Глава 16. В поисках ответов

      Обеспокоенная зеленоволосая женщина встретила их во дворе, куда они приехали полчаса спустя. Как оказалось, мальчик все же жил довольно далеко от той аптеки, где он и Тошинори встретились впервые, а вот точка второго видения уже была намного ближе – всего в квартале от этого места.       - Изуку! – женщина встревоженно потянулась к ребенку, которого герой держал на руках, вытащив его из машины мгновение назад.       - Здравствуйте, – Тошинори чуть склонил голову. – Миссис Мидория, я полагаю? – женщина кивнула, на глазах готовая разрыдаться – Не волнуйтесь, он просто спит. Ему потребовалось много энергии, чтобы провести первичное лечение.       - Если вы не возражаете, давайте для более подробного разговора пройдем к вам в дом, – произнесла Исцеляющая девочка, привлекая к себе внимание. – Мальчику будет лучше лежать в кровати или хотя бы на диване, да и Тошинори не стоит слишком долго таскать тяжести.       - Может я и не так здоров, как несколько лет назад, но удержать ребенка я вполне способен, – проворчал герой. – Однако, я тоже думаю, что юному Мидории будет лучше побыстрее оказаться в постели.       - Д-да, конечно, пойдемте, – женщина повела их за собой в сторону многоквартирного дома.

***

      Это была обычная квартира обычной семьи. Мать мальчика показала ему дверь в его комнату и Тошинори зашел внутрь, непроизвольно поперхнувшись собственной кровью. Да, он знал, что ребенок – фанат, но как-то до конца не осознавал, что это может значить.       Каждый свободный уголок комнаты был заполнен изображениями различных героев. И 90% всего этого непосредственно касалось его героя. Всемогущий смотрел на него со всех сторон. Женщина явно заметила его секундное замешательство.       - Я понимаю ваше удивление, но Изуку правда очень любит героев. Наверное, как и все дети в наши дни, верно?       - Да, видимо вы правы, – кивнул Тошинори, осторожно опуская мальчика на постель, с него уже сняли часть грязной одежды. – Просто я сам из того же геройского агентства и это немного… потрясает воображение.       Женщина улыбнулась и они вышли из комнаты мальчика. Им предстояло еще многое обсудить.

