Часть 13.Все тайны становятся явными

—Ты понимаешь, Полин?—Мы шли по школьному коридору, пока Саша жаловалась мне на Глеба.—Он сказал, что я, видишь ли, недостаточно стараюсь и явно не поступлю на бюджет, ведь если бы... Я почти не слушала, что она говорила. Мои мысли были заняты всеми событиями, что произошли за эти 2 недели, как я, вмести с Тони, приехали в Россию. Мы нашли один из гримуаров, но он оказался не тем, что нужен. Нашли мы его достаточно легко, будто его даже не прятали. Либо ведьмы этого рода умерли окончательно, либо книга сама со себе маловажная. Сейчас Тони поехал за вторым и третьем. Без меня. Потому что мне нужно приглядывать за двойником, как он выразился, хотя я более чем уверена, что он просто не захотел брать меня с собой из-за моей излишней импульсивности, что бы привела бы к не очень хорошим последствиям. Как это было много раз на всех переговорах и других вещах к которым он меня подпускал. Друг выразился, что когда дело касается, сами знаете кого, я теряю голову и остатки рассудка. Что я, разумеется, отрицаю, рассудок у меня на месте. Кстати о двойниках. Наши с ним отношения, если их так можно назвать, развиваются. Не стремительно, конечно, но всё же. Парень решил познакомить меня со своей семьёй более официально. Его отец меня не узнал. И да, это был он. Как сказал Антон, я им понравилась. Не знаю, чем и думаю, что он соврал. Может быть это паранойя, но я думаю, что его мама прекрасно понимает почему я так быстро ушла при нашем первом знакомстве, — это ясно. Тот ужасно растрёпанный вид и остатки возбуждения на моём лице сказали ей больше, чем моя немногословность, а быстрый побег разъяснил ситуацию. Из последний событий. Теперь живу с Тони и Ниной. Я представила его как племянника моего отца и внушила не мешать нам. Хотя женщина и сама бы ничего не говорила, по ней сильно видно, что старость берёт над ней верх. Она уже одной ногой в мире ином, что и сама прекрасно понимает. Ей не хватит сил даже попытаться разобраться в этом всём. Много времени сейчас она проводил на даче, что находится где-то у чёрта на рогах, я сильно не вдавалась в подробности, она считает, что природа и чистый воздух, которого к слову на планете катастрофически мало, если он вообще остался, замедлит процесс старения. Идя по коридору, до нужного кабинета, что находился в другом конце школы. Слушая вопли детей, чувствуя все запахи растущих организмов, хотелось уйти отсюда, как и всем. Я слушала бесконечную Сашину болтовню о чём не понятно. Девушка имела привычку перескакивать с темы на тему, постоянно недоговаривая или же вообще переводит на своё внимания на посторонние дела. Как же с ней тяжело общаться. Спасало лишь, то, что её болтовня была бесконечным потоком информации и она не спрашивала о личных вещах. За много лет жизни, у меня появилась привычка или же навык, я говорю с людьми на светские темы, максимально избегая личный. Лица в коридоре сменяли друг друга, пока на горизонте не появились два хорошо знакомых лица. Глеб и Антон стояли споря о чём-то, пока один из них не увидел нас. Как только это случилось парни подошли к нам.  —Привет, девочки.—сказал Антон попутно обнимая меня. —Привет. — ответила я, слегка улыбаясь. Объятия Антона всегда были слегка приятными, но всё равно тягостными. Глеб тем временем посмотрел на Сашу виноватым взглядом и тихо, чтобы услышала только она, сказал. — Саш, прости, я не хотел тебя обидеть. Просто переживаю за нас обоих. Экзамены ведь на носу. Саша нахмурилась, но было видно, что оттаяла. — Ладно, я тоже погорячилась. Давай просто будем вместе стараться? Антон перевел взгляд с примиряющейся пары на меня и легко улыбнулся. Я улыбнулась в ответ. — Как у тебя дела? Все в порядке? —Да, всё нормально. Так спрашиваешь, будто мы вчера не виделись.— Антон тихо посмеялся. — И позавчера и позапозавчера, ну ты знаешь дни. —Что устала от его компании?—послышался насмешливый голос Глеба позади меня. —Только от твоей!—огрызнулась я, но в голосе не было злости, скорее привычное подшучивание. Глеб лишь закатил глаза и приобнял Сашу за плечи, показывая, что не обиделся. —Кто-то сегодня злой,—ехидно ответил мне парень.—Можно я тобой сяду? А то я в истории не бум-бум. —Ты не против?