Часть 14.Всё, что ни делается, всё к лучшему

Я лежала на кровати в своих мыслях. Я думала о событиях, которые произошли полсуток назад. С того времени от Антона не было не одной вести. Оно и было понятно, не каждый готов был узнать такую информацию, ещё и таким жестоким способом. Я бы хотела, чтобы он узнал по другому. Я бы хотела сесть и поговорить с ним об этом. Попытаться объяснить или же просто показать. Может он счёл меня сумасшедшей или же просто посмеялся. Но к сожалению он узнал так. Из-за браслета, который я ему дала, я не почувствовала его запах, а из-за экстаза не услышала шагов. Если бы я не отдала контроль над собой своим демонам, то ничего бы не было. Комната погружалась в мягкий полумрак. Солнце, уходящее за горизонт, бросало длинные, причудливые тени на стены. Давно пожелтевшие обои с погаными цветами стали окрашиваться в нежно-розовый и оранжевый. В квартире стояла тишина. Никого кроме меня и моих мыслей. Я перевернулась на спину, уставившись в потолок. В голове снова и снова прокручивался момент его изумления, его отшатнувшегося взгляда. Страх и отвращение, смешанные воедино, читались в каждой черте его лица. Я знала, что он чувствует, ведь сама была на его месте. Помню всё будто это было вчера. Тёмный лес у реки, где мы были с ним вдвоём, а позже стала свидетелем того, как человек в которого я влюблена, вырывает сердце своего подопечного. Помню, как меня сковал страх, помню, как жутко и любопытно было сидеть и слушать его позже. Я думаю он сделал это специально. Не мог такой хитрый и умный человек, как он, так ошибиться. Он явно понимал, что я выслушаю его. Только его поступок был продуман, а мой нет. Это была грубая оплошность, что могла лишить меня жизни, будь на его месте другой человек. Телефон молчал. Ни звонка, ни сообщения. Пустота. Такая же, как внутри меня. За это время я успела привыкнуть к его компании, успела немного привязаться к нему. А может и не немного? Я попыталась представить, что он сейчас делает. Возможно, пытается осмыслить произошедшее. Может быть, ищет объяснения в книгах, в фильмах. Или просто пытается забыть, вычеркнуть меня из своей жизни. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь. Воспоминания обрушивались лавиной, смешивая прошлое с настоящим. Антон, его тёмные волосы, его наивный взгляд – все это казалось нереальным, словно кадры из старого фильма. И рядом с ним – призрак прошлого, мой бывший возлюбленный, будто воплотившийся в другом времени, в другом теле. Почему? Почему я позволила себе заговорить с ним? Почему не сбежала как обычно? Что мне теперь делать? Бежать? Прятаться? Или ждать? Ждать, пока Антон решит, сможет ли он принять меня такой, какая я есть. Вампира, несущего в себе вечную тьму. Я знала, что любовь – это роскошь, которую я не могу себе позволить. И теперь, когда он узнал правду, мне оставалось только надеяться на чудо. Есть ещё один вариант развития событий. Жестокий и грубый. Нагло переписать его сознание. Заставить чувствовать его, то что я хочу. Переписать его воспоминание, заставить думать его, что это я рассказала ему правду, внушить не бояться меня, но тогда это будет опасно. Тогда я поступлю ужасно по отношению к нему, но это будет выход и тогда двойник будет всецело мой. Но тогда я буду чудовищем. Мой телефон завибрировал. Я подскочила, как ужаленная, и схватила его. Антон. Сердце бешено заколотилось. На экране высветилось сообщение: "Я готов тебя выслушать. Куда мне подойти, я понимаю, что это информация не для парка или кафе" Я быстро написала ответ. Парень придёт ко мне. Пальцы дрожали, когда я набирала адрес. Каждая буква давалась с трудом, будто я писала признание в преступлении, а не приглашение на разговор. Закончив, я