Глава 3. Добыча оружия

— Вы бы мне еще консервных банок принесли. Сидорович — торговец. Основными клиентами являются сталкеры-новички, недавно пришедшие в Зону. Имеет множество связей, смог договориться с военным блокпостом. Занимался торговлей всю свою жизнь. С появлением Зоны смекнул, что на этом можно нехило заработать. Является одновременно и авторитетом, и объектом юмора сталкеров за, с одной стороны, довольно честный бизнес и факт того, что он дает шанс многим новичкам выжить в Зоне, а с другой стороны — за жадность и чрезмерную меркантильность. Имеет торговые отношения с барменом. Ребята пришли к нему с обменом; обменять свои три пистолета на более улучшенное оружие или ножики. — Вы хотя бы осмотрите их, — закатил глаза Паша, — Один из этих пистолетов советский. Настоящий, к слову. Сидорович осмотрел пистолет, попробовал на зуб, повертел в руках и посмотрел с прищуром недоверия на ребят. — Хозяин? — Я, — ответил Сергей. — Коллекционер? — Ну, да. Сидорович засунул пистолет в свой стол. — А эти два? — хриплым голосом спросил он, указывая на два других пистолета. — Современные, — произнесла Вика. — Где украли, молодежь? Мелкие же еще… — Слушайте, мы сейчас цену поднимем! — вскипел Леха, легонько стукнув по столу кулаком, — И заберем наши пистолеты обратно, если еще хоть одна предъява в сторону нас будет! — Ладно-ладно, — Сидорович засунул пистолеты в стол, со скрипом закрыв ящик, — Дам вам, ребятки, оружие, ножи, что еще вам там надо… — Нам бы бинокль еще, — подала голос Аня, — пожалуйста. — Будет. Торговец встал со стула и ушел куда-то на склад. — Слушайте, а если он нас щас наебет и ничего не даст? — спросил Горелов. — Даст, — улыбнулась Романова, засунув руки в карманы, — За советские пистолеты платят дофига! — Ты откуда знаешь? — спросил Костенко, посмотрев на нее. — У меня тетка мент, сама не понаслышке знает. Тебе-то это вообще неизвестно. Сидорович вынес со склада четыре автомата, два ножа и бинокль. Ребята быстро разобрали оружие. Бинокль достался Ане, как она и просила. — Не забывайте пользоваться биноклем, — порекомендовал торговец, включая радио на столе, — Он позволит вам заранее разглядеть врагов и не вляпаться в какую-нибудь лажу. — Спасибо вам, — дружелюбно произнесла Антонова, достала из сумки пятьсот рублей и положила перед ним на стол, — За вашу торговлю и доброту. — Да ладно вам, — засмущался Сидорович, но все же убрал бабки за пазуху, — Я принимаю не только какие-то пистолеты, но еще и артефакты, которые вы нашли в Зоне. Но только чтобы это были не простые безделушки, а действительно что-то ценное, — ребята толком уже не слушали торговца, а с интересом рассматривали свое новое оружие, — Ладно, ступайте, не мозольте глаза! Паша, Сергей, Леха и Вика взяли автоматы, Аня взяла бинокль, Гоша и Настя — ножи. Перед тем как выйти, Сидорович окликнул Петрищева: — Куда ты без оружия, придурок?! — Ой, — Гоша вернулся, взял нож и вышел вслед за ребятами. Выйдя на улицу, ребятам пришлось опять спрятаться в кусты, чтобы группа Стрелка их не заметила. Группа как раз сейчас пошла в один из домов; наверняка, чтобы разрабатывать план по поимки их же. Ребята осторожно вышли в лес. — Что теперь? — спросила Настя. — Сейчас нужно уйти далеко в лес, там разобьем лагерь и иногда некоторые из нас будут выходить на разведку, — сказал Паша, проверяя автомат, — За пулями гонять к Сидоровичу будем. Всем все понятно? Ребята кивнули. К вечеру лагерь был поставлен. Палатки расставлены вокруг костра, притащили бревна и набрали заранее побольше хвороста для костра. Они ушли достаточно далеко в лес, поэтому сложно будет их найти. — Завтра нам предстоит отправиться на поиски выхода из Зоны, — произнес Сергей за ужином, — Как мы отсюда выберемся? — Будем ходить по парам, выяснять что да как, — пожал плечами Леха, — А что еще делать остается? — Как мы будем прятаться, если нас найдут сталкеры? — с опаской спросила Аня. — У тебя же бинокль, — хмыкнул Вершинин, — Если издалека заметишь этих ублюдков — нам скажи. Он подмигнул ей.

