Воспоминания Полины Патраковой

Август, 1855 День, который изменил всю мою, начался как и любой другой. Вокруг всё было как всегда. Бессмысленные разговоры моих сестёр, что смешивались с нотациями моей матери. На улиц были слышны визги детей прислуги вперемешку с моими младшими братьями. Отец разрешал играть им всем вместе, считал, что все люди равны в независимости от из ранга в обществе. Мать его решения не разделяла. Она всегда была иных взглядов, считала, что фамилии и статус при выше всего. Я тем летом проводила большую часть времени около реки, которая протекала около нашего дома. Брала книгу и исчезала на часы. Иногда я действительно читала, иногда просто сидела и наблюдала за природой. Мне нравилось это место. Оно было уединённое, здесь никто не пытался воспитывать меня, спорить со мной или напоминать, какой должна быть порядочная жена. В этом году я должна выйти за муж за человека, которого мне выберет отец. Мама постоянно читает нотации, какой я должна быть для мужа. Скромной, покорной, терпеливой, чуткой... Почему никто не спрашивает хочу ли я этого? Почему мне нельзя выбрать мужчину, чьей женой я буду? Почему я должна быть удобной человеку, к которому у меня ничего нет? Я тяжело вздохнула и захлопнула книгу. Читать больше не хотелось и я перевела взгляд на реку. Наблюдая, как течение неторопливо уносит опавшие листья. В такие моменты природа успокаивала меня своим спокойствием, хотя сегодня мои мысли упорно возвращались к одному и тому же и вода не помогала отвлечься. Дом, мать, разговоры о будущем, бесконечные наставления — всё смешалось в одну сплошную, навязчивую мысль, от которой невозможно было избавиться. — Полина! — окликнул меня старший брат. Андрей, как всегда, нашёл меня без особого труда. Он был достаточно высоким юношей с каштановыми волосами и такими же тёплыми глазами. Внешне мы были похожи, как две капли воды. Люди часто принимали нас за близнецов и также часто удивлялись, когда узнавали, что у нас достаточная разница в возрасте. — Я знал, что ты вновь здесь, — произнёс он с улыбкой, подходя ближе. — Отец попросил собрать всех. Помнишь гостя, о котором она говорил пару дней назад? Он должен скоро приехать. — Уже? — Похоже на то. Андрей подал мне руку, помогая подняться с травы. — Какую глупую книгу читаешь на этот раз? — «Гордость и предубеждение». Он театрально закатил глаза. — Этот роман скука смертная. Сколько можно его перечитывать? — Ты даже не открывал его! — И не собираюсь. По названию всё понятно. Я тихо усмехнулась. — Конечно. Лучше читать про чиновников и помещиков. — Вот именно! — тут же оживился Андрей. — «Мертвые души» — вот это книга. И смешно, и умно. А у тебя всё какие-то томные разговоры о любви при свете звёзд. — Ты сейчас критикуешь книгу, которую никогда не прочтёшь. — Это не мешает мне иметь мнение. Я только покачала головой. Мы неспешно пошли к поместью под руку. Почти всю дорогу Андрей пытался убедить меня, что мой выбор книг оставляет желать лучшего, а я, скорее из упрямства, чем всерьёз, защищала каждый роман, который он успевал раскритиковать. Когда мы подошли к дому, вся семья уже собралась у парадного входа. Впереди стоял отец — высокий, крупный мужчина с уже заметно поседевшими волосами. По правую руку от него, как и всегда, находилась мать. Она была значительно ниже его, а в её тёмных волосах лишь недавно начала появляться первая седина. Позади родителей стояли мои братья и сёстры. Нас в семье было семеро, и каждый старался занять своё место, словно предстояло не просто встретить гостя, а присутствовать на небольшом представлении. Чуть поодаль выстроились работники нашего дома: кучер, кухарка, горничные, конюхи — все, кто в обычные дни был занят своими обязанностями. — Наконец-то. Я уж думал, вас волки съели, — с привычной усмешкой произнёс отец, заметив нас. — Не дождётесь, — бросил Андрей раньше, чем я успела что-либо ответить. Отец только покачал головой, но в уголках его губ мелькнула едва заметная улыбка. Не успел он сказать что-либо ещё, как со стороны дороги послышался ритмичный стук копыт. Разговоры мгновенно стихли. Все взгляды обратились к въезду в поместье. Из-за поворота медленно показалась тёмная карета. Лошади двигались размеренно, будто кучер вовсе не спешил добраться до места назначения. Карета остановилась перед домом, и спустя мгновение дверцу открыл лакей. Первым показался высокий мужчина в тёмном дорожном костюме. Он неторопливо спустился на землю, поправил перчатку и лишь затем поднял взгляд на встречающих. — Мистер Морро, рад вновь видеть вас — отец сделал несколько шагов на встречу. — Примите мои соболезнования. Надеюсь, в нашем доме вы сможете немного отвлечься. Чувствуйте себя как дома. Мужчины обменялись рукопожатием. — Благодарю вас, Алексей. И, прошу, зовите меня просто Адриан. Я искренне признателен за ваше гостеприимство. Его голос звучал удивительно ровно. Я невольно нахмурилась. Отец говорил, что совсем недавно он потерял семью. Но человек перед нами совсем не походил на убитого горем вдовца. Он был спокоен. Слишком спокоен. Будто трагедия