откинулась на подушку, глядя в потолок. Теперь оставалось только ждать. Ожидание казалось невыносимым. Время тянулось медленно, словно патока, затягивая меня в пучину тревоги и надежды. Я встала с кровати и подошла к зеркалу. В отражении на меня смотрела бледная, измученная девушка с красными от слез глазами. Когда они лились по моим щекам? Вампир. Монстр. Изгой. Все эти слова эхом отдавались в моей голове. Я провела рукой по волосам, пытаясь привести себя в порядок, но все было тщетно. Внешность не могла скрыть ту тьму, что жила внутри меня. Уложенные волосы и косметика не могла скрыть извержение вулкана тревоги внутри меня. Звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Сердце бешено заколотилось, словно птица, бьющаяся в клетке. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, и медленно пошла открывать. На пороге стоял Антон. Взъерошенный, с красными глазами и во вчерашней одежде. Его лицо было серьезным и напряженным, но в глазах читалась решимость и капля страха, но не того, что я видела вчера. Этот страх был перед неизвестностью, страх перед, тем, что тяжело объяснить. Он молча вошел в квартиру, и я закрыла за ним дверь. Наступила тишина, такая звенящая и давящая, что казалось, ее можно потрогать руками. —У меня есть вопросы.—сказал парень нарушая тишину. —Я готова ответить на все. —В интернете много всего написано про вампиров,—юноша сделал глубокий вдох, явно собирая все мысли воедино.—Так вот: ты отражаешься в зеркале? —Да. —Чеснок вредит тебе? —Нет, но просто не люблю его.—ответила я пожимая плечами. —Святая вода? —Могу попить. —Серебро? —Меня не калечит. На сколько знаю, некоторые другие виды — да. —Другие виды?—Антон смутился. —Вампиры существуют не одно тысячелетие, поэтому существуют разные виды. Первородные разных видов стали по разному вампирами. —А на солнце горишь? —Да, к сожалению. —А как тогда ты ходишь под солнцем?—удивился парень. —Моё кольцо,—я подняла правую руку, чтобы показать старинное кольцо с большим лазуритом.—Оно зачаровано и защищает меня от солнца. —Кресты? —Миф, сама много лет носила. —Превращаешься в летучую мышь? —Чего? — удивилась я. —В летучую мышь, как Дракула. —Нет, такое вообще возможно? Антон пожал плечами. — Осиновые колья, соль могут тебя остановить? —Колья могут убить, если правильно воткнуть. Если соль насыпала ведьма и зачаровала, то даже ты войти не сможешь. —Ведьмы? — новая волна удивления на его лице. —Да, они тоже существуют. Как по твоему появились вампиры? —Понятия не имею. Расскажешь? —Если бы я сама знала. Мне просто сказали, что ведьма прокляла одного мужчину сделал его бессмертным монстром, а он решил обратить весь свой двор, а там дальше цепная реакция, которая длится уже не одно тысячелетие. Антон кивнул, впитывая каждое мое слово. Я видела, как он пытается осознать все услышанное, переварить эту невероятную информацию. —И всё же... ты пьёшь кровь? Я кивнула. Спокойно и один раз. —Да. Он нервно кивнул, словно ожидая, что я начну объяснять, что всё не так страшно. Но я молчала. —Это...— он замялся, пытаясь подобрать слова. —Ну... обязательно? —Да. Он выдохнул. Неглубоко, скорее просто, чтобы собраться. —Это... всё так странно. — сказал он немного неловко. —Я просто... мне нужно время, чтобы... Наверное нужно время. —Я не тороплю тебя. —Я знаю... — отмахнулся он. — Просто... —Прекрати оправдываться. — остановила я его. — Я понимаю, какой бардак сейчас в твоей голове. Не нужно пытаться заверить меня, что ты всё понимаешь и принимаешь. Он замолчал. Не из вежливости — по настоящему. Его глаза бегали по сторонам. Взгляд падал, то на руки, то на углы комнаты, словно проверял не изменилось ли что-то прямо сейчас. Я вдруг поняла: Он не