***

Когда все уснули, Вика тайком взяла свою сумку, автомат и пошла на собственную ночную разведку. Из леса выйти ей не составило труда, так как вернутся ей поможет костер, который горит в самой чаще леса. Над головой ночное чистое небо, звезды ярко блещут, вдалеке потрескивает их костер. Тишина; ни птички не щебечут, ни сверчки в кустах не скребут, ни животное какое-либо в лесу пробежит. Зона отчуждения — это мертвая территория, которая уже никогда не будет как прежде. Девушка перекинула рюкзак через плечо и уже хотела идти, но услышала сзади хруст ветки. Романова мгновенно достала автомат, перезарядила его и направила в сторону леса, прислушиваясь. — Кто тут? Из-за дерева выглянул Сергей, отряхивая джинсы от сухих листев. — Да я это, я. — Сергей? — Вика спрятала оружие обратно в рюкзак, — Ты че за мной увязался, придурок? — Захотелось с тобой идти, — буркнул он. Девушка оглядела его с ног до головы пристальным взглядом, развернулась и махнула ему рукой: — Ладно, пошли. Костенко пошел рядом с ней. — Фонарик хоть взял? — Спрашиваешь, — Костенко достал фонарик и стал светить им впереди себя, на землю. — Хоть где-то ты знаешь, что надо делать. Покинутая, забытая богом деревня в глубине Зоны. Небольшое, мелкое ржавое озеро, заполненное останками машин, внушает какой-то подсознательный страх перед действительностью Зоны. Небольшая заброшенная деревня, разделенная на две части дорогой. Примерно по середине дорого имеет большую дыру. Тоннель на въезде в деревню завален, в конце дороги находится продуктовый магазин, затопленный болотом. Под правой частью деревни есть небольшая сеть подземных переходов. — Что это за деревня? — спросил Сергей, держа автомат Вики у себя в руках на всякий случай. — Она была эвакуирована после аварии одной из самых первых, так как находилась рядом с Рыжим лесом, — ответила девушка, часто оглядываясь, — Была тут когда-то стычка военных со сталкерами, они не станут церемониться с нарушителями перемирия и могут уничтожить всех сталкеров в деревне. — Здесь есть сталкеры? — испугался Костенко. — Да, но тут другая группировка, Леха рассказывал, он их знает. Тут добрые сталкеры. Я пришла сюда ради союза. — С кем? — С ними, конечно же. — Для чего? — Ну, чтобы было нам к кому бежать и обратится за помощью. Около костра сидело трое сталкеров; один играл на гитаре, два других — общались. Еще издалека они заметили Вику с Сергеем, но больше внимание их привлекла, конечно же, девушка. У сталкеров девушка вообще на вес золота, поэтому парни сразу же отложили гитару и прекратили свои разговоры. — Алексей Горелов, — озвучила имя друга Романова, когда она подошла ближе. — Леха? «Огонь»? — уточнил один из них. — Он самый. — Ты кто ему будешь, красавица? — спросил другой, улыбаясь ей и подкидывая дрова в костер. — Подруга его лучшая, — Вика посмотрела на Сергея и притянула его поближе к себе за руку, — А это Сергей, тоже наш друг, — она сделала большой акцент на слово «наш». Капитан усмехнулся, взглянув на девушку; кажется, его впервые кто-то назвал действительно другом, а не просто товарищем или напарником по работе. — Что вас привело в Припять? — спросил первый сталкер. — Мы и наши друзья застряли тут. Зона не отпускает нас. А еще на нас начала охоту группировка Стрелка. — Блять, этот Егор опять за старое походу взялся… — вздохнул другой. — Что значит за старое? — насторожилась Вика. — В девяностых Егор гонял в Зону один и собирал ценные артефакты для Сидоровича. После в начале двухтысячных начал охотится на любопытных туристов и любителей приключений на свою пятую точку. Перестреляв так порядок пятнадцать человеческих душ, Стрелецкого нашли и посадили, но он сбежал из тюрьмы через месяц и вернулся сюда. — Откуда вы все это знаете? — спросил Сергей, выслушав рассказ сталкера. Сталкер слабо улыбнулся, почесав бакенбарды. — Я с ним в одной камере сидел. Вика и Сергей одновременно вздрогнули, отойдя на шаг назад. — Ч-что? — Костенко и Романова с ужасом переглянулись, — А за что, простите, вы сидели? — За то, что человека сбил