произошла не несколько недель назад, а много лет назад... или вовсе не с ним. Впрочем, я быстро отбросила эту мысль. Все люди переживают горе по-разному. — Что ж, хочу представить вам мою семью, — отец повернулся к нам. — Это моя жена Анна. Это мой второй сын Валентин, моя первая дочь Катерина, моя младшая дочь Александра, а это мои самые младшие сыновья Валерий и Эдуард. Он сделал небольшую паузу и указал на нас с Андреем. — А это мой первенец Андрей и моя средняя дочь Полина. Мужчина перевёл взгляд на меня. До этого момента я воспринимала его просто как очередного гостя отца. Таких людей в нашем доме бывало немало: деловые партнёры, знакомые, друзья семьи. Обычно они приходили, разговаривали со взрослыми и через некоторое время исчезали из нашей жизни. Но сейчас я впервые посмотрела на него внимательнее. У него были тёмные кудрявые волосы и спокойные черты лица. Он выглядел не старше меня, хотя в его взгляде чувствовалось что-то совсем не юношеское. Больше всего выделялись глаза — ярко-зелёные, почти такие же, как листья деревьев летом под солнцем. Его взгляд был внимательным. Не неприятным, но слишком цепким для обычного знакомства. Казалось, он замечал больше, чем должен был замечать человек, которого только что представили семье. Я сама не поняла, почему не сразу отвела взгляд. В нём не было ничего необычного на первый взгляд. Обычный гость моего отца, ещё один человек из мира взрослых разговоров, дел и договорённостей. Но что-то в его спокойствии заставляло задержать внимание. Возможно, дело было в том, что он слишком не походил на человека, который только недавно потерял семью. Возможно, в том, как уверенно держался среди незнакомых людей. Я не знала. И именно это почему-то заинтересовало меня. — Адриан, сейчас наша служанка покажет вам, где находится ваша спальня, — голос отца прервал молчание. — А через полчаса спускайтесь к нам. Мы будем ужинать. Мистер Морро перевёл взгляд на отца, словно ничего необычного не произошло. — Конечно. Благодарю вас. Он слегка поклонился и последовал за служанкой в дом. Полчаса до ужина тянулись медленно. Я пыталась заняться чем-нибудь, но мысли всё равно возвращались к нашему новому гостю. Обычно люди, которых отец приглашал в дом, не вызывали у меня особого интереса. Они приезжали, разговаривали со взрослыми о делах, рассказывали истории, улыбались из вежливости, а спустя время исчезали из нашей жизни. Но Адриан Морро почему-то остался в моих мыслях. Я не могла понять, что именно меня зацепило. Возможно, его спокойствие. Он говорил о гибели своей семьи без лишней трагедии в голосе, хотя любой другой человек на его месте, скорее всего, не смог бы так спокойно рассказывать о подобном. Возможно, дело было в его взгляде. В нём было что-то странное, словно за внешним спокойствием скрывалось больше, чем он показывал. Когда служанка постучала в дверь и сообщила, что ужин готов, я почти сразу поднялась и направилась вниз. Все уже сидели за столом, ожидая меня. Свободное место оказалось рядом с нашим гостем. Я не стала задумываться, почему это меня немного обрадовало, просто заняла своё место. — Мистер Морро, — первой обратилась к нему мать. — Расскажите нам немного о себе. — Прошу, зовите меня Адрианом, — спокойно ответил он. — Думаю, Алексей уже рассказал вам о случившемся. Он говорил ровно, без попытки вызвать жалость. — Моя семья погибла в пожаре. Нас было немного: мои родители, младший брат и несколько человек прислуги. Мне одному удалось выжить. За столом на несколько секунд стало тише. — У вас очень трагичная история, Адриан, — произнесла Александра. — Такое даже врагу не пожелаешь. — Благодарю вас, — ответил он. После этого разговор постепенно перешёл на другие темы. Отец начал рассказывать истории, братья спорили между собой, сёстры обсуждали новости. Всё было привычно, как и любой другой семейный ужин. Я уже почти перестала обращать внимание на Адриана, когда услышала его тихий голос. — Интересно, сколько ещё трагичных взглядов мне придётся выдержать за этот ужин. Я повернула голову в его сторону. Он продолжал смотреть перед собой, словно вовсе не обращался ко мне. — Вас раздражает сочувствие? — так же тихо спросила я. — Нет, — ответил он. — Меня раздражает, когда люди говорят то, что от них ожидают. Я внимательно посмотрела на него. — А вы всегда говорите то, что думаете? Адриан сделал небольшой глоток вина, прежде чем ответить. — Нет. Иначе мне было бы гораздо сложнее жить. Его ответ заставил меня на секунду задуматься. — Тогда зачем вы сказали это мне? Только теперь он повернул голову и посмотрел на меня. — Потому что вы весь вечер пытаетесь понять, кто я такой. Я слегка нахмурилась. — Вы слишком уверены в себе. На его лице появилась едва заметная улыбка. — Возможно. Но я редко ошибаюсь. Я не нашла, что ответить. Обычно взрослые либо разговаривали со мной так, будто я была ребёнком, которому не нужно знать лишнего, либо пытались показать своё превосходство. Адриан же говорил со мной иначе. Не как со взрослой женщиной, но и не как с маленькой девочкой. И именно это показалось мне необычным.