боится, он растерян. Это было лучше любого громкого и лживого «Я принимаю и понимаю тебя». —Я не прошу тебя решать что-то в эту секунду, — добавила я, как можно мягче. — И тем более — ради меня. Он посмотрел меня. —Я и не собирался, что-то решать. — он пожал плечами. — Просто... пытаюсь понять, как вообще с этим быть. Я подошла ближе и легко обвила его руками. Не крепко — просто, чтобы успокоить его. Чтобы он почувствовал себя в безопасности. Сначала он замер, явно не ожидая от меня такого, но после расслабился прислонившись ко мне. Атмосфера в комнате стала легче, и мы сами немного успокоились. —Ты ведь не стала другой за одну ночь, — сказал он тихо. —Ты такая, какой и была, а значит, что я тоже могу быть таким какой есть. Криво, но прямо, он объяснил свои чувства. Я отпустила его немного, оставив между нами пространство. Мои руки всё ещё покрывали его, просто чтобы показать, что всё под контролем. Мы стояли друг напротив друга, тишина давила, но не была неприятной. Он собрался с мыслями и стал подбирать слова. —Полина, — с волнением произнёс он. — А как ты вообще достаёшь кровь? Я отвела взгляд, оставив голос ровным, но внутренне немного напряглась. —Это риск, всегда риск. — аккуратно начала я. — Бывает, что просто нахожу людей, которые готовы поделиться, иногда покупаю донорскую кровь. А в остальном... это часть моей жизни и без этого моё сердце не будет биться. Парень кивнул. —Кстати, а почему у тебя руки тёплые и бьётся сердце? Просто в книгах вас описывают бледными, холодными, типа как ходячий труп. —Как раз из-за крови, которую я пью. — на его лице появилось непонимание. — Как мне объясняли, изначально вампиризм был создан, как проклятье и оно подразумевало, что все жизненные процессы человека, которого коснулось проклятье, будут работать только тогда, когда он пьёт кровь. Пока я пью кровь моё сердце бьётся и практически все процессы в организме работают. —Практически все? А какие не работают? —Репродуктивная система и некоторые мелочи. — кратко ответила я. Он тяжело вздохнул, по нему видно, что он пытается переварить всю информацию, которую я рассказываю. —Всё-таки, — начал он. — Ты говоришь, что иногда покупаешь донорскую, почему иногда? —Она дорого стоит. Поэтому и иногда. — мы замолчали, но оба чувствовали, что в воздухе повис вопрос, которые Антон боится задать. —Я знаю, что ты хочешь спросить «Как это происходит тогда?», я только калечу людей, то есть, просто выпиваю столько, чтобы потеря крови была безопасной. Они не умирают от этого. Он молчал, осмысливал услышанное. —А как тогда вам, удаётся много лет делать вид будто вас не существует? Если вы охотитесь на людей. —Гипноз, мы стираем память людям, когда питаемся или же просто меняет воспоминание о том, как они получили рану. —Ага, —задумчиво протянул Антон.— Значит у тебя ещё и гипноз есть. —Да. Снова это молчание. Он смотрел не на меня, а куда-то мимо, словно прокручивая в голове всё и сразу. Я его не торопила, нужно время, чтобы человек смог осознать всё. Пусть молчит столько, сколько ему понадобится. В такие моменты тишина правдивей слов. —Слушай… — наконец сказал он и неловко усмехнулся. — Это, наверное, глупо прозвучит, но… если донорская дорогая, а охота — риск… может, есть способ проще? Я сразу поняла, куда он ведёт. И мне это не понравилось. —Антон, нет. —Я ещё не договорил. —Ты уже всё сказал, — спокойно ответила я. — И ответ — нет. Он нахмурился, явно не ожидая от меня такой резкости. —Я же не предлагаю ничего страшного, — сказал он тише. — Просто… если я сам согласен. Если это безопасно. Ты же сама говорила, что… Я коснулась его запястья на котором висел плетённый браслет. —Я дала тебе этот браслет, — сказала тихо я. —Чтобы защитит от