Часть 34

Урок закончился, и Изуми ждала так долго, как только могла, поэтому с легкой гримасой она собралась с духом в последний раз, прежде чем подойти к Шоте и Хизаши после того, как они попрощались с Оборо. «Э-э, Заши, Шо, можем… можем ли мы… э-э, можем ли мы пойти куда-нибудь… поговорить кое о чем? Я… ну… мы… Я имею в виду. Пожалуйста. " Изуми боролась со своими словами так, как не делала этого годами. Оба мальчика посмотрели на нее обеспокоенными взглядами. «Да!» Хизаши устно согласился, а Шота кивнул. «Мои мамы уехали на неделю, поэтому мы можем поехать ко мне домой». Предложил он с лучезарной улыбкой, уже направляясь к новому месту назначения. Изуми кивнула и последовала за двумя мужчинами, когда они направлялись к многоквартирному дому среднего класса. Все они много раз за эти годы бывали друг у друга в гостях, хотя дом Изуми был их основным местом времяпрепровождения. Изуми стояла перед двумя мальчиками, когда они сидели на диване. Она нервно теребила пальцы и покусывала нижнюю губу, изо всех сил пытаясь заставить слова сработать. «Мими, все в порядке. Просто поговори с нами». Сказал Шота мягким тоном, который он обычно приберегал только для детей или когда у нее была паническая атака. «К черту все». — проворчала Изуми. «Итак, это ждали долго, и технически, если что-то случится, это незаконно еще пять месяцев, но я вроде как знаю, что ни из чего ничего не выйдет, поэтому я решила, что пришло время, и Нем сказала, что она, наконец, пойдет на свидание с Оро, если я это сделаю, и вы оба знаете, что я знаю вещи, которые мне действительно не следует знать, но вы не настаивайте, и я расскажу вам, в конце концов, я просто чертовски боюсь рассказывать вам, но, может быть, я скажу после, если вы не выгоните меня прямо сейчас, но если вы это сделаете, то, думаю, я поступила правильно … " Изуми начинает что-то бормотать, а Хизаши наклоняется вперед и перестает чесать внутреннюю сторону предплечья, что заставляет ее остановиться. Она тяжело сглатывает, прежде чем просто выпалить. «Я была влюблена в вас обоих с середины первого курса». В комнате царит абсолютная мертвая тишина. Изуми подавляется рыданием, прежде чем вылететь обратно из парадной двери, хлопнув ею за собой, когда она оставляет свой рюкзак. Она спускается по лестнице на один пролет, прежде чем слышит, как хлопает дверь и звук бегущих ног позади нее. Она слышит ругательства, но их едва слышно из-за ее рыданий. Она даже толком не видит, куда идет, но Изуми все равно, ей просто нужно уйти. Она спускается по третьему лестничному пролету, когда натыкается на что-то твердое и теплое. Девушка начинает падать, прежде чем ее подхватывают теплые руки и прижимают к теплой груди. «Проблемная женщина с Иисусом, гребаным, Христом». Она чувствует и слышит, как Шота рычит на нее. Еще одно тело врезается ей в спину, и это небольшое чудо, что они не падают с лестницы. «Заши, отведи ее обратно наверх, я прямо за тобой». — говорит Шота, перекрывая рыдания. «Тебе лучше быть Айзавой Шотой, или у нас будут серьезные проблемы». Ответ Хизаши дразнящий, но в нем есть очень реальная острота, когда он подхватывает Изуми на руки, как принцессу, и начинает подниматься по лестнице обратно наверх. Как только все они возвращаются в квартиру Хизаши, на этот раз свернувшись калачиком на его кровати, Шота и Хизаши работают над тем, чтобы вернуть Изуми в состояние, в котором они могут разговаривать. Изуми не требуется много времени, чтобы успокоиться. Тепло двух мужчин, сопровождаемое мозолистыми пальцами, проводящими по ее волосам, и нежным похлопыванием, возвращают ее к действительности настолько, что она может с ними поговорить. «Простите». Она тихо шепчет, глядя вперед, хотя на самом деле она не совсем там, но у нее достаточно себя, чтобы принять некоторые решения. Шота просто рычит на нее и щелкает по носу. «Это был сюрприз». Сказал Хизаши. Его голос был серьезен, что Изуми редко слышала. «Ну что, готов к следующему?» Сухо спрашивает Изуми. Оба мужчины глубоко стонут, но кивают. «Я родилась в триста семнадцатом как Мидория Изуми, а в триста тридцать первом...». Изуми уже снова плакала, но она все еще была в объятиях Шоты и Хизаши. «Я участвовала в уничтожении группировки якудза, которая изготавливала пули для удаления перманентной причуды из крови шестилетней девочки. Перемотка ее причуды… ну, это перемотало меня назад и выбросило сюда за два года до моего рождения. Я была вашей ученицей в первом году в классе Шоты, а Хизаши преподавал английский. Немури — историю искусств. Незу был директором. Хуже всего было то, что Всемогущий учил героизму. " На этот раз тишина была хуже, и Изуми не могла с этим смириться, поэтому она просто отключилась, как компьютер. Она не реагировала ни на что, происходящее вокруг нее.