на машине, — отмахнулся он, — Человек, конечно, жив остался, правда, ранения были тяжелые довольно-таки, ну а меня упекли на два года. — Что Егор от вас хочет? — спросил другой сталкер. — Мы не знаем, — ответил Сергей, глубоко вздохнув. — Знай, красавица и ты рыжик, Стрелецкий тот еще псих, — предостерег сталкер. — Как вы меня назвали? — приподняв голову уточнил Сергей. — Рыжик, — рассмеялась Вика, легонько стукнув его по плечу, — А тебе подходит. — Я Богдан, — сказал сталкер с бакенбардами, — Торговец, но частично сталкер. Я помогу вам справится с Егором. — Почему мы не можем просто уехать из Зоны? — спросил Костенко после своих недолгих раздумий о его новом прозвище, — Разве это составит большего труда? — Составит, — кивнул Богдан, вставая с бревна, — Зона вас просто так не отпустит, ребята. Вам надо проникнуть в самую ее сердцевину ради того, чтобы попросить ее о возвращении домой. — Почему именно мы должны этим заниматься? — закатив глаза, спросила Вика, — Вы разве это делаете? — Нам это не надо, — сказал другой сталкер, разведя руки в стороны, — Мы спокойно можем жить в Зоне, а вам бежать отсюда надо, — он слегка поднял голову, — Тебе особенно, красавица, — он подмигнул ей. Вика усмехнулась. У Сергея в глубине души появились острые ощущения ревности. Он сделал шаг вперед: — Объясните как попасть в сердцевину Зоны, — строго произнес капитан, стиснув зубы. Сталкеры переглянулись, одновременно усмехнувшись. — Для начала раздобудьте оружие, — Вика продемонстрировала свой автомат, перезарядив его, — Потом вам следует пробраться на станцию, а там уже и центр Зоны. Все проще, чем вы думаете. — Окей, спасибо за информацию, — Романова усмехнулась, развернулась и неспешной походкой отправилась в другую сторону от них, — Пока, мальчики! — Пока, красавица! — попрощались сталкеры. — Если еще хоть раз назовете ее красавицей, я вас… пристрелю нахер! — не выдержал Сергей и ушел вслед за девушкой. Сталкеры переглянулись каждый друг с другом. — Красавица, увы, уже занята… — грустно вздохнул один из них, снова возвращаясь к игре на гитаре. — Что ты им там сказал напоследок? — спросила Вика, когда Сергей догнал ее. — Уточнил насчет плана кое-что. Романова кивнула, посмотрев на небо. — Как ты думаешь, ночью сталкеры спят? — Я откуда знаю? Я вообще без понятия, кто это такие и что такого мы им сделали… — Да что ты так разбушевался, придурок мой хороший? — рассмеялась Вика, поправляя рюкзак на плече, — Спокойно. Все хорошо. Мужчина взглянул на небо. — Постой. Как ты меня назвала? — Придурок мой хороший, — улыбнулась Романова, — Пошли давай. — То я рыжик, то придурок, — вздохнул, закатив глаза капитан, — Куда мы идем? — спросил Костенко, ускоряя шаг. — Я знаю здесь одно очень привлекательное место, — Романова посмотрела на него с легкой усмешкой и их взгляды встретились друг с другом, — которое тебе точно должно понравится. — Дай угадаю: колесо обозрения? Не удивлен, если честно. Оно действительно привлекательное, особенно в ночное время суток. Кстати, оно, надеюсь, успело открыться до аварии? Вика остановилась. Костенко оглянулся. — Что такое? — После аварии парк аттракционов так и не был открыт… Все новые аттракционы просто… «бросили»… — девушка почему-то почувствовала себя виноватой, — Мне жаль, Сергей, что так все вышло. — Это не твоя вина, Вик, — Романова закинула голову назад, чтобы скрыть блестящие от слез глаза, — Пойдем лучше. Мне тоже интересно посмотреть, что стало с колесом. — Твою ж мать… Ржавое желтое чертово колесо обозрения, наводящее ужас, возвышалось чуть ли не над всем городом-призраком, получая наибольшее внимание туристов, сталкеров и, конечно же, любителей лазать по таким жутким местам. Почему колесо обозрения жуткое? Потому что оно никогда не было запущено. Так и отстаивает свои последние века. Кабинки легонько покачивались на ветру, скрипя противным звуком. Вокруг была темень, но солнце вот-вот должно встать. — У меня есть идея, — с этими словами Вика подошла к самой первой кабинке и легко забралась на нее. Встав на ноги, она