себя, если я когда-то потеряю контроль. —То есть... он от тебя защищает? —Да, — мой голос был ровным, а внутри я ощущала напряжение. — И если ты всё же решишь быть рядом... он не даст мне покалечить тебя... Ещё он даёт тебе гарантию, что все твои действия, мысли и чувства рядом со мной настоящие. Он сжал пальцы и не поднимая глаз сказал. —Я понял, никаких экспериментов. —Никаких, — подтвердила я. — Ты живёшь обычную человеческую жизнь. Я — свою. Это условие. Он кивнул, всё ещё глядя в пол и снова молчал. Позже кивнул снова, но не значительно, так, что это можно было даже не заметить. Его кивок был предназначен не мне, а ему самому. Похоже он что-то прояснил для себя в своей же голове. —Ладно, — тихо сказал он. — Я понял. Он поднял глаза на меня. В его взгляде не было страха или глупой решимости, он просто смотрел на меня, просто разглядывал мои глаза. Под его взором по моему телу разливалось, что-то, что отдалённо напоминало тепло. Тепло просто от того, что он смотрит на меня. Адриан долго не сводил глаз. Мы с ним долго стояли и просто смотрели друг на друга. В воздухе витало много вопросов, много неточностей, много секретов, но они не мешали нам просто быть. —У меня есть ещё одно условие, Антон. — спокойно сказала я. —И какое же, Полина? — с улыбкой ответил мне парень. Я не отвела взгляд. Он лишь стал более томным. —Если однажды я причиню кому-то вред... ты не станешь требовать от меня оправданий. Он немного нахмурился. Улыбка полностью не исчезла с его лица, но стала осторожной. —В каком смысле? —В прямом. — я говорила ровно, без нажима. Можно сказать, что даже мягко. —Ты не будешь смотреть на меня так, будто я перестала быть собой. Не будешь просить меня «стать лучше» или «прекратить». От того, что ты рядом со мной, моя жизнь не изменится. Улыбка исчезла с его лица. —То есть мне нужно это просто принять? — тихо спросил он. —Ты должен понимать с кем рядом стоишь. — ответила я. — А позже не делать вид, что не знал. Он смотрел на меня долго. В его глазах я не видела ужаса. В них было осмысление. —А если это будет тяжело? — спросил Антон. —Будет, — спокойно ответила я. — Но это не повод пытаться менять то, что этому не подлежит. Он поджал губы. Чувствовалось, что мои слова окутали комнату и утяжелили в ней атмосферу. Я понимаю, что прошу от него много, но и понимаю, что с собой я справиться не смогу. Я слабая и помешанная женщина. Жажда заставляет терять рассудок. Заставляет делать то, что человек со здоровой головой не сделает. Я теряю рассудок уже давно. В течение этих лет, все мои злодеяния меняли меня. Меняли моё сознание, мышление, как обычно оно и бывает у людей. Но у подчинённых жажде оно усиленно в несколько раз. На лёгкое подчинение разума у вампира влияет не только родословная, которая его обратила, но ещё его мозг. Если человек до обращение был болен, эмоционален или неуравновешен, как я, то с жаждой у него будут проблемы. Если изначально ты не мог подчинить себя себе же, то после обращения этого не жди. — Это... жёстко. —Зато честно. — пожала плечами я. Он вновь посмотрел на меня. В его взгляде не было тех эмоций, что были раньше. Их сменило странное спокойствие. Будто он вообще не понимает о чём я. Будто для него всё, что я могу сделать не имеет значение. —Ты не оставляешь место для иллюзий. — сказал он. —Не имею привычки их создавать. — тем же спокойным тоном ответила я. — Я просто предупреждаю тебя о том, что рано или поздно случиться. Несколько секунд он молчал. Потом кивнул. Медленно. Неуверенно. Как человек, который ещё не знает, справится ли — но всё равно остаётся. —Хорошо, — произнёс он. — Я не буду делать вид, что не слышал. Это было не обещание. И не клятва. Просто факт, сказанный вслух.