***

      Изуку проснулся только на следующее утро, выныривая из темноты своих сновидений. Эту ночь они провели в гостях у Пятого, собравшись небольшой компанией людей, в разное время имевших непосредственное отношение к системе геройской индустрии.       Нана, Эн и Дайгоро пытались всячески убедить его в том, что пятно в личном деле (тем более сфабрикованное) не закрывает ему путь к его мечте. При этом героиня продолжала настаивать на том, чтобы он рассказал обо всем, что произошло, Тошинори.       Поднявшись с кровати, Изуку попытался добраться до ванной, хотя и не представлял, как ему умыться, учитывая, что обе его руки все еще были обожжены и перевязаны. Его мама заметила его пробуждение и поспешила к нему.       - Изуку, сынок, как ты? – спросила она – Я так волновалась, когда вчера мне позвонила Исцеляющая девочка, а потом тебя привезли. Она сказала, что знает о вопиющем отношении больниц к таким людям и потому проведет лечение в частном порядке. Что с тобой случилось?       - Я… Я в норме, – Изуку попытался улыбнуться. – Не волнуйся. Это просто…       - Не говори, что это было просто случайностью или тем более твоей виной! – в голосе Инко зазвенели слезы – Я слышала это от тебя так часто, я больше не хочу, чтобы ты брал все это на себя и переживал в одиночку. Исцеляющая девочка сказала, что это не могло быть случайностью. Пожалуйста, Изуку, я умоляю, посмотри, как далеко это зашло. Мне больно видеть, как ты пытаешься прятать свою боль или преуменьшаешь серьезность своих травм, или говоришь, что это не важно. Пожалуйста…       Изуку чувствовал себя ужасно. Он ведь поступал именно так, чтобы его мама не волновалась, чтобы думала, что у него все нормально, что он справляется. И он справлялся, правда. Просто…       - Малыш, она переживает за тебя. И кроме того, материнское сердце не обманешь, если оно правда любит своего ребенка, – тихий голос Наны был полон мягкой грусти. – Поверь мне.       Изуку вздохнул и опустил голову. Прошла минута, но он так и не смог заставить себя начать рассказ о том, что случилось в тот день. К тому же были вещи, о которых он сперва хотел поговорить с Восьмым.       В конце концов, Нана и остальные – это конечно, хорошо, но, если они знали устройство геройской индустрии и ее правила самое позднее тогда, когда мужчина был его ровесником… Многое могло измениться. Тошинори-сан хотя бы знал текущую ситуацию, если и правда работал в геройском агентстве. Он мог сказать ему, сможет ли он исполнить мечту, сможет ли он жить дальше…       - Я… Пока не могу, – вздохнул он наконец. – Это… слишком много и слишком тяжело, – он стер внутренней стороной локтя слезы. – Но я найду в себе силы, обещаю. А пока… мы можем узнать, могу ли я еще перейти на домашнее обучение? Я знаю, что сдача экзаменов для меня будет дорогой, поскольку у меня нет медицинских противопоказаний к тому, чтобы ходить в школу, но…       Инко, казалось, вздохнула свободнее. Она улыбнулась сквозь свои слезы, стирая его собственные.       - Конечно, Изуку. Если это поможет тебе быть более здоровым и, может быть, чуть более счастливым, это будет стоить любых денег. Тебе стоило поднять этот вопрос раньше, если это то, что тебе было нужно. Что касается того, что с тобой случилось вчера и в другие дни, я не буду настаивать, чтобы ты говорил сейчас. Но я верю, что ты сдержишь свое обещание.       Изуку кивнул. Теперь уже точно сдержит. Мать с мягкой небрежностью поправила его растрепавшиеся за время долгого сна кудри, которые частично слиплись от засохшей крови.       - Пойдем, Изуку. Я помогу тебе умыться. И вымыть голову, – произнесла Инко, открывая дверь в ванную комнату. – Исцеляющая девочка сказала, что заедет проверить тебя ближе к полудню, пока в Юэй не начались самые статистически травмоопасные практические тренировки у геройских курсов. До этого момента тебе нужно еще хорошенько поесть, чтобы у тебя было достаточно энергии для лечения.       Изуку снова кивнул, заходя в ванную следом за мамой. Его немного смущала перспектива того, чтобы та его мыла, но все же прямо сейчас он не мог помыться самостоятельно, если не хотел ухудшить свои ранения.

***

      После визита Исцеляющей девочки, которая и правда пришла к ним почти ровно в полдень, Изуку уже не спал, но все еще чувствовал слабость. При этом героиня запретила ему куда-то уходить из дома по меньшей мере до ужина. В связи с этим, он не мог пойти в сквер, чтобы увидеться с Восьмым.       Сначала он думал о том, чтобы в этом случае вернуться к тому вопросу, решению которого помешал Каччан. А именно обдумыванию кода для своих анализов и блокнотов. Но пришлось отказаться от этой идеи, поскольку его руки, хоть и уже почти зажившие, не поблагодарили бы его за попытку писать.       Вместо этого Изуку погрузился в более глубокое изучение вопроса о том, сколько его маме будет стоить его домашнее обучение в рамках последнего школьного семестра и последующие экзамены на получение аттестата. По сути они были обязаны нанять ему человека, имеющего лицензию учителя, который будет курировать его образование и выводить на итоговое тестирование.       И да, это было довольно дорого, поскольку они не могли предоставить документов, которые позволили бы ему попасть в одну из предписанных законом льготных групп, с которыми занимались так называемые социальные учителя, услуги которых на две трети оплачивало государство. Ибо все, в чем была причина его невозможности посещать школу – это его беспричудность, но об этом нельзя было сообщать, чтобы не стало хуже.       Изуку закусил губу, читая очередной сайт. Слишком дорого. Он не хотел тянуть их семью вниз больше, чем он уже это делал. Он обвел взглядом свою комнату, наполненную вещами из различных коллекций товаров Всемогущего. Они стоили не так уж и дешево, поскольку он сохранял их в идеальном состоянии. Возможно, он мог бы…       - Не спеши, кид, – Брюс явно уловил направление его мыслей. – Поговори сперва с Восьмым. У него уж точно есть некоторые связи. Возможно, и знакомый учитель имеется. Все же через личные знакомства, пусть и с посредником, можно зачастую найти более бюджетные варианты или договориться об обмене иного рода. На это в любом случае понадобится некоторое время, так что… А продать кусочки собственного детства ты всегда успеешь, – мужчина сочувственно потрепал его по волосам.       - Но я не хочу доставлять неудобств, – подумал Изуку, глядя водянистыми глазами на экран ноутбука.       - Парень, он Восьмой, – прозвучал рядом голос Кудо. – Забота о тебе и оказание разумной поддержки – это его обязанность, потому что ты его преемник и он тебя нашел. Не говоря уже о том, что ты правда думаешь, что тот, кто носил в себе такую силу как «Один за всех» просто бросит ребенка, которому просто нужна информация о доступных учителях? Ты сам бы так поступил, если бы был на его месте?       Изуку покачал головой, даже не задумываясь, потому что помогать другим – это то, к чему он всегда стремился.       - Вот и ответ на твой вопрос, – произнес Второй.