попыталась удержать равновесие на ней, — Давай заберемся на самый вверх? — Зачем? Девушка усмехнулась и продолжила забираться по толстым металлическим спицам колеса обозрения, не сказав ему ни слова. Капитану ничего не оставалось делать, кроме как карабкаться вслед за ней. Чертыхнувшись про себя, Сергей забрался на первую кабинку, а следом и на спицы колеса. — Ты ненормальная, — нервно отозвался Костенко, отчаянно хватаясь за спицы, по которым забирался наверх. Вика была уже на несколько метров выше него. Она, конечно, не занималась скалолазаньем, но кое-какие навыки имела. Достигнув центра колеса обозрения, Вика, все еще держась за спицы, оглянулась назад, чтобы посмотреть на ночной город. Как же красиво было видеть отсюда весь Чернобыль. Хотя огней не было, отчетливо можно было увидеть три лагеря; лагерь сталкеров, лагерь Стрелецкого и их с ребятами лагерь. Костер Паша так и не потушил. Легкий ветерок растрепал ее светло-русые волосы. — Ты там скоро? — девушка глянула вниз, закатив глаза, — Что ползешь, как черепаха? — А ты почему такая шустрая, как белка? — усмехнулся Сергей, подняв голову, продолжая карабкаться, — Вроде как почти моего возраста, а такая сильная, смелая и… — Ой, спасибо, — улыбнулась Романова, осматриваясь вокруг, сделав глубоких вдох, — А ты очень мужественный. — Да ладно тебе, — отмахнулся Костенко, остановившись на спице в двух метрах от нее внизу, — Я не всегда был таким. Как только в академию пошел, тогда и стал более уверенным в себе, смелым, отважным… — он облокотился об спицу, — А до академии был таким мальчишкой еще. — Академия? Подожди, академия милиции? — Что-то типа того, — кивнул Сергей, улыбнувшись. Ему так нравилось, когда они с Викой разговаривают дружелюбно. — А ты… — Вика хотела еще больше обернуться на него, но нога соскользнула с ржавого метала и девушка полетела вниз. Не успела она и вскрикнуть, как ее руку перехватила другая рука. Подняв голову наверх, Романова увидела, как Костенко держит ее за руку, сжимая ее в своей ладони. Их взгляды встретились. Сердца обоих бешено забились, слово наровя вырваться из грудной клетки навстречу друг другу. Она заметила в его глазах страх за нее, но он тут же сменился на уверенность. Крепкая и сильная рука Сергея сжимала ее девичью руку в своей. Вика почувствовала как тепло разлилось по всему телу, стоило ей посмотреть ему в глаза. Она испуганно сглотнула ком в горле, боясь даже посмотреть вниз. Где же ее маска уверенности, которую она привыкла надевать в такие моменты? Все вокруг, как будто, перестало существовать и она видела только его изумрудные глаза на фоне ночного неба. Сердце отстукивало бешеный ритм в груди, рука сама собой сжала его сильную руку. Она на секунду забыла, что до земли всего лишь каких-то там двадцать метров. Одной рукой Сергей притянул ее к себе, помогая подняться, а второй мертвой хваткой держался за спицы. — Все хорошо? Ты не ушиблась? — обеспокоено спросил капитан. — Нет, все нормально, — Вика посмотрела вниз, — Не нужно так сильно беспокоится обо мне. Сергей сдержался, чтобы не закатить глаза, а всего лишь стиснул зубы. Вика достала из рюкзака воду и осушила пол бутылки за раз. Затем, после кивка мужчины, протянула ему. — Спасибо, — Костенко осторожно посмотрел назад, — Красиво, все же. — Ага, — согласилась девушка, — Смотри, вон там, — она указала рукой на лагерь сталкеров, — мы только что были, — Вика посмотрела в другую сторону, — А вон там деревня новичков. Группировка Стрелка там. — Как думаешь, они сейчас спят? — их взгляды встретились, неотрывно смотря друг другу в глаза. — Думаю, да, — Романова смотрела ему в глаза, словно играя в гляделки, — Ладно, давай дальше подниматься. — После того, как ты чуть не упала? — Ты боишься? То же мне, капитан КГБ… — Еще чего. — Ну тогда погнали. Вика продолжила забираться по спицам, только что вспомнив, что зря они не взяли с собой веревку. Тогда хоть страховка какая-то была бы. Но веревка осталась в богом забытой машиной. Далее спицы закончились и надо было ползти вверх по толстому