снейпа был, откровенно говоря, мрачным местом. С тех пор как ему доверили уроки Защиты от тёмных искусств, тут стало ещё темнее, и на стенах появились не самые приятные рисунки с иллюстрациями к не самым приятным заклинаниям. Хуже было только, когда Защиту вёл профессор Грюм и заставлял учеников писать рефераты, где в красках нужно было описывать эффекты Круциатуса и отрабатывать Империус на соседе по парте.       Снейп медленно прохаживался между рядами, читая лекцию о том, какие заклинания и настойки могут пригодиться, если вам на день рождения подарили проклятый артефакт.       — Думаешь, его так история с Белл вдохновила? — прошептал Нотт на ухо Маттео.       — Вполне возможно, — отозвался тот и вдруг поднял руку.       — Да, мистер Риддл, — обратил на него внимание Снейп.       — Профессор, а можно ли защититься от смертельного проклятия, надев перчатки? — спросил Маттео.       — Не самый магический способ, мистер Риддл, — Снейп смерил парня взглядом, а потом добавил: — Но в некоторых случаях действенный.       Профессор задержал взгляд на Маттео, давая понять, что понял, к чему был его вопрос, а после продолжил свою лекцию, снова зашагав по классу.       Когда урок закончился, Снейп попросил Рейвен и Маттео задержаться в классе. Нотт тоже решил остаться и, стараясь не привлекать внимание профессора, всё ещё сидел за партой, надеясь, что его не выгонят.       — Вы что-то хотели, профессор? — уточнил Маттео, когда они подошли к учительскому столу.       — Насколько я понял, вы двое присутствовали при происшествии с мисс Белл, — начал Снейп.       — Не только мы, — ответила Рейвен, — там ещё были…       — Я знаю, кто ещё там был, мисс Лестрейндж, — перебил её профессор. — Они меня мало заботят. Я хотел поговорить с вами, — Снейп сделал ударение на последнем слове. Вдруг его внимание переключилось на Тео, которого тут быть не должно было.       — Мистер Нотт, прекратите делать вид, что вы учебный инвентарь, и идите сюда, раз уж остались.       Тео, явно захваченный врасплох, не ожидал такого поворота событий и даже за озирался по сторонам, чтобы убедиться, что обращаются именно к нему. Когда он наконец-то собрался с мыслями и присоединился к друзьям, профессор Снейп продолжил:       — Возвращаясь к несчастному случаю с мисс Белл… зная ваши способности, я подозреваю, что вы трое уже сложили для себя некоторую картину случившегося.       Ребята переглянулись, понимая, на что намекает профессор.       — Да, сэр, — отозвался Маттео, — кое-что нам известно.       Парень понимал, что врать Снейпу бесполезно. Во-первых, он знал их не первый год и был прекрасно осведомлён о их дружбе с Малфоем. Во-вторых, Снейпу не обязательно было спрашивать вслух, если он на самом деле очень хотел что-то узнать.       — Вы лучше многих знаете, какова цена информации, мистер Риддл, и как её можно использовать во вред.       Нотт и Лестрейндж не очень понимали, к чему это сейчас профессор вёл, но, судя по всему, Риддл отлично всё понимал и кивнул профессору в ответ.       — Я хотел предупредить вас, что излишний интерес может навредить вашему другу, — продолжил Снейп. — И попросить, в случае если вам станет известно ещё «кое-что», прийти ко мне, а не пытаться помочь или помешать самостоятельно. Надеюсь, вы поняли меня?       — Мы поняли, профессор, — ответил за всех Маттео, хотя Тео и Рейвен были не уверены, что поняли правильно.       — Свободны, — отчеканил Снейп, и они покинули его кабинет.       Отойдя на достаточное расстояние от класса, Тео обратился к Риддлу:       — Это что такое было? Он просил нас не лезть не в свои дела или лезть и шпионить для него?       — Ни то, ни другое, — ответил Риддл. — Он хочет, чтобы никто не знал о том, что знаем мы, и чтобы тайны Малфоя и дальше оставались тайнами. А если возникнут проблемы, он хочет, чтобы мы дали ему об этом знать.       — Он хочет помочь Драко? — удивлённо спросила Рейвен.       — Похоже на то, и, если честно, меня это успокаивает.       — Ты просто фанат Снейпа, — ухмыльнулся Тео.       — Поверь, ему можно доверять, — спокойно констатировал Маттео. Когда-то он доверил профессору собственные мысли и воспоминания и, помня о том, что ничего из этого до сих пор не вышло за пределы кабинета Снейпа, был полностью в нём уверен, даже несмотря на его службу его отцу.       — Так мы теперь будем докладывать Снейпу обо всём? — решила уточнить Рейвен. Не то чтобы она сомневалась в словах Маттео или не доверяла Снейпу, но идея доносить на друга ей тоже не нравилась.       — Только если узнаем что-то важное и поймём, что Малфою нужна помощь.       — Тогда почему ты не рассказал ему про обвинения Поттера? — спросил Тео.       — Это он и так знает, скорее всего. Ты же сам говорил, что не нужно быть гением, чтобы понять, кого обвинит во всех грехах Поттер.       Друзья молча согласились с Маттео.       Рейвен подумала, что, скорее всего, хорошо, что есть кто-то, кто готов помочь Драко и в курсе происходящего. Становилось немного легче жить, зная, что в случае чего есть кому прикрыть спину Малфоя и её друзьям, возможно, не придётся лезть в это и рисковать привлечь к себе нежелательное внимание Лорда. Поворачивая в коридор, ведущий к библиотеке, ребята заметили какое-то оживление и скопление людей впереди. Подойдя ближе, им удалось рассмотреть в центре сборища Блейза, Харпера, Поттера, обоих Уизли и, к их удивлению, Лонгботтома, которые о чём-то спорили.