***

      Тошинори испытал значительное облегчение, когда, позвонив Исцеляющей девочке на следующий день, узнал от нее, что лечение его преемника протекает без осложнений. К счастью, жар или огонь не нанесли непоправимого ущерба для его здоровья и возможностей для него использовать руки.       Однако эта радостная новость ничуть не уменьшила его желание найти того, кто сделал это с ребенком. Кто сделал это неоднократно, что важнее. Ибо Тошинори лично был свидетелем тому, что мальчик где-то получил аналогичную травму меньше месяца (!) назад. Если так продолжится, то он рано или поздно все же потеряет возможность работать руками.       Тошинори даже прошелся по тем школам, которые располагались в районе, где жил мальчик и где произошел инцидент с грязевым злодеем. Он ни с кем не общался, просто наблюдал за детьми и общей обстановкой, пытаясь понять, мог ли здесь учиться ребенок.       Две школы отпали сразу по причине того, что, согласно открытой информации, являлись начальными, а Мидория определенно был старше. Возможно, он учился в одной из них ранее, но выяснение этого факта его биографии и жизни не имело высокого приоритета в данный момент.       Еще одна школа со значительной долей вероятности также была вне подозрений после того, как Тошинори увидел несколько групп подростков, входящих и выходящих из нее. Белые рубашки и синие с окантовкой шейные платки определенно были местной униформой. В то время как мальчик всегда был одет в черный гакуран, застегнутый почти под горло. И он бы точно не смог переодеться, когда его кисти были так сильно сожжены.       Эта форма была довольно сильно распространена в Японии и конкретно в этом районе ее носили ученики двух средних школ. Тошинори направился в одну из них, рассудив, что велика вероятность, что мальчик подвергся тому нападению злодея, как раз идя с занятий домой. А другая школа находилась в противоположной стороне от этого места.       Когда Тошинори добрался до нее, уроки были в самом разгаре и потому во дворе не было видно ни одного ученика. По этой причине его внимание привлекло что-то, лежащее неподалеку от крыльца школы возле кустов. Он подошел ближе и понял, что это тетрадь или скорее блокнот. Судя по тому, что тот был грязным и влажным, его потеряли уже некоторое время назад, поскольку сегодня не было дождя.       Тошинори наклонился и осторожно поднял тетрадку. Возможно, она принадлежала одному из учеников и, если она была подписана, он мог бы отнести ее на стойку охранника и попросить вернуть рассеянному владельцу. В конце концов, ему это было несложно.       Между бровей Тошинори залегла складка, когда он рассмотрел находку с расстояния меньшего, чем его собственный высокий рост. Дело было в том, что находка была не просто испачканной в грязи, она была частично сожжена! Чутье подсказывало, что он напал на нужный след.       И оно только усилилось, когда он сумел наконец разобрать частично размытое название тетради – технический блокнот для анализа героев на будущее, том 1а. При этом у Тошинори как раз была одна логическая связка, соединяющая такие вроде бы далекие друг от друга понятия как «школа» и «анализ героев». Мальчик. Возможно, это была его тетрадь. Вернее то, что от нее осталось...