железу, как по канату. Сергей думал, что девушка откажется от этого безумия, но Вика ловко стала карабкаться по железу, обхватив его ногами. — У тебя как у кошек, девять жизней, да? — усмехнулся Костенко, пытаясь скрыть дрожь и страх в голосе, начиная лезть наверх за ней. — Разумеется! — крикнула ему Романова, пробираясь к самой верхней кабинке, — Ну, слушай, я тебя не прошу лезть за мной, можешь и внизу меня подождать! Капитан на секунду задумался, зачем он вообще лезет за этой девчонкой на свой страх и риск. Но поняв, что без него она свалится с этого проклятого колеса обозрения и нафиг расшибется, стал карабкаться дальше. Достигнув последней кабинки, Вика забралась внутрь, а затем помогла и Сергею. — Да здесь еще красивее, чем в центре колеса! — мечтательно вздохнула девушка, сняв свою сумку с плеч, — Отсюда видно все, считай. — Угу, — Костенко встал рядом с ней. Романова сняла свою черную кофту, оголяя свой черный топ и повязала ее на талии. Капитан невольно засмотрелся на изящную спинку девушки, буквально «раздевая» ее взглядом. Ровная спина, лопатки, толстый кожаный ремень на черных брюках. Взгляд скользнул на шрам, который был виден совсем чуть-чуть из-под черной ткани топа. Извилистый шрам, похожий на молнию, отливающий синим цветом в лучах растущей луны, начинался от шейных позвонков и до конца спины. Шрам, как видно, был у девушки давно, даже схож чем-то на рубец, представляющий собой грубую соединительную ткань. Костенко слегка отодвинул правую лямку топа, чтобы взглянуть на шрам более подробно. Вика повернула голову в сторону него, покрывшись румянцем, невольно дернув плечами от его прикосновений. Его рука была теплой, а ее кожа такой холодной, словно метал. Сергей быстро сообразил, что он делает и поспешно убрал руку. — Ты че делаешь? — спросила она, сдвинув брови. — Нет, ничего, — Костенко быстро отвернул голову от нее, — Слушай, а ты… не хочешь рассказать мне о своих родителях? Кто они, к слову? Романова отвернулась от него. — Если не хочешь, я тебя не заставляю. — Нет, не хочу, — Сергей разочаровано вздохнул. Вика достала из кармана брюк спички, зажигалку и закурила. Она зажала сигарету между указательным и средним пальцем, охватила губами, делает глубокую затяжку, потом выдыхает дым, разносящийся по ветру. Девушка повернула голову и увидела, как Сергей стоит рядом и тоже курит. Она наклонила голову на бок, смотря на то, как он делает первую затяжку и вдруг закашлялся. — Куришь впервые? — Нет, — Костенко неуклюже перебирает в руках сигарету, посмотрев на пепел, скопившийся внутри, — А ты? — И я нет. Сигарету капитан держит между большим и указательным пальцем, его затяжки долгие и длинные, а дым, который он выдыхает, быстро улетает по ветру в сторону. Сергей курит иначе, не так как Вика. Девушке бы просто не хватило бы дыхания. Ей было интересно, что он не осуждает ее за курение, а наоборот молча стоит рядом, показывая ей, что тоже, как и она курит. Он жадно затянулся и, смотря сквозь завораживающие переливания дыма, сказал: — Красивый город. Романова усмехнулась, вытряхивая пепел на воздух. — Как часто ты куришь? — На самом деле я курю только второй раз в жизни, — Сергей глубоко вздохнул, выпуская дым изо рта, — А ты с какого возраста начала курить? — С шестнадцати, — капитан недовольно цокнул, закатив глаза, — Ну что? Я только попробовала в шестнадцать. Курить начала только в двадцать. — Вот молодежь, а… Все, поди, на Запад смотрите. — Ой, там вообще тьма, мне самой там не особо таки нравится, — Вика очередной раз затянулась, наконец выкинув сигарету вниз, — Тебе лучше не знать, что там сейчас творится. Она достала из кармана листья мяты и засунула в рот. — Что ты делаешь? — не понял Костенко, тоже выкидывая окурок. — Давняя привычка, — махнула рукой девушка, прожевывая мяту, — Чтобы взрослые не учуяли запах курения, я жевала листья мяты. Теперь всегда так делаю. Не люблю, когда от меня воняет курением. Они постояли еще минут десять, молча смотря на город-призрак. — Давай спускаться, — нарушил тишину Сергей.