—переводя взгляд на Антона спросила я. Парень отрицательно покачал головой.—Садись со мной, бедолага. —Должен мне будешь, понял?—сказал Антон Глебу, тот в свою очередь, просто ехидно улыбнулся. Урок истории тянулся бесконечно. Глеб то и дело шептал что-то на ухо, отвлекая от ненужного мне конспекта. Приходилось одергивать его, чтобы не пропустить ничего. Антон сидел на соседнем ряду, погруженный в свои мысли, и лишь изредка бросал на меня взгляд. —Как думаешь, — вновь заговорил Глеб. — Он в молодости тоже такой злой был? —Ты предлагаешь мне начать философствовать? — я перевела на него взгляд. —Нет! —он тихо запротестовал. — Только не начинай свою шарманку состоящую из нравоучений и того, что я молод и ничего не понимаю и бла-бла-бла. Я тебе не сын. Я по-доброму улыбнулась. — Ну, а кто тебя будет уму учить, кроме меня? Люди, которых я учила уже выросли и не нуждаются в этом. —То есть я у тебя не первый? — наиграно произнёс он. —Даже не десятый. — с улыбкой сказала я. После уроков мы вчетвером вышли из школы, и не торопясь расходится стояли на её территории. Антон предложил сходить в парк, в который мы постоянно ходили, все без особых раздумий согласились. Погода на улице, на удивление, стояла прекрасная. Солнце было ярким, его лучи заливали всё вокруг. Дул лёгкий ветер, что освежал малость душную погоду. Антон и Саша ушли чуть вперёд, оживлённо обсуждая какой-то фильм и перебивая друг друга, а мы с Глебом держались позади, разговаривая вполголоса и доверяя друг другу то, что обычно остаётся между нами. —Сегодня ночью охота в силе?—еле слышно спросил меня Глеб. —Конечно в силе,—так же тихо проговорила я, глядя на то, как Саша легко бьёт Антона по плечо, яростно что-то доказывая. —Я не доживу до утра, если мы не пойдём. —Тогда позвоню тебе, как подойду. Твой друг с нами? —Он уехал вчера ночью, будет через пару дней. Мы шли по аллее, усыпанной опавшей листвой, что лежала под снегом и её не убрали. Глеб рассказывал какую-то смешную историю, но я слушала вполуха, погруженная в свои мысли. Что-то тревожило меня, не давало покоя. Может, это предчувствие ночной вылазки? Или что-то другое? В парке было немноголюдно, лишь вдалеке виднелись силуэты парочек и мамочек с колясками. Антон с Сашей, наконец, замолчали и присели на скамейку. Мы с Глебом последовали их примеру. Антон достал из рюкзака термос с чаем и предложил всем. Саша отказалась, сказав, что хочет мороженого. Антон пожал плечами и предложил купить ей. Саша оживилась и потянула Антона за руку, и они направились к ларьку с мороженым, оставив нас с Глебом вдвоем. —Что с тобой?—спросил Глеб, внимательно глядя на меня.—Какая-то ты сегодня не такая. Я вздохнула.—Просто устала. И переживаю из-за всего этого. Глеб обнял меня за плечи и притянул к себе. —Все будет хорошо. Ты справишься. Ты же знаешь. Просто верь в это. Ты сто лет ждала чтобы сделать это, поэтому не переживай. —Не сто, больше, почти двести. Я прикрыла глаза, наслаждаясь теплом его объятий. В такие моменты Глеб казался не просто другом, а надежной опорой. Его поддержка была мне сейчас необходима, как воздух. Двести лет — огромный срок. Двести лет способов найти, как вернуть его, как забыть его. Но страх провала никуда не исчезал. —Знаю, — прошептала я, отстраняясь от него. — Просто иногда накатывает. Антон и Саша вернулись с мороженым. Саша, довольная, уплетала свой рожок, а Антон, улыбаясь, наблюдал за ней. Они казались такими счастливыми и беззаботными. Мне вдруг стало немного завидно. Завидно их простому, человеческому счастью. Я же застряла в мире магии и тайн, где нет места простым радостям. Вечер мы провели в парке, болтая и смеясь. Когда солнце начало садиться, Антон предложил проводить меня до дома. Я согласилась, и мы вдвоем отправились в сторону моего района. Глеб и Саша остались в парке, договорившись встретиться позже. Идя рядом с Антоном, я чувствовала себя немного неловко. Наши отношения были странными и запутанными. Я не знала, чего от него ждать и как себя вести. —Мы с тобой встречаемся?—тихо спросил меня Антон. —Ну..—я немного помедлила.—Да. Почему ты спрашиваешь? —Просто такое ощущение, что наши с тобой отношения похожи только на дружбу.—мы остановились.