Часть 4. Антриан

Остальной день прошёл обычно. Уроки сменяли друг друга, но мое внимание было рассеяно. Я неловко отвечала на вопросы учителя, погруженная в свои переживания. Антон сидел рядом, его присутствие оставляло светлый след, хотя я понимала, что не могу делиться с ним своим внутренним хаосом. Тем хаосом, что поедает меня изнутри. После уроков мы пошли гулять по городу, который когда был для меня родным. Антон ждал меня возле ворот в школу. Его волосы немного раздувал ветер, делая его кудри ещё более небрежными. У Адриана они всегда были идеальны. Парень улыбнулся, когда увидел меня снова, в его глазах читалась бешенная радость, будто он не сидел со мной весь школьный день. —Ну что? Куда пойдём? — легко спросил меня парень —Веди куда-нибудь. Я не знаю тут почти ничего. —юноша слегка задумался и повёл меня в неизвестном мне направлении. Мы шли в тишине несколько минут, пока Антон её не нарушил: —Слушай, а от куда ты перевелась? —Из Москвы — быстро ответила я —А почему? —Я переехала к бабушке, пока мои родители осваиваются в Америке— я врала частично, ведь могилы моих родителей и вправду находятся в Америке, в том маленьком и прекрасном городе Ньютон, который 1850х был для меня домом. Я каждые пять лет езжу туда в семейный склеп. —В Америке? — на его лице виднелось большое удивление.—А куда переехали? —В Ньютон, небольшой город недалеко от Нового Орлеана, мама говорила полчаса езды до него —от Ньютона до Нового Орлеана было минимальное расстояние, примерно 23 мили. —Круто — мы подходили к уже знакомому парку —А ты в Питере родился или тоже переехал?  —Переехал, я сам с Украины, с Харьковской области, там есть небольшой город, но я в Питере живу с 5 лет, я почти не помню Украину. —Антон быстро тараторил, будто сейчас он не успеет рассказать. Адриан говорил более складно. —Но ты ведь помнишь хоть что-то? — удивилась я. —На самом деле, только отдельные моменты, — задумчиво произнес Антон. — Например, как мы с друзьями ловили бабочек. Меня тогда захватывало это чувство свободы. А сейчас... Он остановился на мгновение, посмотрел на аллею, где играли дети, и продолжил: —Теперь всё по-другому. Я понимаю, как быстро течёт время. Но Питер всё равно стал для меня домом. Здесь я учусь, друзья... — он улыбнулся, и в его голосе звучала гордость. —Да, меня тоже тянет к этому городу, — согласилась я, вдыхая прохладный воздух. — Здесь как будто есть своя особенная атмосфера. Антон кивнул в знак согласия. Мы оба чувствовали, что этот вечер станет важной главой в нашей новой дружбе, хотя ни один из нас не догадывался об истинной сложности наших историй. Мы продолжали идти по парку, наслаждаясь моментом, и, кажется, каждый шаг приближал нас к нечто большему. Молча мы подошли к набережной. На набережной вечернее солнце играло на воде, создавая золотистые всплески. Я остановилась, любуясь отражением заката, и, кажется, сама природа замерла в ожидании. Антон встал рядом, и его плечо чуть коснулось моего. Эта близость не вызывала дискомфорта, наоборот, я чувствовала себя уютно и защищено. —Здесь красиво, — произнесла я, не отводя глаз от горизонта. —Да, — ответил он, — Питер умеет удивлять. Каждый раз, когда я прихожу сюда, я ощущаю что-то новое, что-то вдохновляющее. Я взглянула на него и обнаружила, что его глаза светятся, как вода на закате. Антон смотрел в даль, его профиль был идентичен профилю Адриана Морро. Их единственное различие в мимике, Антон более мягок, Антон много улыбается, Антон скрывает эмоции за ширмой безразличия. Адриан был другим, он был более грубым, он был более дерзким, он был более загадочным. Но не со мной, со мной он мне напоминал Антона, он был мил и нежен. Ласковый и нежный дьявол. —Полин, —парень прикоснулся к моему плечу, тем самым обращая на себя моё внимание —Что? — он смотрел на меня, решаясь на что-то. В его глазах виднелись сомнения. —Я... хочу тебе что-то сказать, — произнес он, его голос звучал чуть дрожащим. Я услышала, как его сердце забилось быстрее. Эти мгновения ожидания всегда были самыми напряженными. Я прекрасно знаю, о чем он хочет говорить, и это пугало меня своей вероятностью. Молча, я ожидала, что он продолжит, но он медлил, словно слова, которые готовился произнести, были тяжелей всего мира.  —Я понимаю, что пока рано говорить такое...—он снова замолчал, подбирая слова —Но ты мне очень нравишься Я ощущала, как внутри у меня подпрыгнуло сердце. Его признание, сказанное с такой трепетной осторожностью, заставило меня потерять нить мысли. Антон продолжал смотреть на меня, его глаза искрились от волнения и надежды. С Адрианом было всё по другому. — Ты мне тоже, — сказала я, не подумав. Улыбка медленно расплылась по его лицу, и я заметила, как его напряжение чуть ослабло. Но в глубине души я понимала, что с этим признанием всё только начинается. — Ты знаешь, я... — он вновь замолк, словно искал нужные слова в морях своих собственных чувств. — Иногда мне кажется, что у нас есть что-то общее и...—здесь он резко замолчал и я почувствовала чужие губы на своих. Поцелуй был быстрый и детский, но в нём ощущалась такая искренность, что меня охватила волна тепла. Я не знала, что делать. Вокруг нас завоевал полумрак, и мир словно замер в ожидании. Антон выглядел таким взволнованным и одновременно счастливым. — Извини... — произнес он, отстранившись, и я заметила, как его щеки запылали. — Я не хотел тебя смущать. — Не смущайся, — остановила я его, внутренне борясь с растерянностью. — Всё в порядке. Парень легко улыбнулся, жестом пригласил меня идти дальше. Я последовала за ним. Мы шли по узкой аллее, обрамленной цветущими кустами, и солнце весело играло светом на листве. —А у тебя есть братья или сестры? —нарушил тишину Антон. —Нет, я одна в семье,—мне становится немного грустно, когда я вспоминаю о них. Грустно от того, что я не увидела, как продолжалась их жизнь, как они стоили семьи, работали и просто были рядом. —А у тебя есть? —Да, у меня есть старший брат Макс и младшая сестра Настя, она бесит меня сильно. Прикинь, вчера значит, зашла ко мне в комнату и кинула в меня подушку. Она всегда так делает, — продолжал Антон, смеясь. — Кажется, это её любимое занятие: ворваться в моё пространство и устроить хаос. Но по сути, я люблю её. Она такая заводная. Я кивнула. Иногда мне казалось, что у меня так много времени на одиночество, что я успела бы наполнить его историями, которые не могу разделить с никем. —А как ты вообще с ней ладишь? — поинтересовалась я, с интересом разглядывая его. — У вас есть секреты или просто делитесь всем? —Секреты! — он рассмеялся, нервно теребя край своего свитера. — В нашей семье это чуть ли не основное правило. Каждый из нас хранит что-то в тайне. У Макса это его «скрытые» достижения в спорте, а у Насти — её неудачные попытки завести роман с парнем из параллельного класса. Смешно, правда? —Очень смешно. Наш разговор прервал звук моего телефона. Достав его из кармана, я взглянула на экран, на нём высветилось "Эдвард". Как же он опять не вовремя. У этого мужчины талант. —Прости, мне нужно ответить. —сказала я, парню на против —Конечно. Я улыбнулась и взяла трубку. —Алло, ты очень не вовремя.— проговорила я в трубку на английском языке. —Я быстро, звоню чтобы извинится перед тобой за недавний разговор, я думал об этом весь день, я не должен был на тебя наезжать.—в голосе мужчины слышался стыд —Ты не виновата, что любишь его, прости меня. Я легко улыбнулась. За то время, что я вампир, мы с Эдвардом стали очень близки, он стал мне лучшим другом или даже братом. —Я прощаю тебя, не волнуйся. Я тебе перезвоню позже и расскажу пару вещей, пока — Эди попрощался со мной и сбросил звонок. —Ты так круто говоришь по-английски, сколько лет учишь?—удивленно проговорил Антон. —Я билингв, с детства говорю на двух языках.— это было правдой, мои родители готовились к переезду в Америку ещё в 30-е годы 19 века, за долго до моего рождения, поэтому мы все прекрасно говорили на нём, что отличало нас от других детей, ведь в то время все предпочитали французский, хотя его я тоже не плохо знала. —Круто. На улице почти уже темно, в парке стали загорятся фонари. Люди начинали потихоньку собираться по домам. Мы бродили по парку, Антон что-то постоянно говорил. Я взглянула на часы, они показывали начало девяти вечера. —Уже поздно, мне пора домой, а то бабушка будет волноваться.—сказала я парню, перебив его нескончаемую речь.  —Уже? — удивился Антон, его голос звучал почти обиженно. — Вроде немного ещё гуляем! Я улыбнулась, пытаясь скрыть свою усталость. Действительно, прогулка была приятной. — Может, в следующий раз продлим встречу, — предложила я. — Я не хочу чтобы она переживала. Антон кивнул, но в его глазах я заметила легкое разочарование. Он был энергичным и идеалистично настроенным. — Ладно, тогда я провожу тебя, — сказал он, и мы начали двигаться в сторону выхода из парка, где тени деревьев постепенно сгущались. По пути он продолжал говорить о своих планах на выходные и о том, как хотел бы вместе со мной провести время. Я слушала его, но мысли всё больше уводили меня не в то русло. С каждым шагом моя жажда усиливалась. Сегодня весь день я хожу голодная, в организм за сегодня не попала и капля крови. Моя тёмная сущность даёт о себе знать.  Я пыталась сосредоточиться на его словах, но образ крови всё шире открывался в моём сознании. Каждый его вдох напоминал мне о том, насколько сладкой и чувственной может быть жизнь. Я чувствовала, как сердце стучит в унисон с его голосом, а мысли всё больше уводят в мир, где я могу удовлетворить своё желание. Мой дом находился не далеко от парка в котором мы гуляли. Когда мы подошли к выходу из парка, тени стали особенно густыми, а свет фонарей создавал причудливые узоры на мостовой. Я ощутила, как воздух становится плотнее, и в этом плотном мире зажглось внутри меня что-то первобытное. Подлость моих желаний усиливалась. Каждый шаг рядом с Антоном заставлял меня боролась с внутренним конфликтом между человечностью и жаждой, которая не знала пощады. — Ты знаешь, иногда я чувствую, что хочу чего-то большего, — сказал он, прерывая мои размышления. Я кивнула, стараясь выглядеть вовлеченной. Может, он почувствовал мой внутренний диссонанс, может, просто продолжал говорить без ума от своей мечтательности. Я знала, что эта искренность постепенно нарушала мой контроль. Когда мы достигли моего дома, я развернулась к нему. В его глазах светилось те же невидимые мечты, которые так часто уводили меня в тёмные дали. Я ответила на его улыбку, но не ослепляющая радость сквозила лишь в моей маске. Я прощалась с ним, осознавая, что следующим шагом, возможно, станет не благословение, а нечто большее.