—Будто ты с Глебом ближе, чем со мной. Хотя между нами было всё, что делает двух людей в отношениях близкими. Или это имело значение только для меня? —Что за глупости ты говоришь?—я по доброму улыбнулась.—Ты же знаешь, мы с Глебом просто похожи, так сказать судьба схожая. А с тобой... с тобой всё по-другому. Ты мне нравишься, Антон. Очень. Просто мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому. К отношениям. Всё это имеет значение. Антон посмотрел на меня с сомнением, будто он чувствовал в моих словах ложь. Но я видела в его глазах надежду. Он взял меня за руку, и мы пошли дальше, в тишине. Тишина была приятной и спокойной, без напряжения и неловкости. Мне казалось, что мы наконец-то начинаем понимать друг друга. —А чем вы так похожи? — нарушил тишину Антон, поставив меня своим вопросом в тупик. —В наших жизнях случились события, которые нас по одинаковому изменили. — смерть, в наших жизнях случилась смерть. — Не спрашивай что. Я пока не готова это обсуждать. — он кивнул. Возле моего дома мы остановились. Антон притянул меня к себе и нежно поцеловал. Поцелуй был легким и трепетным, как дуновение ветра. Я ответила на него, и на мгновение все мои тревоги и переживания отступили. В этот момент существовали только мы двое, и ничего больше не имело значения. —До завтра, — прошептал Адриан, отстраняясь. —До завтра, — ответила я, улыбаясь.—Погоди,—парень непонимающе смотрел на меня, пока я копалась в карманах. Спустя несколько секунд, я достала плетённых браслет и протянула его ему. Мои пальцы сильно жгло, но в темноте позднего вечера этого не было видно.—Вот, носи, пожалуйста, не снимая. Антон с удивлением принял браслет, рассматривая аккуратное плетение. Это был, по его мнению, обычный браслет из ниток, но в моих руках он словно наполнился особым смыслом. Нити этого браслета были вымочены в экстракте из полыни, вербены и зверобоя, которые защищают от вампиров. —Зачем? — спросил он, но в голосе звучала скорее любопытство, чем недовольство. —Это... это чтобы ты помнил обо мне, — ответила я, немного смутившись. — И чтобы знал, что я думаю о тебе и, что всё, что было и будет между нами имеет значение. Антон улыбнулся и надел браслет на руку. Он выглядел трогательно с этим простым украшением. —Спасибо, — сказал он. — Я буду носить его всегда. Я зашла в дом, чувствуя себя немного лучше, чем обычно. Может быть, все не так уж и плохо. Может быть, я смогу найти свое место в этом мире, даже со всеми своими секретами и тайнами. Я всё ещё не уверена получится ли у меня вызволить Адриана, вдруг его уже вовсе там нет. Прошло не одно столетие и я думаю, что возможно вампиров там уже и нет. Поднявшись в свой дом, я подошла к окну. Закат окрашивал небо в багровые и оранжевые тона, напоминая о приближающейся ночи. Ночи, когда я снова стану той, кем являюсь на самом деле. Ночи, когда я попытаюсь хоть на шаг приблизиться к своей цели. Накинув на плечи старую кофту, я вышла на балкон. Город затихал, погружаясь в сон. Где-то вдалеке лаяла собака, а в соседнем доме горел свет в окнах. Обычная, ничем не примечательная жизнь. Жизнь, которую я когда-то мечтала иметь. Но судьба распорядилась иначе. В комнате зазвонил телефон. Это был Глеб. —Я на месте, — сказал он. — Выходи. Я спустилась вниз и вышла на улицу. Глеб ждал меня у подъезда. Его глаза горели знакомым огнем азарта и предвкушения.  —Ты готов?—игриво спросила я. —Всегда готов!—тем же тоном ответил мне парень. Мы отправились в заброшенную часть парка неподалёку от моего дома. Это место стало нашей традицией для охоты на этот год. После того, как я учила Глеба себя контролировать, мы часто стали приходить сюда. Там часто сидят молодые люди и пьют. Заброшенная часть парка встретила нас привычной тишиной и запахом прелой листвы. Тусклый свет фонарей едва пробивался сквозь густые кроны деревьев, создавая причудливые тени. Мы шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Глеб остановился у старой, полуразрушенной беседки, которая служила нам ориентиром. —Здесь, — тихо сказал он, оглядываясь по сторонам. — Чувствую их. Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Слабый, но отчетливый запах алкоголя и табака, смешанный с животным страхом, наполнил мои ноздри. Они были близко. —Трое, — прошептала я, открывая глаза. — За деревьями, справа. Не торопись, Глеб. Помни о контроле. Мы бесшумно двинулись в указанном направлении. Сквозь ветви деревьев стали видны силуэты трех молодых людей, сидящих на поваленном бревне. Они громко смеялись и что-то оживленно обсуждали, не подозревая о нашей близости. Глеб сделал глубокий вдох, готовясь к прыжку. Я подняла руку, останавливая его. —Подожди, — прошептала я. — Дай им немного времени. Страх сделает их кровь слаще. Глеб недовольно поморщился, но послушно замер. Мы стояли неподвижно, наблюдая за ничего не подозревающими жертвами. Время тянулось медленно, как патока. Наконец, один из парней встал и направился в нашу сторону, чтобы справить нужду. Это был наш шанс. Я кивнула Глебу, и он, словно тень, сорвался с места. Глеб настиг его мгновенно, прежде чем тот успел что-либо понять. Звук короткого, приглушенного крика утонул в шорохе листьев. Двое оставшихся парней обернулись, в их глазах застыл ужас. Они попытались вскочить, но Глеб уже был рядом, его движения были быстрыми и смертоносными. Я подошла ближе, наблюдая за тем, как Глеб расправляется с ними. Он двигался с грацией хищника, каждое его действие было отточено до совершенства. Кровь брызнула на траву, смешиваясь с запахом прелой листвы и страха. Я чувствовала, как во мне нарастает возбуждение, голод требовал своей доли. Когда все было кончено, Глеб обернулся ко мне, его глаза горели жаждой. Я кивнула, и он приблизился, позволяя мне насладиться добычей. Мы пили медленно, смакуя каждый глоток, чувствуя, как энергия возвращается в наши тела. Страх и отчаяние, запечатленные в их крови, добавляли ей неповторимый вкус. Насытившись, мы оставили их там, где они упали. Парк поглотит их, как поглощает все остальное. Мы же отправились по домам. Если быть точнее, то Глеб пошёл домой, а для меня ночь обещает быть долгой. Сегодня у меня настроение сделать ещё пару глотков, но с других людей. Я стала бездумно бродить по району в поисках очередной жертвы. Тихий переулок, слабо освещенный фонарями, манил своей уединенностью. Здесь редко кто ходил поздно ночью, что делало его идеальным местом для моих целей. Я шла не спеша, прислушиваясь к каждому шороху, вглядываясь в темноту. Вскоре я заметила одинокую фигуру, шатающуюся вдоль стены дома. Пьяный мужчина, идущий домой, — легкая добыча. Я приблизилась к нему, стараясь не издавать ни звука. Он что-то бормотал себе под нос, спотыкаясь на каждом шагу. Когда я оказалась достаточно близко, я резко схватила его за руку и потащила в темный угол. Он попытался вырваться, но моя сила была несоизмеримо больше. Испуг в его глазах был именно тем, что мне было нужно. Быстро прижав его к стене, я вонзила зубы в его шею. Он закричал, но крик был приглушен моей рукой. Я пила жадно, наслаждаясь каждой секундой. Кровь была теплой и пьянящей, наполняя меня энергией и силой. Когда он обмяк, я почувствовала чьё-то присутствие. Я повернула голову и увидела лицо Антона на котором был ужас. Парень замер. Он был не в силах отвести взгляд уже от мёртвого тела человека. Его лицо исказил животный страх. Я всем телом чувствовала, как он боится. Он стал свидетелем моей истиной сущности, стал свидетелем той, кем я являюсь. Я оттолкнула безжизненное тело мужчины и медленно повернулась к Антону. Кровь стекала по моим губам, глаза горели голодным огнем. Я видела, как в его взгляде смешались страх, отвращение и... любопытство? —Антон, — прошептала я, стараясь говорить мягко. — Не бойся. Я не хотела, чтобы ты это увидел. Он молчал, не в силах вымолвить ни слова. Я сделала шаг вперед, и он инстинктивно отшатнулся. Я остановилась. —Пожалуйста, Антон, выслушай меня, — продолжала я. — Я могу все объяснить. Простояв ещё секунду, парень ринулся от меня. Его бегство было предсказуемым. Я на его месте отреагировала точно также. Я так же бежала, что есть силы в ту ночь. Все мои инстинкты кричали бежать за ним и я послушала их. Парень бежал быстро, но мне было легко его догнать. Было понятно, что он держит путь домой. Я не переживала, ведь несколькими часами ранее он сказал, что его семья уехала куда-то и на выходные и дома он один. Антон споткнулся и упал, но тут же вскочил на ноги и побежал дальше. Я же играючи следовала за ним. Он был близок к дому, я видела его подъезд. Он не успеет зайти в него. Настигну. Я ускорилась, настигнув его прямо у двери подъезда. Он пытался открыть дверь, дрожащими руками нашаривая ключ в кармане. Я схватила его за плечо и развернула к себе. —Дай мне объяснить, — неосознанно прорычала я, чувствуя, как голод снова берет верх. — Умоляю. Антон смотрел на меня расширенными от ужаса глазами. Он молчал, словно онемел. В его взгляде не было ничего, кроме животного страха. Страха перед смертью. —Что т-ты т-такое?—из-за страха парень стал заикаться. Я молча открыла дверь подъезда и перенесла нас в его квартиру. В квартире было темно и тихо. Запах домашнего уюта смешивался с запахом моего недавнего злодеяния. Я закрыла дверь на замок, лишая его последней надежды на спасение. —Я вампир. Антон вжался в стену, словно пытаясь раствориться в ней. Его взгляд метался по комнате, ища хоть какой-то выход, хоть какую-то надежду. Я видела, как он судорожно сглатывает, пытаясь унять дрожь. —Вампир... — прошептал он, словно не веря своим ушам. — Это... это невозможно. Я подошла ближе, стараясь говорить спокойно и убедительно. — Антон, я знаю, это трудно принять, но это правда. Я не хотела, чтобы ты узнал, но так получилось. Я не причиню тебе вреда, если ты позволишь мне объяснить. Он покачал головой, не отрывая от меня взгляда. — Объяснить? Как ты можешь объяснить то, что я видел? Ты убила человека! —Я знаю, и мне очень жаль, — ответила я. — Но я не могу контролировать свою природу. Это часть меня, так же, как и все остальное. Я живу так уже очень давно, и стараюсь не причинять вреда невинным. Его глаза были полны ужаса и отвращения. Я понимала его. Как можно принять такое? Как можно продолжать любить того, кто скрывал такую страшную тайну? Но я надеялась, что наша связь, то, что между нами было, окажется сильнее его страха. — Не подходи, — прохрипел он, поднимая руку, словно пытаясь остановить меня. — Я... я не знаю, что делать. Я не могу... Я остановилась.— Тогда просто послушай, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Послушай, и потом ты решишь, что делать. Я расскажу тебе все. О том, как я стала такой, о том, как я живу, о том, как я пытаюсь выжить, не причиняя вреда. Парень кивнул и стал молча слушать мою историю. Я рассказала самую малость из всего. Я не хотела чтобы моя тайна попала в другие руки. Я не уверена, что он сможет это принять. Такая жизнь научила меня быть осторожной. Я говорила недолго, неподробно, стараясь говорить только о главном. Я говорила только о вечной жизни и борьбе с жаждой. Сейчас другие подробности ему знать необязательно. Недосказанность заставить его вернутся ко мне. Открытие вопросы сами его приведут. Когда я закончила, в квартире повисла тишина. Антон смотрел на меня, не отрываясь, в его глазах больше не было ужаса, только... растерянность и какое-то странное понимание. — И ты... ты хочешь, чтобы я просто принял это? — тихо спросил он. — Я не прошу тебя принять это, — ответила я. — Я просто хотела, чтобы ты знал правду. Чтобы ты понимал, кто я такая. И чтобы ты сам решил, что делать дальше. Я приму любое твое решение, Антон. Даже если ты захочешь, чтобы я ушла навсегда. Он молчал, опустив голову. Я ждала, затаив дыхание, боясь пошевелиться. Понятия не имею сколько стояли, понимаю, что не так долго, как кажется. Его сердце билось очень быстро, самого его всего трясло. Я понимаю его. Я сама была на его месте, различие было только в том, что я не боялась, мною двигало любопытство. С самого детства меня учили холодному расчёту, учили плевать на страх. Антона же воспитывали в любви и оберегали. Ему позволяли ощущать эмоции такими какими они были. Меня же наоборот учили их скрывать, что после обращения и привело меня к неконтролируемой жажде. В момент обращение усиливаются не только органы чувств, но и эмоции. Наконец он поднял глаза и посмотрел на меня. В его взгляде была какая-то грусть, но уже не было отвращения. — Мне нужно время, — сказал он. — Я не знаю, что чувствую. Мне нужно все обдумать. —Конечно, позже я отвечу на все твои вопросы.—сказала я и быстро исчезла из квартиры, оставив Антона в одиночестве.